Алиса в городах
- Рейтинги:
- IMDb: 7.8 (15,000) · Кинопоиск: 8.00 (10,126)
- Дата выхода:
- 1973
- Страна:
- Германия (ФРГ)
- Режиссер:
- Вим Вендерс
- Жанр:
- драма
- Время:
- 113 мин.
- Возраст:
- age16
- В ролях актеры:
- Рюдигер Фоглер, Йелла Роттлэндер, Лиза Кройцер, Эдда Кёхль, Эрнест Боэм, Сэм Прести, Луис Моран, Диди Петрикат, Ханс Хиршмюллер, Сибилла Байер, Мирко, Чак Берри, Питер Жене и другие
Про что фильм «Алиса в городах»:
Алиса в городах — смотреть онлайн
Похожие фильмы (7)
Показано 5 из 7
Связанные фильмы (12)
Показано 5 из 12
Рецензии зрителей (43)
Положительных: 39 · Отрицательных: 1 · Нейтральных: 3
Квадратный мир глазами полароида
Мир героя наполнен пустотой и неудачами на работе, 4 недели отведённые на написание статьи дали только пачку полароидных фотографий. Герой ездит по Америке, собирая по кусочкам впечатления и заметки. Запускает историю встреча мужчины с женщиной с ребёнком в аэропорту, которой он помогает купить билет в Германию. Режиссёр обращает нам внимание на время, по сути останавливаясь его для нас в фотографиях и сцене с часами, где герой своим дыханием тушит Эмпайер Стейт Билдинг. Дальше мужчина остаётся один с девочкой и происходит роад-муви с видами немецких и голландских городов. Поиски бабушки девочки сопровождаются поисками себя героя. Девочка, фотографируя героя на полароид меняет героя и далее он идёт до конца в поиске бабушки девочки и поиске себя и он уже не останавливается. Герой по сути становится отцом ребенка в какой-то момент. Шикарные саундтреки на фоне сцен фильма и музыка Чака Берри, кафе с музыкальными автоматами, городские кварталы, люди создают особую созерцательную атмосферу фильма. Мы вместе с главным героем начинаем смотреть глазами героя-фотографа, собирая впечатления и тем самым обретая через это некую свою идентичность, наполняясь и преображаясь. Квадратный-полароидный кадр фильма и фотографические сцены погружают нас в 1974 год, делают нас свидетелем почти документальных сцен кафе и городских ландшафтов. Кадры мальчика едущего на велосипеде и поворачивающегося к нам, а далее шикарный поворот кадра вокруг стены дома просто завораживают, останавливают время. Режиссёр показывает нам города Германии чтобы мы как полароид запомнили их линии, уловили ритм. Несомненно шедевр нового немецкого кино.
Только вперед! Но можно и вверх…
Задачей журналиста, путешествующего по Америке в поисках сюжета для своей статьи, являлось созерцание жизни вокруг себя. Однако лишь несколько десятков беспорядочных фотоснимков, накопившихся за это время, оказались единственным доказательством того, что он вообще где-то был. Ощущение пустоты и бессмысленности, преследовавшее этого человека повсюду, казалось, стирало саму его личность, проникая в сознание и отрывая его от реальности. Умиротворенным и безликим виделся окружающий мир этому лохматому, угрюмому мужчине. Подобно «ничему не удивляющемуся» герою Франца Кафки, он равнодушно принимал увольнение с работы, нехватку денег и разрыв с любовницей, постепенно погружался в одиночество, и, наконец, случайно, не проявляя никакой инициативы, познакомился с женщиной и ее девятилетней дочерью. Оказалось, что путешествие, которое, как он думал, подошло к концу, только начиналось. Основой сюжета фильма становится поиск бабушки героини, ни имя, ни адрес которой девочка не может вспомнить. Вынужденные находиться рядом и отправиться в эту неожиданную поездку мужчина и ребенок - совершенно чужие друг другу люди, начинают вместе изучать окружающий мир, закрывшийся восприятию одного и еще совсем неизведанный для другого. Так, диалог, который герой в начале фильма вел с самим собой в одиночестве, преображается в разговор с девочкой, едва-едва сформировывающейся личностью, одновременно непосредственной и лукавой, жизнерадостной и серьезной. Колеся по Германии и еле сводя концы с концами, мужчина пытается помочь ей найти призрачных родственников, а получается благодаря нее начинает вновь открываться этому миру - непримечательному и отталкивающе незнакомому, на первый взгляд, но постепенно наполняющемуся особенными для каждого воспоминаниями и пережитыми вместе впечатлениями. Парящая в небесах камера, обозревая окрестности и ловя упущенные героем виды окружающего пространства, будто ангел из фильма «Небо над Берлином», спускается к нему в надежде подслушать его историю. Крупные, замирающие на лицах планы чередуются с рвущимся вдаль скольжением камеры, вынужденной оставаться недалеко от заблудившихся в этом мире героев. Легкая, незаметно вступающая музыка, написанная для фильма группой Can, создает лиричную и немного загадочную атмосферу, прекрасно дополняющую эту необычную и глубокую историю. Зритель становится свидетелем потери человеком эмоций, чувств и понимания смысла в происходящем вокруг него, и новым обретением себя, возможно, уже отличного от его прошлого Я. Что же это был за путь возвращения - девочки к семье и мужчины к самому себе? Смогли ли они пережить вместе ощущение свободы и все-таки взмыть высоко вверх? Или пустое, тихое созерцание мира оказалось единственным уделом героев?
Большие города, пустые поезда, Ни берега, ни дна, всё начинать сначала
Сложно найти себя, когда не знаешь ни в каком направлении тебе двигаться, ни где, хотя бы примерно, начинать поиски. Безликие города, бессмысленные разговоры с людьми и попытки напомнить себе, что ты еще живешь, что ты существуешь, раз можешь делать фотографии на пленочный полароид здесь и сейчас, складывая их в уже набитую сотнями снимков коробку. Все выглядит пустым, будто нет ничего ни в окружающем мире, ни в тебе, а что было - уже омертвело. Все как чистый лист, как белое фото из моментальной фотокамеры, на котором чтобы что-то разглядеть, нужно подождать. И фильм 'Алиса в городах' Вима Вендерса как раз такой до тех пор, пока картинка не начинает проявляться, как на фотокарточках, которые изо дня в день снимает главный герой. В жизни апатичного и, потерявшего любовь к жизни, 30-летнего человека, неожиданно появляется попутчица Алиса, с которой им предстоит путешествие длиною тысячи километров. В поисках пристанища для маленькой девочки, за время их пути меняются страны, часовые пояса, исчезают последние цент за центом. С ними исчезают и стены между героями: ощущение одиночества заменяется взаимопониманием, бесцельность движений - маршрутами на карте и в голове, а последние деньги - кофе и мороженным. Кино медитативное и размеренное, оно меланхоличное, но не депрессивное. Здесь много съемок пейзажей, урбанистических видов и крупные планы главных героев. Медленно, но верно, 'Алиса в городах' уносит нас навстречу другой жизни, в которой хочется ловить каждый момент и наслаждаться мгновением. Ничто не остается прежним: меняются города, мотели, виды за окном, и, конечно, меняются и Алиса с Филиппом. Иногда мы не знаем, где взять силы на второе дыхание и продолжаем сидеть в закрытом купе, не ощущая себя, боясь чувствовать, боясь довериться этому миру. Но стоит хотя бы попробовать открыть окно и попутный ветер перемен подскажет, в каком направлении двигаться дальше. Каждое путешествие и люди, которых мы встречаем, - это возможность обрести что-то новое, что-то изменить, переосмыслить. И после этого фильма я тоже ощущаю себя иначе. Лучше, спокойнее, живее!
