Прекрасная смоковница

Действие романа де Лафайет «Принцесса Клевская», на основе которого создан сценарий фильма, происходит при дворе Генриха II Валуа (1558 -1559), время действия «Смоковницы» Оноре с Луи Гаррелем и Леой Седу – абсолютно узнаваемые нулевые. Единственное, что, пожалуй, выдает многовековое существование этой истории – легкий флер невинности, несколько манерного целомудрия, источаемый главными героями – представителями классического любовного треугольника. В свое время книгу Мадам де Лафайет упрекали в неестественном изображении переживаний героев, хотя впоследствии выяснилось, что утверждавшие это классицисты ошибались. Ныне принято считать, что в ряду других произведений XVII века роман выгодно отличается психологизмом и реалистичностью. При просмотре фильма приходится решать тот же вопрос. Естественно ли все, происходящее в нем, можно ли признать реалистичными и достоверными те переживания, что испытывают главные герои: учитель – ученица – ученик? Живое «ты» Жуни, Отто, Немура или некая эротическая абстракция (формула влюбленного) создается режиссером? Сюжет первоисточника составляет история незаконной любви принцессы Клевской к герцогу Жаку Немурскому. «Незаконной» - ключевой слово. При просмотре фильм Оноре приходит мысль, что любовь – всегда и любая – не-за-кон-на-я. Потому что она то, что заставляет действовать, жить, играть против правил и, как следствие, против себя самого. Всегда незаконная, потому что всегда абсолютно свободная. А если в ней нет свободы, а есть страх, резоны, рациональные толкования и всевозможные логические ограничители, то это не любовь (не то, что цветет, чтоб принести плоды), но смоковница, прекрасная, однако бесплодная, достойная стать пеплом. Оноре - любитель условностей в кино (где-то его фильмы дышат театром, где-то нарочитостью мюзикла, где-то экспрессией танца, диковатой его телесностью), но он точно не их раб. И «Прекрасная смоковница», пожалуй, самая летящая, чистая, живая из его картин. Она идет легкой естественностью природной походки прямо по сердцу зрителя, сражает наповал полным отсутствием напыщенности и напряженности, отсутствием игры, откровенностью в обращении не к зрителю даже, а к самой жизни, откровенностью бьющих прямо в ее лоб вопросов. Жизнь, почему бывает так, что чтобы выжила любовь, надо умереть, а чтобы выжить самому, надо убить ее в своем и затоптать в чужом сердце? Жизнь, почему там, где живет любовь, всегда поселяется страх? Почему так велико желание бежать от нее (даже взаимной), искать спасения (даже в гибели)? Ответ на последний вопрос о побеге в фильме, пожалуй, есть. Любая любовь изменяет, проходит, значит пройдет и моя (и ко мне!), так стоит ли жертвовать всем ради чего-то невечного? Конечно же, режиссер Оноре, прекрасный романтик и вечный подросток, как никто далекий от скепсиса, уверен, что стоит. Иначе бы не снимал этот фильм. Но выбор героини – Смоковницы-Седу – другой. Он серый и пустой, как пепел, кривой и злой, как засохшее дерево. Помните евангельскую притчу о смоковнице? (Кстати, именно из листьев этого дерева сотворили себе одежду Адам и Ева, вкусив с дерева познания). Иисус подошел к дереву в поиске плодов, но смоковница не дала плода. Христос сказал ей: «да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла». Эта смоковница – символ отвержения Истины, Бога, символ ложной красоты. У Оноре героиня Седу – символ ложной любви, вернее, ложного отношения к ней, ложной ей верности, ложной ее чистоты. Потому что «только любовь создает прочное и живое, а гордость бесплодна, потому что ей ничего не нужно вне себя» (А. Герцен). Остается только решить вопрос с Отто, прекрасным мальчиком-максималистом, влюбленным за двоих, который не смог стерпеть лжи, предательства, невзаимности, даже не попытался понять-простить. Его поступок – это акт непримиримой гордости (любви к себе, которая не может стерпеть ни одного пятна и отмывается собственной кровью)? Или же его выбор диктует любовь, которая, чувствуя, что крылья отрезаны навсегда, не хочет жить без них?

