Древо жизни

Одиссея, исследующая темы зла, существующего в мире красоты, лицемерие наших отцов, потеря невинности в детстве и философские поиски смысла и истины в жизни через призму опыта одной семьи. Но как тогда можно в полной мере размышлять об этом, если Малик на полном серьёзе связывает и даже сравнивает рождение и рост Вселенной с опытом, который на самом деле не выходит за пределы одного семейного дома? Как можно в разговаривать об одной из этих тем при полном отсутствии диалогов и без единого основного сюжета? Вернее повествование настолько свободное, что сюжета почти не существует. Что уж говорить о сбивающих с толку заключительных 15 минутах, где фильм переходит в режим полной претенциозности. Как бы я ни восхищался амбициями Малика, охватывающими вселенную, я не могу воспринимать этот фильм никак иначе, кроме как спектакль воспоминание, не обремененный повествованием. То как Малик разделил этот фильм на серию отдельных эпизодов (природа, человек, вознесение) мне просто менее интересно, чем когда он полностью погружен в пространство своих персонажей или сливается с самим пейзажем, как в его же 'Пустошах' или 'Днях Жатвы'. Намерения фильма, по видимому, в первую очередь направлены на то, чтобы убедиться, находит ли он отклик у своего создателя, поскольку это глубоко личный фильм от начала и до конца. 'Древо жизни' предоставляет череду прекрасно снятых кадров в ожидании, что мы сами свяжем историю воедино. Такой фильм либо абсолютно точно сработает на вас, либо абсолютно нет, что скорее зависит от вашего личного жизненного опыта. 8 из 10

США 50-е годы XX века/наше время Джек /Хантер МакКракен/Шон Пенн/ - мальчик-подросток, взрослеющий под влиянием разных взглядов на жизнь отца и матери; взрослый мужчина, вспоминающий своё детство мистер ОБрайен /Брэд Питт/ - отец Джека, властный, строгий, порою излишне жёсткий мужчина, желающий, чтобы его сыновья были сильными и подготовленными к жизни в несправедливом мире миссис ОБрайен /Джессика Честейн/ - мать Джека и его братьев, мягкая, тихая, спокойная, верящая в Бога женщина, старающаяся привить своим детям чувство любви и взаимопомощи Этот монументальный фильм является моим знакомством с творчеством небезызвестного Терренса Малика, который, как я поняла, ценится среди ценителей и не любится среди простых смертных. Ну, что, я, конечно, в очередной раз не кичусь, но, похоже, вновь убедилась, что отношусь к первым /в каждой шутке есть доля шутки, не забывайте об этом.../ Фильм мне понравился очень. После просмотра я читала критические статьи, и картина, которая стала обладательницей Золотой пальмовой ветви Каннского кинофестиваля, понравилась далеко не всем критикам. Многие увидели в ней слишком много автобиографичности, граничащей с самолюбованием. Многие отмечали, что в фильме не было никаких новых - для Малика! - приёмов. Но! Напомню, это было моё знакомство с режиссёром, и все эти приёмы я увидела впервые, и мне они весьма понравились. Сочетание музыки и картинки идеально. Непривычные ракурсы и кадры великолепно вписывались в канву фильма и помогали зрителю вжиться в картину. Фильм долгий. Если он вам не понравится, покажется вообще бесконечным. Более чем уверена, что больше половины фильма не любящими подобное искусство зрителями будет воспринята как белиберда из разряда «Этовообщекчему». Я то, конечно, считаю, что очень даже к чему. Кадры о развитии Вселенной, появлении Земли и развитии жизни на ней, медленно сменяющие друг друга под музыку Александра Деспла – очень эмоциональны. Их можно трактовать двумя выводами в свете событий в жизни семьи О`Брайен, которые были показаны до. Что каждый человек – это Вселенная - многогранная, постоянно эволюционирующая, но неизменно приходящая к гибели. Либо что все мы в масштабах Вселенной – совершеннейшее ничтожество. Тут уж каждый сам решает, какая из мыслей ему ближе. Итак, взросление Джека. Влияние на него мировоззрений тихой и безропотной, искренне любящей Бога матери и сурового, малоэмоционального отца, требующего, чтобы его называли «сэр» и «отец», а никак не «папа». Мать меня порою поражала. С одной стороны она давала детям много тепла. Но при этом не могла заступиться