Папочка вступил в Сопротивление

Семья Бурдель – потомственные музыканты, которым рукоплескал весь мир и которые до войны спокойно жили в своем имении. Но вот по приказу высшего немецкого руководства особняк был на время передан местным оккупантским властям в качестве комендатуры, и Бурделям пришлось переехать в подвал, дабы вместить генерала Шпонца с его подчиненными. Итак, в тесном подвале вынуждены ютиться: Элена Бурдель – вдова активиста Сопротивления, знаменитая оперная певица; ее дети Ги-Юбер (манерный и трусливый парикмахер), Бернадетт (красавица-виолончелистка, пленившая генерала Шпонца) и Колетт (просто вертихвостка); ворчливый дедуля Андре; жених Бернадетт и он же квартирант Мишель. Но мало того – к ним присоединяется раненый пленник, сбежавший из комендатуры. Этажом выше разгуливают генерал Шпонц и его любимый русский военнопленный, кот по имени Густав, а к ним периодически присоединяются то лизоблюд-гестаповец, то сводный брат Гитлера, написавший «Майн Кампф». И если вам кажется, что это полный финиш, то прибавьте еще и Героя по кличке Суперпартизан в плаще, цилиндре и маске – вылитый Такседо из «Сейлор Мун», и вы получите представление о детище Жана-Мари Пуаре. Временами кажется, что смотришь какой-то фантасмагорический водевиль. При такой плотности действующих лиц фильму просто некогда провисать, и хотя искрометно смешным его не назовешь, смотрится он легко и ненапряжно. Хотя есть пара фривольных сцен, в целом юмор ниже пояса не опускается, оставаясь на уровне ситуационных шуток, временами напоминающих не самые лучшие работы братьев Маркс. Порадовало, что любовную линию не стали выносить на передний план, забивая всё остальное. Я бы еще убрала финальную часть с постаревшими героями, но это уже вопрос субъективный. Французы частенько обращаются к теме Сопротивления, хотя по факту не такое уж большое их число реально принимало участие в его деятельности (к примеру, на сорок третий год участников движения было около ста тысяч – меньше процента всего населения). Если говорить о зажиточном слое и деятелях культуры, то как раз среди них было довольно много сторонников режима Виши. В этом смысле огромное количество книг и фильмов, посвященных la Resistance, в некотором смысле может быть попыткой выдать желаемое за действительное. И всё же, безотносительно к историческим реалиям (а именно так, пожалуй, и стоит смотреть на комедию, да еще и посвященную памяти Фюнеса) фильм Пуаре полон эдакого мушкетерского задора, ура-патриотизма, благодаря которым и рождается та живость, делающая «Папочку» достойным хотя бы беглого просмотра. Конечно, Пуаре – это уже не Жерар Ури, но вот с Клодом Зиди (особенно поздними работами) он вполне сравним. Единственный вопрос – почему в название картины вынесли именно папочку (Papy), если роль других членов семьи в Сопротивлении была несоизмеримо больше?..