Что ж, далеко не каждый фильм побуждает меня написать о нем отзыв, и уж тем более выбор не зависит от того, понравилось ли мне кино или нет. Рецензия это монолог, попадающий на пустой белый лист, который продолжается после завершения сеанса. Мысли об этом фильме меня стали тревожить практически с самого начала просмотра. Главная героиня истории, которую блестяще исполнила Лиа Сейду, является воплощением загадочности и непокорности девушек. Ведь не только в кино, но и в жизни мы сталкиваемся с такими людьми, которые чем-то притягивают к себе. И если одни из них достаточно просты в общении и открыты, то другие – как желанный сон, который ты видишь, но не можешь им завладеть, не можешь его воплотить в реальность, его неосязаемость и недоступность изводит, не дает покоя, но пока ты в нем – ты счастлив, ты питаешь надежды. Фильм “La belle personne” помогает открыть глаза. Ты со стороны наблюдаешь за этим сном, и уже как зритель чувствуешь и видишь какие иллюзии питают персонажи, погрузившиеся в него. Этим сном я разумеется называю Лию Сейду, а точнее девушку Жюни, которую она сыграла. Ну а персонажи – это конечно же молодые люди, окружающие прекрасную смоковницу. Казалось бы эту историю я уже несколько раз видел в фильмах с Патриком Дэвером, и в других французских картинах. Да и исполнение ролей, стилистика фильма весьма узнаваема. Серые цвета, тусклый Париж, не разговорчивые персонажи, студенческий быт и интриги, красивая и непокорная героиня – все это мы уже где-то видели, не правда ли? С художественной точки зрения мне это кино было не интересно смотреть, оно меня ничем не удивило, как и его сюжет, и диалоги, и многое другое показалось мне уже повторением прошлого. Но что-то неуловимое, скрытое от сюжета и даже наверное от зрителей, оставило меня у экрана до конца. То что я прочувствовал в отношениях между героями Луи Гарреля и Лии Сейду, можно назвать напряжением, если выражаться совсем просто и поверхностно. Но если попытаться проникнуть чуть глубже, то я увидел там океан невыраженных эмоций, чувств и мыслей. В том как показали их отношения и общение мне понравилось и не понравилась то, что они не были рассказаны и разжеваны диалогами. Понравилось потому что только так можно было передать состояние влюбленного человека, попавшего в подобную ситуацию с такой девушкой (посмотрите фильм, и Вы вероятно поймете о чем идет речь). А почему тогда не понравилось? Понимаете, мы можем сколько угодно кайфовать от процесса разгадывания загадок, но это не отменяет того, что мы хотим знать ответ. Отношения, которые развернулись на экране, похожи на игру чувств, на охоту за призрачной леди, и на самоистязание. Только читая между строк можно понять какой трепет, искушение и сердечные муки испытывал влюбленный герой. Ведь актеры этого фильма не изображают смертельные переживания, роковые страсти и бурю эмоций. И это достаточно необычно, будь-то тренировка на распознавание чувств. Здесь все переживание передаются молчанием, подтекстом, взглядом и конечно же самой ситуацией, которая произошла. Без слов понятно в какую любовную западню попал главный герой фильма, но ни он, ни зритель, никто другой, не знал бы как ему быть. И если быть, то как? А если не быть, то тоже…? Где выход? И нужно ли его искать? Об этом ли этот фильм? Я не знаю. А что она? Она прекрасна, она на расстоянии вытянутой руки, и в то же время она холодна, далека и неукротима. Ее природа – загадка для нее самой, и холодное оружие против горячих сердец. Она делает это не специально, вероятно она даже не играет в любовь, и не так жестока, но и не так хрупка как кажется, но ее стихия сильнее слов, сильнее поступков, сильнее жизни и смерти. Они хотели покорить ее… Данная картина хороша тем, что она задает очень много вопросов, и не дает однозначных ответов. Зритель сам трактует поступки героев. Темы фильма очень актуальны, причем некоторые из них вне времени. Однако сухость сюжета и достаточно типичное для подобных французских лент художественное исполнение, не позволяют мне назвать это кино привлекательным. Это всего лишь еще один отзыв, еще одно мнение, которое гласит о том, что актерское исполнение Луи Гарреля и Лии Сейду многократно превосходит сам фильм, но посмотреть его хотя бы один раз стоит.

