Головокружение

Фильм загадка. Первая часть фильма как водоворот завлекает нас в свои глубины, оказавшись в самой пучине любви и драмы, зритель пытается выбраться, чтобы сделать глоток воздуха смысла. Очень красивая лента. Завораживающие виды города. Завораживающая женщина, в которую влюбляется вместе с Джоном. Ее образ буквально кружит голову. Чего стоит сцена со спасением девушки из реки и диалог после ее пробуждения. Будто ожившая сексуальная фантазия, универсальная для обоих полов. Ресторан, где Джон впервые видит Маделин, похож на нереальное пространство. Будто бы внутренность гроба, обитого красным бархатом, венки у камина напоминают надгробные венки. У этой истории есть интересный ракурс, метафора любовных отношений. Влюбленность кружит голову не меньше высоты. Вертиго туманит бдительность Джона, он буквально не понимает, что перед ним не Мадлен, а другая женщина. То же происходит со многими на первых этапах узнавания партнёра. Идеализация мешает увидеть в человеке его настоящую сущность. Со временем эта версия партнёра умирает, сменившись настоящим 'двойником'. А бывает, что это происходит не просто так! Вмешивается некий третий, либо внешняя сила в виду жизненных обстоятельств. События заставляют человека взглянуть иначе на объект любви. Судя по шоку Джина, в вертиго речь идёт именно об измене. Фактически Джуди сама рассказывает нам эту историю, когда впервые встречается с Джоном. Перемены в Джуди подчёркнуты ее внешним образом: вульгарный макияж, броская одежда контрастирует со сдержанным стилем идеальной Мадлен. Джуди носит другую прическу, без завитка, головокружение любви сменилось попыткой спасти отношения. Если рассматривать ту же двойственность с точки зрения теории Фрейда, любимой Хичкоком. То можно рассматривать Маделин как супер-эго, настоящую д как эго и Карлотту Вальдес как Оно, бессознательное. Во сне Джон встречается именно с Карлоттой, бессознательной частью сущности возлюбленной.

Альфред Хичкок снял «Головокружение» (Vertigo) в 1958 году — и поначалу картина не имела кассового успеха. Лишь десятилетия спустя её возвели в ранг шедевров, а в 2012 году она заняла первое место в престижном рейтинге Sight & Sound, сместив с пьедестала «Гражданина Кейна». Это признание не случайно: перед нами не просто триллер, а фильм, в котором жанровая оболочка становится способом рассказать о бездне человеческой психики. Главный герой, бывший детектив Скотти, страдает акрофобией — страхом высоты. Но на самом деле его болезнь глубже: он не умеет справляться с чувствами потери и вины. Влюбившись в загадочно-прекрасную Мадлен, он оказывается пленником не женщины, а её призрачного образа. Когда Мадлен погибает, Скотти не находит в себе сил отпустить прошлое — напротив, он встречает другую женщину, Джуди, и буквально насильно превращает её в копию своей возлюбленной. Это не любовь, а одержимость, не отношения, а желание материализовать фантом его воображения. Хичкок мастерски показывает, что настоящая пропасть находится не в башне, где погибла Мадлен, а в человеческом сознании после посттравматического опыта. Визуальные приёмы — знаменитый «зум-долли», спиральные мотивы, игра цветом — становятся метафорой замкнутого круга, в котором кружится сознание героя, не находя выхода. Если зритель будет внимательно смотреть этот фильм, он невольно узнает себя в Скотти. У каждого есть собственный «страх высоты» — то, чего мы избегаем. У каждого есть свой «призрак прошлого» — бывшая любовь, навсегда потерянный шанс, подаренный Судьбой или несбывшаяся мечта, к которым мы возвращаемся снова и снова. Мы, как и Скотти, часто влюбляемся не в живых людей, а в свои фантазии о них. Но не каждый человек может самостоятельно осознать цену нежелания отпустить то, что навсегда утеряно — вечное кружение вокруг застарелой боли. Здесь может помочь только психолог или психиатр. «Головокружение» — это фильм о невозможности воскресить прошлое, о том, как иллюзии губят жизнь людей. В шедевре Альфреда Хичкока нет утешения и хэппи-энда, зато есть редкая честность. Именно поэтому спустя десятилетия он продолжает завораживать и тревожить — как зеркало, в котором зритель видит не столько героя фильма, сколько самого себя. 10 из 10