Билет в детство
В 30-х годах xix века начался визуальный переворот. Появление фотоаппарата, а в дальнейшем развитие кино и телевидения неизменно влияли на социальные привычки общества. Помимо положительных последствий, заключающихся в появлении новых видов искусства, практической для истории кинохроники и т.д., новая среда начала стремительно подстраиваться под понятие общедоступности. Вкупе с широким распространением такой информации и максимальной коммерциализации медиа пространства, реальность стала меняться. Так, например, рекламные ролики обещали наслаждение и удовольствие, объективизируя и упрощая базовые потребности. Формирующиеся тенденции последовательно влияли на жизнь как взрослых, так и детей. Какая-то часть информации, ранее остававшаяся скрытой от детской несформировавшейся еще морали, стала и продолжает поглощать умы. Бездумное потребление тонн данных сделало из них опиум для народа. Главный герой фильма – Филипп Винтер – тот случай человека своего времени, который смотрит на происходящие изменения критически. Будучи фотожурналистом, разъезжая по Америке, он видит одно и то же – каждый день в погоне за изменениями он, приезжая в новый отель, засыпает под очередную порцию «хвастливого и варварского» зрелища. Он потерян, фрустрирован и критично одинок даже в обществе людей. Именно в обществе людей. Никто не слушает и все с этим смирились. Фотографиями он пытается «застрелить все, что невыносимо». А затем, раскладывая снимки, пытается убедить себя, что эта бесконечная дорога куда-то ведет. В этих поисках себя он нечаянным образом встречает человека, который помогает внести в его путешествие смысл. Им оказывается маленькая Алиса. Ее образ предстает очень живо и по-настоящему, она неиспорченный, наивный, непосредственный и невозможно любопытный ребенок. Она позволяет Винтеру взглянуть на мир с другой стороны. Очень символичен кадр, когда он оказывается по другую сторону объектива, держит в руке получившийся снимок, и видит отражение девочки от поверхности. Они, не будучи родными, оказываются похожи. Фильм начинается с вида улетающего самолета, а заканчивается видом из такого самолета. Смотря на мир с земли, ощущаешь свою крошечность в сравнении с ним, но, парадоксальным образом, дети-то себя маленькими не чувствуют. Сохраняя веру в осознанность взрослого человека, в то, что насилие интегрировано в мир в том соотношении, когда добро всегда побеждает, ребенок становится очень большим. Ему не знакомы страх, стыд и неуверенность, поэтому-то Алиса и недоумевает, когда слышит о том, что Филипп боится самого страха. Символично, как мне кажется, и имя главной героини, неминуемо отсылающее всех к произведению Л. Кэролла. На манер английской сказки, наша Алиса переживает столько удивительных вещей за день, что нам начинает казаться, что нет ничего невозможного. Этот фильм как доказательство того, что не только детям нужны взрослые, но и взрослым дети. Мы неминуемо теряем непосредственность, наша иерархия ценностей формируется по всем законам общества и, загнав себя в угол, просыпаясь в мире, где ты сам – лучший свой слушатель и собеседник, какая-то большая часть тебя уходит глубоко, если не умирает. И чтобы наконец проснуться, нужно поддаться, отринуть притязания и просто жить сегодня. Наивно было бы предполагать, что с целью только на «сейчас» можно построить полноценную жизнь, поэтому-то детский возраст – штука не вечная. Это небольшое по времени приключение необходимо для того, чтобы ощутить и запомнить свободу, чтобы познать и влюбиться в настоящее. Так, детство – одно из самых важных этапов формирования личности, и лишая ребенка непосредственности в погоне за пресловутой продуктивностью, мы лишаем и себя того взгляда на мир, который всегда открыт тебе на встречу. Вендерс в неизменном тандеме с оператором Робби Мюллером – это была их уже 4 совместная работа – снимают роуд муви. Как писал Делез в «Кино»: «камера у Вендерса выступает посредником». Она крепится то к капоту машины, то к голове поезда, то к подвесному вагону вуппертальской железной дороги, то оказывается внутри еще курящего самолета 70-х. Часто возникает раздражающий рябящий экран телевизора. Вид из подзорной трубы на Эмпайр Стэйт снова превращает людей в крошечные подвижные точки на земле. Образы в этой работе очень характерные и понятные, актеры идеально подходят на свои роли, не оставляя сомнений в искренности происходящего. Поэтому, наверное, фильм и смотрится легко и не скучно. Замечательное доброе поэтичное кино о пути к себе, который иногда неожиданно приводит в детство.
Филипп - мальчик из сказки
Бесконечная череда похожих городов, домов, мелькающих из окон поездов и машин... Все стремительно движется и растворяется во времени, только небольшая крупица существующей действительности остается на полароидных снимках. Главный герой картины журналист Филипп путешествует по Америке в поисках материала для статьи, он находится в полной растерянности от того, что сам себе стал чужим. Его жизнь подобна беспорядочному мерцанию бессмысленной телевизионной рекламы, бесконечно повторяющейся по кругу, глупой и вызывающей только ненависть. В аэропорту журналист встречает женщину Лизу с дочерью Алисой, она так же как и он находится в полном конфликте с собственным я, она не знает, чего хочет, и не может определиться с чувствами к своему возлюбленному, от которого собралась бежать на родину в Германию. Когда она ведет разговор с Филиппом в номере отеля, мы понимаем, что по сути Лиза нашла в нем не собеседника или родственную душу, а всего лишь уши, которым можно выплеснуть все наболевшее. С наступлением утра она умчалась догонять свое прошлое и оставила дочь абсолютно ей незнакомому Филиппу. Так, подкинутое “кукушкой” непосредственное дитя и находящийся в глубоком творческом и жизненном кризисе корреспондент отправляются в путь по городам на поиски дома. Сам Филипп подобен персонажу из сказки про мальчика, который однажды побежал за ежом и заблудился. Алиса же стала для него ярким огоньком, который осветил дорогу домой тому самому мальчишке. В беспорядочной беготне и заботе об этой маленькой белокурой девчонке, Фил начинает острее чувствовать жизнь и избавляется от глубокой апатии, преследующей его на протяжении многих лет. Сами не замечая того, они привязываются друг к другу и начинают по настоящему дружить. Алиса, изначально являющаяся обузой, со временем становится для Фила действительно дорогим человеком, который затрагивает глубинные струны его души, пробуждая и будоража Филиппа. Теперь у него есть цель хотя бы на ближайшее время, а новая ответственность делает его живым. Весь фильм пропитан особой магической атмосферой жизненной дороги, которая затягивает своей неспешностью и легкостью.
