История монахини

Блестящая американская классика с размашистым нарративом, имеющим под собой литературную основу, и ярко выраженным конфликтом, когда искреннее желание человека идти к благородной цели подавляется — порой весьма абсурдно в своей жестокости — необходимой для этого религиозной структурой. Монтажно Циннеман местами слишком уж акцентирует внимание на исполнительнице главной роли, да и сама Хепберн не всегда убедительна, однако сочетание хорошего сюжета с выверенной хореографией массовки в монастырских сценах, завораживающей экзотикой Конго и парой резких, нарушающих общее спокойствие, эпизодов, решенных едва ли не в жанре хоррора, по итогу оставляют сильное впечатление. 8 из 10

в 1959 году вышло два фильма с Одри. 'История монахини' совершенно не похож на 'Зеленые поместья'. Здесь роль куда глубже. Временами может показаться, что автобиографические фильмы обладают неспешным повествованием, и порой это не на пользу сюжету. Но здесь задача не в экшне, а в развитии героини. История длиной чуть больше чем в десятилетие. История о том, как сильная волевая женщина ищет себя в этом мире. Действия не так много, его можно разделить на несколько арок - 'Подготовка к монашеству', 'Работа в клинике', 'Конго', 'Вторая мировая', 'Выбор'. Все внимание приковано к борьбе героини с собственными сомнениями, способна ли она отринуть всё мирское. Она не способна гореть ровным огнем. Сестра Люк - это человек, который не способен включать/выключать милосердие по звону колокола в 5 часов. Доктор правильно ей сказал, почему она так и не станет монахиней. Я считаю, что Одри в этом фильме отобразила не только героиню, но и себя тоже. Брюссель на пороге Второй мировой войны - если вспомнить биографию Одри Хепберн, то можно предположить, что в образ вложено куда больше, чем видит зритель... 9 из 10 1 балла не хватило. Музыку я не особо заметила.

Недавно пересмотрел драму «История монахини», созданную в 1959 году режиссёром <b>Фредом Циннеманом</b>. Впервые эту кинокартину я увидел где-то в 9 лет, и тогда я был в очередной раз восхищён прекрасной <b>Одри Хепбёрн</b>, с творчеством которой я познакомился в далёком детстве. Однако какого-то чёткого представления о фильме «История монахини» у меня не было. Фильм повествует о добропорядочной и милосердной девушке Габриель (в основу её образа легла жизнь реальной женщины), готовой ради помощи людям и уединения с Богом бросить все свои обыденные дела и покинуть семью. Это, безусловно, показатель сильной личности. Однако характер сестры Люк часто мешает ей самой. На протяжении всего фильма мы наблюдаем внутреннюю борьбу монахини. Как бы она ни старалась, желание помочь людям, желание доказать свою самостоятельность и показать хорошие личные качества часто оказывались для неё важнее церковных порядков. Именно это и стало причиной её ухода из монахинь, и мне кажется, что это был абсолютно правильный выбор — хрупкая девушка Габриель просто не была создана для размеренной жизни священнослужителей. Что же касается самого фильма, то сделан он добротно, актёры играют очень хорошо, их персонажам симпатизируешь, за них переживаешь. Актёр <b>Питер Финч</b> сыграл хирурга, у которого на первом месте всегда стоят его работа и жизнь пациента; актрисы <b>Эдит Эванс</b> и <b>Пегги Эшкрофт</b> воплотили на экране доброжелательных и отзывчивых монахинь, которые всегда готовы помочь сестре Люк. Честно говоря, все второстепенные персонажи сыграны замечательно, им хочется верить. Фред Циннеман провёл очень хороший кастинг актёров. Но лучше всех сыграла Одри Хепбёрн; на её герое, по сути, держится весь фильм. Это не совсем типичная для актрисы роль, но справилась она с ней на все сто процентов. Её персонаж глубок и многогранен, а вжилась она