Мэнди

Второй фильм Паноса Косматоса опять относит зрителя в 1983 год (напомню, что в том же году происходило действие его первого фильма). И он опять про идентичность жертвы, столкновение со злом и... Это столкновение будет иметь весьма четко очерченные границы. В лестной чаще с самой заурядной семейной парой соседствует очень странная большая семья. Их таинственные обряды призваны поддерживать инфернального монстра, которому нужны человеческие страдания. Так мы получаем сюжетную модель жертвоприношения и последующей мести - муж будет яростно мстить за жестокость... Но сюжетная канва тут совсем не самое важное. Все же Косматос предпочитает рассуждать самыми общими категориями. Поэтому темный лес выглядит скорее как аналогия с окружающей всех нас действительностью, безумные сектанты представлены как адепты Зла... Вопрос лишь в том, кем представлен в этом фильме персонаж Николаса Кейджа? Мне трудно представить, что безумная ярость и режим берсерка в котором он пребывает большую часть ленты как-то может соотноситься с Добром. Все его действия слишком отрывисты, будто подчинены чужой воле. Да и та печаль и угнетение в которую он был загнан точно препятствуют рациональному осмыслению окружающей действительности. Другими словами основная интрига этой ленты вовсе не в том, чтобы 'наказать злодеев'. Гораздо интереснее понять как так сложилось, что несмотря на явное неравенство сил месть Николаса Кейджа оказывается результативной. На чьей стороне выступает его персонаж. Да и в одном из столкновений он выскажет прямо попавшемуся под руку злодею - 'Я твой бог'. И это будет сложно считать только лексическим оборотом. Похоже, что погрузившись в неуемную жаду мести его герой утратил все остатки человеческого. Он будто находился под внешним управлением жестокого языческого божества, которое этими словами и обнаружило себя. Неспроста на его футболке большую часть времени крупными цифрами выведено 44. Эта цифра не так проста. Число трибоначчи 44 в нумерологии выражает прежде всего божественное руководство. Несложно заметить, что в начале ленты сходную майку с тем же самым номером 44 носит и будущая жертва - супруга главного героя. Все эти моменты подталкивают зрителя к непростому выводу - вся эта кровавая история, начиная от жестокого убийства и заканчивая не менее кровавой местью, есть некое предопределенное свыше таинство... На мой вкус это очень односложно. Ритуалы и нумерологические отсылки тут выглядят слишком вычурно. Тема мести и божественной предопределенности могла бы быть раскрыта даже в данных интерьерах куда тоньше. Истеричный дровосек в исполнении Николаса Кейджа был скорее пародией на лучшие его роли. Как и в первой своей работе он взялся за слишком сложный, многоуровневый концепт. Впрочем авторы были точны в изображении зла. Ведь злодеи так и не признают своей неправоты. Они будут несмотря ни на что зачаровано обсуждать то самое жестокое убийство. Весьма эффектно будут развернуты психоделический цветовой видеоряд и музыкальный фон от Йохана Йоханссона. Но упомянутые смысловые недостатки не позволяют причислить эту ленту к значимым притчам о Добре и Зле. Лишь в жанровом отношении этот фильм оказывается убедительным... экспериментом. Никак не более 4 из 10

Когда я включил «Мэнди» (2018), я ожидал странный фильм, но не был готов к тому, насколько безумным, гипнотическим и кровавым окажется этот опыт. Это не просто кино — это психоделическое погружение в тёмные глубины сознания, где стиль важнее смысла, а эмоции берут верх над логикой. История — простая, но мощная Сюжет кажется предельно банальным: дровосек Рэд (Николас Кейдж) живёт в глуши со своей возлюбленной Мэнди (Андреа Райсборо), пока в их жизнь не врывается культ религиозных фанатиков во главе с нарциссичным психопатом Джеремайей Сэндом (Лайнус Роуч). Последствия трагичны: Мэнди становится жертвой их маниакальных ритуалов, а Рэд превращается в ангела мщения, собирая арсенал и отправляясь на кровавую войну. Но если пересказать этот фильм так — это значит не сказать о нём ничего. «Мэнди» не укладывается в традиционные жанровые рамки. Это смесь