Оооох, подозреваю огребу за эту рецензию, но все-таки выскажусь… Традиционно перед просмотром фильмов стараюсь знать о них по минимуму и в данном случае знал только, что это культовое произведение, однако в режиме просмотра онлайн, как ни старался, не смог уловить его гениальность, при этом еще пару раз чуть не уснул, но обо всем по порядку... Понятно, что фильм 1958 года, понятно, что это нуар с вкраплениями фирменного хичкоковского «вот это поворот!», понятно, что цвет для 1958 года — это то, что просто так не делалось, но черт возьми где сюжет?! Не припомню случая, когда сюжет двухчасового фильма можно пересказать одним абзацем, а еще одним сформулировать его суть. Причем ладно бы это был какой-то визионерский шедевр, где что ни кадр, то праздник. Тут только от бесконечных однообразных видов Сан-Франциско можно задремать. Скажу больше: одна из самых известных цитат Хичкока звучит как: «Чтобы сделать великий фильм, необходимы три вещи — сценарий, сценарий и еще раз сценарий». В сценарии этого фильма подозреваю, что 3/4 объема занимает описание, кто как куда томно смотрит, едет, идет и во что одет. Ладно, предположим, это какой-то визуальный эксперимент, не зря же создатели разорились на цвет. Предположим, тут была проделана серьезная работа с цветовыми решениями, но для кого это делалось в отсутствии внятного сценария?! Это же не выпускная студенческая работа, которую будут оценивать большие профессионалы, а фильм, рассчитанный на массового зрителя, которому все эти оттенки зеленого ни о чем не говорят. В общем, к концу просмотра в голове крутилась только одна мысль – кто-то во время создания страдал графоманией. Однако этот фильм за что-то же считается классикой? Поэтому на следующий день полез в интернет за поясняющими материалами и в них, написанных как под копирку, обнаружил, по сути, 3 факта о фильме, за которые его носят на руках: 1) В прокате он прошел посредственно, после чего Хичкок вместо классического в таких случаях «Я художник, я так вижу» раскритиковал всех причастных, кроме себя любимого, и выкупил права на фильм, после чего он лег на полку до 1985 года, когда уже и был назначен на статус культового. 2) После назначения на культовый статус, в том числе культовой была признана манера съемки эпизодов головокружения. 3) Как и думал при просмотре, фичей фильма задумывалась игра с цветами, которая также была назначена культовой. Такая культовость задним числом напомнила мне пьесу «Голый король», в этой версии которой большие профессионалы спустя десятилетия после выхода фильма стали убеждать новое поколение зрителей, что это был шедевр, и, судя по оценкам, им это удалось, да вот только за всеми этими фичами все почему-то забыли про сюжет, а он по-прежнему умещается в абзац. Причем все три вышеописанные факта имеют свои «но». Сам Хичкок, как ни крути, в момент выхода открестился от фильма, манера съемки была не его изобретением, а киноязык, основанный на цветах, был известен задолго до выхода этого фильма. За примером далеко ходить не надо — Сергей Эйзенштейн в своем последнем фильме «Иван Грозный. Сказ второй: Боярский заговор» аж в середине 40-х вставил цветной эпизод именно для того, чтобы поговорить со зрителем языком цвета. Кто это дело помнит? По-моему, никто… В результате, как ни старался, так и не смог уловить гений фильма. Да, общее качество на высоте, но как могло быть иначе у большого студийного проекта того времени? Да, сказочные виды Сан-Франциско до сих пор восхитительны, но не в таких же объемах. Да, формально интрига есть, но это уровень бульварного чтива, а не фильма, рассчитывающего на что-то серьезное. Актерская игра – классика своего времени, не убавить, ни прибавить. Всё это прекрасно, но в формате 40-минутной серии детективного сериала, а не двухчасового полнометражного фильма. В виду вышесказанного прекрасно понимаю посредственный зрительский интерес своего времени, т. к. без поясняющих материалов понять, что смотришь шедевр крайне затруднительно, особенно если случайно заснул при очередном объезде города. Есть тут, что-то, что можно разбирать на лекции во ВГИКе? Возможно, но это явно не того качества, чтобы ставить фильм в один ряд с действительно достойной классикой. 6 из 10

