Солнцестояние

Фильм показывает не просто ужас, а онтологический ужас - ужас от осознания, что под слоем нашей цивилизованной реальности лежит бездна архаического, нечеловеческого хаоса, и любой из нас, пройдя через определенные 'метафизические врата' (будь то спонтанный провал, как у Мамлеева, или структурированный ритуал, как у Астера), может превратиться в 'шатуна'- существо, утратившее человеческий облик и ставшее частью этой бездны. История Дани - это метафора того, как травмированный человек, отчаянно нуждающийся в принятии, может принять за любовь и поддержку то, что на самом деле является манипуляцией и использованием со стороны деструктивного культа, токсичных отношений или любой другой системы, питающейся человеческой уязвимостью.

Есть фильмы ужасов, где режиссёр просто хочет тебя напугать. Но есть другие, где он хочет, чтобы ты почувствовал не страх, а странную смесь тепла и безысходности, из которой, кажется, и сделаны все человеческие чувства. «Солнцестояние» определённо из таких. Но, в отличие от своего старшего брата, «Реинкарнации», чувства здесь слишком яркие, ослепительные и слишком долго длятся. Как день, который не кончается. Сюжет здесь звучит современной притчей, которую словно безжалостно пересказывает профессор филологии. Девушка Дэни (нежная Флоренс Пью) теряет семью и пытается держаться за отношения, которые давно умерли. Вместе с бойфрендом и его друзьями она едет в шведскую коммуну — солнечную утопию, которая живёт по древним ритуалам. Там всё постепенно выходит из-под контроля: праздник превращается в кошмар, а кошмар оборачивается принятием. И вот хоррор здесь уже не в смерти, а в том спокойствии, с которым смерти принимают. Я смотрел режиссёрскую версию — почти три часа. И это слишком много: местами теряется логика и остаются только образы. За это я снял полбалла. Селяне ночью выходят из амбара, держась за руки, и больше о них ни слова. Почему? Зачем? Не исключаю, что в этом был и смысл. Тебя посадили беспомощно наблюдать за чужой верой, чужой болью и чужим способом выживать. Может это и находчиво, но, как по мне, затянуто. Если убрать пять слоёв постмодернизма в белом, останется история о расставании. О двух людях, которые держатся друг за друга не из любви, а из вины. Дэни теряет семью и не может отпустить парня, потому что без него есть только пустота. Он остаётся с ней из жалости. Оба делают вид, что это отношения, а мы видим, как их связь медленно гниёт, пока заботливая община буквально не подбрасывает спичку. Я долго думал, что делает «Солнцестояние» особенным. Это не хоррор — слишком красиво, слишком медленно и почти не страшно. Это солнечная галлюцинация. Как будто кто-то растворил таблетки горя в гранённом стакане и дал тебе выпить. Чем ближе к финалу, тем сильнее сомнения: где кончается реальность? Есть и намёки, что всё происходящее — бэд-трип, который начался, когда герои впервые выпили грибной настой на поляне. А может и наоборот, это единственный момент, когда Дэни действительно проснулась. Вообще, фильм неприлично похож на «Реинкарнацию». За это минус ещё полбалла. Снова перед нами секта, снова символы на стенах и снова предопределённость. При этом страха здесь меньше (жаль), а экспериментов больше. В этот раз Астер пробует говорить не о демонах, а о культуре. Он сталкивает рациональное одиночество жителя мегаполиса и общинное принятие наших предков. Современная психология против очищающих ритуалов. Дэни ищет исцеления через анализ (она учится на психолога), а деревня предлагает катарсис через коллективное чувство. И когда в финале она улыбается среди огня, ты не уверен — это освобождение или новая форма безумия. Но почему-то веришь ей больше, чем себе. Под конец фильм окончательно слетает с катушек: пророк пишет «на облаках», идёт смертельное бинго, театр внутри театра. Всё будто нарочно доведено до абсурда. Астер проверяет, сколько смысла можно выдержать, прежде чем он лопнет, как надутый шар. Если «Реинкарнация» звучала как мучительный стон, то «Солнцестояние», как северная песня, слишком метафоричная, чтобы понять сразу, и слишком громкая, чтобы сделать тише. Финальная улыбка Дэни — один из самых тревожных и честных символов хоррора. В ней сразу всё: горе, освобождение, ярость и прощение. О чём эта улыбка? Я думаю, о том, что иногда освобождение приходит не тихо в одиночестве, а с хрустом костей и в окружении сочувствующих. Ведь в истинном принятии боль не уходит. Просто она разделяется на всех. 7 из 10 За свет, от которого не спрятаться. И за боль, которую проживают нараспев.