в роль сестры Люк настолько удачно, что порой кажется, что Одри провела всю свою жизнь в монастыре. И это впечатляет. Абсолютно заслуженно за эту работу она получила свою очередную номинацию на премию «Оскар». Как я уже сказал, фильм сделан отлично, режиссёр и его помощники проделали большую работу, чтобы показать на экране атмосферу Европы 30-х и 40-х годов. С ней они справились очень хорошо. Но лучше всего получились сцены в Конго, куда сестра Люк отправилась по ходу повествования. Съёмки в африканских условиях всегда тяжёлые и трудоёмкие, но результат стоил потраченных сил. «История монахини» — прекрасный фильм о доброте и гуманности. В нём показывается сложная и незавидная жизнь священнослужителей, после просмотра начинаешь сильно уважать людей, которые сделали такой непростой выбор. Прекрасные актёрские работы, изумительная работа операторов, монтажёров, сценариста и режиссёра. Однако фильм всё же не для всех. Многим современным зрителям кинокартина может показаться затянутой, скучноватой, но это не так. Просто она очень спокойная, неторопливая, а это именно те качества, которые идеально подходят таким фильмам. Всем поклонникам творчества Одри Хепбёрн (таким как я) — фильм «История монахини» к просмотру обязателен. <b>10 из 10</b>

Два с половиной часа просмотра фильма, о внутренней борьбе человека, сопровождается борьбой между негодованием 'почему так?' и удовлетворением 'а выглядит неплохо'. С самого начала фильм издевается над зрителем, повествуя, что у девушки жизненная цель поехать в Конго и лечить там людей! (как потом выяснится, именно местных людей хочется ей лечить). Почему именно Конго? Чем так престижна медицина именно в этой стране, а не где нибудь в Швеции, Камеруне или соседнем Габоне? Всего несколько десятков км от заветного Конго и уже мучительное разочарование для героини. Если уж человек хочет лечить людей ('делать добро' 'быть полезной)' для его всегда найдутся пациенты. В ближайшем госпитале родного города понадобятся твои навыки, не нужно отправляться для этого в Африку и выбирать определенную страну это сущий бред. Ну ладно, допустим смерились, женщина как ни как. Захотела в Конго, значит надо в Конго. Ну в монастырь то зачем идти, если теперь тебе еще несколько лет нужно будет потратить на обучение и становление, да еще и внушительный риск присутствует, что и после этого тебя могут не пустить в страну твоей мечты и лишить твоей цели лечить людей, закроют в 4 стенах и поручат всю оставшуюся жизнь пятки целовать матушкам перед обедом. Если реальный прототип Габриэлы шел по этому же пути и с теми же мотивами, то она полнейшая дура. Но скорей всего это неудачный сценарий, который исказил факты ради экрана. И этот самый сценарий нам предлагает на протяжении первых 40 минут, это время отведенное на показ превращения девушек в монашек, просто остановить просмотр такого скучного, непримечательного, муторного фильма. Я с большим трудом заставлял себя продолжать смотреть эту картину, тихонько утешая себя фантазиями <i>(вроде: хороший бы хоррор вышел из такого начала, если бы остальные полтора часа главная героиня бегала бы с топором или бензапилой по монастырю и жесточайшим образом уничтожала всех этих персонажей, которые уже порядком раздражают.)</i> Но потом случилось чудо, главная героиня всё таки добилась того, чего хотела и фильм приобрел нотки надежды, а затем и интерес. Начинают появляться интересные персонажи, ситуации, локации, побочные истории, главная героиня приобретает новый взгляд, появляется реакция от её взаимоотношений с другими персонажами. Одри Хепберн хорошо сыграла, но не более, грешки были и ей не удалось перевоплотиться в терзающуюся монашку, она так и осталась Одри Хепберн - одетая в костюм монахини. Фильм в целом выглядит антирелигиозным, не против веры в бога, но против религии, чего стоит только упомянутые первые 40 минут, после которых мало у кого появится желание пойти в монастырь. Конец фильма, хоть и с опозданием, но восстанавливает логику, но до всего этого Габриэла могла додуматься с самого начала или ей мог это всё объяснить отец, родные, знакомые, не тратя пол жизни в пустую. 5 из 10