В дороге
<i>Мы были в восторге, мы воображали, что оставили смятение и бессмыслицу позади, а теперь выполняем свою единственную и благородную функцию времени - движемся. Керуак</i> Немецкий журналист Филипп Винтер колесит по Америке, делая «полароидные» снимки. Ему поручено писать статью, что Филиппу не так интересно, как фотографировать, а в объектив может попасть что угодно – пляж, улица или заправка. При этом Вендерс не наполняет картину пресловутым символизмом, и в отличие от популярного тогда Антониони, не углубляется в философские темы. Его герой, как настоящий битник, попросту наслаждается свободой в пути, пока не наступает время возвращения домой. Однако в аэропорту он встречает женщину, которая на время оставляет с ним дочку, а после внезапно исчезает. И Филиппу приходится совершить ещё одно путешествие – по родной Германии, в компании девятилетней Алисы, в поисках её бабушки. Зачастую, чтобы обрести себя, пускаются куда-нибудь вдаль - в безжизненную пустошь или городские просторы. Но чёрно-белый фильм Вендерса, по сравнению с прочими экзистенциальными лентами, вроде Антониони или Малика, максимально прост, хотя именно в этой простоте и таится его обаяние. Нарочито аллюзивное название подразумевает сказочное путешествие, только вместо Страны чудес Алису ожидают города, а вместо Шляпника – обычный разгильдяй. Втиснутая в рамки серого реализма картина предлагает зрителю окунуться в приключение, в котором не будет ни заурядной морали, ни излишних сантиментов. И даже в простой игре в слова, когда герой загадывает «мечту», девочка отвечает, что это слово не подходит, ведь оно не существует на самом деле. Беспечные ездоки под ритмы Чака Берри меняют один город за другим в надежде найти дом бабушки по одной лишь фотографии. В этом, казалось бы, бесконечном пути, с потоком чередующихся заправок и мотелей, они успевают и надоесть друг другу, и даже по-своему привыкнуть. Однако Филипп всё же не заменяет девочке отца, он совсем не похож на него, что и отмечает незнакомая дама; он скорее попутчик, случайный друг, в котором временно просыпаются родительские инстинкты. Вендерс придаёт фильму меланхоличный тон, и не уходит ни в авантюрную комедию «Бумажной луны» Богдановича, ни в величественную трагедию феллиниевской «Дороги». Кажется, что в один момент герои заговорят по-керуаковски: «Мы оба лежали, глядя в потолок, и думали, что же Господь наделал, когда сотворил жизнь такой печальной». С течением времени Вендерс изменится, в нём проснётся философ и даже фантаст, разве что герои останутся по-прежнему одиноки. Но в «Алисе» это одиночество ещё не омрачено ничем, оно парадоксальное - в чём-то светлое и очаровательное. Не желая заканчивать путешествие, режиссёр растягивает удовольствие в дороге, избегая всяких сентиментальных прощаний. Ему пока не хочется рефлексировать, он просто наслаждается моментом, просто снимает, как в далёком детстве, когда впервые получил в качестве подарка 8-миллиметровую камеру. Впрочем, самим героям тоже интереснее в пути, где практически ничего не происходит, однако именно здесь наиболее ярко ощущается чувство жизни. И что бы ни случилось потом, это уже не столь важно, ведь есть только дорога - всё такая же серая и удивительно безмятежная.
Уравновешивающая светлая меланхолия.
Красивый ребёнок и грубо слепленный, нескладный дядька. Америка и Европа. Дорога и неспешные реакции. Города и две личности, не утратившие волнения жизни. Телевидение и фотография. Всё находит свой противовес в этом фильме помогая в первую очередь зрителю заразиться этим состоянием, остановиться в колесе жизни и подумать - может вспомнить, что есть другие состояния и ощущения - не организмов, тел - душ - отличные от мелко-, средне-, крупно- приобретательства, стяжательства. Уравновеситься - успокоиться и вспомнить, а может и понять. Этому способствует отсутствие резких раздражителей - укрупнённых, выщелоченных эмоций - свойственных современному кинематографу - будь то мелодрама с её переживаниями или экшен - заменитель адреналина. Музыка помогает восстановить это эмоциональное восприятие, в тех немногих местах в киноленте, когда оно теряется. Это эпизоды с необъяснённым создателями раздражением на ребёнка. А так очень органичное сосуществование взрослого артиста и 9-ти летней Алисы - чудесато! 7 из 10
В дороге и есть смысл
Роуд-муви «Алиса в городах», снятое с типичной для Вима Вендерса меланхоличной, даже медитативной манерой повествования, принадлежит к тем произведениям, которые при относительно простом и незатейливом сюжете обладают как глубиной, так и покоряющей зрителя атмосферой светлой грусти. Этот фильм можно назвать образцом поэзии в кинематографе, несмотря на показательную «серость» картинки и невзрачность лиц и пейзажей, в нём чувствуется какая-то особая внутренняя красота и очарование. В центре — история простого мужчины-фотографа, так похожего на многих из нас, утратившего смысл и цель в жизни и фактически оказавшегося «неудачником» и маргиналом, который пусть и с видимой неохотой берёт на себя заботу о брошенной девочке и незаметно привязывается к ней и начинает испытывать к ней почти отцовские чувства. Пожалуй, выбранный для картины жанр более чем символичен: ведь сам бесконечный путь приводит героя к тому, что он находит смысл существования, опекая другого человека, и тем самым преодолевает свою апатию и безразличие к жизни. Затягивает и само повествование, несмотря на свой медлительный, размеренный темп, первые двадцать минут вообще, казалось бы, не имеют значения для сюжета, но при этом именно в них раскрывается характер главного героя — а затем, по мере того, как режиссёр продолжает его историю, понимаешь, что этот, казалось бы, безответственный и отчуждённый от остального мира персонаж с тяжёлым характером обладает добрым сердцем и искренне жаждет душевной теплоты — пусть даже от маленькой девчонки, волей судьбы оказавшейся его попутчицей. Фильм поражает красотой кадра, несмотря на то, какими серыми и подчёркнуто некрасивыми предстают перед нами урбанистические пейзажи, работа оператора радует глаз, а печальный саундтрек отлично подчёркивает дух картины. Вердикт — необыкновенно светлое, поэтичное и атмосферное кинотворение, после просмотра которого остаётся чувство одновременно умиротворения и лёгкой печали. <b>8 из 10</b>
Двое против всего мира.