Люблю Париж Кристофа Оноре. Он представляет этот город таким, как он есть, городом безумной любви, смелых надежд и разбитых сердец. Существует ли вечная любовь? Способны ли мы любить настолько сильно и самоотверженно, чтобы посвятить всего себя любимому человеку? Готовы ли мы принять на себя ответственность и пообещать ему, что никогда не уйдем от него? Главная героиня, Жени (Леа Сейду) решила, что ее возлюбленный Жак (Луи Гаррель) не способен одарить ее вечной любовью. Он красив, влюбчив, у него было много женщин, он способен быстро увлечься, а потом также скоро остыть к объекту своей вожделенной страсти. Потому она ставит себя перед выбором, хотя для нее он уже очевиден. Что предпочесть: недолгое мнимое счастье, а затем непременный разрыв и расставание, или же прощание с чувствами хоть и сильными, но и обреченными, еще задолго до того, как они начнут увядать, еще задолго до того, как умрет любовь? Вечной любви не существует, - заявляет героиня фильма, но тут же оговаривается, что любить вечной любовью ее мог только Отто (Грегуар Лепренс-Ренге), пусть это и звучит абсурдно. Отто, романтический герой, будто сошедший со страниц какого-нибудь романа, он нежен, робок и предан до конца своей любви, которая его и сгубила. Так существует ли вечная любовь? Будут ли герои любить друг друга вечно на расстоянии, не зная, что происходит в жизни каждого из них? Или же их любовь превратится в нежное воспоминание и вскоре они забудут друг о друге? В фильме Кристофа Оноре нет ярких красок, его Париж сер, дождлив и пасмурен, но в этом есть своя красота, красота повседневной жизни, красота обыденности, красота окружающего мира. Эти обшарпанные двери лекционных классов, герои, заматывающиеся в длинные шарфы и кутающиеся от холода и сырости на улице, это печально-серое небо, деревья без листьев, дождь…во всем царит минимализм и простота, но вместе с тем кажется, что нет ничего прекраснее и поэтичнее этого пейзажа. Особенно запомнилось исполнение Грегуаром Лепренсом-Ренге песни «Comme la pluie». Этот замечательный, одаренный юноша запомнился после картины того же Кристофа Оноре «Все песни только о любви», и в этот раз режиссер видимо не смог оставить зрителя без музыкальной, драматической вставки, исполненной Грегуаром Лепренсом-Ренге, и правильно сделал. Композиция исполнена настолько искренне, она по-своему трагична и несет в себе смысловую нагрузку, а голос героя так проникновенен и печален, что невозможно не поверить в его отчаянное положение, в котором он оказался в силу своей неразрешимой и покинутой любви. <i>Порой нам необходим дождь, когда гроза далека, чтобы плакать от боли…</i> И все-таки этот фильм не совсем о любви, точнее не так, он не о счастливой любви, он скорее о страдании, о душевных муках, о любви, вынужденной таиться и скрываться, о чувствах, известных лишь обоим, которые вопреки своей безумной страсти вынуждены подавить ее в своих сердцах и жить дальше. 8 из 10

