Интердевочка

Глазами немца эта картина - просто фэнтези! Что-то настолько далекое от реальности, как Никита Михалков от “Оскара”. Проститутки с чуть ли ни высшим образованием, подпольный профсоюз в тайном симбиозе с грозным КГБ, запредельная свобода в условиях жесткого контроля и томик родной поэзии как едва ли не несбыточная мечта простого гражданина. Простого - “как ты да я”, которому следовало бы думать о насущном, а не возвышенном! Интеллектуалу же немецкому фильм приоткроет еще не один интереснейший пласт познания русской жизнь. Даром, что государственный строй в стране давным-давно сменился и многие из рамочных условий действия в картине уже не современны. Табу в стране сплошных “табу” Минус на минус равняется плюс. И если в русском сознании и эта истина как прописная, так и относительная, то для немца все много проще: двойное отрицание в немецком языке, кроме диалектов, отсутствует. Фразу “это никогда не было' по-немецки должно трактовать как “нельзя сказать, что этого всегда не было”. Вот и табу в Советском Союзе, который у всех на устах как образчик тоталитарного государства с костлявой, но отнюдь не дряхлой, жилистой рукой всевидящего и никогда не дремлющего ока “Большого Брата” - представляются запретами абсолютными. Из которых нет исключений, и которые соблюдаются незыблемо. Но как в стране, где не было половых сношений, могут функционировать целые подпольные синдикаты по тем самым сношениям, но только за деньги? Да еще и за валюту, оборот которой - как оказывается - был под запретом. Что-то из серии торговли нарко-посылками из глухой Баварской деревеньки, реализуемыми в даркнете (нелегальном сегменте интернета) за “крипту” (кстати: рассказать об этом наигромчайшую истории немецкой криминалистики?). Да и как табу может знать неписанные послабки, к тому же, под покровом Советских силовиков? Выходит, государство было в деле?! Умом Россию не понять… А верить русским строго настрого запрещает Бондиана. Двойная жизнь на дне Да и дно тут у всех и всего двойное! Конечно, “Превращение” Кафки или “Джекил/Хайда” помнят только люди “вченые”. Но их дальние родственники, Джокер (тот самый, свеженький, Голливудский) или культовый главный герой “Бойцовского Клуба” всплывает в памяти и у немецкого простеца. Базовый культурный код - как примерный состав сборной Германии по футболу, анекдоты о Бельгийцах (и не просите меня, на моем канале их точно не будет) или разница между Биг Маком и Биг Тейсти. Все равно что лица с плаката “Их разыскивает полиция”: надо знать и точка. Вот и валютная проститутка Таня, как оборотень превращающаяся в мечту озабоченных мужчины, медсестру - одна из этих великих Янусов. Стразы и перья порока с первыми лучами солнца оборачивающиеся добрым и добропорядочным Советским белым халатом. Белые “Ночи Кабирии” сменяющиеся хмурыми больничными буднями по графику 'сутки через трое' (как в той песни с 'Садко 3000'). Стремительные скачки “Дневной красавицы” с презренного древнейшего социального дна на доску почета медработников Страны Советов. Умопомрачительно и непостижимо. Фантазия, критика или сатира? “Фантазия о жизни “как у нас”, Западной, продвинутой, свободной (от вмешательств в мораль и этику)? Где каждый может выехать заграницу, снять девочку, копить валюту или читать любимых поэтов.” - подумает зритель невнимательный. Сторонник политиканства же непременно увидит в фильме “антисоветскую критику” с посылом: “вот, они простого человека душили запретами и рамками, а сами поставляли нужным иностранцам наше главное сокровище - девушек!” Любитель же почитать между строк… просто досмотрит до фееричной сцены допроса “интердевочек” хорошо знакомыми им по имени “людьми в штатском” и рассмеется. От души, гулко и смачно. Окончательно убедившись, что кино это откровенно до всякой наготы, хотя откровенных сцен в нем и нету. И что “между строк” вычитывать ничего не придется: все зрителю преподнесено на блюдечке с золотой каёмочкой. И лживость государственных структур (а где не так?), и притворство швейцара в поисках “чирика” (кстати: насколько это много?), и обаятельнейший и такой игривый русский таксист с улыбкой Гагарина, и даже мастерица притворства и камуфляжа, Таня. И все таки это драмеди Если не трагикомедия. Безысходность человека мечтающего материально (да и не только) “выйти из ряда вон”(с), отведать запретной сладкой жизни, которая толкает Танину соседку, юную русскую красавицу как о ней можно только мечтать в Германии, на “валютную панель”. Хтонь “панельного стона”(с) Ленинградского пригорода, где 'пьяный батя' не умеет выразить любовь к жене иными средствами, кроме побоев. Вероломное предательство Тани и биологическим отцом, и “коллегами” по интер-цеху, решающими нажиться на ее скором отъезде. Наконец, сама нескончаемая “русская тоска” бывшей Тани, ставшей Мадам Ларсен по паспорту, но не по сути. Притча о несовместимости менталитетов и привычек, а также о том, что стереотипы, как правило, сильнее большинства людей (охотно допускаю, что в реальной жизни шведский муж Тани лишился бы работы за брак с ней. А клеймо “русской шлюхи” прилипло бы к ней как мокрый осенний лист, даже будь она в прошлом девственницей до первой брачной ночи). Все это заставляет пролить слезу и