Рецепт любви

О, он совсем не о еде, нет-нет, конечно, нет! Конец 19 века. Талантливая кухарка Эжини более 20 лет работает на гурмана, эпикурейца Додена. Несмотря на их длительный любовный роман, она всякий раз отвечает отказом на его предложения руки и сердца, сохраняя свою внутреннюю свободу и некоторую дистанцию между ними. Они признаются друг другу в любви через то, к чему оба испытывают страсть - приготовление пищи, доводя рецепты до идеала, до совершенства. Вместе они создают кулинарные шедевры, которым завидуют лучшие повара в мире. Это их язык любви, партнерство, совместное творчество. Здесь не готовят под музыку. Мы слышим, как потрескивает огонь в очаге, как шипит сковорода, и как Доден задерживает дыхание, украшая тарелку для любимой женщины. Чистая, утонченная эстетика. Еду готовят долго, а съедают быстро, так и сама жизнь - цените 'здесь и сейчас'.

«Очень важно ощутить вкус фразы, прежде чем ее произнести» Чань Ань Хунг Герои фильма почти все действие или готовят еду или ее едят. Что тут может быть интересного, скажете Вы. О, очень многое. Начнем с банального: французская кухня – это искусство, а наши герои – «Наполеоны кулинарии», как выразились их почитатели. Он – признанный виртуозный повар и гурман, она – лучшая кухарка, двадцать лет работающая с ним в тандеме. Доден Буффан и Эжени. Бенуа Мажимель и Жюльет Бинош. Фильм начинается с огорода и кухни – Эжени с помощницей показывают нам представление, называемое приготовление завтрака. Боже мой! Как это вкусно смотреть! Да, события происходят на рубеже двадцатого века – либо чуть до, либо чуть после. Действие разворачивается в замке Буффана с угодьями вокруг него. Соответственно, антураж на кухне очень натуральный, добротный, олдскульный, я б сказал. Каменные стены, огромные балки-стропила, большой каменный камин, многостаночная чугунная плита, поедающая угли из камина, который все время полон дров для прожорливой чугунной подруги. Огромный деревянный разделочный стол с толстенной столешницей. А по стенам и по углам всюду медные, чугунные и алюминиевые котелки, кастрюли, сотейники, котлы, чайники. И постоянный процесс мойки, резки, жарки, парки, сцеживания, разделки. Все это удивляет, но и захватывает. Эстетика безукоризненная! Хочу туда, хочу там работать! Но вы ведь понимаете, что не так все просто. Готовка на этой изумительной кухне - это красивый фон и основное занятие героев. Но в процессе есть взгляды, улыбки, пара замечаний, диалоги и неторопливые события. Их мало, но они так безукоризненно подобраны. Так лаконично, но выразительно выстроены, что восхищаешься режиссурой. Кстати, Чан Ань Хунг признан в Каннах лучшим режиссёром за этот фильм. Не могу не отметить собирательный образ друзей, которые сперва кажутся просто хорошо пристроившимися к мэтру сотрапезниками, а потом все явственнее видна их настоящая дружба. Помощница Виолетт, чья роль, вроде, не заметна, отлично вписывается в сюжет и незримо присутствует на заднем плане. И, наконец, Полин, великолепная девчушка, вернувшая впоследствии Додена к жизни, которая явилась символом продолжения и хранителя наследия великого кулинара. Лента полна полутонов, оттенков. Оттенки вкусов изысканных блюд, подбор вин к ним, оттенки отношений, оттенки любви. Послевкусия от вин, от блюд и их сочетаний, послевкусия от жестов, фраз, улыбок. У этого фильма тоже есть послевкусие – немного печальное, но теплое и доброе. Послевкусие осени. А среди множества рецептов любви в послесловии Доден открывает Эжени самый главный: «Святой Августин говорил, что счастье – это продолжать желать то, что тебе уже принадлежит». 8 из 10