Этот фильм снят не для всех. Кого-то он заставит задуматься о своем представлении о любви, а кто-то скажет, что это полный бред. В «Прекрасной смаковнице» присутсвуют несколько любовных линий, которые абсолютно с разных сторон отражают отношения людей. Там есть как теплые чувства, так и ревность и разочарование, как сказал один из героев: «вы любите своего парня, а могли бы вы представить, что также его ненавидите(прим.)». Но все же главная сюжетная линия разворачивается вокруг студентки Жани и учителя итальянского языка. Мы наблюдаем, что они оба прекрасно понимают, что не могут быть вместе. Осенняя серая погода Парижа и атмосферные песни Ника Дрейка (которые чаще всего звучат в фильме) придают мрачную романтичность всему происходящему, создают нужный настрой для зрителей, чтобы понять юную студентку и позабывшего, что такое любовь, учителя. С технической точки зрения хочется отметить прекрасно подобранный актерский состав. Луи Гаррель со своим отстраненным взглядом и прекрасная Леа Сейду как никто другой нужным образом передали атмосферу отношений, которым не суждено существовать. Отдельно хотелось бы отметить монтаж и работу оператора, снимая фильм немного в старом стиле французских фильмов, создатели заставляют нас сопереживать всему происходящему. Вывод можно сделать такой: если вам хочется погрузиться мыслями во что-то глубокое, почувствовать чужие переживания и прожить маленькую историю любви, то этот фильм для вас. 8 из 10

Так случилось, что я говорю о том кино, которое не призванно вызывать восторг у современного ценителя. Но попробую в очередной раз выразиться, и, возможно, вы меня услышите, но только для этого надо сидеть смирно! Тихо, не нарушайте всеобщую немоту пустого пространства вокруг, если начали скользить взглядом по строчкам, имейте уважение, пробегите до конца. Опрокинутый ковш, с вязким, но сильным сердцебиением, являет собой чувство чего-то запредельного, недостижимого, и потому смахивающего на мнымымие колики разрывающегося на кусочки сознания. Фильм не есть шедевр, он даже не есть законченный. Но! Я должен сказать свое но! Это не банальное фыркание кривозубого осла, не подумайте. А как же жизнь, разве она законченная? Она продолжается даже когда смутные слова внутреннего остроумия выброшены на поверхность и взяты другим. Они не забыты. Имея свой собственный смысл, слова продолжают жить в голове других людей. Не замечая, как на шахматной доске расстановка фигур меняется со скоростью дуновения прохладного ветра лабрадоского течения, спустя несколько часов, проведенных в сладком ожидании, прикоснуться к тому, чего нельзя схватить. Н Е В О З М О Ж Н О. Шорох ткани по мелким изъянам побледневшей кожи останется запечетленным на перезаписанную много раз кассету. Но теперь, возможно, запись останется? Немур, как жаль, что постигла тебя участь твоих молодых и седовласых пассий! Дышите, когда играет музыка, дышите глубже! Если же воздуха не хватает — откройте окно. Я почувствовал, как Бах сел на свой старый пуфик, промятый ягодицами от чрезмерных тренировок. Скрип староватой кожи отозвался в голове приятным одобрением будущей первой ноты. Всегда и во всем, главное — такт! Никогда не забывайте о нем, он может спасти от неприятных ситуаций и решить непредвиденные. А сейчас о фильме, который оставил след идеей, незаконченной и вязкой. Окутывающая сигналами опасности — lamour. Именно, lamour. Прозаичностью не пахнет, уверяю вас. Секретность собственных мыслей надо сделать чрезвычайной! Не говорите. — Je t'aime, почему ты молчишь? — мне показалось. Может быть, что-то случилось? — Je t'aime, — возможно, эти слова произнесены моим маленьким, но столь одержимым мозгом. Мысли вслух. Услышь их. Прошу почувствуй всё то, что я вкладываю. Силы нет добросить глагоны до твоих красивых ушных раковин. — Je t'aimeJe t'aimeJe t'aimeJe