Всего лишь четвертая по счету режиссерская работа Вима Вендерса впечатляет своей простотой и бесконечной многозначительностью. Зачастую в фильмах немецкого мастера, главными для сюжета являются первые 30-40 минут, весь остальной хронометраж - поиски себя, попытки докопаться до истин, мнение автора, выраженное через уста персонажей. Это делает режиссера настоящим автором и исследователем, со своим личным режиссерским почерком. Здесь мы наблюдаем за неким Филиппом Винтером, который колесит по Америке и должен писать об этом статью. Но мы видим лишь, как он с угнетенным настроением, делает полным-полно фотографий на свой полароид. Ничего его не радует, никакого вдохновения, да еще и деньги заканчиваются. Все это продолжается, до тех пор, пока наш герой не встречает Алису, маленькую девочку, так же брошенную судьбой, как и он сам. И по вине этой же судьбы, наши герои вынуждены отправиться на поиски бабушки Алисы. Аэропорты, вокзалы, машины, мотели. Все эти места сохраняют наших героев от реальности. Они шутят, ругаются, общаются, становятся ближе друг к другу. И все это - в этих местах, в этих городах, где <i>'совершенно теряется ощущение времени'</i>, что верно подметил таксист. Настроение персонажей постоянно меняется, но в целом, герои приходят к тому, что они зависят друг от друга. По странному стечению обстоятельств, они появились друг у друга, но если бы не появились, возможно, было бы только хуже. Алиса ведет себя как маленький ребенок, но она четко, иногда даже лучше Филиппа, осознает безысходность своей ситуации. Вим Вендерс глубоко уважал другого кино-исследователя Микеланджело Антониони. Персонаж Филиппа схож с персонажем Томаса из 'Фотоувеличения'. Филипп, как и Томас, уставший от рутины и скуки, пытается запечатлеть то, что нельзя запечатлеть. Но если Томас проводил мнимое расследование, то здесь, у Филиппа, это будут последние попытки найти вдохновение. Хотя, возможно, как выразилась девушка, к которой приезжал Филипп <i>'Поэтому ты и фотографии эти делаешь. Они доказательства того, что ты там был и что ты все это видел'.</i> А для чего делаем фотографии мы? Может мы так же <i>'носимся со своими историями и воспоминаниями, как курица с яйцом'</i>? 'Алиса в городах' - отличный роуд-муви, первый примечательный фильм Вима Вендерса, необыкновенно простая и захватывающая картина. Отдельно хотелось бы отметить саундтрек, который то появляется, то пропадает, затушив шум внешнего мира, как бы проникая в реальность героев, в реальности внутри реальности.
Луч света в сером царстве.
Серое небо, пролегающее над глубинками Америки. Перед нами Филипп, журналист из Германии, приехавший в Америку, чтобы понять суть этой страны. Но после четырех недель путешествия, кроме фотографий, у него нет ничего. Ему трудно распознать «однообразную» американскую действительность. В аэропорту он встречает маму с дочкой. Лиза, мать Алисы, женщина, глубоко впутанная в сеть манящего Нью-Йорка. Алиса, девочка, пока что не втянутая в скучный мир взрослых, искренняя, как и все дети. Кем она становится для Филиппа? Она — его спасение от бездушной действительности. Она заставляет Филиппа увидеть, «как он выглядит на самом деле». Объектив обзорной камеры смотрит на величественные, казалось бы, здания, медленно опускается на кишащую толпу и, наконец, ловит единственное живое изображение — перышко, летящее над огромным городом. Во второй половине фильма неуклюжая пара бороздит просторы Германии, разыскивая бабушку Алисы. Во время поиска Филипп, мыслитель, все время пытающийся найти истину, чувствует детскую душу Алисы, беззаботную, состоящую из мелочей, на которые журналист не обращал внимания. Он проникается этим детским миром, легким, но чем-то мудрым. Но они не могут путешествовать вместе долго. Алиса покидает его, и остается сложный, холодный мир бесконечных поисков.
Помню, как-то попалась мне заметка, в которой говорилось о специфическом «детском» восприятии мира в Европе и СССР в 60-х начале 70-х годов. Это время расцвета движения хиппи, которые называли себя детьми цветов, вера в науку, в прогресс и в светлое будущее. В те годы отмечался огромный интерес к литературе и искусству - поэты собирали стадионы, а музыка стала религией. Казалось, что мир открыт, наполнен творчеством, братством и солидарностью. Прибавьте к этому чувство безопасности и защищенности и вы увидите психологию в хорошем смысле(!) очень похожую на детскую. Вим Вендерс, в мягких постельных тонах, тонко передает это настроение времени. Правда в его фильме можно увидеть легкий оттенок грусти и ностальгии по уходящей эпохе. Главный герой очень похож на ребенка. Ему противен «взрослый» мир одинаковых рутинных вещей, мир навязчивой рекламы и конкурентной борьбы за материальные блага. Филипп не может и не хочет вписываться в него. Он, в свои 30-ть с небольшим, по-прежнему, ищет себя, и плывет по реке жизни не имея ни определенных целей, ни постоянных связей с окружающими. Встреча с Алисой и их последующая дружба, дарит им обоим новые чувства и новый жизненный опыт. Он играет роль отца. Она, находит в нем отцовскую любовь и заботу, которой ей, по-видимому не довелось испытать. И снова говоря о времени, в котором происходит действие фильма, нельзя не отметить тот сильный контраст с нашей жесткой эпохой. Я невольно ловил себя на мысли, что если бы мы смотрели авторский фильм с подобным сюжетом снятый сегодня, мы наверняка увидели бы в нем яркий сексуальный подтекст. Ничего подобного у Вендерса нет. В то время платоническая дружба между девочкой подростком и взрослым гетеросексуальным мужчиной была вполне обыкновенна и возможна.