<b>Фред Циннеман</b> в картине <b>'История монахини'</b> раскрывает извечную тему борьбы с системой ничуть не хуже, нежели <b>Милош Форман</b> в своей оскороносной ленте <b>'Пролетая над гнездом кукушки'. </b> Сравнение может показаться неуместным. Ибо, если в фильме Формана, ровно как и в его литературном первоисточнике, мы видим откровенный вызов, всяческое сопротивление, рисковое и опасное желание изменить однажды заведенный порядок, то в картине Циннемана мы видим, скорее, ежеминутную борьбу героини со своими сомнениями и страхами. Героиня Хепберн ни в коем случае не претендуют на изменение и реформирование вековых устоев. Но подлинные и искренние переживания Габриель ван дер Маль не могут гармонично сосуществовать с беспристрастным и не терпящим компромиссов уставом Монастыря. Церковь, с ее правилами, безуслвоно, не является абсолютным злом либо антогонистом внутреннего мира главной героини. Скорее, она слишком бескомпромиссна и стерильна для не чуждой земных страстей монахини Люк. Но даже радости героини <b>Одри Хепберн</b> скорее возвышенны, чем приземленны. Создатели не стали опошлять благодеятельный образ героини банальным романом или стремлением к наслаждению. Ее огрех лишь в том, что она предпочитает лишнюю минуту провести с больным и помочь ему, нежели смиренно пойти на вечернюю службу. Габриэль выбирает помощь ближнему, а не дань обряду. <b><i>— Иногда моя совесть задается вопросом: что является приоритетом. Она или священный кодекс?. . Почему Божья помощь должна обрываться по звуку колокола именно тогда, когда люди раскрывают нам души? — Ты пошла в монастырь, чтобы стать монахиней, а не медсестрой. ©</i> </b>Конфликт Габриель ван дер Маль с собой и монастырем лишь в том, что она предпочитает смирению — деятельность, беспристрастности — здоровый патриотизм, бюрократизму — веление сердца, а Богу — своего родного отца, талантливого хирурга — Хьюберта ван дер Маля. И все неторопливое действо подводит зрителя к тому, что Габи, скорее, трудолюбивая медсестра, нежели смиренная монахиня. Истинная и достойная дочь своего отца, а не Христова невеста. <b><i>— Прощай, отец. Я буду скучать. Я буду стараться. Хочу, чтобы ты мною гордился. — Я не хочу тобой гордиться. Я хочу, чтобы ты была счастлива. ©</i></b> Хепберн в роли Габриель ван дер Маль (в постриге — монахини Люк) просто бесподобна. На мой взгляд, самая стоящая ее роль. Актриса просто до умопомрачения искренняя в своем желании к смирению и своей добродетели. Вдумчивая и самоотверженная самаритянка Габи куда больше подкупает зрителя, нежели юная неискушенная принцесса Анна из 'Римских каникул' или легкомысленная Холли Голайтли из 'Завтрака у Тиффани'. <b>Лишенная привычных ужимок и жеманности, Одри Хепберн обретает подлинное бессмертие на экране. Так же, как и неспешная, но глубокая картина Фреда Циннеманна. 9 из 10</b>

