Банда аутсайдеров

Чтобы проникнуться «Бандой аутсайдеров» (или «Посторонними» в менее кричащем переводе), в центр внимания стоит поставить вовсе не сюжет, который здесь условен и криминально-незатейлив, но детали. Инструмент - уровень для «измерения любви», что главная героиня Одиль носит в своем пальто; вилла на берегу Сены, таящая золото бунтарских мечтаний, посреди откуда-то знакомых понурых окологородских пейзажей; внезапные крупные планы лиц во время чтений «Гамлета» на уроке английского, выдающие собственные внутренние шекспировские страсти, только не оформленные в красивые слова; бесцеремонно вклинивающийся в действие голос рассказчика, которому не всегда удается объяснить чувства героев, но поэзия, музыка и минута молчания могут тому помочь; джазовые зарисовки Мишеля Леграна, включая цитирование собственных «Шербурских зонтиков»; безустанные взбалмошные перемещения по Парижу: на тарантайке, которую хорошо бы сменить на феррари, на лодке, которая никуда не плывет, бегом по Лувру. Лишь бы найти выход в мир не-одиночества и не-скуки, чему поможет не обладание богатством, ведь обладая им можно все равно иметь унылый вид, а сама возможность свободных действий. Строки Луи Арагона об этом сером недуге, как только удается устремиться к центру земли; чулки Одиль в роли масок для двух незадачливых бандитов (Тарантино явно оценил!) и танец Мэдисон (Тарантино тоже оценил и воплотил на свой лад). И много чего еще, показывающего такую странную с виду жизнь, но такую естественную и глубокую для тех, кто ее переживает. Разве можно, наблюдая за балаганными стычками между Артюром Рембо (без сомнения, реальная фамилия; а Франц – это, конечно же, Кафка) и его одиозным дядей, ждать серьезного развития от сюжета? Интересен мир, в котором живут герои, в чем-то они сами, несмотря на свою внешнюю недалекость, а сюжет - это игра со зрителем, с жанрами, веселый эксперимент, повод нарушать ожидания. Где-то здесь - отголоски собственной жизни Годара и его терпящих крах отношений с женой - Анной Кариной, едва прошедшей курс лечения в психиатрической клинике. В центре фильма можно по-прежнему неприкрыто любоваться ее мечтательным и уязвимым образом, а самому подспудно примериться на роль «Алена Делона не для всех», коего напоминает актер Сами Фре, чтобы забрать ее в романтические не получившие обещанного продолжения приключения в пику более циничному герою этого треугольника. Смотрится все это на удивление свежо, легко, хотя полвека назад было непонято. В конечном счете, что как не внимание к деталям спасет от повседневности, поставит жизнь с ее исхоженными тропами выше сухих криминальных сводок. 8 из 10

Это криминальная драма. По сюжету группа молодых людей, девушка и два парня, знакомятся на уроках английского языка. Девушка рассказывает, что на вилле, где она живет со своей тетей, есть тайник с крупной суммой денег. Вместе они планируют его похитить. Сюжет фильма прост и представляет собой урезанную адаптацию американского криминального триллера. Но это обманчиво простой фильм: вокруг этого запасного контура происходит лирическое и острое исследование реальности, воображения и желания. Их история отражает возвышенные образы о возможностях молодости перед любыми целями, но также отражает безнадежность и одиночество молодежи, которым нечего делать. Главные герои мечтают жить как в гангстерских фильмах, в ритме быстрой жизни и быстрой смерти, видеть ее с точки зрения полицейских и грабителей. Но между их мечтами о гангстерской славе и потрепанной реальностью их жизни царит пропасть. Реальность представляет собой чувство пригородной скуки, безработицы и разочарования. Это настроение усиливает мрачный зимний свет, холодного серого Парижа с вечно пасмурным небом и обнаженными деревьями без листьев. Отличительная черта фильма - игривое повествование. Яркое и оригинальное действие проникает во все, начиная с титров, но это не всегда выглядит уместным и вредит фильму. Рекомендую лирическим душам. 6.5 из 10