В поисках бабушки, в поисках себя…
<i>«Когда разговариваешь сам с собой, слушать гораздо приятнее, чем говорить».</i> Неудавшийся репортер Филипп Винтер уже четыре недели колесит по американскому захолустью в поисках сюжета для заказанной немецким «Шпигелем» статьи. Но вместо слов на бумаге у него лишь кипа полароидных снимков, ночи перед телевизионной жвачкой в однотипных мотелях да обочины дорог. Он уже добрался до побережья Техаса и теперь, кажется, остается лишь ехать назад, в Нью-Йорк, и дальше, в родные пенаты, в поисках чего-то еще... Однако накануне рейса случайная знакомая немка Лиза буквально вынуждает его лететь со своей девятилетней дочерью Алисой, технично сплавив ее ему на попечение, и Филу, хочешь не хочешь, приходится делить свое путешествие с девочкой, мало-помалу проникаясь к ней симпатией и дружбой. Трансатлантический перелет в Боинге 747. Амстердам. Когда нерадивая мамаша не прилетает на следующий день из Нью-Йорка забрать Алису, эти двое пускаются в длинный путь по рурским городам и поселкам в поисках бабушки девочки, единственной ее родственницы, которая может приютить Алису до возвращения матери, но адрес утерян, и дороге нет конца. Вжиик – очередная фотокарточка выползает из тушки «Полароида», запечатлевая новый ничего не значащий вид. Надо подождать пару минут, пока проявится... Фил никудышный фотограф. Бестолковый репортер. Ни семьи, ни любви, ни жизненных ориентиров. Разговоры с самим собой заменяют ему философию и весь культурный слой, сформировывающийся годами в личности: он асоциален и, кажется, только музыка способна доставить ему хоть какое-то удовольствие. Человек в тщетном поиске себя и своего места в жизни, беглый каторжник из плена действительности. Отмахивающийся от прошлых неудач и от будущего. Если уж совсем честно, то он просто балбес и пустое место, ненужный даже собственной женщине, которая выгоняет его из квартиры. Как он похож на каждого из нас, когда мы не знаем, чего хотим и не знаем, куда ехать, глупо следуя за поворотами дороги: на автобусе ли, на взятом ли в прокат драндулете или на поезде. Тем не менее ему достает решимости взять ответственность за судьбу оказавшейся в беде родственной души и помогать ей в поисках мифической бабушки, опять же по глупости, пожалуй, так как самым разумным на его месте поступком было сразу отдать ее в руки полиции. Но тогда мы бы никогда не увидели это кино и эту историю. Его спутница Алиса из совсем другого теста: она того же возраста, что и ее знаменитая тезка из Кэрроловской фантазии, и такая же смышленая и смелая. Она выучилась быть самостоятельной, но так как характер и сознание еще до конца не сформировались, то ей нужны поддержка и внимание, которые она неожиданно находит в аморфном персонаже, о коем речь шла выше. Вжиик – еще один снимок вылезает из внутренностей фотокамеры, на этот раз сделанный Алисой, чтобы ее спутник сохранил себе на память, как выглядит. Несколько секунд они оба разглядывают кадр, и в глянцевой поверхности отражается ее лицо, таким образом изображения накладываются друг на друга... Магическая кинокамера самого Вендерса под управлением Робби Мюллера между тем не выдает никаких выдающихся трюков, в создании классической черно-белой картинки следуя традиционным постановочным приемам: вот камера приклеена к капоту машины, вот просто высовывается из окна ее, скользя по проносящемуся мимо пейзажу; то следуя на тележке сбоку от шагающих по Нью-Йоркской авеню героев, а то и просто со статичного ракурса на треноге без всякой многозначительности или изысканности; обыденность такого кадра теоретически должна усугубляться обрезанными краями выбранного режиссером формата. Но, как странно, зрителю может почудиться, как ветер колышет его волосы или разносит запах бензина... Ах да, дело, наверное, в навязчивом гитарном переборе повторяющегося мотивчика, простого, как три пфеннинга, аккорда с небогатой аранжировкой от группы под названием «Консервная банка», специально налабавшей его для этого кинца; простого, да медитативно переключающего зрителя в трансцендентное состояние блюзового опьянения, когда ты способен заглянуть по ту сторону экрана. Беспечная поездка Фила и Алисы по дорогам ФРГ, без всяких Гумберт-Гумбертовских эротических подтекстов, без философии и излишнего психологизма, больше в молчании, чем в разговорах под этот незатейливый аккомпанемент неизбежно вызывает чувство наслаждения историей чистой дружбы между взрослым и ребенком у срезонировавшей с настроением фильма подавляющей части аудитории, благодаря чему и снискала славу она как одна из лучших ранних работ плодовитого Вендерса. На самом деле это кино открывает собой условную трилогию времени и дорог, где неизменный, как Кински у Херцога, Рюдигер Фоглер фигурирует в разных ипостасях одного и того же лица, в образе Винтера, но как-то по-новому. Если помните, начальный кадр следующего фильма Вендерса, «Ложное движение», символически рифмуется с финальным кадром «Алисы», но и «Движение», и «С течением времени» гораздо менее дружелюбны по отношению к зрителю и далеко не так проникновенны, а потому «Алиса в городах» по сей день считается лучшей и главнейшей из этих трех картин. Пуфф... Пуфф... фыркает вспышка автоматической фотобудки, где пластичные и живые герои Фоглера и юной Роттлэндер кривляются перед объективом. Позже нам покажут, как вышедшая фото лента полощется в потоке воздуха через приоткрытое окно старенького «Рено», на котором они ищут бабушку героини. Можно сколь угодно распинаться, пытаясь исследовать, какие химические реакции создавали картину, о чем это и для чего то... А можно просто нажать кнопку воспроизведения и, следуя ритму монтажных склеек, лететь на ветру, как ангелы над Берлином.
...Лишь благодаря счастливой случайности цепь безумных метаний с девочкой была прервана и эта история для обоих героев на этом была благополучно закончена. Но, размышляя об их будущем, надо сказать следующее. Девочка ещё только начинала свой путь по жизни, но уже изрядно «хлебнув говнеца», – проживая без постоянного места жительства, без отца, с матерью, которая готова бросить её в руки первого встречного проходимца, и которая сама совершенно не устроена по жизни. Что ждало этого ребёнка в надвигающемся на него безумном и жестоком мире победившего капитализма?.. Брошенное, никому не нужное дитя. Вокруг дети идут в школу, а эта девочка бродит по жизни с незнакомым мужчиной, но ни ему, и никому в этой жизни она не нужна. Главный герой – никчёмный кусок дерьма, беспечно болтавшийся в проруби окружающей его благополучной сытой жизни, но размышлявший о том, что он «потерял себя и ничего не понимает», а на самом деле он, вероятно, лишь только начинал осознавать собственную ничтожность и бессмысленность своего существования. Даже его женщина понимала это, и поскольку находиться рядом с такой пустышкой ей было невозможно, попросила его уйти навсегда. Когда ребёнок просил его рассказать о себе, он не мог сказать ни слова – ему просто нечего было о себе сказать. И это в 31 год! Он – пустое место, воплощение никчёмности, ненужности и бессмысленности. Размышляя о смысле этой картины, может показаться, что главного героя хотели изобразить неким философом, созерцающим окружающий его мир и пытающимся найти в нём себя. И хотя в целом он представлен нейтральным типом, без навязчивых маниакальных фантазий или психических отклонений, не алчным хапугой и т.д., но, однако же, это человек без царя в голове, мыкающийся по миру без какой-либо цели, и одновременно, будучи полностью оторванным от него, ничем с этим миром не связанным за исключением необходимости постоянно за всё платить – за ночлег в мотеле, за дешёвый фастфуд, за аренду авто. Классический образ поведения хиппи, которые после бесплодных брожений туда и сюда, всё равно возвращаются к родителям, как к гарантированному источнику поддержания своей никчёмной жизни. Так же и с главным героем –полностью издержавшись, он вознамерился посетить своих предков... Это точно не философ, это настоящий тупой хипан, великовозрастный выродок, отброс общества. Кстати, характерная черта главного героя – он типичный чухан: сапоги носит без носков, садится на кресло, подгибая под себя ногу в обуви и пачкая тем самым и свою одежду, и кресло. Хипа, чё. А вообще-то – заурядный «развитой» американо-европеец. Ещё характерные черты «героя»: резко обрывает чей-то голос на радио, как бы не имея сил дальше слушать его; увидев какие-то кадры по телевизору в мотеле, разбивает телевизор (при этом не видно, чтобы он потом расплатился за ущерб); какое-то время едет за рулём автомобиля с закрытыми глазами, и потом открывает их с явным наслаждением от наплыва экстремальных чувств; работодатель говорит ему: «Тебе поручили написать историю, а не снимки делать. Где статья?». На что он лишь виновато отвечает: «Я пока не готов», но при этом просит ещё деньжат в виде аванса. Что сказать? – безответственная великовозрастная дылда. Вывод. Что хотел сказать автор картины, я так и не понял. Изо всего увиденного приятно лишь то, что в мире того времени (1974 год) был хоть какой-то порядок по части полицейского надзора за детьми и потерявшуюся девочку вернули родным.