за них в особенно сложные моменты, связанные с отцом. Отец же тоже неоднозначен: вроде бы жёсткий, но с другой стороны и без перегибов. Нет рукоприкладства и прочих ужасов, но постоянное психологическое давление. Но, как мне кажется, в таких условиях растут больше половины жителей Земли, и, по сути, это всё не так уж плохо, ведь отец воспитывает сыновей, мужчин, готовит их к жизни в действительно не самом светлом и добром мире. Однако же, мой муж так не поступает, он совершенно другой, и я очень рада, что мой сын растёт в других психологических условиях. /Во время просмотра постоянно сравнивала свою семью и экранную, для меня это значимо, поскольку означает, что фильм реально затронул что-то важное лично для меня/. В целом остались впечатления двоякие о каждом. И это хорошо, поскольку очень похоже на реальную жизнь, на мир, где нет чёрного и белого. Где и ты сам не пушистый зайчик, а человек, включающий в себя целую Вселенную эмоций. В общем, фильм я однозначно рекомендую ценителям и любителям непростых, эмоциональных фильмов, над которыми приходится подумать. Любителям простых, понятных историй и зрелищных блокбастеров он совершенно точно по вкусу прийтись не сможет.

Рассказ автора, заключённый в простых и лаконичных образах, фиксирует историю ностальгических воспоминаний героя о детстве, его отце и матери. Эти воспоминания вплетены в историю мироздания - от Сотворения мира и до всеобщего Воскресения. Фильм произвёл впечатление, как очень честная, простая и лаконичная работа, без подтекстов, вариативности трактовок и скрытых смыслов, что очень редко встречается в современном кинематографе, при этом лишенная художественного, поэтического языка и какой-либо образности. Эта простота прослеживается, сперва в операторской работе, - кадры напоминают документалистику из мира природы или животных, сцены лишены поэзии и глубины, смотрятся максимально упрощенными, даже немного выхолощенными, несмотря на свою внешнюю красоту. Возможно, режиссёр и хотел бы снять кадры, как художник или поэт, но получилось у него как раз наоборот, - технично и просто, как открытки с красивыми видами - красота есть, но не вышло передать ее в полной мере и тем более - наполнить тайной и внутренним содержанием. Поэтому в фильме кадры смотрятся отдельно друг от друга - они не соединяются в цельное полотно внутренним смыслом. Тексты, которые мы слышим за кадром - похожи на видеоряд, они красивы и глубоки по своей сути, ведь большая их часть, - это обращения к Богу, но преподносятся слишком незатейливо, прямолинейно, отчего практически не запоминаются. Они не поэтичны, словно лишены личного опыта. Однако же, если посмотреть на эти особенности как на авторский почерк, можно увидеть действительно необычную картину, имеющую свои стилистические особенности, при чем достаточно яркие. Есть такие писатели и художники, которые имеют что сказать, но делают это немного механически, используя достаточно простые образы, будто не до конца чувствуют натуру и материал, улавливают внутреннее содержание, но не могут его в должной мере воспроизвести в произведении. Кстати, резанул глаз кадр с маской в воде, ближе к концу фильма, - ну это уж совсем никуда не годится! Слишком буквально и к тому же стилистически вне визуальной ткани фильма. В целом же, картина произвела положительное впечатление, и в первую очередь тем, что показалась очень искренней, чистой и доброй.

Возможно увидеть модель жизни в этом фильме. Как мы живём и главное - воспитываем своих детей. Затронуты: тема семьи и отношений, воспитание всех членов семьи под воздействием судьбы, тема бога в жизни когда тебе хорошо и когда тебе плохо - необходимость чего то высшего на что можно опереться в трудную минуту и кто за тебя точно порадуется в лучшие мгновенья жизни. Вообще показательно здесь, то что нужно любить и помогать своим детям, также 'шлифовать' не то что ты хочешь, а видеть какие то качества хорошие ребёнка и помогать ему развить их. Любовь - это то, что хочешь дать не требуя ничего в замен. Любовь подскажет как поступить в той или иной ситуации - наказ, поощрение и прочее. фанатизма не должно быть. этот фильм о жизни. тяжеловат эмоционально.