Поистине не знаю, что делает эту драму столь пронзительной и трогательной. То ли непревзойденная режиссура Фреда Циннеманна, то ли талантливая игра Одри Хепберн и Питера Финча, то ли сценарий Роберта Андерсона по роману Кэтрин Халм, а может все вместе и дает квинтэсенцию идеального фильма. Но факт остается фактом, два с небольшим часа, сколько длится кинокартина невозможно оторвать глаза от происходящего и не сопереживать главной героине. И все-таки, о чем же фильм? Это биографическая драма о жизни Габриель ван дель Маль или история жесточайшей внутренней борьбы сестры Люк? На мой взгляд, вероятнее все-таки второе. Молодая девушка, дочь знаменитого хирурга, вступает в религиозный орден и после послушания получает монашеский сан. <i>«Говорит мало, выглядит отлично, очень молода, чтобы рожать детей»</i>, как сказали барабаны в Конго. И все-таки, что же движет человеком, который отрекается от всего мирского и даже от своего собственного прошлого? Все предельно просто, она хочет <i>«быть полезной»</i> и искренне верит в то, что став монахиней сможет приносить эту пользу. Но, к сожалению, не все получается так, как задумано изначально. Разница лишь в том, что одним удается смириться, а другие, как наша героиня, вынуждены бороться сами с собой, чтобы <b><i>«принимать жизнь такой, какая она есть, каждый ее день»</i></b>. С самого начала фильма мы можем увидеть внутренний диссонанс героини, необходимость следовать <i>«святому уставу»</i> и отношением к этому сестры Люк. Однажды, когда внутренние противоречия достигают своего пика, она говорит: <b><i>«Почему Божья помощь должна обрываться по звуку колокола, именно тогда, когда люди раскрывают нам души?!»</i></b>, на что наставница отвечает ей, что духовность должна быть превыше медицины для монахини. Здесь-то и наступает разочарование, а вместе с ним и острое сомнение в том, правильный ли она сделала выбор в жизни и не поздно ли все изменить. Габриэль отрекается от сана и, на мой взгляд, не потому что <i>«в сердцах должно найтись милосердие для всех, даже для врагов страны»</i>, и не потому, что враги, нуждающиеся в милосердии, погубили ее отца. А потому, что нелегко оставаться сильным и нести свой крест, когда больше не видишь смысла в том, что раньше заполняло всю твою жизнь.

Фильм мне очень понравился, как и сама Одри Хеппберн в нём. Этот фильм стал для меня небольшим открытием, так как до этого я не видел Одри в драме, а по большему счёту в комедиях ('Война и мир' не в счёт). С ролью надо сказать она справилась на ура, кто-то конечно может сказать что монахиню сыграть просто, но уверяю вас не каждой монахине я бы столь сопереживал уж больно достоверно она сыграла всю ту борьбу, что шла внутри неё на протяжении фильма. Но у фильма в целом были небольшие недостатки и в первую очередь это его затянутость и несбалансированность, первая половина вообще шла очень туго и тяжело, думаю многие (не такие заядлые кинолюбы как мы конечно же) остановили бы просмотр этого фильма в течении первого получаса и в итоге потеряли бы многое, так основные события разворачиваются именно во второй, чем в принципе и вызывается дисбаланс, которые лично мне не по нраву. Так же мне не очень пришла по душе - концовка фильма, и как выяснилось в последствии, событий показанные в конце, на самом деле были далеко не концом потрясающей биографии этой сильной женщины (реально существовавшей личности) чьей самопожертвованием и всепрощающей любовью к ближним невозможно не восхищаться. Хотя быть во мне говорит избалованный Голливудскими 'хеппиендами' эгоист. 8 из 10

Дай Бог мне силы собрать мысли и выстроить их в правильном порядке, написав отзыв на один из лучших мной виденных фильмов 'История монахини'. Дело это не простое, потому что фильм затрагивает такие аспекты жизни человека, как грех, послушание, преданность Богу и самопожертвование, про которое можно говорит много и долго и ничего толком не сказать. На самом деле кино очень многоплановое и многофункциональное, если такое выражение уместно и применимо. Тут тебе и внешне визуально приятная палитра красок, операторская работа, тут и Одри Хепберн совсем другая нежели в 'Римских каникулах' и 'Как украсть миллион', тут и тема очень серьёзная, говоря о которой надо быть