хоррора, триллера, артхауса и чистого неонового безумия. Стиль, который погружает в транс Этот фильм не смотрится, а ощущается. Режиссёр Панос Косматос буквально купает зрителя в мрачных красных и фиолетовых тонах, создавая атмосферу дурного сна. Камера медленно скользит по кадру, музыка Йохана Йоханнссона на фоне давит, угнетает, а порой просто завораживает. Нельзя не отметить операторскую работу: кадры местами напоминают картины в стиле хэви-метал обложек альбомов 80-х. Лес кажется живым, лица персонажей то и дело расплываются в гипнотических искажениях, а свет и цвет работают не хуже спецэффектов. Николас Кейдж на своей волне Это один из самых ярких перформансов Кейджа за последние годы. В первой половине фильма он сдержанный, нежный, но после трагедии его персонаж сходит с ума, и тут начинается фирменное кейджевское безумие. Одна сцена в ванной (если смотрели, то поняли) — чистый актёрский экстаз. Кульминация — Рэд, с лицом, перемазанным кровью, с самодельным топором в руке, охотится на сектантов и крушит всё вокруг. Это и ужасно, и красиво одновременно. Фильм не для всех Темп здесь медленный, иногда слишком. Кто-то скажет, что фильм можно было уложить в 80 минут, но тогда он потерял бы свою гипнотическую силу. Это скорее психоделический кошмар, чем обычный фильм, и если вы привыкли к классическим боевикам про месть, то можете почувствовать себя потерянным. Но если дать себе время, позволить картине затянуть в себя — «Мэнди» отплатит вам незабываемым опытом. Это не кино для разового просмотра. Это фильм, который хочется обсуждать, пересматривать, чувствовать. Вердикт: «Мэнди» — это неоновый кошмар, кровавый трип и один из самых стильных хоррор-триллеров последних лет. Фильм балансирует между артхаусом и чистым мясом, между глубоким смыслом и абсолютным безумием. Он не для всех, но если вам нравится психоделика, Кейдж в ударе и медленный, завораживающий ужас — это ваш фильм. 7,5 из 10

Стилистика темного фэнтези на данный момент очень популярна во многих медиа, прежде всего в музыке и видеоиграх, и популярность образов такого микса фэнтези и хоррора только растет. Кино, к сожалению, до сих пор не может похвастаться большим количеством заслуживающих внимания произведений в этом стиле. В последнее время, однако, этот пробел начинает заполняться такими неплохими работами как «Время монстров» (2018), «Маяк» (2019) и «Безумный бог» (2021). Но началось все с Мэнди (2017). В отличие от вышеперечисленных работ, «Мэнди» явно вдохновляется прежде всего темно-фэнтезийной <i>музыкой</i>. Не знаю, намеренно или нет, но режиссер Панос Косматос абсолютно точно попал в эстетику метал-группы Electric Wizard: палп-журналы, наркотики, религиозные культы, сатанизм, галлюцинации, насилие, психоделическая темная астрономия. С 2020-х гг. воплощать дух хэви-метала стало модно и в других медиа, прежде всего настольных (Mork Borg) и видеоиграх (Mortal Shell). Но «Мэнди» отличается от них тем, что не пытается создать выдуманное, проникнутое мрачной магией апокалиптическое Средневековье, и остается в, казалось бы, реальных Соединенных Штатах 1980-х гг., хоть и немного странных. Кратко и понятно объяснить, откуда в рейгановской Америке возникают элементы темного фэнтези, довольно сложно, но стоит подчеркнуть, что режиссер пользуется любой возможностью, чтобы добавить их как можно больше, пытаясь не разрушить при этом веру зрителя в реальность этого мира. Для этих целей фильм обращается прежде к измененным состояниям сознания (сны, воздействие наркотиков, галлюцинации, психические расстройства, религиозный фанатизм), но также и к обыденным человеческим жестокости, насилию, ненависти, разрушениям, тяге к мраку и пороку. Наконец, фильм цитирует и сами темно-фэнтезийные медиа. Например, героиня читает какой-то дешевый гримдарк роман и, судя по ее футболкам, любит мрачные тяжело-металлические группы. Но иногда объяснить появление потусторонних элементов довольно сложно. Что за гигантская тварь, например, ужалила героиню? Почему черные черви ползали в ногах у одного из персонажей? Действительно ли клинок сектантов принадлежал «бледному рыцарю из глубинного слоя»? Почему злодей выдержал попадание стрелы, будто бы он типичная «пулевая губка» в видеоигре? В других случаях Косматос заигрывает с гранью между вымышленным и реальным. Так, в рекламе по ТВ появляется гоблин. В этом мире гоблины живут наравне с людьми или это вымышленный персонаж, выбранный маскотом рекламируемого продукта? Атмосферу подчеркивает психоделическая операторская работа и саундтрек, который иногда прямо обращается к дрон/дум-металу – жанрам, которым фильм явно отдает дань уважения. Темно-фэнтезийным канонам также соответствует сюжет. Да, сценарий очень простой, но если считать этот фильм киновоплощением эстетики экстремального металла, то все логично: в таких композициях сюжет не так важен, как эстетика и атмосфера. Помимо излишне простого сценария еще одним недостатком я бы назвал экшн-сцены. Иногда они изобретательны (например, битва на бензопилах), но в них ощущается малобюджетность и типичная для авторского кино неуклюжесть и некоторая нелогичность. А теперь сравним этот цирк наркоманов с эпичными описаниями поединков в темно-фэнтезийной литературе, музыке и видеоиграх и поймем как далеко от них отстает кино, эксплуатирующее те же миры. Добавим к этому клишированно нелогичных злодеев, сюжетную броню главного героя и мою персональную нелюбовь к жанру фильмов о мести, и получим минус 3 балла от максимальной оценки. В остальном я фильмом доволен и рад, что пережил такой необычный экспириенс. Самое главное, что я из него вынес – это то, что при создании произведения не обязательно выбирать между реализмом и фантастикой. Их можно комбинировать как угодно и не сильно заморачиваться объяснениями того, как такое возможно, при условии, что сохраняется целостность мира, психологическая достоверность персонажей и продуманность деталей. 7 из 10

Представьте себе, что вас не лечат от сотрясения мозга, затем вас бросают в середину красновато-розовой лавовой лампы с горсткой странных фигурок, встряхивают ее и вы просыпаетесь в гипнотическом кошмаре цвета Kool-Aid, из которого нет выхода. Это «Мэнди», фильм, полный сумасшедших фигур, гремлин, который извергает макароны с сыром. Мэнди Паноса Косматоса — культовая классика в процессе становления. Этот триллер, наполненный сюрреалистическими образами и захватывающей игрой актеров, который окутывает зрителя космическим кошмаром. Сын шведского скульптора Биргитты Юнгберг-Косматос и голливудского режиссера Джорджа. Косматоса, уроженец Канады Панос Косматос произвел впечатление всего двумя полнометражными фильмами. Его экспериментальный стиль пастиш черпает вдохновение из десятков источников, от Стэнли Кубрика до Дэвида Линча и Алена Рене, а также из сеттинга 1980-х годов, в котором он вырос на фильмах ужасов и музыке хэви-метал. В других местах его трансовый подход несет в себе интенциональность в использовании длинных пассажей, которые задерживаются на визуальных образах, а не на их содержании. У него явный глаз на яркие композиции, хотя подключение к его материалу может оказаться проблемой для трезвых людей или тех, кто не способен к абстрактному мышлению. Если амбиции Косматоса уходят корнями в сюрреалистическую почву, как кажется, то результаты «Мэнди» — это не эмоциональный катарсис или ясность повествования. Вместо этого они должны существовать в царстве гипнагогии, которая бросает вызов традиционным эстетическим целям. Другими словами, не ожидайте прямолинейного сюжета, глубоких эмоций или даже чувства разума, стоящего за формальным выбором. Есть несколько захватывающих изображений, которые, взятые сами по себе, перекликаются с типом визуальных эффектов, найденных в работах Линча, а не в стиле Андрея Тарковского или Луиса Бунюэля, чей бренд сюрреализма был намеренно символичным и читабельным. Будучи линчевцем, Косматос создает образы сновидений ради их собственной силы, в то время как Тарковский и Бунюэль использовали кинематографические метафоры, чтобы создать желаемую реакцию, как эмоциональную, так и интеллектуальную. Даже тем, кто не может согласиться с шокирующей жестокостью фильма, будет трудно придраться