Как можно подобраться к пониманию фильмов Хичкока настолько близко, чтобы их критиковать? В моем случае отвечу - никак, но надо попытаться. Начиная визуальным оформлением, заканчивая сюжетом, считаю, что этот фильм выверен до мельчайших деталей. В этом, полагаю, и есть смысл рецензий - показать хотя бы одному человеку прелесть старого кинематографа, заострить внимание на бриллиантах золотой эпохи Голливуда. «Головокружение»Альфреда Хичкока, корифея своего ремесла - это история о человеке, который боится упасть, и о женщине, жаждущей падения. Каждую сцену фильма можно разбирать бесконечно. На фоне эдвардианской и истлейковской архитектуры Сан-Франциско разворачиваются трагедии главных героев, но город как отдельный персонаж кинофильма безучастен к страданиям главных героев. Город слеп к попыткам суицида, к смертям персонажей - в этом прослеживается критика урбанизма, индивидуализма американского общества, отсутствия теплых отношений между людьми, закрывшимся в своем мире. Люди не едины друг с другом, живут разобщенно, как писал в «Братьях Карамазовых» Ф.М. Достоевский. Из этой разобщенности исходят страдания главных героев: они беспросветно одиноки, по-настоящему не счастливы. Ищут счастья в бессмысленных встречах, бизнесе, браке. Где же найти это преисполнение? Протагонисты находятся в поисках ответов в борьбе с собственными демонами. В фильме стигматизируются психические заболевания - будь то акрофобия, будь то депрессия. Сострадание к ним, к сожалению, возникает из чувства жалости, не сочувствия. Главный герой ностальгирует по ушедшему времени и осознает свою смертность, неумолимое течение времени. Сан-Франциско уже не тот, что прежде, и никогда не станет таким же. Как жить в мире, где бог умер? Зритель любого фильма, особенно «Головокружения»,становится войеристом, влезает в дела, в которых не должен участвовать. Так, мы становимся участниками искаженной любовной драмы. Задаемся вопросом: неужели человек, в первую очередь, любит образ в своей голове, а не непосредственно человека перед ним находящегося? Наблюдаем общение главного героя все-таки с Мэделин? Или образом Мэделин? Насколько важна идентичность человека во взаимоотношениях с другими? Или люди не способны увидеть нас в своем сознании? Отдельного внимания заслуживает роль женских персонажей в этом фильме. К сожалению, женщины в большинстве своём становятся инструментами в коварных планах, сокровенных мечтах мужчин. При этом без исследования режиссера и сценариста остается судьба и индивидуальность женщины, не раскрываются причины ее поступков, ограничиваясь их ролями в жизни протагониста. Конечно, вводить современный левонаправленный дискурс в обсуждение фильма 20 века неуместно, но в этом одновременно и прелесть кинокритики. Ретроспективно можно отметить упущения работ прошлого и учесть их, чтобы не допускать подобных ошибок в будущем. К слову, данная картина не понравилась современникам, однако нашла признание в последующем, в 21 веке. «Головокружение» нашло любовь зрителя, пусть и не сразу. Бесспорно мастерство Хичкока и других создателей фильма в техническом плане. Использование хаотичного монтажа в сценах сна главного героя раскрывают его внутренний мир бесподобно. Красный здесь - цвет безумия, безрассудности, падания. Также например, серый костюм главной героини создан для создания напряжения и диссонанса в сознании зрителя. Отчасти, думаю, таким сценами вдохновлялся Дэвид Линч в формировании своего, аутентичного мира грез. Про творения Хичкока можно говорить бесконечно. Этот фильм обязательно будет интересен каждому, кто интересуется режиссёром, хочет соприкоснуться с прошлым веком, понаблюдать за тем, чем жили люди прошлого. Понять, что люди не меняются, меняются лишь технологии, которые мы используем. Интересно посмотреть, как человечество осмысляло действительность тогда, через призму постмодернизма. Почувствовать еле уловимую усталость от второй мировой войны, бессмысленность происходящего. This is cinema. 9 из 10