задуматься: еще драма или уже трагедiя? Концовка расставляет все точки над i. В заключение: отличное - условно - развлекательное кино, умело затрагивающее весь спектр зрительских эмоций и позволяющие эмоционально перезагрузится. Кино, которое могли снять только русские люди и только о себе: колоритнейшие представители самых разных “сословий” ярко изображены на масштабном полотне, так и приглашая приехать в Россию, или - как минимум - посмотреть еще что-то русское. Картина “живенькая”, игривая, ироничная, но при этом очень человечная. Последнее особенно ценно во времена, когда добра на экране - пусть просто в виде понимающего взгляда создателей на своих героинь и героев - дождаться очень непросто. А еще, мне сразу вспомнилась “Обычная женщина” - ну чем не развитие той же тему: а) про женщину, “которая могёт”, б) про двойную жизнь, в) про “пониженную социальную ответственность”? Филипп | Из Германии да в Россию | Чел с Европы

Сладкая жизнь рядом. Дорогие гостиницы, рестораны, выпивка, сигареты, музыка джазовых пианистов пришли из капитализма, так и не загнившего к концу 1980-х. Стоит лишь протянуть руку — и вот она, мечта. Мечта, стоящая рабочих ночей с любвеобильными гостями Ленинграда, которые никогда не встречали таких женщин. Проводить с ними время уже не стыдно. Плановая экономика не сдюжила со спросом советских граждан и потихоньку сгнила сама. Страшно смотреть на Советский Союз, вступивший в фазу Перестройки и затрещавший по швам. Хрущев обманывал, предрекая коммунизм в обозримом будущем. Ни коммунизма, ни будущего нет. Скоро голодные 90-е, и хочется успеть пожить той жизнью, что грезится в девичьем воображении. И они решились заплатить собой, своей молодостью ради кусочка счастья. Пусть мама говорит, что они бедны, зато счастливы, но ведь это предубеждение, думает Таня, объявляя о помолвке с иностранцем Эдом. Там, в Стокгольме, с милым рай не в шалаше, а распутная профессия когда-нибудь зачерствеет в памяти. Никто из этих несчастных и подумать не мог, что произойдет дальше. Но все равно больно смотреть, во что превратилась страна, переобувшаяся из лаптей, победившая фашизм, покорившая космос. И даже просто, безотносительно истории, морально готовящаяся к закату. Это грустно, когда тебе приходится выгребать утки из-под стариков в обсыпающейся палате — из-под хороших, добрых стариков, которые заслуживают большего, нежели тухнуть в голой больнице, где ремонт не производился десятилетиями. Грустно, что случайный таксист предлагает то обмен валют, то секс. Грустно, когда Лялька, к ногам которой должны лететь все шубы мира лишь за ее красоту, никогда и на одну такую не заработает честным трудом. Приходится довольствоваться разовой примеркой, единожды в приступе юности распустив волосы. Как и государству, что довольствуется плакатами со сборкой-разборкой АК-47 да Лениными в мраморе. Оно может лишь навесить на себя бравую атрибутику, тогда как кутузки, подъезды и улицы задыхаются от дряхлости. А весь Ленинград, город Бродского, давно предпочитает его стихотворениям «бродягу с сумой на плечах»… В деньгах ли счастье? А, может, в деньгах избавление?.. В горах роют золото, что лишь блестит для них. Ни Зинка, никому не нужная на пятом десятке, ни Сима, кто хочет забыть это все в деревенской глуши, ни Кисуля не в силах переубедить подругу. И точно не героиня Немоляевой, кто с раскрытым ртом смотрит на дармовые шмотки для проститутки с метлой. Соблазн попробовать счастье в виде товаров народного потребления не иссякнет, ибо только он может украсить безрадостную судьбу медсестры Зайцевой. Иначе уже не работает, общество продано. Родной отец с пропитой мордой предпочтет банкноты и не выпустит за границу, пока не заплатишь ему 3000 за какую-то бюрократическую прокладку. Воспитатели выродились в коммерсантов, этот СССР уже ничем не отличается от Запада. Старый город с Эрмитажем и Мариинкой превратился в клоповник, где каждый второй донжуан знает тебя. Да и что толку существовать в государстве-симулякре? Миссис Ларсен действительно от себя бежит, как она исповедовалась горюющей матери. От своего прошлого и будущего в потных лапах клиентов… Рай не в шалаше существует. Здесь можно припарковать новенький автомобиль и зайти в магазин, изобилующий продуктами, а затем вернуться в загородный дом, где комнат больше, чем номеров в «Интуристе». Здесь можно одеться не в поношенную униформу или в прозрачную кофточку с блестками. Мужчина превосходный, пусть и лысеющий. Мечта! Однако синдром Куприна и Вертинского способен поразить, кажется, любого русского. Там, где принято делать вид, невозможно продохнуть полной грудью. Пить, хохотать нельзя, можно лишь лицемерно соответствовать буржуазии. Притворство сковывает русскую душу, наш беспощадный феномен. Душа тянется к оранжевому «Вольво» с родной кириллицей на фуре. Дальнобойщик, единственная ниточка, связывающая с домом и мамой, не утолит жажду близости. Только в тесноте на улице Дыбенко обретается второе дыхание — парадоксально, не правда ли… Стокгольм в петле брендов, какой ты, к черту, рай? Как же хочется всего этого изобилия на родине, обернутой дурацкими законами… Душу никто не спросил, на какой стороне ей мило. Верка-москвичка, Виктор, сны, скотское отношение местных