О главном герое нам известно немногое, но по обрывочным сведениям представить себе его жизненный путь несложно. Молодой немец Фил Винтер отправился покорять Штаты, до поездки или уже в эмиграции сошелся с женщиной. Роман закончился тяжелым (видимо) расставанием, да и в деловито-суетной Америке герой себя не нашел (о чем нетрудно догадаться: нужны ли Америке такие мечтательно-поэтичные натуры?). Все это привело к тяжелейшему кризису: Фил уже и не знает, не помнит, кто он. Пытался было спастись в работе, творчестве, но в таком состоянии просто руки опускаются, ничего не выходит из-под пера. Ситуация, когда в районе 30 лет нужно начинать жить с чистого листа, не так уж редка — но как с ней справиться? Простыми житейскими инструкциями — допиши статью, получи гонорар, устройся на новую работу и т.п. — с ней явно не справиться. Те несчастные, которые видят решение проблем только на этом уровне, до конца дней влачат серое существование. Нужно «сбросить настройки», взглянуть на мир свежим взглядом, заново научиться любить жизнь и ее приятные мелочи… Судьба дарит Филу такой шанс: сначала он противится, но постепенно принимает мысль, что путешествие с 9-летней Алисой, поиски ее бабушки, с первого взгляда бесцельные, вопиюще неэффективные, — это путь, через который пройти необходимо. Психологический сюжет — взаимное недоверие и отторжение, а затем сближение, движение человеческих душ друг к другу — показан замечательно. И все венчает впечатляющий финал, в котором Фил и Алиса, высунувшись из окна мчащегося поезда, подставляют лица встречному ветру, новой жизни. Если не стесняться громких слов, то здесь рассказывается не иначе как о духовном возрождении, воскрешении из мертвых. И для этого необязательно быть «в стране чудес»: все самое главное происходит «в городах», посреди нас — только руку протяни. Хотя, в конце концов, запоминается фильм не сюжетом, а атмосферой — неповторимым обаянием роуд-муви, когда герои ничего не делают, кроме как катаются, глазеют по сторонам, обедают в кафешках, спят в первых попавшихся мотелях… Случайные встречи, мимолетные привязанности, легкие расставания, разрозненные пестрые впечатления, наслаждение моментом — и всегда эффектный прием остранения, взгляд на обыденную жизнь со стороны. В нашу эпоху такое кино имеет все шансы стать ходовым товаром — по статистике, полмиллиарда человек сейчас переживают свое роуд-муви, отрываются от корней и колесят по планете в поисках лучшей доли. Но снять это так, как сделал Вим Вендерс, определенно не всем дано. «Алиса в городах» — словно приятный собеседник; познакомившись с вами, он не пытается рисоваться, нагружать чем-то, но ведет себя просто и естественно, чем и располагает. Классика мирового кино — этот «пыльный» штамп никуда не денется от этой картины и через полвека. <b>9 из 10</b>
Тест на киноконформизм
Уже в этой ранней работе Вима Вендерса мы видим мотивы, которые он пронесет через почти всё свое творчество. И это не только антононьевская история об отчужденности людей в этом быстро меняющемся стремительно бегущим вперед миром, но и попытка вырваться из привычного 'положения вещей', найдя 'американского друга' в лице маленькой девочки, возможно совершая 'ложное движение', но все же это лучше, чем стоять на месте не пытаясь найти что-то более важное. Пусть даже это будет пустырь посреди Техаса с романтичным названием Париж. Удивительно, но это не просто лучший фильм Вима Вендерса, но и один из лучших фильмов вообще в истории кино.
Жизнь как путешествие
Фильм Вима Вендерса 'Алиса в городах' является важнейшим, программным произведением в творчестве немецкого классика. Будучи первой частью условной трилогии дороги в которую также входят фильмы 'Ложное движение' и 'С течением времени', 'Алиса в городах' стала поистине стилеобразующей и смыслоопределяющей картиной режиссера. Все последующие работы Вендерса так или иначе будут проникнуты влиянием 'Алисы' (особенно это касается триумфатора Канн, фильма 'Париж, Техас'). Сама 'Алиса в городах' подверглась в свою очередь влиянию фильмов Микеланджело Антониони - своеобразного духовного гуру и учителя Вендерса - его 'кинематографа отчуждения и разобщенности', повествующего о различных отщепенцах, добровольных изгоях и скитальцах без цели. Так само, казалось бы, бесцельно путешествует по восточному побережью США молодой немецкий фотограф Филипп Винтер, тщетно пытающийся написать статью о сути Америки. Он наделал уже не одну сотню 'полароидных' снимков, однако как выразить суть Нового света словами не имеет ни малейшего понятия. Суть Америки, по его мнению, если и можно передать словами, то слова эти должны быть подкреплены фотографиями 'выхватывающими' жизнь в определенный момент. В этом Филипп словно бы уподобляется выдающемуся советскому кинодокументалисту Дзиге Вертову, своим вездесущим 'киноглазом' пытавшемуся то тут то там снимать 'жизнь врасплох'. Закономерно что работодатель Филиппа не приходит в восторг от подобных последнего, ведь он уже месяц колесит по стране, но не написал еще ни строчки. Пообещав завершить статью в Германии, Филипп готовится к отъезду на родину. В аэропорту он встречает молодую женщину Лизу с дочерью Алисой. Череда перипетий приводит к тому что Лиза улетает в Амстердам, оставляя дочь на Филиппа с просьбой дождаться ее в аэропорту голландской столицы. Не найдя и следа Лизы на месте, герои вынуждены разъезжать по городам Германии в поисках бабушки Алисы, местоположение и фамилия которой неизвестны. Есть лишь фотография, на которой запечатлен дом бабушки. Цепляясь за нее словно за спасительную соломинку, Филипп и Алиса посещают город за городом, в надежде отыскать нужный дом. Лейтмотивом фильма является постоянное, непрекращающееся, однако довольно неспешное движение. Движение это осуществляется при помощи самых разнообразных транспортных средств - самолетов, автомобилей, катеров, парома, надземных поездов и обычного поезда. То что началось как сумбурный поиск 'точно не знаю чего, точно не знаю где' в итоге переросло в умиротворяющее, медитативное путешествие то ли в поисках самого себя, то ли просто ради самого путешествия. Монотонная, повторяющаяся время от времени по ходу фильма мелодия группы Can идеально дополняет картинку, усиливая таким образом магично-флегматичную атмосферу фильма. Оператор Робби Мюллер выстраивает кадры таким образом, что зритель словно бы становится пассажиром, воочию наблюдая монохромные пейзажи. А что если конечной целью ленты 'Алиса в городах' для Вендерса была фиксация пространства-времени? Ведь магия кино в том и состоит, что мы можем видеть давно умерших людей или несуществующие более здания. Ибо места показанные в фильме более никогда не будут прежними, по-крайней мере идентичными, со временем все, пускай и незначительно, но изменится. Таким образом кино и фотография словно побеждают само время. Особенно это касается фотографии, запечатлевающей конкретный момент, позволяющей запечатлеть конкретное ложное движение, которое невозможно поймать в кино из-за постоянного течения времени последнего. Так Что 'Алиса в городах' фиксирует конкретные места в конкретное время, что вероятно и есть генеральной задачей ленты. Внимательный зритель даже может точно определить время действия. В конце фильма Филипп читает некролог Джона Форда, умершего 31 августа 1973 года, таким образом на дворе сейчас начало сентября 1973-го. К слову в попадании данного некролога в кадр тоже есть свой символический смысл, ведь Джон Форд был для Америки символом целой кинематографической эпохи, закончившейся после его смерти. Вим Вендерс оказался случайным свидетелем конца этой эпохи. Необходимо также отметить поразительную сыгранность и легкое, непринужденное взаимодействие исполнителей главных ролей Рюдигера Фоглера (Филипп Винтер) и Йеллы Роттандер (Алиса). Их персонажи подпадают под формулу 'встретились два одиночества'. Актерам блестяще удалось передать эту встречу. В нежных, дружеских отношениях между главными героями можно проследить влияние на творчество Вима Вендерса таких личностей от кино как Франсуа Трюффо. Их интимная лирика и мастерство передачи человеческих взаимоотношений способствовали созданию главного шедевра Вендерса - 'Неба над Берлином', в финальных титрах которого, к слову, Вендерс назвал вышеупомянутых режиссеров наряду с Андреем Тарковским кинематографическими ангелами. 10 из 10
Каждому нужен друг.