Фильм сделан красиво. Белые одежды, зелень и солнечные скалы почти всё кино. Я знаю Библию и то, что в ней сказано о язычестве, об отношении к нему Бога. Былые одежды символизируют в книге Откровение праведность. Но какая может быть праведность в жестокости? Зелень и солнце в картине, казалось бы, должны делать человека хотя бы по ощущениям ближе к Богу. Но тут - упоение зверствами. Одним словом, сплошные противоречия восприятия. Но сам фильм сделан добротно и, несмотря на банальность сюжета и обстановки, крайне реалистично. Пожалуй, реалистичность прогнулась лишь в паре мест: во-первых, почему герои впервые столкнувшись с очевидным ужасом так лениво оттуда убегали (и даже не убежали, в конце концов), во-вторых, какая-то чересчур 'молчаливая' община, хотя, когда надо заговорить по-английски с гостями, - раскованы, современноязычны и даже болтливы. Это отшугнуло от реалистичного восприятия ленты. В остальном же (игра актёров, декорации) - на высочайшем уровне (главная героиня - вообще 5+). Поворот камеры вверх ногами на перевале сюжета тоже очень эффектен. О сути же немножко поразмышлял давеча сам с собой: 'Язычники. Идолопоклонники. Сами толком не понимают, чему поклоняются. Идут на всеразличные жестокости во имя того, чтобы не просто благополучно выжить и пожить, но чтобы слиться с божеством, — радостно принести себя и других в жертву во имя идеи. А идея проста: природа как бы циклична. Весна, лето, осень, зима. Соотнесли примерно по длительности человеческой жизни, разделили на 4. Распределили обязанности в соответствии с полом и жизненным «сезоном». Ну вот. И ты в единстве с «богом-природой», кто бы он там ни был. Подкупает. Нехотя, а проводишь параллели с Моисеевым законом (но там жертвы животных, не людей же!). Истинная жертва одна. Христос. Остальное — прообразы. Но. Мои знакомые юные атеисты от фильма воодушевились. Этакое выходит «соскальзывание» атеизма в язычество. Приятно неосознанное взаимообразие. Вроде того, что человек — сам по себе, он всему — голова. Но и природу нельзя же огульно отмести. А природа циклична. И почему бы не соответствовать природе в цикличности?... Это было бы приятно...' Что касается хоррорности, более всего покоробила последняя сцена, где показано, что сталось с гостями. Огульно фильм рекомендовать, конечно, не буду. Только ценителям качественного синематографа с железными (духовными) нервами. И то подумаю.