только раззадоривают русскую душу. Безрассудство или рациональное принятие — кто кого? Распад СССР принес много горя простым людям, которые не должны отвечать за ошибки политиков. Миллионы обездоленных, десятки войн — верхушка айсберга во внутрипартийных противоречиях, приведших к краху Красной империи. В ретроспективе история Тани Зайцевой смотрится куда грустнее уже с первых минут фильма. А сколько таких тань зайцевых утонуло в хитросплетениях судеб... И нравственно-поучительная риторика Петра Тодоровского, который пытается запрыгнуть в уходящий вагон эпохи социализма путем критики заграничных ценностей, все же не лишена смысла. Проданная страна одурманивает чахлой роскошью из-за бугра целые поколения. На что стоит разменять девичье очарование? Косметика, путевка в Адлер, дорогие куртки — за это можно стать вульгарно и безвкусно выряженным телом, отдающимся старым извращенцам? И плевать на семью, таких же униженных и оскорбленных в придачу?.. Весь этот эгоизм, пошлость и разврат отвратительны, где бы то ни было. И проникновение их в Россию ужасно, как проиллюстрировал Тодоровский. На Западе, показывает режиссер, материальные ценности превыше человеческих чувств. Но первые там хотя бы есть. А в перестроечном Союзе и материальных ценностей нет, и человек в человеке становится дефицитом, все чаще покупаясь на прозрачность свободы… Возможно, в «Интердевочке» любовь русского человека к родине и непринятие всего остального — конкретный пример классического конфликта добра со злом, абсолютно понятный отечественному зрителю. Ведь неправильно вообще выставлять нерусских чопорными механизированными роботами-бухгалтерами, предел эмоций которых выражается расстегиваемой ширинкой. Конечно, на фоне выдающейся игры Елены Яковлевой любой герой безжизненен. Но Эдвард любит Таню и страдает от этой любви не меньше. Желание человеческого счастья никому не чуждо. Только что делать, когда в любой конфигурации духовная нищета преследует вас? Жизнь требует жертв, а смириться с потерей чего-либо невыносимо тяжело. Все или ничего — крест медсестры Тани, последней по-настоящему русской героини советского кино. Ежели нет в жизни счастья, то гори оно все синим пламенем. Платить за ошибки молодости она согласна роком. Никакого отныне размена валют, Тодоровский примет и в рублях что успех, что трагедию. Но вряд ли Таня была тогда способна образумить поколение, росшее на хитах группы Комбинация. По крайней мере, интердевочка была честна: сладкая жизнь в рамках ее образа — зачастую сказка, блаженная мечта. 7,5 из 10

В этом фильме - и одноименном литературном произведении - на мой взгляд, есть еще один важный конфликт, на котором не акцентируют внимание зрители и критики. А зря, ведь это громадный конфликт всего нашего совкового и постсовкового пространства - отсутствие сепарации родителей от своих детей. Именно так, а не наоборот - родители не сепарированы от детей, детям сепарация запрещена. Вы думаете, материно 'А как же я?!' относится только к переезду дочери в Швецию? А вот и нет - это про ЛЮБУЮ попытку отделиться и жить своей жизнью. Но в том-то и дело, что в совке у молодого поколения чаще всего физически не было возможности съехать от родителей - а значит, дочке было уготовано просидеть всю жизнь рядом с маменькой, жить ее интересами, ни к чему не стремиться и состариться, проклиная такую жизнь. Для взрослого человека 40+ несколько неуместно восклицание 'А как же я?!', не находите? Родители снимали с себя ответственность за построение собственной жизни и создавали со своими детьми созависимые отношения, обязывая детей буквально отдать свою жизнь им - 'за то, что мы тебя родили'. Для непокорных всегда была заготовлена манипуляция виной. В данной истории, даже если бы героиня не 'позорила маму занятием проституцией', вы думаете, дочке не за что было бы испытывать вину? Нет! Она виновата за то, что: не сделала карьеру; сделала, но совсем забросила маму; не вышла замуж и не родила внуков; родила слишком рано; родила поздно; закончила школу без медали; плохо играет Рахманинова; в детсаду ковырялась в носу - вот же дрянь, маме стыдно за неё! Вопрос второй: а у какой матери дочь становится проституткой? В фильме изображена образцовая, чуть ли не святая мать, и если дочь 'пошла по скользкой дорожке', то это, разумеется, 'уму непостижимо' и вследствие мерзкой, порочной натуры неблагодарной наследницы. Однако, у достаточно хороших родителей (по Винникоту) у детей не образуется внутри черная дыра, которую те пытаются заполнить деньгами, достижениями, зависимостями - безуспешно. Правда, в истории Татьяны еще всю жизнь отсутствовал отец, что наносит значительную травму, - и тем не менее, вклад матери в душевное состояние и цепочку выборов дочери присутствует тоже. Или, вы действительно считаете, что в ребенке 'все самое лучшее - это, конечно, от родителей, а вот все плохое, все говнецо - исключительно его собственное, порочное Я'? У меня больше всего сочувствия к героине связано именно с этой болезненной 'привязью' к 'мамо', и невозможностью жить и опираться на себя, даже уехав в другую страну, невозможность ни в одной точке Земли почувствовать себя, наконец, достаточно хорошей - потому что мамо не давало на это санкций!