t'aime, — неужели ты не слышишь? Проблемы, которые скрываются от тебя и от которых скрываешься ты, не разрешают ощущать настоящее проявление того, что словами никогда не передашь. Никогда не напишешь. Почему же нельзя прикоснуться? Только на миг, совершенно немного, неуклюже. Скомканные волосы, много волос. Локоть подпирает уставшее стенаниями лицо, бутылка очередного красного допита. Да... Хотеть поймать ускользающее мыло из рук? Затея для онемевших глупцов, которые привыкли играть va banque. Аll in. Любовь — игра, которая ей не является. Смутные призраки рождают то, что уже не есть самим собой. — In vino veritas! Сегодня же поднимем бокал, за состоявшуюся несостоятельность. За закон всемирного тяготения между людьми. Он был, есть и будет. Но всегда скользкий, как вода. Мерзавец! Хватит! Не пытайся брать, как же ты не поймешь. Paula rhei! Paula rhei! Paula rhei! Научись плыть. Жизнь — это не суша, но зыбкая рассыпающаяся почва, заканчивающаяся апогеем — чистой, кристальной водой. Учись, птенчик. Учись ощущать, а не ловить, учись не держать, но чувствовать и отвечать естеством, на глубинный взрыв хора уснувших трубачей! Как странно (правда?), то, что нет оценок, а есть только несвязность предложений и неясность текста? Дорогой читатель — необремени непониманием, вязкой слизью отшелушивающейся мысли, начни сей путь заново! Ab altero expectes, alteri quod feceris.

Тема нового раунда кинобитвы мне очень понравилась, хотя это была не моя идея. Я сам люблю, когда яркие экранные пары встречаются снова в других проектах. Мне сразу вспомнились Леонардо ДиКаприо и Кейт Уинслетт ('Титаник' и 'Дорога перемен'), Джейк Джилленхол и Энн Хэтэуэй ('Горбатая гора' и 'Любовь и другие лекарства'), Джозеф Гордон-Левитт и Зои Дешанель ('Маниакальный' и '500 дней лета'). Но я хотел выбрать более оригинальную пару, поэтому взял фильм Кристофа Оноре, в котором снова встретились на съемочной площадке Луи Гаррель и Грегуар Лепренс-Ренге, покорившие меня своим ярким тандемом в мюзикле 'Все песни только о любви'. Я до сих пор слушаю саундтрек оттуда. Чтобы понять, почему вполне обычная французская драма Кристофа Оноре получила три номинации на премию Сезар, стоит начать с предыстории о Николя Саркози и 'Принцессе Клевской'. Как-то давно он имел неосторожность намекнуть на то, что этот роман пора бы исключить из конкурсной программы для административных служащих, потому что он сам так давно его читал, что провалил бы этот экзамен. Это заявление дало второе дыхание роману и всколыхнуло французских ученных и студентов, которые в качестве протеста вышли на улицы Парижа, дабы прочитать 'Принцессу Клевскую' вслух. Этот забавный случай не прошел мимо Кристофа Оноре. Он решил доказать политику и его сторонникам, что проблематика романа актуальна до сих пор, поэтому перенес сюжет в обычную школу наших дней. Получилась современная интерпретация французской классики. Поскольку нормы этикета XXI века существенно отличаются от XVII, это очень вольная трактовка, включающая даже нетрадиционную сексуальную ориентацию второстепенных персонажей. Но это же Кристоф Оноре, поэтому удивляться не стоит. Однако, отсылки к роману мадам де Лафайет очевидны: герцог Немурский превратился в учителя итальянского языка Немура, было и письмо, и подслушанный разговор главной героини и ее парня, и схожие финалы. Но все-таки современная версия кажется