к необычному видению Косматоса или невероятному зрелищу, когда Кейдж вручную ковал оружие, которое он окрестил «Зверем». Беззастенчивый и убедительный пример красоты жанрового кино, «Мэнди» будет продолжать преследовать вас своей любопытной чернотой, даже когда кружащийся кошмар наяву закончится. В неземной визуальной атмосфере зернистые кадры перетекают один в другой, как катушка пленки, экспонированная слишком долго, а меняющееся красно-сине-фиолетовое освещение напоминает химическую головную боль от часов, проведенных в темной комнате. С другой стороны, задумчивая музыка покойного Йохана Йоханнссона, сильно отличающаяся от любой другой его работы, служит суровым напоминанием о том, какой трагедией является его потеря для мира кино. Это, в сочетании с замечательным треком King Crimson «Starless» с их альбома 1974 года «Red», создает незабываемый звуковой ландшафт в стиле эйсид-трип, который врезается в череп. «Мэнди» — это мастер-класс по стилю, использующий в максимальной степени тот факт, что кино — это прежде всего визуальное искусство. Нет ничего лучше, чем экшен-хоррор с интеллектуальным потенциалом. Такое кино, которым вы можете наслаждаться бездумно, или оно может зажечь ваш разум, как грайндхаус и артхаус вместе взятые, в одной кровавой, мифической упаковке. Косматос создал альтернативное измерение и открыл нам портал в эту новую вселенную через свой фильм. Это больше, чем рассказ о культистах, демонах и мести, это путешествие невинной души, вырванной из материального благополучия, разорванной на части и реконструированной как нечто, что должно питаться огнем и кровью.

Изначально я трактовал 'Мэнди' как некое подобие кислотного трипа. Ну знаете, это когда реальность перестает существовать, а ты сам тонешь в образах из океана бессознательного. Но, взглянув на фильм через призму личности Паноса Косматоса я понял что дело обстоит некоторым образом глубже. Есть такая категория людей - они свалились с луны. В какой-то период их становления, разумом завладели идеи, по одной известно торцам причине, эти самые мысли, идеи, и образы надолго зависли внутри черепной коробки творца, обрастая таким себе визуальным контентом, дабы в нужный момент 'выстрелить' и обрасти историей. Мэнди это что-то собирательное, из разрядов среза эпох, оттуда где закалялось сознание маленького Паноса. Гибрид из альманаха мультфильмов Heavy-Metall, галлюциногенных видений, и образности ужасов 80-хх. Все это зрело в голове у Паноса, чтобы по итогу вылиться в коктейль из философской байки о мстителе-дровосеке. Получился сюрреалистический боевик-триллер, куда идеально вписался Николас 'обожаю импровизацию' Кейдж. Относительно личности Кейджа в столь кислотном проекте лично у меня споров не возникло, ибо: Кейдж в теме относительно приключенческого оккультного мистицизма, прекрасно разбирается в жанре комиксов, а также гармонично выглядит как противовес различной нежити. Доказано страной чудес Вилли. По ощущениям во время просмотра: Я как будто прокатился по винегрету из самых разных подростковых страшилок. Тут тебе и оккультисты-хиппи в лучших традициях сатанинской паники 70-хх годов. И демонические байкеры которые будто сошли из нецензурной версии безумного Макса, и философ-ветеран из той самой мемемтичной для Соединенных Штатов войны. И рассуждения о природе добра и зла, что перетекают в лютую метафизику под гитарные запилы King Сrimson. И даже раскрытие тем психоделии в лице аж целого Ричарда Брэйка. Словом весь этот карнавал очень стильно наполняет визуальное пространство фильма. Из минусов могу заметить только крайне длительную подачу, ее можно трактовать как некое становление героя дровосека, или если судить схематически- первую половину фильма можно наблюдать перевоплощение Ника Кейджа из человека в зверя. Что само по себе круто. А остальное взяла на себя визуальная составляющая, и тут уже мой глаз любителя комиксо-металлической эстетики не уставал радоваться, ибо Панос Косматос натурально погрузил меня в это похожее на сон подростка путешествие, за что ему лютое спасибо. Через года три можно пересмотреть опять.