Если честно, была удивлена таким подавляющим большинством восторженных рецензий на данный фильм. В свое время картина, конечно, стала настоящим прорывом, мастерски использовав до недавнего времени запретную и в целом 'больную' тему - в кинотеатры валом валили озабоченные советские граждане, желающие посмотреть на соотечественниц легкого поведения. Аналогов данному зрелищу на тот момент не было; где-то за океаном в то же самое время вышел фильм 'Красотка', несмотря на в основном романтическую составляющую, более 'правильный' и честный - но жителям доживающего свои дни СССР он тогда еще был недоступен. 'Интердевочке' предшествовала ставшая сенсацией одноименная повесть Владимира Кунина, впервые опубликованная в журнале 'Аврора' (тиражи журнала сразу после публикации подскочили аж в два раза). Куда как более реалистичная и не настолько мрачная и поучительная - но в наши дни, наверно, мало кто ее читал. Кунин, прежде чем создать литературную первооснову, много наблюдал за проститутками в Варшаве и Ленинграде - взявшийся же за экранизацию категорически немолодой Пётр Тодоровский о девушках легкого поведения не знал, по все видимости, ровным счетом ничего - и потому решил снять фильм просто о нелегкой судьбе русской женщины. С моей точки зрения, Таня Зайцева из фильма могла бы быть кем угодно, не обязательно шлюхой - ее циничное отношение к жизни вкупе с легкими намеками на интеллигентность (в литературной первооснове их нет, есть разбитная и противоречивая ленинградская девчонка, воспитанная в неполной семье) мало вяжется с маскарадным костюмом, неловко сидящим на хорошей актрисе Елене Яковлевой. И нет, из Яковлевой проститутка ну никак не получается - она все на своей 'второй работе' делает со страдальческим видом, - если честно, сложно представить, что на нее с ее чуть ли не плачущими глазами клевали богатые клиенты, а все эпизоды с 'сексом' здесь выглядят как фраза из анекдота - 'е*у и плачу'. В книге главный персонаж прописан абсолютно иначе - там Таня Зайцева, в принципе, любит секс - ну, собственно, своим любимым делом и зарабатывает. Работа медсестрой нужна ей только для галочки в трудовой книжке. Зайцева же у Яковлевой расцветает и улыбается только в больнице, рядом с вонючими утками и умирающими стариками - если честно, не совсем понимаю, для чего она в принципе работала проституткой. Купить дорогие вещи и носить их в присутствии мамы-учительницы наша героиня все равно не смогла бы. О машине или отдельной кооперативной квартире и подавно речь в данной ситуации не шла. По фильму получается, что ушлая Зайцева изначально запланировала финт с заграничным женихом (это подтверждает и ее ликующее 'Наконец-то!', сказанное в начале фильма после полученного предложения о замужестве). А теперь скажите мне - какова вероятность у проститутки, тем паче в советское время, выйти замуж за клиента-иностранца? я, конечно, немного не в теме, но что-то подсказывает мне, что вероятность неумолимо стремится к нулю, если не приобретает отрицательную величину. Даже если предположить, что лох обыкновенный, швед по имени Эдвард (Томас Лаустиола) купился бы на какие-то особенности нашей прекрасной Татьяны (на какие, кстати? держится она в его присутствии со смесью презрения и неизбывной тоски в глазах, сексом занимается как бревно - нам показали) - женился ли бы он именно на ней? Камера показывает нам девушек легкого поведения куда как более интересных, улыбчивых и сексуальных (хотя, в принципе, всем исполнительницам хоть сколько-то главных ролей однозначно была дана отмашка показательно страдать и не давать грустным выражениям сползти с раскрашенных лиц). Юная и наивная поначалу Лялька (Анастасия Немоляева), 'печальная лошадь' в комичном наряде Сима (Ирина Розанова), яркая алкашка Зинка (Любовь Полищук), веселая и циничная Кисуля (Ингеборга Дапкунайте) - все они отыгрывают свои роли с блеском, и любая их них похожа на 'девушку с пониженной социальной ответственностью' куда как больше, чем главная героиня, мающаяся безысходностью на пустом месте. Всех их по-своему жалко - у Ляльки родители пьют и дерутся, Зинка зарабатывает на образование дочери, для приехавшей из маленького города Кисули единственный шанс остаться в Ленинграде - продолжать делать деньги тем самым местом, которым она умеет это делать. У нашей Тани же - и ленинградская прописка, и какое-никакое образование, и неплохая по тогдашним меркам квартира в новом районе вдвоем с матерью, и собственно мать - с которой в принципе есть о чем поговорить. В общем, жалеть главную героиню, старательно коверкающую фразы и растягивающую на московский блатной манер слова, с каждым эпизодом становится все сложнее и сложнее. Словно бы сознавая это, Тодоровский не поскупился на черные краски, перекраивая бойкий и злободневный литературный источник. Изменена история с Козловым, который в фильме чуть ли не смерти Алле Сергеевне (Лариса Малеванная) желает - а виновата в том опять же Таня, решившая неумело изобразить криминальный авторитет (самая позорная сцена фильма, на мой вкус). Добавлена зачем-то русская проститутка в Стокгольме, арестованная за торговлю наркотой. В общем, каждая сцена фильма так и кричит: 'Нечего россиянам делать за границей! Каждый сгодился там, где родился!' Кто-то скажет, что 'Интердевочка' - это фильм о мятущейся русской душе, которой нигде не найти покоя. Но, как мне кажется, современный зритель, видевший много хороших и разных картин как на тему русской души, так и о всякого рода проститутках, размах фантазии режиссера вряд ли оценит в полной мере. 5 из 10

Пример высокохудожественного кино. Несмотря на вызывающую тематику, фильм можно назвать классическим представителем русской культуры. В нем можно найти все то, чем славится русская литература: социальная проблематика, актуальность, отражение большого в малом, проработанность практически всех персонажей, многослойность, мысль. Практически все герои фильма являются собирательными образами. За каждым угадывается определенный типаж. 'Интердевочка' рассказывает не только и не столько о судьбе девушек легкого поведения, но всей страны в тот переломный исторический момент. Главная героиня - олицетворение всей нашей страны. Понимание этого позволяет полностью прочувствовать и понять все те сигналы, которые отправляют нам создатели этого фильма. В социальной значимой медицине разруха, там нельзя заработать. Рядовой представитель медицинского персонала не надеется на поддержку государства и вынуждена зарабатывать деньги на жизнь совершенно другим ремеслом. В эпоху перемен, когда кругом столько возможностей, простые люди тоже втягиваются как могут в эту гонку за призрачными капиталистическими благами. Народ готов торговать собой и заниматься чем угодно, лишь бы иметь возможность быстро разбогатеть. Меж тем государственные институты уже работают кое как. Государство разваливается. Люди серьезных профессий больше не нужны своему государству. Они оказываются брошенными. И перед народом, который жил в социалистических ценностях, развернулось капиталистическое знамя, забрезжили далекие и запретные материальные ценности. Народ охватила золотая лихорадка. И казалось тогда, что в них счастье, что там у них все хорошо, что вот на той то лужайке трава куда зеленее, чем у нас. Многие надеются на удачу и ищут возможности уехать зарубеж, видя в этом единственный путь к достижению человеческого счастья. Каждый в этом суровом и разрушенном мире выживает как может. Друг зарабатывает на друге. Сложная жизненная ситуация лишь способ совершить более выгодную сделку. Фильм будто бы плачет по тому, от чего мы ушли, и к чему пришли. Обнажает все последствия, которые получила уничтоженная страна. Создателям удалось затронуть в фильме большое количество социальных проблем, взаимоотношений целых групп людей. Здесь и забитые учителя, и противостояние столиц и 'понаехавших', здесь и проблема одинокого материнства и 'ушлых папаш', которые готовы поживиться чем угодно (кстати сказать, если бы этот герой не был бы столь ленив, то сумел бы сделать хорошую коммерческую историю, учитывая его человеческие качества). Подводя итог, можно смело утверждать, что основное в фильме - это его серьезная литературная основа. Но и умолять достоинств создателей фильма не стоит. Снят он качественно. Безусловно обязателен к просмотру тем, у кого болит душа за нашу страну, за русский народ, тем, кто привык думать и анализировать мир, в котором мы живем. Фильм актуален и сегодня, архетипы и иллюзии по-прежнему здесь.