Очень необычное полотно Терренса Малика. Фильм, который запутывает начальными сценами похорон, а отсылки и цитирование библейских строк выстреливают из каждого эпизода. О чём это кино? Об обычной жизни, о взрослении, об открытия нового и неизведанного, о воспитательных процессах. К чему приводит это кино? К смерти! Начальные кадры кажутся об одном событии, но позднее ты не понимаешь, кто именно умер, кто остался жив. «Древо жизни» словно поход в музей. Непривычные приближения камеры, словно документалка или съёмка от первого лица, тихие действия и неуклюжее состояние на камеру. Цитаты и разговоры матери о смысле жизни знакомят нас с семьёй, где строгий отец учит этикету и уважению сыновей. Три мальчика представлены нам в раннем возрасте, чтобы оценить влияние отца на их положение. Дальше дома и лужайки сюжет не перемещается, демонстрируя ограду, границу, на которой отец делает акцент. Воспитательная роль Брэда Питта воодушевляет. Мать в исполнении Джессики Честейн служит катализатором сурового воспитания. Если брать аналогию, то Питт – кнут, а Честейн – пряник. Вроде бы свыкаешься с рутинной жизнью, причём сюжет не двигается вширь, а следует только процессу взросления. Мы не видим ничего, кроме детей и их восприятия, окружающего их мира и осмысления происходящего. Параллельно Терренс Малик ведёт диалог напрямую с творцом: от кадров зарождения Вселенной до естественного отбора динозавров, от ландшафта морских волн до рельефа горных пород. Такие необычные переходы возвращают нас к главной семье, чтобы почувствовать их значимость в этом мире. Малик напоминает Ларса фон Триера своими отсылками и метафорами, Андрея Тарковского медленными планами природы, но вкладывает в них свой смысл. Понять данную картину непросто. Воспринимается она как обычая история жизни. Мы видим взросление детей, их споры и проявление характера, а также реакцию Брэда на противоречия. Создаётся противоборство между любовью матери и любовью отца, поднимаются вопросы выбора стороны. Дебютная и единственная роль у Хантера МакКракена (не выпускайте!) отлично сочетается с мастерством Брэда Ивановича и спокойным, нежным образом Честейн. Отсутствие отца дарит подростковые открытия, осознания правильности поступков. Ты буквально видишь противоречия в глазах парня, который понимает, что дворовые парни поступают неправильно, что отец не одобряет такого поведения, но в тоже время отца здесь нет, а запрет действий сильно усиливает желание их совершить. Картина доводит до начальных событий с похоронами, закрывая флэшбэк. Присутствие Шона Пенна обуславливается перемещением в рай (возможно!), который закрывает это полотно на встречи всех героев в разных возрастных периодах. Или нет? Или можно разглядеть иной смысл? Каждый видит это кино по-своему. Мнения у зрителей разные, а режиссёр считает: «как вам показалось на первый взгляд кино, так оно и снято». Понимание происходящего у каждого своё. Можно смело отбросить эту ленту за скучающий рассказ, отсутствие динамики, а можно наслаждаться аллегориями, отсылками и сравнениями с божественным происхождением жизни. Схожий приём был в «Космической Одиссеи» Стэнли Кубрика, только у Терренса Малика вместо ребёнка в коконе, красное полотно, начинающее и заканчивающее рассказ. Круг замкнулся, тем самым просто передав историю жизни семьи, значения каждого её члена во вселенной и более приземлённо – воспитание и принятие окружающего мира.