Едва ли не каждый фильм Жана-Люка Годара, вышедший в 1960-х годах прошлого столетия, причислен к званию 'классического представителя французской новой волны'. Вот и данная киноработа имеет действительно весомый культовый статус для всего мирового кинематографа. Герои-аутсайдеры похоже живут в совершенно иной вселенной. Их диалоги просты и бессмысленны и в то же время глубоки и пространны. Их действия не поддаются логике, но невероятно притягивают к себе внимание, заставляя неустанно следить за неуловимыми приключениями необыкновенных чудаков. Их мотивы, принципы и идеи бестолковы, наивны и даже смешны, но выступают ярким отображением искренности и естественности характеров бесшабашных бедняг. К чему приведёт удивительная авантюра молодых людей? Смогут ли они выйти 'сухими из воды'? Или потерь не избежать? Лента даёт увлекательные ответы на эти вопросы. Жан-Люк Годар - уникальный киномастер. Его произведения играют по своим правилам, которые разительно отличаются от прочих. Диалоги, постановка, телодвижения, камера - всё это находится на совершенно другом, индивидуальном кинематографическом уровне, оттого-то и не каждый киноман готов преспокойно принимать особый творческий стиль Годара. Но не признавать тот факт, что этот французский постановщик и непосредственно данная его работа чрезвычайно сильно повлияли на становление многих активных кинодеятелей, может только лишь далекий от киноискусства человек. Ведь не зря Тарантино часто упоминает Годара в качестве одного из своих идейных вдохновителей, особенно возвышая именно 'Банду Аутсайдеров'. А такие кинокартины, как 'Вальсирующие' Бертрана Блие и 'Мечтатели' Бернардо Бертолуччи, так и вовсе напрямую вышли из рассматриваемой ленты, унаследовав её безбашенную атмосферу, свободомыслящую структуру и безудержную раскрепощённость главных героев. Таким образом, 'Банда Аутсайдеров' - это феноменальное произведение восхитительного французского киномастера, эффектно и исключительно талантливо рассказывающее поразительно энергичную и в высшей степени интенсивную историю одного из фрагментов жизни молодых бездельников, стремящихся получить всё и сразу с помощью одного единственного ограбления, которое, как это обычно бывает, может пойти не по изначально продуманному до мелочей плану.

Неопытная, наивная девушка знакомится с парнями не самых высоких моральных принципов. Что может из этого выйти? Явно ничего хорошего. Сюжеты в фильмах Годара до банальности просты, они играют второстепенную роль. На первом плане в его фильмах, как правило, подтекст и цитаты, весьма серьёзно озадачивающие зрителя. Цитированием кишат фразы в диалогах и действия в сценах, часто они не несут в себе никакого содержания и присутствуют лишь для демонстрации эрудиции режиссёра и самоудовлетворения 'интеллектуальных зрителей', сумевших дешифровать замысловатые ребусы художника. Подтексты не имеют определённых форм, внятных очертаний, довольно размыты, могут трактоваться противоречиво и разносторонне, а то и вовсе додумываться поверх изначального замысла (если такой вообще есть), впрочем, как и свойственно авторскому кинематографу. Лейтмотив картины - это обман и предательство. Искушение с легкомыслием приводят героиню к ужасным последствиям, что вполне заслуженно. Лицемерием сквозят роли главных героев. Симпатия между Одиль и Артуром притворна. Артур делает вид что любит девушку, тогда как в действительности следует сексуальному побуждению. Одиль, в свою очередь, кокетничает с Францом при любом подходящем случае, давая ему недвусмысленные, прозрачные намёки. Дружеские отношения среди молодых людей трудно назвать настоящими, они скорее подельники, чем приятели. Всем управляет расчёт, возможность ухватиться за выгоду, жестокость и безнравственность. Финал, как и завязка, обязан 'длинному языку'. Благодаря этому пороку героев, в большей или меньшей степени, настигнет расплата. Кто-то лишится жизни, кто-то родного человека, дома, доверия и в конце концов человеческих качеств. Картина в полной мере отображает ужас, в который способна превратиться жизнь, и личностное разложение под влиянием денег, лжи и притворства. Говоря об эмоциональном восприятии картины, в глаза бросается слияние словесного и визуального. Эпизодические комментарии Годара освещают образы персонажей, обнажая их мысли, передают глубину происходящего поэтическими описаниями пейзажа, сближают зрительское восприятие с точкой зрения автора. Кроме того, хочется сказать о беспорядочности и абсурдности, которыми проникнут фильм, от странных газетных статей до резкой смены состояний главных героев. То они внезапно танцуют, то резко замолкают, а после дерутся, кричат и смеются. Предметы обсуждения в диалогах и сами реплики в них также не менее странные, они отрывистые, бессистемные, как-будто неживые, нарочито отвлеченные. Всё это создаёт впечатление вымышленной реальности, пародию на действительность. Бунтарский дух, молодость и беспечность сплетаются с атмосферой Франции под руководством смелого творца, патриарха мирового кинематографа и превращаются в фантасмагорический ряд, являющий собой протест анархистов против обыденности и общественных установок. Спустя более пятидесяти лет все также ощущается свежесть взгляда, яркость, оригинальность, свобода мысли и независимость. В этом весь Годар.