неправдоподобной. Ну, не верю я, что Жуни с первого взгляда покорила и романтика Отто, и обольстителя Немура. Второстепенная линия с письмом мне показалась намного интереснее, чем главный любовный треугольник. Хотя, возможно, сказалось еще то, что главную роль сыграла Леа Сейду, которой я не симпатизирую. А вот ребята меня снова порадовали, хотя тут они играют уже не пару, а соперников за сердце одной дамы. Грегуар Лепренс-Ренге был по-прежнему нежным и лиричным, а перед магнетизмом Луи Гарреля вообще сложно устоять. Я понимаю, почему он стал музой Кристофа Оноре. Он придает фильмам Оноре богемный шик своей аристократичной внешностью. Только ради парней советую посмотреть. Тем более они снова тут поют, но уже не дуэтом. А жаль... <b>6 из 10</b>

Посмотрев 'Мечтателей' и восхитившись игрой Луи Гарреля в этом фильме, я захотела побольше узнать о творчестве этого актера. Прекрасно написанные, образные и интересные рецензии заинтриговали меня, соблазнив посмотреть 'Прекрасную смоковницу'. Но какое разочарование после просмотра фильма! Едва ли на каком-либо другом фильме я так часто смотрела на часы, ожидая, когда-же закончится эта пытка. Лишь любопытство в ожидание финала удерживало меня возле экрана. Чуда не случилось. Фильм, неинтересный в начале, не стал интересен и в конце. Банальная игра актеров не стала лучше, на лице у главной героини не появились другие эмоции, кроме холодной маски. Только субтитры принесли избавление от полуторачасовой пытки. Ни романтики, ни влюбленности, ни каких- либо мало-мальских настоящих чувств в фильме я не заметила. Вместо этого потратила время на банальный, поверхностный и нудный фильм. Игра главной героини заслуживает отдельного ругательного комментария. Именно прекрасную, соблазнительную и восхитительную девушку, влюбившую в себя и невинного юношу и опытного сердцееда практически с первого взгляда, я в ней не смогла увидеть ни сердцем, ни умом. Застывшая маска на ее лице, с двумя-тремя примитивными эмоциями, не отражающая внутреннюю борьбу героини со своими желаниями и страстями не вызвала к Леа Сейду ни симпатии, ни уважения к ее актерской игре. А отповедь влюбленному в нее учителю в конце фильма, жестокую и рассудочную, заставляет видеть в ней холодную стерву, а не девушку-мечту. Художника по костюмам, одевавшего главную героиню, хочется высечь. Многочисленные однообразные планы со спины, где Жуни показывают в расстегнутом пальто, нерасчесанные спутанные волосы, весь ее достаточно неряшливый и тоскливый образ вызывает скуку и уныние, а не восхищение перед юной красотой. Достаточно сложно представить, что в дурно одетую и хмурую девушку (будьте же реалистами) мог влюбиться столь избалованный женским вниманием мужчина, как герой Гарреля. И хотя и его актерская игра была, мягко говоря, не блестяща, но она хотя-бы скрашивалась безусловной красотой актера, живой мимикой и жестами. Остальной актерский состав был вял и малоинтересен, положительный герой был скушен, играл неубедительно. Ни романтизма, ни пылкости юности, ни влюбленности никто из них донести до зрителей не смог. На этом печальном фоне восхищение перед банальнейшим фильмом кажется мне чрезмерным и удивительным. И восхитительным! Наделить столь пустой фильм красотой ассоциаций и водопадами лестных слов могут только люди с большим воображением. Снимаю шляпу перед вашим талантом! 5 из 10 из уважения к вашим вкусам.