Совершенное со стороны формы – отличные визуальные эффекты и монтаж, превосходная операторская работа, гармоничный с визуальной частью, подбор музыкального сопровождения, в целом хорошая игра актёров, и предельно личное и глубокое со стороны содержания кино. Визуально, фильм распластался до огромных масштабов, и попытался захватить примерно такой же кусок мира, как и 'Космическая Одиссея' в своё время. Под куском, я подразумеваю пространство и время. Пространство скользит от прошлого к будущему, путём воспоминаний, к которым нужно попасть через пустыню сознания, и всё это вперемешку с зарождением жизни на Земле, что служит метафорическим началом к идее фильма, но об этом позже. Время. Как уже упомянуто, масштабность времени тоже перемещается от сотворения первых живых организмов — зарождения Жизни, до самого конечного момента, где все люди встречаются со своими родными и близкими в одном месте. Быть может, данным местом является память человека, а возможно, что это так называемый Рай, в который уходят в 'субъективном конце мира' т.е. Смерти. В картине присутствует очень мощный и завораживающий киноязык, с большим количеством метафор и говорящих образов. В этом плане, Малику получилось создать нечто совершенное, и в визуальном плане приблизиться к уровню классиков артхауса. Идейно, 'Древо жизни' рассказывает о выборах пути человека. В фильме они назывались 'Путь естества' и 'Путь благодати'. Путь естества — это такая тропинка, вступая на которую, человек якобы становится хозяином жизни, мир крутится вокруг него, окружающие люди будут игрушками в руках такого человека, если тот этого захочет. На этом пути, люди обычно добиваются больших успехов в материальном мире, их самолюбивость от этого ещё больше растёт, а уверенность в том, что они правы и находятся на истинном пути, только крепнет. Биологически, путь естества можно объяснить преобладанием чувства доминантности, который, в свою очередь зависит от тестостерона в организме. По сути, это люди с мощно развитым мужским, животным началом, у которых доминирование над другими – это неотъемлемая часть существования. Но есть и второй образ жизни: Путь благодати. Это миролюбивый, добротворящий путь, вступив на который человек живёт в гармонии с природой внутри себя. Такой человек направляет свою жизнь на создание комфорта для себя и окружающих, не желает вступать в конфликты, и от этого же страдает. Возможно сюда бы подошло слово 'святой'. Именно 'святой', а не 'духовный', или 'миролюбивый'. Святой совмещает в себе и духовность, и миролюбивость, но ко всему этому привязана ещё и беспомощность. Весь путь благодати обречён на страдания и вытеснения, потому что человек 'святой' беспомощен против внешнего мира, которым правят люди, выбравшие более живучий, животный путь естества. Как уже стало понятно, это две крайности человека, и людей с чем-то одним не бывает. В каждом человеке заложен и тот и другой путь, который ему выпадет. Выпадение в сторону определенного пути зависит от воспитания, врождённого характера, внешней среды проживания и т.п. Но один путь не исключает другой, а просто начинает накренять в свою сторону. В фильме показано только две этих стороны, как две вершины, но главное, как всегда, находится по центру. Да, соблюдение баланса могло бы быть третьим путём и, на мой взгляд, самым верным направлением. При таком пути, конечно, стать Князем Мышкиным или Дэниелом Плэйвью сложнее, но и зачем ими становиться, когда можно быть всем понемногу. Концептуально, получилась очень искренняя и предельно личная картина. В ней режиссёр рассказывает историю своей семьи и идею, соответственно, выражает из опыта реальной жизни. Вся история идёт о брате Терренса Малика, который покончил с собой. Рассказывая историю о брате, он метафорически сопоставляет рождение ребенка с появлением жизни на Земле. Для каждого человека персонально, мир рождается и уничтожается вместе с ним самим, прямо как пел великий русский поэт: 'Покончив с собой — уничтожить весь мир'. И брат Малика, действительно, уничтожил мир, в котором он был беспомощен, мягкотел и угнетён грубым отцовским воспитанием. Он не вынес всего, что на него легло. Сам же режиссёр изобразил себя метавшимся между двумя путями, в детском возрасте, но в изображении взрослого, уже было видно, что Малик остановился на том же пути, по которому его воспитал отец. В завершении картины, режиссёр прощается со своим братом и навсегда отпускает в вечность. Древо жизни - шедевр!