Складывается ощущение, что Панос Косматос безукоризненно применил это правило Парето-эффективности в своем произведении. Представьте, что внутри вас находится энергия бесконечной мощности, которую жизненно необходимо куда-то применить. Если задаться целью и немного изучить вопрос, то можно узнать, что режиссер потерял маму в конце 90-х и отца в 2006-м… В итоге сам режиссер заявил: его первый фильм «По ту сторону черной радуги» был глубоким вдохом, а второе произведение «Мэнди» - выдохом. Так вот этот фильм – это великолепный способ изложить все, что ты думаешь. Как-будто все зрители вместе с героем Николаса Кейджа всеми силами застряли на втором этапе принятия реальности – «гневе». Мы буквально хотим вместе с ним сотворить всё то, что происходит на экране. При этом режиссер мастерски не переходит черту и не превращает этот фильм в безжалостный слэшер и бездумную мясорубку, наоборот, всеми известными приемами кинематографа подчеркивает внутреннее состояние и мотивацию главного героя. Безусловное превосходство формы над содержанием, при этом абсолютно неглупое и небезосновательное высказывание авторов этого произведения! Каждый кадр и каждый звук находится в абсолютной гармонии, а фантастическая игра Николаса Кейджа буквально перезапустила его карьеру. В конечном итоге Панос Косматос показал, у кого бензопила длиннее! 'Лучше разом сгореть, чем медленно угасать'.

«Мэнди» не стоит смотреть слишком впечатлительным или чересчур ранимым зрителям, потому что это кино наполнено огромным количеством жестокости, кровопролития и трупов. Более того, данная картина является не чем иным как психоделическим существом, наполненным большим числом религиозных отсылок и галлюциногенных трипов, балансирующих на острой грани безумия и умственного помешательства. Нельзя сразу взять и сказать, что же перед нами такое, потому что работа Паноса Косматоса далека от всех норм и приличий, принятых в нашем обществе. Это что-то очень узконаправленное, специфическое и отстраненное, которое смогут понять очень немногие. По сути, мы наблюдаем довольно банальную историю, где весьма архаичные сектанты крадут у местного дровосека жену, пытаются заманить ее в свою обособленную группу, а затем сжигают ее на глазах у главного героя. Дескать, чем темнее грехи, тем ярче будет огонь, но этим авторы мало что объясняют, потому что слишком крупная часть нужных для нас мелочей и деталей остается за кадром. Кто они, кому поклоняются, какие цели преследуют и чего пытаются достичь – все это зрителю придется додумывать самому, так как сюжет у создателей очень скуп на подробности. Косматос занят в своей работе абсолютно другими вещами. Для него кино является странным экспериментом, ломающим любые догмы и манеры восприятия отдельно взятой истории. «Мэнди» шинкует рассказ на части, жертвуя им на алтаре вычурных форм изображения героев, их быта и обстановки, достигая немыслимой эстетики, раскрашенной в тона красно-бордовой крови. Для зрителя это будет неплохим опытом, ведь просмотр этого фильма не станет для него легким и приятным. Визуальная, техническая и смысловая нагрузка ляжет на него всем весом, не боясь раздавить неподготовленного к этому человека. Удивительно, но череда фантасмагории цвета и кричащих полутонов успешно добавляют перчинки в этот психотропный угар. Нужно быть готовым к тому, чтобы выдержать невиданный натиск режиссера, чьи фантазии и мысли ложатся на экран замысловатым узором, плавно перетекающим в поражающие взор сцены транслируемого насилия. «Мэнди» полна жестоких сцен и эпизодов, где людей уродуют, отрубают им головы стальной секирой и сжигают их живьем. Сюрреализм происходящего страшнее всего, ведь все это понарошку, но выглядит он очень впечатляюще. С учетом того, что в центре повествования стоит отстраненный, окровавленный и до чертиков пугающий Николас Кейдж, мы можем смело заявить, что нам даруется слишком экстравагантная лента, где месть теряется на фоне всеобщего безумия. Косматос наполняет картину не только ужасающим культом, но и дьявольской бандой байкеров, которые всем своим видом напоминают ксенобитов из «Восставшего из ада». С их появлением на общем плане кино дотрагивается чуть ли не до лавкрафтианского катарсиса, потому что шипы, неестественный облик и бесчеловечная жестокость словно призывают к тому, что перед нами уже не люди. Кейдж будет дробить им кости, стрелять в них из арбалета, драться с ними в рукопашной, раз за разом убеждаясь в том, что это создания из других миров. Сюда же приплетены и сатанисты, чьи зловонные рты будут изрыгать на героя