Закрыл еще один Гештальт в лице культового хичкоковского нуара, и можно сказать, что Альфред - далеко не мой автор, хотя я очень котирую его 'Веревку' и 'Психо'. 'Головокружение' - это типичная мелодрама 50-х с вкраплениями триллера и детектива, которую смотреть интересно разве что в ретроспективе, а так же с прикладной точки зрения: в данной работе впервые был использован 'эффект вертиго' (собственно, его название и есть производное тайтла). Могу констатировать факт, что сценарий тут неплох: увлекательный сюжет, приятные лицедеи в кадре, разнообразие локаций, за что была номинация на 'Оскар', а так же все элементы, присущие фильмам-нуарам первой волны: протагонист-антигерой, роковая женщина а-ля фам фаталь, криминальный оттенок истории и общая пессимистичность действа. 'Vertigo' в первую очередь рассуждает на тему влюбленности с первого взгляда, одержимости и наваждения в отношение своей второй половинки, а так же ставит вопрос ребром относительно межполовых отношений: действительно ли мужчины подвержены сравнению женщин между собой, и все последующие пассии будут так или иначе 'вылеплены' под стать той самой, первой? Актерские работы отличные: Стюарт и Новак - химия и секс, но без секса в кадре. Хорошо воплотили своих персонажей на экране. Им веришь и сопереживаешь. Операторская работа и монтаж, как и всегда у Хичкока, от и до изобретательные и в какой-то степени визионерские. Саунд-дизайн и пост-продакшен ок. Отечественное BD-издание от 'ND Play', в очередной раз с кино от 'Universal', прекрасное: хороший ремастированный трансфер, наличие большого количества звуковых дорожек и субтитров. 'Головокружение' - это культовый фильм, который был прохладно встречен зрителями на релизе, но спустя 65 лет ставший истинной классикой Голливуда. Он способен увлечь вас на без малого два часа и показать, как же экспериментировал Хичкок с формой в лучшие свои десятилетия. Приятного просмотра. 7 из 10

Этот мистический триллер обязателен к просмотру сразу по нескольким причинам. Больше всего 'Головокружение' ценят за игру с цветом и светом. Этот фильм Альфред Хичкок снял с помощью технологии Техниколор и использовал краски для создания характеров героев и для создания атмосферы фильма настолько мастерски, что до сих пор именно 'Головокружение' внимательно изучают и копируют фильммейкеры всего мира. Сюжет большей части фильма развивается довольно банально. Детектив в начале истории чуть не срывается с крыши, а его коллега погибает, пытаясь помочь ему подняться. У мужчины развивается акрофобия и он уходит со службы. Тут с ним связывается состоятельный знакомый и предлагает работу - следить за его женой, в которую похоже вселился дух мертвой женщины из прошлого и который толкает ее на неконтролируемые и опасные действия. Мужчина берется за работу и, как вы могли догадаться, влюбляется в юную красотку. И хотя в третьей своей части 'Головокружение' оборачивается неожиданным сюжетным твистом и завершается не менее неожиданным поворотом, сам Альфред Хичкок, критики и зрители ценят этот фильм именно за визуальное совершенство. Также этот фильм популяризировал операторскую технологию, известную сегодня как 'контр-зум' (или 'долли зум'). Помощник оператора Ирмин Робертс, который даже не вошел в титры фильма, решая задачу создать визуальный эффект, имитирующий головокружение главного героя, изобрел оптический прием, позволяющий приближать лицо героя к зрителю в то время как фон, наоборот, отодвигается вдаль. И это был первый фильм, который использовал компьютерную графику - начальная заставка, выполненная Солом Бассом, является эталоном кинодизайна и множество раз становилась источником вдохновения для других кинематографистов. В свое время 'Головокружение' получило негативные отзывы критиков и провалилось в прокате. Альфред Хичкок был расстроен, обвинил своего любимца Джеймса Стюарта в том, что он слишком старый, чтобы быть интересен зрителям и больше никогда не снимал с ним фильмы. А Ким Новак, сыгравшую главную роль, он считал крайне неправильным выбором. Режиссер выкупил права на этот фильм, вместе четырьмя другими своими лентами ('Окно во двор', 'Веревка', 'Неприятности с Гарри', 'Человек, который слишком много знал'), и он оставался недоступным зрителям почти 30 лет, пока в 1984 г. ленту вновь не перевыпустили. 'Головокружение' не случайно особо выделяется в фильмографии Альфреда Хичкока. Это не только отличный визуальный образчик. Он довольно сильно отличается от большинства других его работ.