<i>'Пропасть, в которую ты летишь, — ужасная пропасть, опасная. Тот, кто в нее падает, никогда не почувствует дна. Он падает, падает без конца. Это бывает с людьми, которые в какой-то момент своей жизни стали искать то, чего им не может дать их привычное окружение. Вернее, они думали, что в привычном окружении они ничего для себя найти не могут. И они перестали искать. Перестали искать, даже не делая попытки что-нибудь найти.'</i> Над пропастью во ржи, Дж. Д. Сэлинджер Главный герой фильма 'Алиса в городах', снятого режиссером Вимом Вендерсом - репортер, разъезжающий по стране в процессе подготовки своей новой статьи. И делает он на своем пути очень много снимков, притом снимает только полароидом, в считанные секунды перенося окружающую его реальность на фотобумагу. Но при этом он не пишет ни слова, потому, что не хочет писать. Мир ему наскучил, все вокруг неинтересно и уныло: города, радио, ТВ. Он одиночка, которому осточертела жизнь. Однажды он решает отправиться домой, в Германию. Но обстоятельства меняют его планы. И вот теперь герой направляется в Амстердам и его попутчицей на этом пути становится девочка Алиса, которую ему придется опекать. Они с ней разъезжают по разным городам, в поисках одного старого дома. Живут в отелях и питаются в дешевых кафешках, ездят на прокатном автомобиле и катаются на монорельсе. И постепенно сдруживаются, не смотря на огромную разницу в характерах. Ведь она не любит оставаться одна и сидеть на месте, и ей всегда нужно дружеское плечо рядом. Он же - полная ее противоположность. История в фильме развивается неспешно и с достаточным вниманием к деталям. И при этом снята она просто великолепно. Даже будучи бесцветным он выглядит очень красиво: тут у нас и огромный мегаполис, и маленькие города, и речки, дороги, поля. Атмосфера передана отлично - по ходу просмотра и сам проникаешься той магией и духом свободы, которыми пропитан фильм. Оторваться от него очень сложно, он притягивает к экрану и расслабляет. Саундтрек же здесь прекрасен и во многом именно в нем причина того магнетизма, которым данная картина обладает. 'Алиса в городах' не обладает сложным, запутанным и непредсказуемым сюжетом, ее вообще стоит не из-за этого смотреть в первую очередь. Главное в этом фильме - искренняя история дружбы непохожих друг на друга людей, а также великолепное техническое исполнение во всем - от работы оператора до музыки, играющей на фоне. 10 из 10 P.S. Мне этот фильм, кстати, напомнил книгу Дж. Д. Сэлинджера 'Над пропастью во ржи', так что всем, также его посмотревшим, советую это произведение к прочтению.
Нужно подождать, пока проявится…
Немецкий журналист Филипп Винтер (Рюдигер Фоглер) странствует по США в поисках материала, по пути делая полароидные снимки тех мест, где он бывал. Ему каждая фотография говорит куда больше, чем самые красочные описания на бумаге, которые, как раз и требуют в его издательстве. Не найдя должного признания, уволенный журналист оказывается одиноким странником, бесцельно блуждающим по большим городам, пока не встречает в аэропорту молодую мать-одиночку Лизу (Лиза Кройцер) с ее маленькой дочерью Алисой (Йелла Роттлэндер). Это новое знакомство кончается тем, что на следующее утро мать исчезнет в неизвестном направлении, оставив журналисту свою дочь с какой-то странной запиской. Так и начинается дружба двух брошенных судьбой людей, которые будут вместе странствовать по городам в поисках неизвестно кого и чего по этой таинственной записке… Знакомство с немецким постановщиком Вимом Вендерсом следовало бы начать именно с этой работы, как определяющей стиль дальнейших его известных работ – медитативное повествование с вечно странствующими и чего-то ищущими героями, оставляющее к финалу добрую и светлую грусть. Вим Вендерс при создании «Алисы в городах» вдохновился историей своего друга Питера Хендке, который как раз является родителем-одиночкой. В этой черно-белой ленте в стиле экзистенциального роуд-муви зрителю предстоит влиться в ее неторопливый ритм под музыку Чака Берри, Густава Миллера, «The Can» и «Canned Heat» и морально присоединиться к поискам двух одиночеств. Фильм радует, в первую очередь, запоминающимися и проникающими в душу репликами и диалогами героев, интересной операторской работой Робби Мюллера, стильным музыкальным сопровождением разных исполнителей, и, главное – забирает в свою загадочную атмосферу «свободного полета». Дружба журналиста и маленькой девочки, этих брошенных на произвол судьбы людей, раз от раза предстает во все более и более трогательном свете. Ранее потерянный и даже раздражительный Филипп постепенно открывает для себя смысл жизни заново в процессе общения с чужим, и, в то же время, очень близким по состоянию души ребенком. Открытый финал истории оставляет то самое чувство светлой грусти, ведь, скорее всего, эти два одиночества никогда не встретят друг друга снова, но те краски жизни, которые они друг другу подарили, не утеряют своей яркости. Как и этот фильм – он запомнится навсегда и впечатление о нем не утеряет своих черно-белых, но таких теплых и душевных красок… Еще одно наблюдение относительно работ Вима Вендерса, включая эту – послевкусие приходит дня через три, поэтому торопиться с выводами и оценкой не стоит. Как отметил один из рецензентов здесь – «нужно подождать, пока проявится…». <i><b>В двух словах: Теплая и душевная роуд-муви кинопритча об одиночестве. Классический Вим Вендерс. 9 из 10</b></i>
Когда говоришь сам с собой, слушать гораздо приятнее, чем говорить(с)