проклятия, слова скверны и другие нечистоты. «Мэнди» - это не хоррор в чистом его виде, здесь этим даже и не пахнет. Скорее всего, это некая злая сказка о тяжелом пути человека, опускающегося все ниже и ниже, где планка дозволенного сначала со скрипом прогнется, а потом и вовсе разломится напополам. Сумасшествие, буйство красок и их ядовитых оттенков, зернистость кадра, отсылающая нас к эпохе VHS конца 80-ых годов, будут раз за разом молотить нас по голове, поочередно напоминая о том, в какой же мы с вами кошмар угодили. Панос Косматос не станет жалеть своего зрителя, тут уж кому как повезет. Если успел зацепиться за смысл, раскусил этот орешек, то, считай, что тебе повезло. Но если нет… То тебя закрутит, зашвыряет и бросит лицом в раскаленный песок очередной вихрь едкого пламени, сочащегося с экрана и брызжущего экспрессией в порыве угорелого экстаза. Для одних это будет оголтелым беспределом, разрывающим очередной застарелый, заскорузлый шаблон, в чьих опасных дебрях можно запросто потеряться. Так что лучше глядеть в оба глаза и следить очень внимательно за тем, что вам говорят символы, жесты и ядовитое обрамление этого невероятного, но до жути недосказанного мифа. Косматос разбросает здесь столько метафор, сравнений и мрачных эпитетов, что пойди и разберись в том, что же это все-таки такое? Для других же это кино станет шоковой терапией, дарующей некую стадию оцепенения. То ли еще будет! Кейдж сцепится с врагами насмерть, он будет крошить их бензопилами, секирами и топорами, обливаясь с ног до головы кровью мерзопакостных врагов. Это ультранасилие, где неженкам и эстетам нет места. По факту нам дают взглянуть на обилие фантастических красок, чьи преломленные лучи словно обволакивают довольно прозаичную историю о мести, любви, страхе и отчаянии. В довесок к этому добавится и чарующий саундтрек Йохана Йоханссона, ставшего для него одним из последних музыкальных посланий в наш бренный мир. Нисхождение в ад будет не простым для главного героя, как и просмотр «Мэнди» для зрителя. Это кино явно не для всех, оно построено таким образом, чтобы картина проверяла нас на прочность. Косматос специально делает ее тягучей как жевательную резинку, оборачивая целые пласты текста в наркоманские бэд-трипы, психоделические изыскания и кислотную цветовую гамму. Фильм напоминает страшный удар топором по голове, когда острое лезвие прорубает нервные окончания и с хрустом отсекает кости. К этому нужно подготовиться, здесь важно понимать, что фильм несет в себе больше художественную составляющую, а не сюжет как таковой. Хотя бы один раз познакомится с ним можно, а вот стоит ли его пересматривать? Тут уж пусть каждый решит для себя сам. 6 из 10

Слэшер - жанр довольно предсказуемый и давно ставший скорее пережитком плодовитых на хорроры 80-х. Но вряд ли на кто-то мог предположить, что его ждёт такая перезагрузка, какой стала «Мэнди» Паноса Косматоса. Слэшер никогда не был таким стильным. Кислотная цветовая палитра каждого кадра отражает настроение происходящего на экране, а чарующий гипнотический саундтрек Йохана Йоханнссона довершает атмосферу фильма. Каждая сцена этой тягучей и психоделической revenge story наполнена притягивающими внимание персонажами, над которыми возвышается обезумевший от горя главный герой - дровосек Ред в исполнении роскошного Николаса Кейджа. Эстетика 80-х, коммуна религиозных фанатиков, демонические байкеры, Кейдж с секирой и арбалетом наперевес, изобретательно (вплоть до безумной битвы на бензопилах) крошащий всю эту нечисть направо и налево - что же, так выглядит идеальный фильм на вечер для ценителей жанра. Но на деле Косматос идёт дальше и ни много ни мало превращает слэшер в артхаусное кино. И делает он это отнюдь не только длинными кадрами и тягучей атмосферой. Сюжет фильма обманчиво прост: под оберткой жестокой истории о каре за грехи скрывается глубокое размышление о любви и утрате. Многие пишут о том, что «Мэнди» - злой фильм. Но ведь вся выплеснутая дровосеком Редом ненависть - это лишь следствие его опустошающего горя. Путь кровавой мести убийцам любимой стал для него единственно возможным, потому что жизнь после ее гибели перестала иметь всякий смысл. Это история о настоящей любви и о боли утраты. Любовь - это ненависть, а ненависть - это любовь: к такому парадоксальному выводу приходит Косматос в финале. Ведь если вся твоя жизнь в лице одного человека уходит из этого мира - то ничего не остаётся, кроме как вымостить себе дорогу в ад трупами всех виновных. И тогда, возможно, Юпитер и Сатурн наконец сойдутся на звёздном небе.