С первых титров «головокружения» раскручивающаяся из женского зрачка спираль направляет внимание зрителя на проблему иллюзорности взгляда. Множество исходящих из единой точки (фактичности) линий (иллюзорных представлений) своим нескончаемым параллельным движением вызывает головокружение, которое можно понимать как состояние растерянности и неустойчивости смотрящего перед неспособностью/нежеланием усмотреть в круговращение иллюзорных образов их фактическую основу. Насколько фантастична и неправдоподобна детективная история, лежащая в основе сюжета, настолько глубок и реален психологический анализ взаимоотношений между мужчиной и женщиной, содержащийся в смысловом поле фильма. В фильме изначально представлены две пары персонажей: Скотти и Мидж (их связывают дружеские отношения привязанности, а, как многим хорошо известно, дружба между мужчиной и женщиной это фантом, основанный на ещё/уже несостоявшихся эротических отношениях), Элстер и Мадлен (среднестатистическая, то есть несчастная в браке супружеская чета). В ходе повествования акцент смещается на пару Скотти – Мадлен. Их связь основывается на фантазматических взаимоотношениях, а оттого приобретает романтический ореол и невероятную силу. Психопатологический фон этих отношений составляют с одной стороны - травматический опыт, акрофобия и вуайеризм Скотти, с другой – истеричная театральность и эксгибиционизм Мадлен. Разыгрываемый словно в театре спиритуалистический фарс Мадлен перед Скотти создаёт распространённый образ романтических взаимоотношений: когда женщина успешно отыгрывает некую мистическую и роковую роль перед потрясённым мужчиной. Таинственность и недосягаемость выбранного femme fatale образа притягивает поклонника как мотылька на свет. В фильме показано как отношения проходят стандартным маршрутом: первое и незабываемое знакомство в ресторане, магазин цветов, культурный досуг в картинной галерее, посещение номера отеля, живописное побережье пролива (где посредством того, что мужчина вслед за женщиной совершает прыжок в пучину безрассудств, их отношения выходят на уровень взаимности), как бы случайные встречи, прогулки в парке (где делятся интимными подробностями предыдущей жизни), чуть ли не насильное (в результате истерик и манипуляций) совместное посещение церкви, где мужчина должен последовать вслед за женщиной на головокружительную высоту её ожиданий или навеки потерять её (очевидна метафора брака). Итак, первый женский фантом, который со всей возможной очевидностью раскрывает перед зрителем Хичкок, это фантом женщины как актрисы. Она создаёт идеальный образ таинственной, терзаемой душевными страстями, практически недоступной особы, целью которой является очаровать и совершенно запутать мужчину и в конечном итоге затащить его в церковь на своих условиях. Городская легенда повествует о Карлотте - прабабке Мадлен. То, что Мадлен должна с фатальной необходимостью повторить судьбу своей предшественницы, не что иное, как очередной фантом. А именно: женщина обязана отыгрывать установленную ей исторически роль. Этот патриархальный императив настолько довлеет над женщиной, что она сама начинает верить в его неизбежность и воплощать предписанный жизненный сценарий (родовое проклятие). Мужчина с разбитым в результате любовного падения сердцем бродит как неприкаянный призрак на руинах былой любви. Он готов всматриваться в каждое похожее лицо, надеясь узнать в нём ту самую Единственную. Так Скотти встречает Джуди. Отношения этой пары раскрывают перед зрителем ещё один фантом, который часто встречается в реальной жизни. Причина его возникновения состоит в том, что мужчина своим взглядом (ожиданием увидеть) объективирует женщину. Таким образом, место реальной женщины из плоти и крови занимает идеальный конструкт, существующий изначально только в голове мужчины. Чтобы быть желанной женщина должна вопреки своему естеству подстраиваться под ожидающий и требовательный мужской взгляд. В конце концов, желание угодить мужчине может привести женщину к символическому самоубийству (отказу от собственной