Я заметил, что названия культовый фильмов не нуждаются в переводах. «Bande a part» - тому яркий пример. Квентин Тарантино много позже подхватит это годаровское умение маскировать зарисовку из обычной жизни под криминальную историю. Ну, а пока - скромная служанка из богатого дома Одиль на курсах английского языка знакомится с двумя бездельниками. Молодые люди изображают из себя персонажей из гангстерских фильмов: резкий и самоуверенный Артюр, по-кафкиански отстраненный Франц. Подобно детям, вся троица еще не умеет отличать фантазии от реальности и заканчивать игру до того, как начнется драка. К фильму, подобно некоторым книгам, пригодились бы комментарии. Герои произносят ключевую фразу, и тут же появляется сноска внизу экрана с объяснением – из кого цитата, на что намек, каков смысл эпизода. Шучу. Не могу сказать, что отмерял по секундомеру длительность молчаливой паузы или скорость пробежки по Лувру. Для меня все это лишь элементы созданной Годаром полусказочной атмосферы, которая до сих пор ассоциируется с Парижем 1960-х. Так искусство подменило историю, во всех смыслах. 8 из 10

Ты уже сидишь на заднем сидении ретромобиля, классически «утоптанного в землю, на полусдувшихся колесах» Вступлений не будет. Они и не к чему. Ты просто прохожий, невидимый сосед. Посторонний? Это все мой дорогой мой любимый Жан Люк Годар. Я и представить не могла, что существуют такое попадание. Со мной, после Мамонова, это второй раз. Когда смотришь четыре фильма режиссера, а все как будто одну книжку читаешь с разными главами. Вот только название книги не будем защемлять в рамки жанра, темы, проблематики. Это просто жизнь. Это просто Ваши несколько дней жизни. Вы же знаете про первое впечатление, и про первые 10 минут общения, в целом, люди говорят, что этого достаточно для общего представления о случившемся перед вами. Потом непременно добавляют «оно обманчиво». Ну это как убираться дома перед приходом гостей Вам тоже нравятся внезапные фотографии? Что? Там больше жизни? А Мухтар Гусенгаджиев афоризмирует: покажи мне свои сутки, и я скажу кто ты. Все мы можем выглядеть лучше, чем сегодня: и выспаться по-настоящему, и накраситься наконец, да и рубашку бы сменили, может успеется похудеть чуток, да и солнце завтра обещали, а значит настроение будет точно лучше. Всё это чтобы По-уверенней «здравствуйте» сказать. В фильмах Жан-Люка Годара этого нет. Зато есть Париж с деревянными стульями, лодки, реки и пальто, молчание в полминуту, стихи на необитаемом острове, красное и голубое, нестеснительные разговоры. Мне нравится что его люди говорят друг другу «не знаю», я так скучала по этой натуральности. А иногда когда и в правду нечего сказать, лучше станцевать. Или обязательно сыграть в а в тот автомат, что у входа, до и после кофе между прочем, отупляюще сосредоточенная несигаретная пауза перед потом. Потом будет стрельба, кровь. Но это не криминал Только давайте не про сюжет. Он есть для пытливых умов. Всегда можно найти, когда ищешь. Только не все платья созданы ДЛЯ свиданий, солидности, блестящего выступления, уверенного руководства, удобного ползания с детьми, теплой грибной прогулки,.. Есть такие наряды, что соприкасаются с вашей кожей, а волны юбки дышат сбивчиво в такт Глаза слезятся душой Она напевает 'Я слышу, слышу' Текст: Луи Арагон, Музыка: Жан Ферра. Перевод Г. Плисецкого О сколько их перед моим Мелькнуло взором на веку Они просили огоньку Так мало надо было им Шаги их слышу голоса На все штампованный ответ Заимствованный из газет Души банальность и лица Мужчины женщины увы Кто вас обезобразил так Зачем на стертый известняк Лицом похожи стали вы.. *4 фильма: 'Жить своей жизнью', 'Мужское-женское', 'Безумный Пьеро', 'Банда аутсайдеров' + «На последнем дыхании» естессно