Блуждая по всяким интернетам, совершенно случайно наткнулась на киноафишу с рецензиями, среди которых был и этот фильм - 'Древо жизни'. Джессика Честейн и Брэд Питт. Как назвать человека, который задыхается от любопытства перед всем, что связано с душой, сознанием, подсознанием, божественным и даже околобожественным? Ну, вот это я. Я имею ввиду, что я любитель во всем видеть знаки свыше. Как и в том, что я невольно залипла на этом фильме. Если выдержать первые 30 минут фильма, слишком уж много нуминозной музыки и психоделических картинок, дальше будет достаточно затягивающе. Обычная американская семья. Муж, жена, трое мальчишек. Вроде счастливы. Вроде все благополучно. Горе. За кадром голос матери, взывающей к Богу. Далее события предыдущих лет. Несправедливый отец. Подслушиваем мысли взрослеющего мальчика. Фильм из тех, после которого долго остается странное ощущение….эм… и благодарности за то, что все хорошо сегодня, сожаления о скоротечности бытия и размышления о том, что над нами (ну этим я грешу постоянно, не только после просмотра таких фильмов). Хотя не только эти грузные и неповоротливые чувства обуревали меня. Все это время я любовалась хрустальным образом романтичной матери, которую так изящно несла Честейн. Несмотря на то, что фильм немногословен, в принципе. Его вполне можно разобрать на цитаты. Одна из которых «Никогда не говори – я не могу, всегда заменяй ее фразой – мне трудно». Наверное, возьму ее себе на вооружение для сложных ситуаций. Вряд ли я стану пересматривать этот фильм и вряд ли стану рекомендовать к просмотру. В целом, времени, потраченного на просмотр фильма, не жалко.

Наверное самый близкий к Кубриковской Одиссее по масштабу и грандиозности фильм. И одновременно самый далекий по духу- ведь глобальное и вселенское в фильме в постоянном контрасте с интимным и личным. Это не ода рассудку, это ода эмоции, зачастую алогичной. Отстраненные космические масштабы сильно выигрывают от красивейших спецэффектов (ближайший аналог- Фонтан Аронофски), а великолепная субъективная камера Эммануэля Любецки словно рыскает по просторам памяти, идеально запечатлевая безоблачное детство в пасторальной глубинке, в то время как готический хор вводит в медитативный транс. Радикальный антропоцентризм картины очень хорошо ложится на библейский пафос, и Малик не стесняется использовать прямые цитаты из Библии, чтобы это подчеркнуть. Что касается описываемых ситуаций, то они довольно, за неимением лучшего слова, универсальны. Но это же можно занести в недостаток- желая апеллировать к индивидуальному опыту каждого человека, Малик никогда не выходит за рамки и использует полутона- отец строг, но не очень, дети хулиганисты, но не очень, и вроде все так знакомо, но если бы не захватывающая подача, довольно скучно. Любовь выше закона, это мы знаем два тысячелетия, ничего нового. Центральный конфликт с отцом разрешается, к тому же, как плохая фантазия. Бредд Питт довольно уютно чувствует себя в роли простых американских парней, и эта роль- не исключение. А вот Джессика Честейн прекрасна, и образ ее здесь во многом знаковый для ее карьеры. Немного странный осадок оставляет совершенная пустота в сюжете между детством и посмертием, будто у человека ничего хорошего и нет после 12 лет, и всю оставшуюся жизнь он проводит на автопилоте. Что касается меня, то мне очень понравилось, но я предвзят. Потому что если Одиссея- это Ницше в Космосе, то Древо Жизни- это ультра-религиозное полотно. 9 из 10

В первый раз я попробовала посмотреть «Древо жизни» вместе с мужем. Ему настолько не понравилось, что мы выключили уже через двадцать минут. Наверное, только банальное любопытство заставило меня дать фильму второй шанс, но досмотреть до конца я все равно так и не смогла. По сути «Древо жизни» — это драма с акцентом на скучные философско-религиозные размышления. Размышлений здесь гораздо больше, чем драмы, и первые минут 40 сюжет практически не двигается с места. Но даже после этих вымученных 40 минут фильм все больше разочаровывает, отталкивает и не дает глазам увидеть хоть что-то красивое, а ушам услышать хоть что-то значимое. «В жизни есть ТОЛЬКО два пути: пусть естества и пусть благодати» — так начинается этот непонятый мною «киношедевр». Понятно, что у каждого свое мнение на