Фильм, снятый на черно-белую пленку, уже предполагает собой тот факт, что картина будет какой-то необыкновенной в силу тех или иных причин.'Алиса в городах' - не исключение, лента явно стоит того, чтобы о ней говорили. Вим Вендерс - фигура для независимого кино весьма крупная. Он был и остается одним из ведущих представителей арт-хауса у себя на родине, да и на европейском континенте. Смотря 'Алису' я все больше вспоминал другую личность, но уже с другого материка. Как вы могли догадаться, я веду речь о Джиме Джармуше, который к слову, имел честь поработать с Вимом и Николасом Рэем, которого Джим в своих интервью называет не иначе как 'духовный наставник'. Не познакомься Джармуш и Вендерс, вряд ли бы первый сумел подарить миру такой шедевр как 'Более странно, чем в раю'. Я посмотрел работы Джима раньше, чем ленты господина Вендерса, поэтому прошу читающего мою рецензию не удивляться, что я сравниваю последнего с первым, а не наоборот. Вендерс, равно как и Джармуш, был заинтересован тем, какое положение занимает обыкновенный человек в крупных городах. И не просто городах, а именно тех, что находятся на территории Соединенных Штатов. И тот, и другой режиссер придерживаются схожего мнения. За величием и некой одиозностью городов-гигантов находится ужасающая изнанка, которая заключена не только в кандалы трущоб. Город-спрут оказывает разрушительное воздействие на человека, доводя его до состояния предельной апатии. Главный герой 'Алисы',фотограф и журналист Фил Винтер, которому от роду 31 год(самое время заводить семью и детей, обеспечив себя стабильным заработком),хотя и имеет определенный род деятельности, по сути дела, проводит свои дни ленно, не беспокоясь совершенно ни о чем. Но так происходит лишь до поры до времени. В конечном счете герой остается наедине с девочкой Алисой, от которой весьма элегантным способом избавилась мать(возможно, специально). Образ Алисы помогает нам лучше понять и раскрыть образ героя Рюдигера Фоглера, вскрыть новые пласты этой личности. Конечно, программа действий Винтера становится иной, чем до путешествия в компании с девочкой, но, как ни прискорбно, она не поменялась. Даже несмотря на то, что в Филе проснулась некая симпатия к Алисе, между ними завязалась дружба отца и дочери, фотограф остается таким же как был:вялым, безразличным к окружающей действительности и идущим по жизни, ничем не забивая себе голову. До 'Алисы в Городах' у Рюдигера Фоглера не было серьезных ролей в кино, фильм принес ему известность, однако не показал его как блестящего актера. Не блещут мастерством и другие члены актерского состава, но сама атмосфера фильма не требует того, чтобы каждый актер играл свою роль оскароносно. Лента пронизана насквозь унынием и меланхолией, которая сверх того нагнетается черно-белыми цветами и треком, который мало того, что грустный, так еще и повторяется достаточно часто для того, чтобы отобразить безысходность окружающей обстановки. Несомненный плюс картины-работа оператора. Вим работал практически над каждым фильмом с Робби Мюллером, которого рекрутировал и Джармуш для некоторых своих фильмов. Вспомним хотя бы 'Мертвеца' с Джонни Деппом в главной роли. Особенно удачно у Робби выходят панорамы города и съемки в движении, которое разбавляет некую монотонность застывшей во времени 'Алисе'. В целом, работа достаточно грамотная. Основные шедевры у Вендерса еще впереди. Но 'Алиса в Городах' очень ценная для его фильмографии картина, которая продемонстрировала уже тогда, в далеком 1974 году, что Вим Вендерс-режиссер, чьи работы окажут существенное влияние на развитие независимого кино. Не думаю. что уже вышеупомянутый Джим Джармуш стал бы столпом американского артхауса, не посмотрев картины культового немецкого режиссера. 9 из 10
Три фильма объединены жанром - роуд-муви, герои постоянно находятся в дороге, в силу разных причин. Плюс к этому, всех трех главных персонажей играет Рюдигер Фоглер, и его герои схожи между собой. <b>«Алиса в городах»</b>, первый фильм из трилогии, 1974г., он же и наиболее яркий, несмотря на внешнюю неприметность черно-белой пленки. Одинокий журналист, ищущий потерянное вдохновение, ищущий себя, для которого вся жизнь - погоня за чем-то неуловимым, притянувшим внимание и исчезнувшим, жизнь - дорога, ведущая в никуда, но известно, что она ведет всё дальше от нужного и ценного, и девочка, оставшаяся на его попечение по просьбе случайной попутчицы. Так они и путешествуют по городам Германии, чтобы найти бабушку Алисы, потерянные, но нашедшие друг друга. Очень лиричный и тонкий фильм, точно передает растерянность поиска и позволяет прочувствовать широкий эмоциональный диапазон. <b>«Ложное движение»</b>, 1975г. Здесь Фоглер играет писателя Вильгельма, которые еще больше потерян. Вильгельм постоянно спрашивает у других, может ли он стать писателем, если не разбирается в политике, если ненавидит людей. Он боится ответственности, боится заглянуть внутрь себя и разобраться с накопленным за 'годы учения', чтобы, наконец, действовать самому. В поисках впечатлений герой остаётся в одиночестве на вершине горы и там понимает, что все, что он делает - не то, и каждое движение ложно. Дальнейшие его действия и размышления уже недоступны по воле автора, Вендерс оставляет писателя в момент осознания, когда тот искренне задумывается. Этот фильм напряженнее и жестче, чем первый, но его так же нельзя обойти вниманием. <b>«С течением времени»</b>, 1976г. И снова дорога, по которой едет киномеханик Бруно. Если Филипп и Вильгельм вынуждены путешествовать, то у него нет такой четкой необходимости, практически нет сюжетной мотивации, это некий неоднородный коллаж из отдельных слов, событий, встреч, разговоров, отрезок времени, вмещающий обыденное, кажущееся необычным и странным, и события, которые могли бы стать отдельной захватывающей темой, но здесь они блеклая часть реальности. Автор раскладывает жизнь до мельчайших подробностей, раскрывая характер, поэтому возникает впечатление затянутости. Но нельзя сократить, как нельзя сделать короче путь, если и так едешь напрямик. Дорога как способ открытий, поиска, вдохновения, впечатлений, чтобы перестать быть одиноким или остаться одному, преодолеть барьер или сдаться, как осознание бесконечности выбранного пути и конечности жизни - вот что объединяет эти фильмы Вендерса в единую талантливую трилогию.
Страница 1 из 3