Этот фильм не о проститутках и о тяжкости их судьбы. Сюжет, крутящийся вокруг дам древней профессии, здесь выступает лишь как средство, форма передачи сути, идеи, одной из главных проблематик нашего общества. Этот фильм о ценностях, о выборе приоритетности между ними, о цене такого выбора. Вдобавок к этому в фильме раскрывается «не существующее» до определённого времени несовершенство советского государства, которое и демонстрируется как раз с помощью мира героинь фильма. Проститутки здесь не просто примеры антисоциального, не приличного и не приемлемого для советских граждан поведения, это люди с вполне понятными для каждого человека желаниями, которые заключены в словах Тани в разговоре с мамой: «Хочу свой дом, свою машину!.. Хочу зайти в магазин и купить ту шмотку, которая мне нужна, а не переплачивать фарцовщикам втридорога!.. Хочу мир увидеть! Разные страны…» В условиях закрытости страны в отношении свободной торговли с другими странами и как следствие, ограниченному выбору товаров, не отвечающему запросам потребителей, несправедливой оплаты труда, неодобрения обществом в их понимании имущественных излишеств и «диких законов», как называет их Эдвард Ларсен, такие желания вполне понятны зрителю любого поколения. Однако это никак не оправдывает поступки героинь фильма, даже наоборот. Создатели фильма нам ясно дают понять на примере Тани, Кисуни, Симки и остальных героинь, что такой путь не приведёт к заветному счастью. Выбор Тани между красивой, богатой жизнью и любовью матери, родным домом в пользу первого оборачивается трагедией не только для неё самой, когда она осознаёт своё одиночество в чужой стране, тоску по матери и родному краю, но и для ее мамы, Аллы Сергеевны, не сумевшей смириться с правдой о дочери. Такова цена выбора мелкого, пустого вместо вечного и бесконечно дорогого. Однако мне не понравилось, что, обличая такой путь, авторы не дают ясного ответа, как следует решить проблему реализации имущественных, материальных желаний. Ведь были же состоятельные люди, нажившие добро честным путём. Не одни ведь проститутки да медсёстры с учительницами. Понятно, что фильм обращает внимание прежде всего на проблему государственного строя, но отсутствие какого-то ответа в рамках существующей тогда ситуации делает фильм несколько категоричным и удручающим. 8 из 10

Один из самых ярких фильмов эпохи заката советского кино с блестящей режиссурой, великолепным актёрским составом и проникновенной игрой. Даже спустя столько лет с момента выхода на экраны, «Интердевочка» ещё как актуальна, так как затронутые в ней проблемы не особенно-то и зависят от общественного уклада, то есть от «-измов», от программы правящей партии, имиджа президента. Они общесоциальные. И это не только проституция, но и последствия отрыва от своих корней, пусть они даже и кое в чём очередным торжествующим «-измом» классифицируются как гнилые. В годы перестройки этот фильм шёл как укор советской бюрократии за то, что негативные явления в социалистической экономике создавали почву для всеобщего нравственного разложения. Когда вершиной счастья рядовой, ни чем ни выдающейся в кругу своих сестёр женщины становится «карьера» валютной проститутки с последующим выходом замуж за иностранца. И действительно, если проникаться время от времени криминальной хроникой о семейных, устроенных женщинах, вдруг оказавшимися убийцами своих мужей/друзей в грязной бытовухе или даже о детоубийцах, чтобы представить себе, до какой степени эти создания на самом деле тайно маргинализированы теневой стороной жизни, вряд ли подумается осудить Интердевочку за выбранный ею путь. Конечно, не всё у неё происходит гладко, но этот фильм не идеализирует проституток, он лишь показывает, при каких условиях обычная нормальная женщина может решить, что этот путь для неё оптимален. В данном случае это унижения молодости из-за невозможности быть модно и красиво одетой. Вспомните о советском дефиците из-за неповоротливости плановой экономики в деле удовлетворения рынка актуальными вещами. Все те, кто не имел легальные возможности покупать в «Берёзках» и «Альбатросах», добирали своё у вещевых и валютных спекулянтов. На скромную зарплату учительницы, тем более одинокой матери, или медсестры (обе работницы бюджетных организаций, не имеющих доступа к «закрытому распределителю») можно лишь безбедно существовать, нося лишь качественный советский ширпотреб, только катастрофически (на 2-3 года) отстающий от мировой моды! И тем не менее фильм утверждает, что тем, кто попал в воронЫ, но не каркает, как онЫ, всё же нет места лучше дома. Вторая часть фильма посвящена проблемам Тани, с которым она сталкивается на родине своего мужа из-за неумения ( и самое главное, нежелания) интегрироваться в тамошнее общество и соблюдать правила принятых там социальных игр. Надо всё же отдать должное силе воле и целеустремлённости главной героини, которая полностью порвала с прошлым «бизнесом», ведь зачастую так случается, что с проституцией, как и с любой маргинальной средой, очень трудно завязать. Её общение сот одиночества с менее удачливой, чем она сама, «Верой-москвичкой» лишь доказывает, что если на новом месте заниматься тем же самым, не нужно вообще было уезжать. Существуют разные варианты финала, что даёт понять, что как бы ни сложилась в дальнейшем судьба Тани, главный смысловой поток, отсоединяясь от жизни конкретных персонажей, переносится за экранные пределы на судьбу реальной страны, на процессы ожидаемой в те времена демократизации общества, которая, как всем известно, была осуществлена. Только внесла ли легализация обмена валюты вместе с возможностями для социального роста какие-либо радикальные улучшения в жизнь таких неблагополучных людей, как отец Тани и его другая семья? Фильм и поучителен, и познавателен по части истории СССР, рисуя достоверную жанровую картину периода заката страны, предоставляя огромное количество пищи для размышлений о судьбе могучей страны и её народа.