весьма осторожным в выборе слове и выражений. Ну, может быть я и не прав, исходя из своих суеверных интерпретаций. Итак, перед нами девушка. Молодая и красивая из хорошей семьи. Отец врач, причём очень известный. И вдруг она решает посвятить свою жизнь служению Богу, а заодно и быть полезной в деле раненых в Конго, попросту говоря быть медсестрой на передовой в одной из африканских стран. Что побудило её сделать такой выбор ? Режиссёр впрямую не отвечает на этот вопрос, как бы подводя зрителя к тому, чтобы он сам сделал вывод. Можно только предположить, что идею героиня Одри Хепберн вынашивала давно, и вот она приобрела не просто видимые очертания, но что называется созрела для столь серьёзного судьбоносного шага. Разумеется она отдаёт себе отчёт в том, что она собирается сделать и что обратной дороги может не быть. Или может быть есть обратная дорога ? Фильм хорош в информационном познавательном плане. Я например не знал, что когда девушка идёт в монахини, родственники дают за неё приданное, как сделал её отец. Не знаю, может быть это только у католиков, а у православных этого нет. Не знаю. В любом случае интересно покопаться в источниках, проливающих свет на это обстоятельство. Далее кино очень спокойное и выдержанное. Неподготовленному человек оно может показаться немного скучноватым и не слишком эмоциональным, так ведь и тема такая, что страстям путь закрыт, по крайней мере внешним их проявлениям. Попадает девушка в монастырь и начинается у неё совсем другая жизнь. Здесь не будет каких-то жестких, изнуряющих правил, хотя опять же, как посмотреть. По крайней мере её вновь обретённая сестра не выдержала и ушла. Габи или Габриэль или как её стали звать после подстрига сестра Люк (Одри Хепбёрн), держится молодцом. Она проявляет послушание и записывает в выданный ей блокнотик о своих грехах. Конечно не всё у неё получается и скажем обет внутреннего молчания сразу не даётся, но она на пути к великой и благой цели. А цель у сестры Люк прибыть в Конго и помогать лечить прокажённых и заражённых африканцев, взрослых и детей. И тут необходимо сделать выбор, что для неё важнее: Конго или навсегда остаться Божией Невестой. Пусть не смущает мягкое и неторопливое повествование и длительность фильма, перевалившая за два часа. Кино стоит того, чтобы его увидеть, прочувствовать и думать о нём. Картина не на раз точно. Рано или поздно её захочется пересмотреть вновь. Из того, что мне запало в душу, так это роль не только Одри, но и сам персонаж Питера Финча, доктора в Конго. Говорили о нём много разного, что де и холостяк и неверующий, а в фильме Циннеман наделил его крепким и стойким духовно зрелым человеком. Он не будет стрелять глазами и вводить во искушению сестру Люк, что для меня в высшей степени проявление божьей благодати. Отдельно, за скобки вынесен финал, подчёркивающий дуализм внутреннего состояния души главной героини. Циннеман даёт на откуп зрителю сделать вывод о том, что же будет дальше. И в этом он сто раз прав! Оценку ставить не буду, ибо такие произведения бесценны.

Глубоко отвратительно все, что касается религии и, в частности, внутренней кухни церковнослужителей. 'Вам также надлежит поцеловать ноги у сестер в трапезной'; 'вот вам средство для умерщвления плоти'; 'как видите, не все еще обратились в христианство' - это все настолько отвратительно, что сложно описать словами. В целом, фильм понравился больше 'Черного нарцисса', близкого по тематике. В частности, за счет большего внимания вопросам природы веры. Внутренняя борьба, попытки разобраться в самом себе... В итоге, вместо того чтобы стать послушным инструментом, главная героиня делает выбор по своему разумению. Исходя из того, что велит ей ее разум, ее сердце. Концовка хороша своим посылом.