Навык чистого восприятия явления, то есть без опоры на свои убеждения, ценности, взгляды - мировоззрение в широком смысле этого слова - задача нетривиальная. Поэтому каждый опечаленный критик, который апеллирует к свойственной ему оптике, лишь явно подает нам сигнал об отсутствии у него описанного навыка; отсутствии всякого желания выйти за пределы своей картины мира. Сама идея поиска глубокого смысла в такого рода фильмах мне кажется нелепой, из-за жанровой специфики - хоррор, психологический триллер, местами бодихоррор. Такие фильмы в первую очередь ориентируются на эстетическое переживание, то есть на чувства зрителя. Опечаленный критик может в этом отношении заявить о нудности и затянутости фильма - его право. Однако, неспешный темп видеоряда отражает взгляд на мир и сам быт этой коммуны, где каждый кадр выверен с блестящей аккуратностью подобно осмысленным движениям и поступкам в ритуалах. Музыка дополняет всю эту атмосферу, и очевидно является прекрасным помощником этих жанров, вводя и сопровождая нас в это тревожное, пугающее, местами противное состояние. А отсутствие ярко выраженных главных героев подчеркивает важность коммуны, где личное и индивидуум теряет ту важность, которая есть в современном мире. Ари Астер вводит нас в трип, и не зря выбирает грибы как основного проводника; чувства обостряются до предела и зрителя насильно делают участником этих событий. Так что тот, кто снял очки и воспринял все в данном ему виде, не сковывая явленное в готовые рамки - будет осужден на ощущение типичной хоррору первозданной тревоги и ужаса, в основе которого лежит не нечто мистическое или трансцендентное, а антропологическое и имманентное. Однако, какой же здесь смысл и есть ли он вообще? Это безусловно второстепенный вопрос, но это не значит, что на него не стоит отвечать. Любой объект созданный в творческом порыве бесконечно оторван от своего создателя, когда в него вглядывается другой - некий зритель. Этот объект можно считать зеркалом для вглядывающегося. Поэтому кто-то сфокусируется на печальной истории главной героини, которая преодолевает свое состояние и обнуляет горе, причиненное ей неадекватными действиями сестры, а также ее современным отношением к смерти; подчеркнет ее печаль из-за чувства покинутости ее молодым человеком, отвергнутой женской любви и театральной душевной поддержки. Кто-то захочет порассуждать об обрядах и ритуалах, о традициях этой коммуны, сокрушаясь из-за того, что ему так мало объяснили. Другой скажет о чужеземце, пришельце, пребывающем в чужом ему обществе, и о тех сложностях, с которыми он сталкивается. Но все это грани одной объемной фигуры, так что же внутри? Я смею предположить, что это сам человек, всё человеческое и общество, как величайшее порождение нашей жизни. В картине наглядно показано различие между архаическим человеком премодерна и современным человеком модерна и постмодерна. Плен линейного восприятия времени, где смерть воспринимается как великая трагедия, а жизнь становится в тягость и ужасает и без того усталую душу. Зато как легко эти трудности превращает в обыденность, или даже праздник, человек премодерна, для которого время циклично и смерть есть лишь начало. Как легко он справляется с тягостями жизни, ибо имеет опору на семью, на свою коммуну, на общество. Он не обременен оковами свобод индивидуализма, напротив он растворяет себя в общем, является его неотъемлемой и неотделимой частью; он пребывает в целом. Время тоже целое, цикличное, и ощущается в корне иначе, а следовательно и человеческий короткий век уже не имеет никакого значения, ибо всё уже было бесконечное количество раз, и всё повторится бесконечное количество раз... От чего же вы так цепко схватились за свои очки и не хотите увидеть мир в иных цветах? Вас провели за руку в царство сакрального, которое вы в упор не хотите разглядеть, будто вы очарованы своей профанной реальностью. Вы не захотели стать настоящим участником этого чистого праздника, разве что вы тот парень, который справил нужду не в том месте. И вы подобны ему, ибо у себя под ногами вы не способны разглядеть священное, сакральное, так как вы закрыты восприятию. Жалость к мишке, пришельцам или добровольным самоубийцам, негодование из-за абсурдности традиций и обрядов культа - есть грустный знак того, что у фильма не получилось вручить вам ключи к другому миру. 10 из 10