В «Интердевочке», снятой спустя год после «Маленькой Веры», Петр Тодоровский во многом разрабатывает темы и мотивы фильма Пичула, углубляя и расширяя их. Однако, в отличие от своего более молодого коллеги и многих других «перестроечных» режиссеров, порой выбиравших простые концептуальные решения (например, «совок» - плохо, Запад – хорошо), Тодоровский создает в своей картине поистине трагическую, неразрешимую жизненную ситуацию-апорию, живой сгусток бытийных противоречий. Тодоровскому и его сценаристу Кунину в картине главное – доказать, что русский человек не может быть счастлив нигде: ни в мире советского двуличия, неустроенного быта и тотальной несвободы, ни в мире буржуазной благоустроенности, мелочно-расчетливого отношения к деньгам и презрения к русским, как людям второго сорта. Эмоциональная и экзистенциальная заостренность, своего рода обоюдоострость этой ленты поражает и теперь, а ее пророческий характер в отношении фиаско «колбасной» эмиграции в прямом смысле лишает дара речи и припирает к стенке убедительностью художественных аргументов. «Интердевочка» - кино прежде всего о лицемерии: о фарисействе советского мира, тайно допускающего проституцию в качестве способа налаживания «дипломатических» контактов с Западом, но при этом внешне бичующим ее; о ханжестве западных буржуа, внешне никого не осуждающих, но постоянно ставящих препоны русским эмигрантам с «темным» прошлым. Тодоровский снял свою картину прежде всего для честного зрителя, чурающегося идеологической лжи, как коммунистической, так и западнической, по этой причине в момент выхода ленты ее не понял почти никто. Режиссер не щадит обличающих красок, чтобы описать невыносимость советского быта и бытия, где люди изъясняются лозунгами, сами посмеиваясь над ними, где умение лгать и изворачиваться стала у них второй натурой, ибо они долгие десятилетия шли на компромиссы с властью (лишь считанные единицы, такие как Анатолий Марченко, открыто конфликтовали с ней и умирали, не добившись своего). Тодоровский показывает, что советские люди просто не умеют быть свободными, то есть жить в согласии со своей совестью, однако, и в эмиграции при внешнем благополучии жить они не могут. Постановщик «Интердевочки» был одним из первых, кто деконструировал миражи о Западе: русские не могут жить за рубежом не потому, что они – рабы по природе и не могут встроиться в свободное пространство, а потому, что свободы то на Западе и нет. Там есть, конечно, высокий уровень жизни и благоустроенный быт, но буржуазная мелочность и мещанство делают существование там для русских невыносимым: они постоянно ощущают там себя чужими, людьми с другим культурным кодом, теми, кто готов отдать последнюю рубаху на подарки знакомым, чего прижимистым европейцам никогда не понять. В этом смысле «Интердевочка» - подлинно патриотический фильм, но это не квасной патриотизм, обеляющий и идеализирующий свою страну, а любовь, пропитанная болью и состраданием к России, которая столетиями не может начать жить нормально, о людях с иной неевропейской ментальностью, которым никогда не стать европейцами. Многие сцены этой картины поражают до глубины души, например, побег итальянца-жениха в решающую минуту, стойкость и жесткость Тани, защищающей свою мать перед обнаглевшими хулиганами, отчет валютных проституток перед милицией в начале фильма, в которой перемешаны до неразличимости китч, безвкусица, сленг и замученность жизнью. «Интердевочка» - это подлинный шедевр, горький и эмоционально тяжелый о мире, в котором проституируют все от женщин до кандидатов наук, продавая свой талант, время и навыки. При том не важно, что это за мир – капиталистический или коммунистический, ведь жениться по расчету – значит продать себя также, как и, посещая каждый вечер «Интурист». Как всякий шедевр, «Интердевочка» демонстрирует во всех безжалостности экзистенциальных противоречий жизненные ситуации и апории, знакомые многим, но главная из них – уехать или остаться? Вопрос, мучающих сегодня тысячи думающих людей в России. Но самое страшное, говорит Тодоровский, ехать некуда, везде ты будешь чужим и в своей стране, и за ее пределами – здесь как носитель западного сознания, чувствительного к притеснениям свободы, а там – как обладатель «загадочной русской души», абсурдный альтруист, которого тошнит от правильной мелочности буржуа. Можно сказать, что фильм Тодоровского объясняет сразу и прошлое, и настоящее России: сначала она, как тихая жена, лежала под вождями и партией, терпя их насилие, истерзанная ими и искромсанная, потом – под Западом, который платил ей, чтобы она удовлетворяла все его желания, продавая себя. По этой причине ничего ни нас, ни нашу страну в будущем хорошего не ждет – русскому везде плохо и будет плохо всегда, ибо крестоношение – наш удел. По этой причине, когда Таня заходит в православный храм в Швеции как подлинная христианка (ибо все настоящие христиане искренне считают себя, а не других страшными грешниками), а потом напивается – эта сцена уровня Достоевского сообщает о русском национальном характере столько, сколько не сказал еще ни один современный фильм. Это страшно, горько, но это о нас.