'Цепь убийств', 'Кокаиновый барон', 'Бюро человечества', 'Месть: История любви' - вам о чём-нибудь говорят эти названия? Вот и мне нет. Оказывается, это фильмы, в которых снимается Николас Кейдж в последние годы (и которые, видимо, только он и смотрит). Но среди такого второсортного шлака можно наткнуться на настоящие алмазы (пусть и маленькие), коим 'Мэнди' и является. Здесь идеальная для него роль: немногословный дровосек, мстящий за зверское убийство жены — что может быть лучше? Оценивать этот фильм как настоящее кинопроизведение с проработанным сценарием, сложными персонажами, вдумчивой постановкой невозможно. Здесь важнее форма, а не содержание. Медитативная, гипнотическая, как бы артхаусная драма ровно в середине фильма благодаря сюжетному твисту разворачивается на 180 градусов и превращается в адреналиновый кровавый аттракцион, при этом почти не меняя ни темпа, ни ритма повествования. Как в начале фильма нас постепенно обволакивает тягучей неоновой патокой, так и в конце мы как будто бы идём по лесному болоту вместе с главным героем, но уже с абсолютно иным выражением лица. Как это объяснить, я не понимаю, да и не хочу понимать. Это кино-эмоция, кино-впечатление, не несущее в себе никакого смысла, но в котором есть задор, драйв и жизнь. Мне кажется, это один из тех случаев, когда ты либо вознесёшь кино на пьедестал (а фан-база у этого фильма, кстати, немаленькая), либо возненавидишь всем сердцем (такие ребята тоже имеются). Я, пожалуй, примкну к первым. Кино из разряда фильмов категории В, но являющееся 'королём' последних лет в своём жанре. 'Мэнди' как будто полностью снималась под наркотическим бэд-трипом всех участников, но, видимо, именно этого ощущения и не хватало современному кинематографу (Гаспар Ноэ не в счёт). На мой взгляд, уникальный случай, когда, на самом деле, типичный сюжет превращается в настолько отталкивающую вакханалию, что глаз не оторвать.

Masterpiece с Николасом Кэйджем в главной роли. Mandy — квинтэссенция лучшего, что было в Beyond the Black Rainbow. Кино выполнено в уже узнаваемом визуальном стиле, таком же как и Beyond the Black Rainbow, однако между фильмами все таки есть существенная разница - в сеттинге происходящего. Так как Аудио - визуал обоих фильмов вообще по большей части напоминает музыкальный клип, нельзя не провести параллели с музыкой - Beyond the Black Rainbow - это 'электронщина', наука, психология, пластик, компьютеры, нарочито геометрически верный и 'стеклянный' визуал, Mandy же - это блек-метал, кровь, брутал, пикапы и байкеры, безумные сектанты и лесоруб-Кейдж в главной роли, на мой взгляд Косматос намеренно столкнул эти две, порой противоположные музыкальные сцены - электронику и металл. Однако, стоит заметить что сквозь тело саундтрека Mandy написанного Иоханом Иохансоном, иной раз да проступит 'электроник бади' в виде пружинящих синтов, переходящих в гитарные риффы. Менди лишен того стеклянно-звенящего эстетства, однако от этого не становится хуже, да, новый фильм явно дороже дебютника, и имеет более понятный, 'классический' стиль повествования и мотивации главных героев, что лишило его 'камерности' и так же плотно наполнен отсылками как и Beyond the Black Rainbow - и даже имеет общие отсылки, например топор героя Кейджа явно своими чертами напоминает логотип Celtic Frost, который, в свою очередь слушала пара маргиналов, зарезанных Барри в Beyond the Black Rainbow, образы байкеров - синобитов явно отсылают к 'Хеллрейзеру', футболка 'Блек Саббат' менди, перспектива а-ля Кубик, и многое другое говорит о том, что это работа-трибьют всему тому, что интересует режиссёра, однако понять все отсылки вероятно, невозможно. Так же стоит отметить перебор с затянутостью и излишним 'эстетством' фильма.