Вот и дошли руки до нормальных фильмов Астера, где он в своей стихии, чувствует материал и знает, как его подать, чтобы было круто, эффектно и стильно. По большому счёту, «Солнцестояние» это обновлённый «Плетёный человек», и в этом плане сюжетно он не привносит ничего нового концепт «белого человека в секте-культе». Но Астер это достаточно типовую историю (как тут всё кончится и так ясно) подаёт очень стильно и ярко, наслаивая психологические травмы, смыслы и проблемы в отношениях, которые приводят именно к тому, к чему обычно и приводят. Визуально здесь полный восторг. Виртуозная операторская работа, роскошный звук, цветокор от депрессивных коричневых тонов до белёсо-яркого, нарочито высветленного психоделического и психотропного образа шведской глубинки, антуража, цветовой гаммы и самой матери-природы, где легко можно найти вечный во всех смыслах покой. Режиссёр мастерски нагнетает ауру и держит напряжение, а 2,5 часа пролетают незаметно (режиссёрскую 3-часовую версию я взять не решился и вряд ли возьму уже), хотя ничего весёлого тут не происходит — мощная драма, триллер и вкрапления ужасающих моментов. Из актёров тут главная партия у Флоренс Пью, и актриса выдаёт всю палитру, играя на износ, словно в последний раз — сложная, тяжёлая и эмоциональная роль прожита на надрыве, словно в последний раз — филигранное исполнение. Остальные — больше фон, необходимый для сюжета. В итоге получилось сочное, мощное и придавливающее произведение, после которого остаётся саднящий и тяжёлый осадок. Крутая работа талантливого режиссёра. Жаль, что в следующих фильмах его понесло не совсем туда. 8,5 из 10

Когда я досмотрела фильм, то в конце подумала: 'А почему я не бросила его сразу?' На этот вопрос ответа у меня нет, поэтому отзыв по полному просмотру. Когда речь идёт о замкнутых сообществах, всегда очень сложно судить от лица человека вне сообществ. Очень много артефактов, историй, действий, в которых сектанты как рыбы в воде, а мы - как не умеющий плавать человек на берегу. Поэтому первое, что мне понравилось в фильме и за что я выражаю режиссёру свой респект, - это незаметная, исподволь, но затем полная вовлечённость героев в обряды. Будучи туристами, зрителями изначально, по мере развития сюжета они стали главными действующими лицами. Сами того не замечая, продолжая считать, что они просто на студенческой практике. Это так здорово исполнено, что да, большой плюс. Второе, что понравилось, - антураж. Красивые люди (пока не познакомишься с ними поближе), красивая одежда, природа прямо какая-то родная. И вот вопрос, который при просмотре не возник, а потом - да. Очень всё богато. Мы же знаем, как сейчас дорого всё экологически чистое. А этот посёлок со святилищем только с первого взгляда прост, а потом - совсем нет. Откуда деньги? Если этот вопрос задать себе с первых кадров про стоянку сектантов, то можно и об остальном догадаться довольно быстро. Культ солнцестоянтов остался до конца мной не понят. Но это не минус, это по идее так и должно быть. Мы же сторонние наблюдатели и видим момент из их жизни. Непонятный, пугающий, оставляющий вопросы, но их - не наш. Когда мы подходим к финалу, уже многое понятно. И вопросов почти не остаётся - ни про родителей Пеле, ни про странные события, ни про активное привлечение Кристиана к жизнеобеспечению секты (громкая подсказка - мягко сказать, некрасивый ребёнок, мирно лежащий на скамейке, показанный параллельно с обеспечиванием 'новой крови'). Сюжет про реальную жизнь студентов, которые поехали за материалом диссертации, составляет пара Дэни и Кристиана, находящаяся в сложном периоде отношений, плюс его сокурсники. Один из которых - Пеле - родом из солнцестоянтов. Но этот сюжет скоро перестаёт быть актуальным. Возврат к этому сюжету - улыбка, расцветающая на лице Дэни в конце. До того это была прямо убитая всем происходящим взрослая женщина, облачённая в странный палантин из цветов, который ранее был лишь цветочной корзинкой на голове и пелеринкой, которыми её обрядили, назвав королевой Майей (или королевой мая, я не очень поняла). А вот когда свершилось то, что должно было свершиться по её выбору, на смену маске Пьеро пришло молодое задорное лицо Арлекина. И я её понимаю. Ибо нефиг девочек обижать. Теперь серьёзно. Вывод можно сделать однозначный - никогда не вовлекайся в деятельность, о который ничего не знаешь, а если это деятельность такого вот закрытого сообщества, то и вовсе держись подальше. Ах, да, Вы спросите, причём тут грибы? Знаете, мне после последних кадров и хотелось бы всё списать на экологически чистые галлюциногены, но увы. Хотя многое, скорее всего, сектанты-солнцестоянты проделывали не без нехилой такой дозы волшебного питья. Чего мне не хватило, как это стало очень часто происходить с триллерами и хоррорами, - диалогов. За невнятное мычание, которое сценаристы выдают за разговоры, у них надо вычитать из гонорара. Ведь это студенты, им всем лет - вокруг двадцати. А они перекидываются словами раз в час. Тем более на новом месте. Да болтать должны были без остановки. Но нет. P.S. Очень жалко было медведя.