Общее впечатление: История о мечте, о стремлении к лучшей жизни, только вот таким ужасным путем, что на кой черт такая мечта? Таня Зайцева (Елена Яковлева) живет в скромной небольшой квартирке вместе с матерью. Работает медсестрой, а в свободное время зарабатывает своим телом. Таня валютная проститутка, она не считает что это что-то постыдное, деньги нужны всегда, но своей матери ничего не говорит. Молодая девушка мечтает вырваться из замкнутого круга - выйти замуж за иностранца, уехать заграницу и стать респектабельной дамой. И у нее это получается, однажды у неё случается связь со шведом Эдвардом Ларсеном, который после этого неожиданно делает ей предложение руки и сердца. Девушка сразу же соглашается, не скрывая от матери что свадьба по расчету. А любовь? А что любовь, со временем полюбит думает Таня. Но получив все, о чем так мечтала девушка, понимает, что не хватает самого главного - может быть, счастья? В начале фильма все выглядит довольно задорно, и несмотря на то, чем занимаются девушки ругать их за неприличное поведение не хочется. Однако чем дальше развивается история, тем больше испытываешь сострадания к героини. Не от лучшей жизни она пошла продавать свое тело, и говорить о том что всегда есть выбор глупо. Это у вас есть выбор, а у нее он именно такой был. Да, возможно вы бы и не поступили так, и вам это чуждо. Но Таня мало задумывалась над этим, она мечтала о роскоши, она ее и получила. Плюс влияет и воспитание. Девушка росла без отца, а мужчина для девочки играет важную роль в воспитании. Но как говорят — «Не в деньгах счастье». Так и есть, добившись цели, Таня уезжает в другую страну, скучает по матери, по подругам и работе в больнице. Она чужая в другой стране. Есть четкое противопоставление разных менталитетов, да в СССР на тот момент не было роскоши как таковой, но зато была человечность. А вот в Европе все наоборот: красивые машины, улицы, огромные дома, но люди… они без души. В диалогах это даже подчеркивается, говоря о русской душе, как о чем-то особенном) Что касается любви, Таню она не греет, деньги тоже… И все настолько выглядит печально что под конец фильма, зритель утопает в этом депрессивном наплыве. Очень грустно и внезапно заканчивается кино, честно я рот открыла от неожиданности. Драматизм усиливается в одно мгновение и нарастает с каждой минутой. И после просмотра осталась горькое послевкусие, но самое главное что в фильме есть мораль. Она проста и будет понятна каждому. Главное это быть счастливой, сложная задача, однако выполнимая. Немаловажную роль играет и любовь, ведь очень важно просыпаться в постели с мужчиной которого ты любишь, и который любит тебя. А стерпится стерпится с любиться — вообще не вариант. Обязательно обратите внимание на «Интердевочку», это 2-х серийное кино, которое вы точно посмотрите с интересом. Прекрасная режиссура, великолепные актерские работы — Елена Яковлева, Любовь Полищук, Ингеборга Дапкунайте, Ирина Розанова, и душещипательный сценарий. 9 из 10

Накануне приближающегося восьмого марта, решила я тут посмотреть что-нибудь из фильмов отечественного кинематографа, конца 80-х годов 20-го столетия (на закате, так сказать, советского кино). И причём не просто любой попавшийся фильм, а фильм с долей трагедии, о несчастной судьбе советских женщин. Начала искать в интернете и наткнулась на <i><b>«Интердевочку»</b></i>. Помню, впервые я её смотрела в середине 90-х, когда училась классе в 7-8-м. Меня тогда этот фильм впечатлил. Кстати в те годы много чего показывали подобного жанра. Набоковскую <i><b>«Лолиту»</b></i> например, или французский фильм <i><b>«Эммануэль»</b></i> (которые я смотрела через замочную скважину заглядывая из коридора в зал, где этим зрелищем наслаждались родители (а нам «в силу слишком юного возраста» такое смотреть строго настрого запрещалось, дабы мы, воспитанные в строгих пуританских традициях, раньше времени «не развратились и не принесли в подоле» к стыду наших родителей). Конечно уже потом, став взрослой и уйдя из родительского дома в вольную жизнь, этот фильм я смотрела не раз. И мне он всегда очень нравится. К шедеврам его отнести конечно нельзя, да и тема в нём поднята довольно щепетильная, я бы сказала, но <b>что-то в нём есть притягательное, манящее и трогательное</b>. Поэтому его хочется смотреть всегда. И вот сегодня посмотрела его в очередной раз. Да и такой режиссёр как <b>Пётр Тодоровский</b> не может снять плохой фильм, каждая из его картин впечатляет и вызывает неподдельный интерес. <i><b>«Интердевочка»</b></i> и сейчас актуальна, я считаю… Все несчастливые девочки мечтают о загранице, но путают понятия жизни заграницей и счастья. <b>Отличный фильм!