этот счет, но лично мне захотелось рассмеяться сценаристам, да и режиссеру в лицо. Ведь жизнь слишком многогранна и слишком сложна, чтобы ограничивать ее всего двумя путями. А что же, третьего, четвертого и двадцать пятого пути просто не существует? Я понимаю, что <b>Малик</b> отразил эти две ипостаси в героях <b>Брэда Питта и Джессики Честейн</b>, но почему все получилось так утрировано и примитивно? Неужели по мнению <b>Терренса Малика</b> никаких других типов личности просто не существует? Неужели мы можем быть только либо слепо верующими, либо безумно деспотичными? Ведь именно таковы главные герои этого фильма. Увы, эти две крайности совершенно не располагают к себе и смотря на все происходящее, просто не веришь в то, что режиссер снимал что-то не из параллельной Вселенной, а якобы очень даже реальную историю. Глава семейства слишком резок и чересчур эгоистичен, чтобы быть адекватным отцом и мужем. Его жена, наоборот, до крайности религиозна и слишком смиренна, чтобы ей хоть немного сопереживать. Кажется, что даже в картонных коробках больше многогранности, чем в этой примитивной семье. И почему нам сначала сообщают о смерти среднего сына, а весь остальной хронометраж показан через призму старшего? Я не считаю, что фильм получился плохим из-за своего философского и религиозного посыла. Просто создается ощущение, что режиссер захотел рассказать обо всем на свете, но в сухом остатке он таки ни о чем зрителю не рассказал. О чем вообще «Древо жизни»? О смерти, о жизни, о выборе, о взрослении, о вере или о нашем бытии? Философии здесь намешано слишком много и кажется, что если бы <b>Малик</b> остановился на чем-то одном, получилось бы интереснее. Но все, что есть в этой драме — это не просто не интересно, но даже и не атмосферно. Хотелось услышать нечто умное, но вместо этого герои просто штамповано выдают одну религиозную аксиому за другой. Хотелось увидеть нечто красивое, но скачущая камера, пафосная музыка и многозначительные паузы просто не дают воспринимать все это даже как красивый фон. Якобы многозначительный акцент фильма в виде Сотворения Мира у меня лично не вызвал никаких эмоций, кроме скуки. Это было похоже скорее на сцену из документального фильма, а не из художественного. Хотелось как можно быстрее выключить или хотя бы перемотать. И вообще я не понимаю, почему <b>Малик</b> посчитал важным показывать целую вечность, как в воде плавают водоросли, как летит метеорит и как происходит Большой взрыв. <b>Малик</b> не первый режиссер, который решил показать в своей кинокартине зарождение Вселенной, но почему-то у других все это не выглядит настолько скучно. Сказать о сценарии что-то хорошее я также не могу. Сценаристы решили сильно не заморачиваться и, видимо, вместили реплики всех героев двухчасового фильма на две, максимум три страницы. В итоге хочется сказать, что даже не ожидая от драмы слишком многого, разочаровываешься в ней по-настоящему сильно.

Да именно скринсэйвер! Так мне подумалось на двадцатой минуте фильма. А на 35 минуте мне захотелось пнуть мышку дабы вернуться в систему, НО это не компьютер. Переборов зевоту, распространившуюся на кошку и засыпающую налету моль, отложил пульт в сторону и решил досмотреть. Даже мораль притянута за уши. Чувствуется недостаток по всем фронтам. Мать показана, как желанная женщина с глуповатым мокрым взглядом; отец должен быть помимо солдафонства ещё и маньяком (как минимум это смогло бы оправдать его параноидальное стремление к 'закалке' первенца); первенец же золушка забитая и замученная, но готовая к взрыву; прочие (в т. ч. братья) - массовка. Взрослая мать троих детей, 'каждое' воскресенье своей жизни слушающая историю Иова, не способна 'отпустить' чадо к любимому Богу. К Тому, Кому она по-умолчанию доверяет себя и всё своё. 'Щедрый' акт освобождения в конце картины происходит тогда, когда у старшего уже седина в висках, а родителей и показывать не прилично (отсюда и их молодой облик из 'тогда'). Мысль о низком бюджете и наплевательском к зрителю приходит позже, когда осознаёшь, что тов. режиссёр нарочно не показывает братьев на похоронах, но только уже затем мы видим СЕМЬЮ. О возрасте безвременно ушедшего мы узнаём только из откровения на краю кровати седого Джека. P.S. Прошу сильно не пинать за первую пробу.