После просмотра «Солнцестояния» у меня возникло ощущение незаконченности, недоделанности, недосказанности, что приводило к соответствующим вопросам «А что дальше?» «А зачем ?» «Для чего?» и т.д. Складывается представление, будто фильм снимал не совсем опытный человек, что так и не смог окончательно совместить все свои идеи, ибо за немалые 2,5 (!) часа, из всего того количества закинутых в первой части фильма удочек, нагнетания, всех этих выяснений отношений и трипов, в конечном итоге не вырисовывается ровном счётом ничего целостного. Когда сформировавшееся за первую часть подводка, а под «подводкой» я имею в виду персонажей, сталкивается с, как я понимаю, главной идеей фильма, а именно — показать страх и ненависть в неоязычестве — она просто тонет там без какого либо продолжения. Начиная с главной героини, чья история начинается с психологической травмы, которая является главным источником её конфликта, вот только развитие этого конфликта будто бы совсем не происходит. Из этой же травмы проистекает конфликт героини с её парнем, но, честное слово, все это выглядит как тот самый мем, где парень оборачивается на проходящую мимо девушку, ловя на себе кривой взгляд своей второй половинки. И этот мем растянут на весь фильм… Других персонажей фильма постигает та же участь. Нас с ними знакомят, но лучшими друзьями нам вместе стать не суждено - уж слишком скупо происходит их раскрытие. Вторая часть фильма. Нас знакомят с общиной и закидывают 'новые' удочки, которые, впрочем, повторяют судьбу 'старых'. Нам показывают много загадочного, но обделяют подсказками для разгадывания, от чего всё это скорее напоминает документальную съёмку. Что-то вроде: «мы приехали в джунгли к каннибалам и поснимали чем они там занимаются». Все остальные смыслы, если они вам нужны, додумывайте сами. Плохим фильм назвать не могу, актёры, декорации, операторская работа — всё смотрится добротно. Однако, как-то так выходит, что первая часть со второй не шибко вяжется, учитывая, что каждая из них сама по себе не шедевр, а от того и ощущение, от всего этого праздника жизни, под названием «Солнцестояние», остаётся смешанным…

Это не классический хоррор и артхаусной картиной её называть не хочу. Позволю себе сравнить с артхаусным 'Маяком' или тем же 'Догвилль', с которого вдохновлялся режиссёр, для меня разница очевидная (знатоки жанра артхаус такие 'подержи моё пиво'). Я назову его авторским фильмом с более чем понятным, даже банальным сюжетом и с приятной визуально-звуковой составляющей. Сюжет: ГГ Дэни пережила тяжёлую семейную трагедию, при этом пытается сохранить отношения со своим парнем Кристианом. Кристиан же, утомлённый отношениями, в свете трагедии пытается оказать ей поддержку (что сложно назвать таковой). Спустя полгода Дэни узнаёт, что Кристиан с друзьями собирается посетить языческий праздник солнцестояния в закрытой общине в Швеции. У каждого из друзей-антропологов свои планы на эту поездку, и им приходится пригласить Дэни с собой. А у коренных обитателей этой общины свои планы на них)) Режиссёр картины Ари Астер стирает все хоррор-клише (ну, кроме сюжета), что огромный плюс - ночь сменяется на день, вместо маньяков и клоунов тут красивые и эстетичные скандинавы, ноль скримеров. Зло здесь творится не по стечению обстоятельств, а осознанно и продумано. Несмотря на нетипичную для такого жанра яркую и насыщенную картинку, атмосфера тревожная и напряжённая, кажется будто вот-вот что-то произойдёт. За это отвечает музыка и операторская работа, они создают сладко-приторный контраст. Много длинных