индивидуальности), или к случайной гибели в результате падения с огромной высоты мужских ожиданий. События фильма также можно трактовать как аллюзию к известному мифологическому сюжету. В древнегреческом мифе Орфей спустился за погибшей возлюбленной Эвридикой прямо в царство Аида. Тронутый его мольбами владыка загробного царства разрешил Орфею вывести возлюбленную при условии, что до конца пути он не станет оборачиваться и смотреть на неё. В самом конце Орфей не выдержал и обернулся, в результате чего тут же потерял возлюбленную. В 'головокружении' Скотти уже почти вывел из тьмы забытья свою возлюбленную, но в последний момент обратился к прошлому. Проигрывание травматического сценария по-новому в данном случае способно избавить от личного расстройства, но не может излечить травмированные отношения. Эта история учит нас, что несмотря ни на что из того, что было в прошлом между мужчиной и женщиной, следует устремить взгляд к ещё возможному будущему и не оборачиваться вспять. 10 из 10

Сей фильм получил различные отзывы в свой адрес, он занимает первое место в списке величайших фильмов по версии «Sight & Sound» и в то же время считается далеко не самой удачной работы Хичкока. На мой взгляд так и есть, стоит только посмотреть ряд других фильмов и 'Головокружение' меркнет на их фоне. У этого явления были свои последствия, а именно то, что Хичкок перестал приглашать Джеймса Стюарта на исполнение главных ролей в его фильмах, так как считал последнего виновником в провале картины. Конечно, дело было не в актёрской игре Стюарта, фильм сам по себе получился несколько затянутым, скучноватым, менее захватывающим, нежели предыдущие произведения короля саспенса. Действующее лицо картины детектив в отставке по имени Джон 'Скотти' Фергюсон. Его ранняя отставка связана с тем, что на его глазах погиб коллега во время погони за преступником, после чего у Скотти развилась акрофобия и он не смог продолжить службу. Теперь у Скотти много времени, которое он посвящает себе. Спустя время его, в качестве детектива, нанимает старый приятель Гэвин Элстер. Элстер просит Скотти проследить за его женой Мадлен, так как она странно себя ведёт и несколько не в себе. Скотти соглашается на это. Далее мы наблюдаем за тем, как бывший детектив следит за Мадлен и однажды он её спасает, когда женщина предпринимает попытку покончить с собой. Постепенно Мадлен и Скотти сближаются, у них начинают завязываться отношения, которые, свою очередь, приводят к определённым последствиям. Мне показалось странным то, каким одержимым предстал Скотти, его тяга к Мадлен. Он буквально выглядел безумцем и это несколько настораживало. Как-то не особо верилось в происходящее, их взаимоотношения не казались искренними. Всё это смотрелось довольно глупо и абсурдно, за время просмотра фильма я неоднократно ощущала неловкость из-за действий Скотти. Хотя в дальнейшем и Мадлен вела себя не менее странно. Фильм для всех разный, нельзя точно сказать насколько он хорошо или же нет, тут всё на суд зрителя и о вкусах не спорят. Но у меня остались странные чувства после просмотра, словно я осталась в недоумении. По большей части это было из-за поведения главных персонажей. Для себя я уже определила, что эта картина не показательный пример творчества Альфреда Хичкока и у мастера есть ряд других работ, где он больше и лучше показал свой талант. 6 из 10

Мое знакомство с Хичкоком началось с «Психо». Без лишних слов понятно, что «Психо» это культовое кино, благодаря которому родился такой жанр, как «слешэр». Следующий фильм Хичкока для меня стал тот, где в случае убийства надо набирать «М». Два эти фильма буквально играют на нервах зрителя, грызешь ногти, ерзаешь на стуле, неотрывно следишь за тем, как развивается сюжет и восхищаешься каждым неожиданным твистом. Но вот в «Окно во двор», как мне кажется «мастер саспенса» немножечко под сдулся. Безусловно, мне очень понравилась концепция подглядывания за соседями, но все это выглядит неубедительно с логической точки зрения, а концовка – тушите свет. Сидишь ждешь