</b> Сейчас возможно он мало кого заденет до глубины души как когда-то он задел нас. Это было что-то новое... заграница... запад. Тяжёлый фильм, его надо в школах насильно заставлять девочек смотреть, причём что бы хорошее качество было, что бы знали что такое <i><b>«красивая жизнь»</b></i> и как она порой достаётся. Фильм из золотого фильмофонда постсоветского периода! <b>Гениальный, так ясно отражающий всю суть того времени</b>! Восхищена <b>Яковлевой</b>, но убеждена, что у её Героини могла бы быть совсем иная судьба, будь она не просто Русской душой, а душой, умеющей быть благодарной за своё желанное настоящие и уважать законы и нравы той Страны, которая стала для неё обителью, домом и семьёй, а она этого сразу и не осознала. Мудрости в ней не было, а жаль. Очень трогательная история. Первая русская лента о проституции, всколыхнувшая страну, в которой «секса не было» ни в жизни, ни на телевидении и кино, социальная драма о безуспешной попытке простой голодной девушки воплотить мечту миллионов: свалить из «этой» страны любой ценой в места обетованные, выскочив замуж за богатенького заграничного Буратино. Симпатичная и нагловатая <i><b>Таня Зайцева</b></i> двулика, как Янус: днём она медсестра, вечером – проститутка в <i><b>«Интуристе»</b></i>. У неё нелегкие будни, но и на её улице переворачивается грузовик с пряниками: постоянный клиент, швед <i><b>Ларссен</b></i>, зовёт замуж. Чтобы выехать за границу, <i><b>Тане</b></i> нужно собрать массу разрешений и анкет, в том числе сведения о близких родственниках. Отец, бросивший дочь, когда она была ещё ребёнком, шантажирует её и требует несколько тысяч рублей за справку... У фильма два финала: для россиян и для шведов, - более позитивный. Видимо, неискушенному европейскому зрителю реалии постперестроечной России казались таким ужасом, что пришлось разбавить впечатление от ленты. Однако россияне – народ закалённый, и им фильм представлен без купюр. Финал шведского варианта, <i><b>Таня</b></i> просто уезжает вдаль по дороге в аэропорт. У истории вообще три конца, в повести трагический, в советском фильме неоднозначный, в шведском оптимистический. Тем не менее социальная обеспокоенность никуда не делась, несмотря на авторское стремление выжать максимальную развлекательность из скандального по тем временам материала. Даже несмотря на романтический настрой режиссёра <b>Тодоровского</b>, чья природная специализация всё же мелодрама, а не вскрытие социальных язв и не бичевание общественных пороков перестраивающейся страны. Никаких пороков, строго говоря, в <i><b>«Интердевочке»</b></i> и нет, а есть неудачно сложившаяся женская судьба. Отвратительной социальной язвой проституция здесь не выглядит: это некая полубогемная и даже романтическая профессия, сопряжённая с опасностями и нарушением закона, но именно потому увлекательная и красивая, к тому же денежная. <i><b>Таня</b></i>, которая в начале фильма прогуливается танцующей походкой по утренней питерской набережной в шикарной «рабочей униформе», меньше всего ассоциируется с понятием «падшая женщина». Женщины в <i><b>«Интердевочке»</b></i> продают себя задорого, как известный и уважающий себя художник или писатель - свои произведения. Именно такое возвышенное сравнение предлагает героиня маме-учительнице на тесной кухне, собираясь на легальную работу больничной медсестры. А заодно формулирует, чего она хочет от жизни по большому счёту: <i><b>прийти в магазин и купить ту тряпку, которая понравится, а не переплачивать за неё втридорога фарцовщикам.</b></i> Казалось бы, вся пошлость мира звучит в подобных сентенциях, но парадоксальным образом моральный облик <i><b>Тани</b></i> весьма привлекателен - «грязь» её профессии к ней будто бы не пристаёт. Жизненные вопросы, которые затрагивает этот фильм, и до сих пор остаются актуальными. Вроде бы мы сейчас и стали жить лучше, нет дефицита в продуктах и одежде. Но наше так называемое <i><b>«облико-морале»</b></i> лучше не становится. Проституция и по сей день невероятных размеров. Появились и её новые виды. <b>Фильм всё равно очень трогает своей человечностью. Игра и подборка актёров - потрясающие</b>! Очень точно переданы чувства, <b>Елена Яковлева</b> очень вписалась в эту роль. И сам фильм, отражает прекрасно дух конца 80-х начала 90-х годов. Такие чувства как ностальгия здорово отражены. И становится понятным, что ни дорогая одежда, ни дом с обстановкой не заменят любовь и тоску по близким и по утраченной Родине. Быт может быть устроенным, но человеческая душа мечется без главного в жизни и это хорошо донёс фильм <b>Петра Тодоровского</b>. Первый фильм снятый без оглядки на «кодекс строителей коммунизма»! Кто мог на такое решиться? Только тот, кто умеет принимать собственные решения, как на войне! Все «маститые» на тот момент режиссёры испугались (кабы чего не вышло). <b>Пётр Тодоровский</b> - не испугался! Он настоящий Герой поколения 80-х! Человек, прошедший ужасы Великой Отечественной войны, послевоенное лихолетье - не утратил веру в собственные Силы, Честь и Любовь! <b>Элегантный красивый фильм</b>. Режиссёр любил и уважал женщин, потому и поставил другие акценты в фильме. Мне особенно начало нравится: такая, почти незаметная мимическая игра взглядов. Прекрасная музыка. Ну и актрисы все красавицы... А так, всё это было и не так красиво. Но показать одну и ту же вещь можно по разному. Талантливый режиссёр обозначил юмор, шарм и... трагедию. И решил почти свести на нет пошлость… <b>8 из 10</b>