кадров и статичных планов, сцены хорошо проработаны. Есть жёсткие, но их не так много (от силы 10 минут при хронометраже 147 м.), а некоторые и вовсе происходят за кадром. Ещё одним инструментом хоррора тут является эротика, которая не возбуждает, а отталкивает. Юмор тоже присутствует, уместный и разбавляет напряжённую атмосферу (эмоциональные качели, своего рода). Положительных персонажей тут нет, я не переживала ни за одного перса. Показана только предыстория ГГ, но и за неё не тревожно. Игра актёров мне показалась слабой, тянула только Флоренс (Дэни), хотя она тут не единственный главный персонаж. За Уилла Поултера, а точнее, за отыгранный им юмор отдельный плюс. У остальных ребят лица такие будто они забыли скрыть эмоции после читки сценария, а массовка есть массовка - к ним 0 вопросов. Концовка очень неоднозначная, для меня скорее отрицательная. Прикольно, что смысл фильма я не поняла до конца и желание его пересмотреть не уходит. Тут очень много пасхалок, в середине фильма я стала обращать внимание на фон - фрески, картины. Там дофига спойлеров. Лично мне хочется ознакомиться с другой картиной Ари - 'Реинкарнация', говорят она пожёстче. Хотя хоррор и слэшеры это не мой жанр, стиль режиссёра хочется прочувствовать. В интернетах фильм сравнивают с 'Плетёный человек' 1973 года, может и его заодно. А мне «Солнцестояние» напомнил «Маму» с Дженифер Лоуренс, там тоже похожий психодел. Такой фильм может понравиться не многим, тут очень странные и жуткие сцены, вызывающие различные эмоции (мне было противно, мерзко, гневно, а в финале охватило недоумение, и я сижу с мыслью 'что это было?'). У фильма свой вайб и советую с ним ознакомиться. Только не смотрите на полный желудок или перед едой.

Не буду расписывать про прекрасный визуал фильма, затянутость хронометража и прочие моменты, которые уже есть в других рецензиях. Расскажу, с какими мыслями этот фильм меня оставил. По сути, перед нами очередное околоиндюшное европейское кино с идеями в духе 'Треугольника печали'/'Квадрата' Рубена Эстлунда, 'Не говори никому' Кристиана Тафдрупа, 'Дурного глаза' с Евой Грин. Что за идеи? Кризис современного европейского цивилизованного человека, его импотенция к разруливанию встающих перед ним вызовов, витальная слабость. Его страх перед более уверенными, 'примитивными', приближенными к своим корням людьми. Формула во всех фильмах одна и та же. Меняется лишь условный враг и обстоятельства. Кто главная героиня этого фильма? Безумно тоскливая девушка, находящаяся в созависимых отношениях со своим парнем, постоянно громко плачущая и депрессующая. Кто ее парень? Молодой овощ(духовно) с фейковыми друзьями. В процессе повествования красной нитью прослеживается неспособность гг и ее парня принимать последовательные и волевые решения (вспоминаем диссертацию, беседы об отношениях, попытки слинять из коммуны, подозрения друг к другу и пр.). Говоря про феминистский подтекст — он тут есть, но он словно плачи героини на протяжении фильма — лишь добавляет уныния. Никакого позитивного месседжа не фактически транслирует. То, что нужно уметь отпускать? Само по себе круто, но обстоятельства, в которых это доносится — из них только очень усердный человек сможет уловить позитивные вибрации и смыслы. Подводя итог к этому потоку мыслей — не думаю, что вы хотите потратить два с половиной часа на пережевывание соплей очередного европейского режиссера, внезапно понявшего, что старушка Европа уже одной ногой в гробу и пытающегося это в ускоренном темпе отрефлексировать и донести до своих товарищей по грядке.