невероятный, неожиданный поворот или что-нибудь еще этакое, а по итогу все банально и опять же не логично. В общем, такое ощущение сложилось, что на меня, с этого самого «окна», вылили ушат с тем самым. И вот запуская новый фильм Хичкока, с высокими оценками, готов был забыть тот упадок с «Окном во двор». Ну бывает и такое, и мастера совершают ошибки теряя тот самый саспенс и логику. Но, к сожалению, молния уныния ударила в мою любовь к Хичкоку дважды. Детектив, которого сыграл Джеймс Стюарт, по имени фамилии Джон Фергюсон очень боится высоты. Из-за этого страха у него не все удачно складывается на работе в полиции, и он вынужден покинуть ее. Внезапно появляется старый знакомый Джона. Он предлагает ему последить за его женой, объясняя все тем, что якобы в нее вселился злой дух, который хочет убить ее. И вот наш бравый сыщик по пятам следует за этой блондинкой, по всему Сан-Франциско плетется в пяти метрах от нее и паркуется рядом с ней в безлюдном переулке, ну а она, конечно же, ничего не замечает. Смотришь и плюешься из-за глупости. Но! Потом, с «неотправленным письмом», вся эта глупость оправдывается, но все равно осадок остается. Как из-за «письма» некоторая глупость улетучивается, так из-за него же новая глупость и появляется. Например, мне до сих пор непонятна телепортация жены-блондинки в старом отеле. Неожиданный поворот с «письмом» выглядит супер нелепо, вопросов становится больше чем ответом. В любовную связь между героями я не верил до конца фильма, ей попросту, такой безумной и чистой, неоткуда было взяться. Концовка представляет из себя квинтэссенцию глупости всего фильма. Казалось бы, сделай весь этот кавардак с призраком докторским экспериментом, чтобы вылечить главного героя от страха высоты, сделай в конце детектива-безумца, который уничтожает свою мечту на башне и, как мне кажется, фильм стал бы немножко лучше. С технической частью в фильмах Хичкока все, как всегда, на высшем уровне. Превосходная операторская работа, грандиозные ракурсы съемки и новый великолепный эффект «вертиго». Слов нет, одни эмоции. Мне непонятна высокая оценка этому фильму. Он глупый, не логичный, нелепый. И дело тут не в актерах, как считал сам Альфред Хичкок. Дело тут в сценарии, который, откровенно говоря, неудачный и скучный. Я люблю Хичкока, я не люблю «Головокружение». 6 из 10

Творческий тандем из двух французских писателей: Пьер Буало и Том Нарсежак в 1954 году создал роман под названием «D`entre les morts» («Из мира мертвых»). Цветная кинолента «Vertigo» («Головокружение») 1958 года режиссера Альфреда Хичкока поставлена по мотивам данного романа. Над сценарием работали три человека: Алек Коппель, Сэмьюэл А. Тейлор и Максвелл Андерсон. На мой взгляд, сценарий принял «эффект неудавшейся иллюзии». Как это бывает в фокусах, когда зритель осознает в чем его секрет, то разочаровывается, так вышло и в данной киноленте. Кинокартина с продолжительностью два часа восемь минут, безусловно, интересна своей нагнетающей таинственностью, как и другие творения режиссера, но в отличие от них, данная экранизация владела моим разумом до того момента, покуда не появилась женщина в зеленом, т.е. занавес начал потихоньку подниматься. Мне всегда был по вкусу жанр «триллер», но данный триллер короля саспенса не оставил во мне того вдохновляющего чувства, как это бывало от иных фильмов Альфреда Хичкока, например, от «Веревки» или «Окна во двор». С самого начала фильма режиссер кружит нам голову вращающейся иллюзией внутри радужной оболочки глаза женщины. Оператор с первого кадра показывает высший пилотаж. Роберт Беркс - настоящий гроссмейстер операторского искусства, т.