<i>Aliis inserviendo consumor Но признайся, твой папа был прав!</i> Чуть перебирающий с пафосом эпиграф на латыни, поэтизирующий самоотверженность горящей свечи, вполне мог бы стать кредо Габриель ван дер Маль. Но ее длящиеся весь фильм попытки преодолеть отсутствие призвания удачнее описывает циничная реплика из песни «Секрета». Самоуверенная девушка в кокетливой шляпке уходит из мира в надежде обрести в монастыре перевалочный пункт на пути к мечте: жаркому солнцу Конго, жертвенной борьбе с малярией и туберкулезом… славе «дочери своего отца», знаменитого хирурга. Но там, где монахини-наставницы и многие зрители, увлеченные обаянием этой яркой личности, увидят редкую силу духа, старик ван дер Маль явственно различает патологическое упрямство. Тот же диагноз много позже подтвердит гений и безбожник Фортунатти, другой великий врач, которому однажды будет ассистировать уже значительно менее самоуверенная женщина с бледным измученным лицом. Чтобы признать правоту мужчин своей жизни, сестре Люк понадобится 17 лет. Сложно сказать, в какой степени роман Кэтрин Халм и его экранизация отражали реальную Мари Луизу Хабет, бельгийскую экс-сестру, из чьих воспоминаний вырос сюжет. Как минимум ее сожительство с подругой-романисткой заставляет предположить, что они с Габриель не всегда были тождественны в своих чувствах и мотивах. Однако влияние личного восприятия здесь очень заметно. Фильму Циннермана свойственна умная сложность, оценочная окраска кадра, причудливо соединенная с неоднозначностью этих оценок. Он отображает происходящее словно с разных точек зрения, причем все они принадлежат героине на разных этапах ее взросления. Мы видим статичную красоту местных ритуалов и епитимий (изобретенных для картины) – с недоумением и любопытством ученицы. Постепенное проявление в них глубокого смысла и опыта сердечной работы – с рассеянностью послушницы, которой пояснения наставниц пока кажутся все теми же мертвыми формами. Трагическую несовместимость стоящих за смыслом ценностей с идеями современного гуманизма - с отчаянием монахини, осознавшей, наконец, свой «поворот не туда». В фильме, вопреки заложенным Дидро традициям жанра nunsploitation, нет насилия над человеком, помимо того, которое по неразумию и упрямству, раз за разом отвергая советы, предостережения и возможности уйти, творит над собой сама Габи. Однако мир монастыря так и останется для нас чуждым, как остался он ей. Судя по отзывам немногих зрителей, видевших этот некогда гремевший, а ныне подзабытый фильм, результирующая формулируется тремя словами: «велик, но скучноват». Он завлекает, но даже не пытается развлекать, заставляет думать, почти не обеспечивая пищи эмоциям, впечатляет и не впечатляет одновременно. Жизненный путь героини проводит ее через сумасшедший дом, больницу для белых в Конго, подполье оккупированной нацистами Бельгии. Но, как бы ни зачаровывали экзотические картины, они – лишь фон. Все реально значимое происходит в пределах сознания сестры Люк, в ее низко склоненной голове под душным черным покрывалом. История монахини камерна, интимна, интровертна. Ее суть - диалог между человеком и Богом, а в частном случае героини – между человеком и его совестью, разумом, душой. И Циннерман не решается ради комфорта зрителя разрушить внутреннюю сосредоточенность Габи, излить в объектив ее чувства, прямо проговорить для ленивых и недогадливых мотивы, неизбежно упростив и обокрав иррациональное буйство жизни. Мы никогда так и не узнаем точно причин первого шага. Возможно, все-таки Конго, куда женщине в 1930-х было не попасть без четок на запястье. Возможно, восхищение пожилой монахиней, работавшей в клинике отца или потребность в одобрении, помноженная на перфекционизм. Одри Хэпберн экономно и точно ведет свою партию, и, пока сестра Люк колдует над микроскопом, пытаясь определить тип бактерии, мы вглядываемся в ее лицо, желая понять тайные причины ее горя… вполне очевидные для искушенных в вопросах страдания врачей и сестер, с которыми она работает, но не для нее самой, а значит – и не для нас. Каждый поставит диагноз сам, в меру своего опыта и специализации. Кто-то увидит юношеский максимализм, способный втянуть еще и не в такую компанию. Кто-то – подмену объекта любви (вместо Бога – отец), без которой, как справедливо скажет мудрая матушка Эммануил, человеческих сил недостанет принести требуемую жертву, смирение превратится в унижение, а путь, который можно было бы преодолеть на крыльях благодати, станет темным и безрадостным. Почти из каждого кадра на нас, мимо нас, смотрят другие монахини, молодые и старые, бесстрастные, привыкшие сдерживать свои чувства. Коридор лиц, одна полуоткрытая дверь, бесконечный ряд закрытых. За каждой – своя история.