Жан-Люк Годар, один из выдающихся режиссеров так называемой «Новой французской волны» в кино, идейный вдохновитель представителей «Нового Голливуда», таких как Мартин Скорсезе, Френсис Форд Коппола, Брайан Де Пальма и многих других, также огромное влияние оказал в частности на современного режиссера-постмодерниста Квентина Тарантино, который в честь его фильма «Bande a part» назвал свою киностудию «A Band Apart». У Тарантино, конечно же, было не мало идейных вдохновителей, вспомнить только его знаменитую фразу: «В моей первой тысяче любимых фильмов…», но студию, знаете ли, в честь абы-кого не называют. У Тарантино и Годара есть одна общая черта, не смотря на довольно разношерстное содержание их фильмов, благодаря которой Квентин и полюбил Жана-Люка пуще многих других. Эта черта – искренняя любовь к кинематографу. Видение искусства не как способ заполучить награды, деньги, славу или что бы то ни было, а как способ отдать дать уважение «старичкам», получить максимальное удовольствие от самого процесса съемки, монтажа, намного большее наслаждение, чем непосредственно от самого результата. Черт, да даже внешний облик Мии Уоллес, главной женской героини «Криминального чтива», сыгранной Умой Турман, Тарантино позаимствовал с внешности Одель, главной героини «Bande a part», сыгранной Анной Кариной! Французское «Bande a part» переводится на русский язык как «Банда аутсайдеров», т.е. - группа людей, «отшельников общества», не имеющих возможности найти себя в мире, которые объединяются в некую банду, в данном случае – с криминальным сговором. Молодые люди, Артюр и Франц, встречают на курсах английского языка (фильм, напомню, французский; снятый на родном языке) некую Одиль и уговаривают ее принять участие в ограблении, на что она, не сразу, конечно, но в конечном счете соглашается. Структурно и атмосферно, выдержанностью кадров и сцен, темпом повествования «Банда аутсайдеров» напоминает «Убийство» Стэнли Кубрика, фильм 1956-го года («Банда аутсайдеров», напомню, фильм 1964-го года). Но дело тут даже не в дерзком ограблении, как в американском нуаре Кубрика, а во взаимоотношении людей, оказавшихся немного «не такими как все». Оказавшись на задворках мира, они, эти люди, объединяются и бросают обществу вызов, желая напомнить, что они никуда не пропали, что они еще тут, а также в состоянии что-то предпринять, не собираясь сидеть на месте. Подобный лейтмотив, если проводить параллели между «Новым французским кино» и «Новым Голливудским», можно увидеть в фильмах Мартина Скорсезе «Таксист» и «Король комедии», да и во многих других лентах эпохи «героической саги без героя». В «Бандах аутсайдеров» все это, конечно, несколько тривиальнее, да и мысли Годар доносит другие, никакого благородства в героях, к примеру, нет, но этот фильм ценен скорее, как исторический пример вдохновения, чем самостоятельное кинопроизведение, чего нельзя сказать про другие работы Жака-Люка Годара. Еще один момент касательно этого фильма – он снят всего за 120 000 тысяч долларов, являет собой замечательный пример финансово независимого авторского фильма. У этого фильма, заметьте, нет продюсера! Ни одного. Разве это не прекрасно? Режиссер мог делать все, что хотел, не имел ограничений по части творческого процесса, только в плане финансов, но сценарий изначально был написан самим Годаром в содружестве с безликим Долоресом Хитченсом специально под небольшой производственный бюджет. А кассовые сборы фильма, как ни странно, оказались довольно хорошими, только в американском прокате фильм окупил производственный бюджет, пусть и не принес никакой прибыли. Но как я уже говорил выше, главное правило Годара, за что его и полюбил Квентин Тарантино: «Снимать кино не ради денег, а ради высокого искусства!»