е. все его действия систематичны, неторопливы и непринужденны. Вначале мы видим левую нижнюю часть лица женщины. Затем, крупным планом ее губы, потом, в том же плане глаза, а вслед за тем, ее правый глаз, в котором и вращается иллюзия, вызывающая эффект головокружения. Роберт Беркс, как никто другой, понимал британского и американского режиссера. Ведь киноленты А. Хичкока всегда щекочут нервы зрителям, а этого не удалось бы достичь без искусного оператора. Он желал вызвать в душе своего зрителя трепет, хотел держать его в напряжении до самого конца своих картин. В «Головокружении» имеются все ингредиенты для этого, но их чересчур много. Выдающегося деятеля кино в этот раз подвела чрезмерная предприимчивость к достижению саспенса. Музыка в этой кинокартине композитора Бернарда Херманна наполнена такой энергетикой, что вызывает восторг. В сценах, где страсти накаляются, она повышает градус, а там, где море не беснуется - приятный ласковый бриз. В экспозиции, где детектив Скотти Джон Фергюсон гонится со своим напарником по крыше за преступником, музыка и вовсе разрывается от напряженности. Упав вслед за своим напарником с крыши, Скотти не разделяет горестную участь своего сослуживца, но приобретает акрофобию и покидает службу. Хоть Альфред Хичкок и обрушился на исполнителя главной роли Джеймса Стюарта после окончания съемок, мол он исчерпал себя и лучшие его годы позади, я, при всем уважении, категорически не согласен с ним. Американский киноактер сыграл свою роль весьма убедительно. Я ни на йоту не сомневался, что у его героя боязнь высоты. Не обошлась без неприязни со стороны режиссера и исполнительница главной женской роли Мэрилин Полин Новак. Во-первых, актрису навязали боссы студии, а во-вторых, Ким Новак давала Хичкоку советы, чего очень не любил, возведенный в рыцари королевой Елизаветой II, уроженец Лондона. Актриса воплотила на экране Мадлен Элстер, которая являлась женой Гэвина Элстера, друга главного героя. Ее внешность украсила киноленту, словно вишенка на торте. Чего стоят одни ее бездонные прекрасные глаза. Не спорю, что в некоторых сцена, актриса переигрывала, однако это ничуть не портило впечатление от увиденного. Например, в сцене, где Скотти приводит Мадлен в часовенку и заставляет подняться наверх, ее мимика и жесты выглядели преувеличенными. Находясь в отставке, Скотти встречается со своим другом Гэвином Элстером, от которого получает работу: следить за миссис Элстер. Он утверждает, что разумом его жены завладел мертвец. Бывший детектив нехотя берется за расследование. Самое же главное – миссис Элстер, по возвращении домой, не помнит ни где была, ни что делала, ни даже Карлотту Вальдес. Все это вызывает у Джона Фергюсона сильную потребность разобраться во всех этих странностях. Меня восхитила сцена, в которой Скотти во время слежки приоткрывает дверцу и глядит на Мадлен. Операторская находка ракурса камеры порадовала глаз: Скотти смотрит на жену своего знакомого в приотворенную дверь. Рядом с дверью расположено зеркало, в котором отражается героиня. То есть в одном кадре мы видим Скотти, следящего за Мадлен и ее отражение в зеркале. Отметить также хочется монтаж данной киноленты. Джордж Томазини проделал превосходную работу. С самого начала мы наслаждаемся его работой. Однако монтаж в сцене с беспокойным сном главного героя, меня слегка огорчил из-за учащенно сменяющихся цветов заднего фона. После этих пертурбаций, я почувствовал режущую боль в глазах. А вот в кадре, где камера вращается вокруг обнимающихся главных героев, монтажер превзошел себя. Во время вращения камеры, мы видим главных героев в комнате, а затем, обстановка вокруг героев меняется. Все это сделано незатейливо, но так искусно. Правду говорят: все гениальное – просто. Создателям без сомнений удалось вскружить голову зрителям кинолентой «Головокружение». Особенно благодаря операторскому ходу в тех сценах, где герой смотрит с высоты вниз. Камера отдаляется, при этом максимально приближается зум и возникает эффект головокружения. Руководствуясь знаниями психологии человека, Альфред Хичкок, продемонстрировал своей кинокартиной, что человеческий мозг еще не исследован до самого донышка, что играть с разумом человека – это по меньшей мере кощунство. Использовать человека в корыстных целях, держа его в неведении, при этом думать, что удастся выйти сухим из воды, то же самое, что дразнить медведя в зоопарке, довести его до безумия, рассчитывая на убогие решетки. 8 из 10