Что всплывает в памяти, когда мне говорят про этот фильм? Пожалуй, растерянные лица героев, бесконечно длинные шарфы, растрепанные волосы, равнодушно-вечные стены лицея, поцелуи в закутках и звенящий холодный воздух осени… Зрителю постсоветского пространства трудно почувствовать атмосферу этого фильма. У них в лицее и учеба-то на учебу не похожа. Каллас они, видите ли, слушают… У нас, будь добр, выучи сто слов и составь 30 вопросов к тексту… Человек, вон, на глазах погиб, а они и в ус не дуют и вроде как ни при чем… и по милициям их не таскают.. Мы привыкли к тому, что страсть и чувства нужно видеть и слышать, но в этом кино все переживания таятся глубоко внутри. Об этих душевных терзаниях можно лишь догадаться по скользящим взглядам, по редким порывистым движениям, по скупым слезам, которые ползут по щекам, пытаясь догнать мелодию старой пластинки… А впрочем, знаете, самое ценное в этом фильме, на мой взгляд, то, что он напоминает: <b>жизнь может быть иной.</b> Да, совсем-совсем другой. И в ней мужчина может любить женщину не за яркие, но за потухшие глаза; где смерть другого не вызовет чувства вины, потому как человек должен нести лишь только свое бремя страстей и не пытаться взвалить на себя чужое, дабы накормить свое тщеславие; где в поцелуях может быть упоение чувственностью… да, жизнь может быть иной… Но это я все больше по форме. Уж очень она мне приглянулась. Что же до содержания, то я так и не решила: был ли поступок Жуни слабостью или силой. Сбивает с толку фраза, сказанная кем-то в начале фильма и звучащая почти как пророчество: «Иногда мы совсем не знаем людей, которых знаем»... Так не сгубила ли самонадеянность Жуни что-то очень важное в её жизни?..

Этот фильм я смотрела два раза, с перерывом в полгода. В течении первого просмотра, я уделяла внимание только любовной линии, переживала, какой же всё-таки выбор сделает Жуни. А вот после второго просмотра всё открылось в более ярком свете.. Во-первых. я хочу обратить внимание на атмосферу Парижа, такую дождливо-осеннюю. Оноре показал её туманной, серой, но очень привлекательной. Сразу захотелось побродить по дождливым улочкам Парижа и заглянуть в одну из кофеин. Во-вторых, нужно отметить музыкальное сопровождение. Оно прекрасно. Почти все песни звучавшие в фильме перекочевали в мой плейлист. В-третьих, конечно же, Луи Гаррель. Это первый фильм который я посмотрела с ним, и он заставил меня пересмотреть всю его фильмографию. Он пополнил список моих любимых актёров. Ну и конечно же, главная составляющая фильма-любовь. Глупая, мучительная и опасная... После просмотра я ещё долго напевала песни из фильма и прокручивала самые яркие отрывки в голове. Всем советую. 10 из 10

У Кристофа Оноре есть свой неподражаемый почерк, свое личное художественное чутье, которое заметно в каждом фильме. Не могу объяснить, но каждый его фильм своей атмосферой и своими реалистичными героями, как-будто проникают в меня словно под кожу, в кровь, передавая свою пульсацию мне по венам. И я в очередной раз влюбилась в его фильм. «Прекрасная смоковница» кино о взрослеющих детях, с первыми настоящими чувствами, переживаниями. Но слишком у Оноре они получились взрослыми и грустными. Много, много как всегда драматизма. Кажется, что в жизни все проще. Фильм нам рассказывает о девушке, перешедшей в новую школу, после смерти матери. Она думала, что будет легче пережить утрату, но ошибалась, она опять столкнулась с трудностями, но на этот раз трудностями оказалась любовь. Затрагивая именно сюжет и главных действующих персонажей, скажу, что с образами и посылом автор прогадал. Немножко прогадал Оноре с характером Немура и его отношению к Жуни, не видно искренности и любви в его глазах, да и в ее тоже. Это режиссерский или сценарный минус, но он не заметен, потому что общая атмосфера этой осенней студенческой жизни не дает отвлекаться на изъяны. Хороши все ребята, особенно Отто, своей стеснительностью и в конце безнадежностью. Отто меня покорил. Затрагивает очень растрепанная Жуни, своей хрупкостью и тяжелыми диалогами, она мудра для своих лет. Захотелось как-то срочно в Париж, и чтобы сейчас была осень. Хочу к этим ребятам, жить как они, вдыхая полными легкими, не думая о завтра…. Тягучее, тяжелое, глубокое кино. Я в восторге!