Прочитав множество статей о кино, мнений кинокритиков и зрителей о шедеврах кинематографического искусства, начинаешь думать, что великое кино строилось в 40-60-е годы 20 века. Особенно хвалили работы режиссеров французской новой волны, которые изменили лицо мирового кино. Читая мнения зрителей об этом фильме, мне казалось, что это реально то кино, которое обязано понравиться почти всем, особенно мне. Но на деле все обстояло иначе. Предварительно просмотрев работы Франсуа Трюффо (400 ударов), Ингмара Бергмана (Стыд, Земляничная поляна и т.д.), Федерико Феллини и т.д. я начал понимать, что мне лично очень тяжело увидеть значимость той или иной работы для кинематографа, ибо все приемы этих режиссеров уже давно используется в современном кино. Да и в целом авторское кино великих мэтров очень двойственно смотрелось. С одной стороны я находил по-настоящему интересные фильмы, видел идеи, а иногда казалось, что режиссер просто 'умничает', а его просто хвалят, потому что он не такой как все, он бунтарь, революционер в мире кино. Тарковский мне НЕ ПОНРАВИЛСЯ, все очень медленно, скучно и пусто (подчеркну, что это личное мнение). Не спорю, может я просто не достаточно умен для такого кино, может просто 'не мое кино', которое я никогда не пойму, а может просто хвалят все, а остальные 'за компанию'. К чему это я?! Да дело в том, что работы этих режиссеров, в том числе работы Годара воспринимались мною по различным статьям, как что-то необыкновенное, великое, настоящее и т.д. Но на деле я не увидел и половины, того что говорят вокруг них. И вот я приступаю к Годару, в Википедии в статье про Мартина Скорсезе указано 'что жители США считают Скорсезе лучшим ныне живущим режиссёром, оставив позади Жана-Люка Годара и Стивена Спилберга'. Мне казалось, что именно его работы поставят точку в споре о моем мнении к работам режиссеров того времени. 'На последнем дыхании' был встречен в штыки мною. Ну реально, я не понимаю, что увидели критики в этом фильме. Трясущаяся камера, рваный монтаж, третьесортный сюжет?! Не особо радует. Но я решил дать второй шанс Годару. И вот фильм 'Банда аутсайдеров/ Посторонние', который цитировали в 'Мечтателях', фильм, который Тарантино обожает, все вокруг называют его шедевром... И снова крах. Я не буду говорить, что люди вокруг не правы, но у меня реально сложилось впечатление, что зрители вокруг хотят казаться умнее и начинают хвалить 'умное кино'. Есть зрители, которым этот фильм понравился, но мне и всем моим друзьям, кто смотрел эту картину, показалось, что это обычное третьесортное кино даже по меркам 60-х!!! Реально сюжет простой! Операторская работа - непонятно какая! Идея не видна, либо отсутствует!!! Читая комментарии о том, что эта картина о той эпохе, о людях того времени, какая там атмосфера, сколько эмоций и т.д. А СКОЛЬКО ЖЕ ТАМ СМЫСЛОВ!!! Серьезно, неужели столько положительных рецензий и нет ни одного зрителя, которому просто кино не понравилось??? Сомневаюсь! Еще раз повторюсь, может я что-то не вижу в данной картине и картинах других мэтров того времени, может я глупый или же все-таки данные картины и вправду совсем на любителя, которые каким-то образом стали культовыми. Но скажу следующее работы Бергмана мне ПОНРАВИЛИСЬ, не все, но все же понравились, там я увидел идеи, чувства и мысли. Мне понравился 400 ударов Трюффо, который реально было интересно смотреть. Я молчу про Хичкока, который шикарен в своих работах. Но 2 фильма Годара разочаровали меня на 100%. P.S. Хочу обратиться к зрителям, которые читают комментарий обычного человека, я вас не прошу любить или ненавидеть этот фильм, я прошу вас быть честными с самими собой, если вам фильм не понравился, то не надо делать вид будто картина вас задела, скажите честно - это было мне не интересно смотреть. Хватит хвалить, то что вам не понравилось, ведь кино и зрители должны быть честными друг к другу. 3 из 10