И снова студия А-24 ('Агнец', 'Грызня'), создающая самобытные киноленты, отличающиеся от стандартной голливудской продукции. Отрадно, что хоррор как жанр не стоит на месте, а развивается, порождая новые подвиды. Такое направление, как фолк-хоррор, является для меня абсолютно новым и, тем самым, притягательным. Все-таки примитивный сюжет про маньяка с топором уже откровенно скучен, отжив свое в видеосалонах 1990-х. Помните песню «Сказочная тайга» группы «Агата Кристи»? Мне она всегда казалась какой-то потусторонней и леденящей душу. Так вот, была там такая строчка: «Новую кровь получила зима, и тебя она получит». Только в «Солнцестоянии» новую кровь получило лето.. Набившая оскомину тема «шведской семьи» не теряет своей популярности. В «Солнцестоянии» зрителя приглашают заглянуть в еще одну ячейку шведского общества - языческую общину, затерянную где-то то ли в шведских лесах, то ли в полях. Любая секта – это, по сути, тоталитарное общество, где все еще более гипертрофировано, и гайки закручиваются на порядок сильнее. И хотя решение поехать в Швецию было принято компанией американских студентов совместно, и мы видим, что по приезде они формально держатся вместе, по большому счету они не друзья – не стоят друг за друга горой, способны ехидствовать в отношении друг друга и делать друг другу мелкие подлости. У них нет сплоченности (когда один за всех, а все за одного) - именно той штуки, которая помогает выжить в экстремальных условиях. Вместо того, чтобы бежать из этого странного, погрязшего в оккультизме места без оглядки после увиденного в первый же день праздника Солнцестояния (а лучше тайно ночью), они остаются и долго спорят, кто же из них будет писать по теме сдвинутой шведской коммуны диссертацию - выгода здесь превыше безопасности. Они спокойно дают себя опаивать, околдовывать и уговаривать, меланхолично и механически поглощая заговоренные яства, да еще и с такой отвратительной начинкой. Одним словом, вместо того, чтобы побороться за себя хотя бы для проформы, они с самого начала пассивно складывают лапки и никак не противятся уготовленной им юдоли. «Да где, черт побери, ваш инстинкт самосохранения?!» - хочется заорать во весь голос. Но зачем далеко ходить – через год после съемок фильма это же общество позволило подвергнуть себя драконовским ковидным ограничениям, когда даже на младенцев одевали маски, а беременных женщин арестовывали. Только парочка неэтнических британцев позволяет себе выразить открытое несогласие с укладом жизни в Хорге. Под всеобщим равенством и братством в Хорге скрывается абсолютная неэтичность, граничащая с первобытной жестокостью. Хотя в моем понимании Хорга – это все же гротескно изображенное современное общество, всегда готовое впасть в ту или иную крайность, где все новое – это хорошо забытое старое. Например, сейчас многие страны приходят к узакониванию эвтаназии якобы из соображений гуманизма, идя при этом не только против воли божьей, но и против общечеловеческой морали в целом. В Хорге тоже существует своего рода добровольно-принудительная эвтаназия, которая лишний раз подтверждает, что идея лишать кого-то жизни в неотведенное ему Господом и природой время является абсолютно абсурдной и аморальной. Кто в праве решать, пришел ли кому-то срок отправляться в мир иной или нет? Ведь больной может неожиданно выздороветь (даже в медицине существует термин «спонтанная ремиссия») и долго еще радовать окружающих своими талантами и полезными качествами, внося при этом посильный вклад в жизнь общества. Там, где принимаются однозначные/ единоличные/ силовые решения, всегда есть места ошибкам, перегибам и волюнтаризму. Занятно, что для пущей аутентичности американских персонажей играют американские актеры, а шведских – шведы. Не смотря на общее предчувствие беды, моя интуиция в этот раз мне особо ничего не говорила (обычно я более-менее догадываюсь о сюжетных ходах, создавая спойлеры сама себе), так что концовка для меня не выглядела предсказуемой. В паре моментов к горлу все же подкатывала тошнота как реакция на увиденное на экране. Поэтому фильм не советую смотреть после плотного обеда или ужина. После «Солнцестояния» мне хочется посмотреть другой фильм режиссера Ари Астера - «Реинкарнацию», который, как говорят, еще жестче. Обилие отрицательных рецензий на «Солнцестояние» лишний раз доказывает, что люди, как какие-то мутировавшие стрижи (вот вам, кстати, идея для очередного нового жанра хоррора), уже просто разучились замедляться и делать что-то спокойно, с толком, с расстановкой, в том числе смотреть кино. Вот и подавай им кинематографическое «бистрО». Итог: хотя я сама была в ситуациях, когда по приезду в абсолютно незнакомое место нужно было полностью довериться принимающей тебя стороне (например, в тихоокеанском Вануату мы жили в семье одного колоритного местного авторитета, о котором мы знали очень и очень немного), нужно все же быть начеку и иметь какую-то внутреннюю «чуйку»: тот, кто тебе приветливо улыбается, не всегда твой друг. Возможно, он уже размышляет, под каким соусом съесть тебя сегодня на ужин... 9 из 10