Жан-Люк Годар всегда отличался способностью к талантливейшему изображению, казалось бы, простых вещей. Все фильмы, которые разделены на циклы временными границами и темой повествования, многогранны и содержательны. Фильм «Банда неудачников» принадлежит к первому циклу под названием «новая волна». Он стал одним из первых доработок мастера киноленты. Главный герой этого цикла – это бунтарь, который теряет все жизненные установки, но не находит новых; желает идти против системы, но система всё равно внедряется во всю суть его существования; не желает мириться с суровой действительностью, но конформная сущность общества засасывает его; противостоит существующим нравственным и моральным правилам, но становится жертвой социальных механизмов; изнывает от скуки, живя надеждой всё изменить весьма странными способами. Кино, прежде всего, лёгкое, парящее и немного инфантильное, что можно сказать только услышав начальную задорную мелодию, которая и задаёт тон всему повествованию, но меняется в соответствии с ходом событий. Прежде всего хочется отметить некую двойственность персонажей по Достоевскому: Одиль – на первый взгляд наивная девушка, которая руководствуется моралью и дрожит от малейшего волнения, мечется между двумя парнями, ненавидит кино, театр, прогулки по бульварам, но в то же время изнемогающая от уныния, предлагает совершить небольшую афёру. Франц и Артюр – два таких же оболтуса и прожигателя жизни, как и Одиль,, гонимые жаждой наживы, острых ощущений, находят наконец-то способ всколыхнуть привычную рутину и соглашаются провернуть это дело. Возможно режиссёр сам же делает сравнение Артюра с персонажем Достоевского - Раскольниковым, который так же совершает крайне негуманный поступок и убивает бабушку. Фильм – выдающийся пример позднего американского нуара, снятого на французский манер, включая стильную французскую классическую элегантность образов главных действующих персонажей, некий цинизм и разочарование бытием. Фильм подчас кажется незаконченным и стихийным, как бы танцуя под задорные звуки джаза просачивается на экран – череда меняющихся кадров, некоторая бессмысленность действий персонажей, долгие, порой бессвязные разговоры сменяются минутой молчания («настоящая минута тишины длится вечность») и зажигательным твистом, во время которого рассказчик тонко подмечает все мысли, которые беспокоят персонажей, так же внезапный побег через Лувр, который так удачно использует Бертолуччи в своих «Мечтателях». «Бездельники» отличаются сбалансированностью и атмосферностью, великолепием диалогов, параллелизмом, наполненностью цитатами из художественных произведений, стихотворений Шекспира, Эллиота и Верлена, отсылками к кинофильмам другого замечательного режиссёра - Трюффо. Всё это в то же время предполагает лёгкую ироничную подачу. И свободу безмерную свободу отщепенцев общества. Всё вплоть до того момента, пока не раздастся последний роковой выстрел.

Знатный синефил и увлеченный любитель киноцитат Квентин Тарантино, безусловно, знает толк в кино, и с легкостью отличает своих от чужих. Жан-Люк Годар безоговорочно попадает в свой круг, ибо, несмотря на все социокультурные, временные и географические различия, у него с Квентином есть общая основная черта, определяющая весь подход к творчеству. Бывают режиссеры, стремящиеся оставить свое послание миру, философы, посредством пленки оставляющие след в вечности. Бывают ремесленники, нанимаемые для получения прибылей. Бывают ремесленники, нанимаемые для выполнения соцзаказа. А бывают люди, до одури влюбленные в кино, поклоняющиеся Богу, воплощенному в 24 кадрах в секунду, засыпающие с мыслями о раскадровках и просыпающиеся с оформившимися мизансценами в голове. То есть такие, как Жан-Люк Годар или тот же Тарантино, названием фильма знаменитого француза — 'A Band Apart' — озаглавивший собственную киностудию. Итак, трое молодых людей — два парня, Артюр и Франс, и пигалица Одиль, — задумывают преступление века. Ну как, преступление века: просто надо взять кучу денег из незапертого шкафа в незапертой комнате на незапертой вилле, в которой живет Одиль. Плевое дельце, с которым справились бы и легкомысленные детишки, ибо зачастую стащить конфеты из-под бдительного ока матери бывает сложнее. Другое дело, что в реальности никогда не бывает так просто, и одна микроскопическая помарка, одно пальто, которое забыли положить на место, ставит под удар весь коварный план инфантильных аферистов. Впрочем, это не мешает героям до поры до времени наслаждаться каждым моментом жизни. Годар удивительно тонко ловит легкость сиюминутности, беззаботную атмосферу дуракаваляния троих взрослых оболтусов, переросших подростков, изнывающих со скуки, желающих легкой наживы да красивой жизни. И те киноухищрения, которые являются обязательной программой для любого уважающего себя творца новой волны, здесь смотрятся не целью сломать традиционный киноязык, а художественным элементом, усиливающим ту самую легкость бытия. В одном из фрагментов фильма персонажи, решив, словно герои фильмов категории B, идти на дело в сумерках, дабы убить время, устраивают забег по Лувру, с целью осмотреть его менее, чем за 10 минут. Знаменитая сцена, которую чуть позже скопирует Бертолуччи в своих 'Мечтателях', получилась легкой, летящей, вдохновенной. Так и Годар, вынеся в кульминацию преступление, превратил все, что ему предшествует в эдакую пробежку по Лувру, своего рода убивание времени, которое удивительным образом подчиняет себе кино, ибо снято воздушно и талантливо, на настроении, на артистизме, на одном дыхании. Режиссеру удалось создать удивительное ощущение импровизационности, когда кажется, что удачные находки рождались прямо на съемочной площадке, а не были запланированы загодя. И это ощущение сиюминутности позволило создать атмосферу сумасбродной молодости, невесомости и радости от жизни здесь и сейчас. Герои 'Банды неудачников' объединены лишь ограблением, без него они, что пушинки: подуй посильнее — разлетятся по сторонам. Да и живут они так же — ветрено и бездумно, увлекаемые желаниями и страстями. У каждого из них свои интересы и свои желания, что очень точно улавливает Годар в сцене танца (подобный прием синхронного танца как зеркала персонажей чуть позже использует Франсуа Озон ' 'Каплях дождя на раскаленных скалах'). Артюр, Франс и Одиль двигаются синхронно, но закадровый голос, озвучивающий их мысли, замечает, что каждый из них на своей волне. Да и уходят с танцпола они по отдельности. Но пока эта троица вместе, она ловит кайф, донося до зрителя очаровательную беззаботность молодости и свободы. Годар играючи создает сцены, которые потом будут с удовольствием тащить в свои фильмы многочисленные кинематографические сороки. Впрочем, достичь того уровня непринужденности удастся немногим. Тем временем на экране кража перерастает в грабеж, грабеж — в убийство, ибо закон чеховских ружей непреложен и, раз появившееся в кадре оружие осечки не дает. Но жизнь продолжается, и финал подчеркнуто оптимистичен, и теплое море смоет темное прошлое словно следы на песке. Жизнь прекрасна — пусть хотя бы и в кино. Пусть и понарошку.