Le bonheur, c'est de continuer a desirer ce qu'on a deja Фильмы, где изящно собирают кинзу, красиво готовят каре ягненка, а потом вкусно едят устрицы, сегодня переживают расцвет. Жанр гастрономического кино - это не только ситком 'Медведь', но и десятки похожих друг на друга локальных ТВ-проектов, подчеркивающих национальное достояние. На примере кухни - это не просто легко, но и почти с любой оптики безопасно. В то же время Чан Ань Хунг - человек двух культур. Воспеть вьетнамскую удается лишь с ракурса ее сложной истории, но без еды и там не обойтись. Даже главный шедевр 'Аромат зеленой папайи' пахнет чем-то аппетитным В 'Рецепте любви' (оригинальное название удачнее - 'Страсть Додена Буффана') Чан под мишленовским микроскопом смакует кухню уже французскую, своей второй родины. Некто Доден Буффан (легенда высокой кухни, 'Наполеон кулинарии') меланхолично живет в собственном шато, где более 20 лет ему служит кухаркой Эжени. Они влюблены друг в друга, что не мешает им при этом не быть вместе. Доден постоянно делает предложения руки и сердца, а Эжени с той же твердостью их отвергает. В промежутках между моментами их близости и посиделок с друзьями во фраках герои проводят всё время на кухне - эстетично готовят, маринуют, солят, жарят, коптят, и в конце концов также эстетично поглощают приготовленное Закинув в заголовок термин 'фуд-порно', я конкретизировал внешнюю оболочку фильма, но совсем не передал его суть. 'Рецепт любви' - это не кино о еде, это кино о высших чувствах, которые здесь во всех смыслах воплощаются в еде. Готовка здесь подобна подготовке к религиозному таинству. Крещение приобщает нас к церкви, а соборование излечивает от недугов. Здесь же потофё сигнализирует национальную волю, а томленые раковые шейки - пик интимности. Создавая блюдо, Доден и Эжени, конечно, не просто удовлетворяют беса чревоугодия. Еда здесь замена словам, жестам и даже мыслям. Максимальное воплощение чувств на языке, понятном только двоим Чан умело встраивает повествование фильма в исторический контекст. Франция конца XIX века - это Франция той самой эры прогресса, редких тихих и спокойных лет без войн и революций. Меланхолия разлита вьетнамцем практически по каждому кадру - фильму идет опавшие листья, идут неспешные променады по провансальским полям, идут тонкие срезы артишока на грядках. Неумолимый прогресс эпохи, к которому мы привыкли в срезе той же соседской стимпанковой Англии, здесь выражен в нюансах. Устройство плиты, медные пугала посреди огорода, создающие электрический ток под землей, эпизодические появления в кадре телеграфа. Если это и слепок эпохи, то отнюдь не броский Химию Додена и Эжени легко додумать, если знать, что их играют легендарные муж и жена французского синема - Бенуа Мажимель и Жюльет Бинош. Актерские работы тут практически совершены, хотя и растворяются в операторских и режиссерских приемах. Страшно изобретательный свет (часть фильма сняты при свечах), голландские углы, величайшая финальная сцена с 360-градусным поворотом объектива. 'Рецепт любви' в изобретательности киноязыка не уступает кулинарным находкам Додена и Эжени По суповому набору смыслов 'Рецепт любви' - это ненавязчивое высказывание по фем-повестке. Кто сказал, что в связке 'женщина' и 'кухня' заложен сексизм? Кто вообще посмел отобрать одну у другой? Впрочем, фильм настолько тонок и изящен (даже в кулинарных метафорах), что повороты его мысли - это блюдо, готовящееся на очень медленном огне. Еда - как основа любого мироздания - способна дать человеку ответ почти на любой вопрос. К примеру, Додену она дала сначала жену, а потом и дочь, определяющую 12 ингредиентов соуса с одной капли Как итог, 'Рецепт любви' - фильм-дижестив. Это фильм-эстрагон, фильм-вешенка, фильм-бри. Придумайте еще миллион гастро-метафор, но слова слабо выразят столь визуальное и тактильное кино. Это кино из того рода искусства, когда осязание важнее смыслов. Оно как вкусный ужин. Им лучше наслаждаться молча

Не будучи специалистом ни по Японии, ни по Франции, ни по Италии, я на мой непросвещенный взгляд описал бы этот фильм так. В Японии больше мишленовских ресторанов ФРАНЦУЗСКОЙ кухни больше, чем в самой Франции. В Японии не берут чаевые: выполнить свою работу качественно - это проявление японского религиозного мировоззрения, стремясь к совершенству в своем труде, японец пытается соответствовать совершенству Вселенной, для японца работа - это религиозный акт, а не только зарабатывание денег. Французы гордятся своим 'светским' характером государства и народа. Они сбросили иго монархии, иго церкви и водрузили Знамя Свободы. Но, как известно, свято место пусто не бывает. Их церковью стала гастрономия, их небо, глотка и живот. Когда французы готовят еду, когда они ее потребляют - они совершают свой антирелигиозный религиозный акт. Вы где-нибудь кроме как во Франции встречали на ТВ новости, которые назывались бы 'послеобеденные'? Обед длится во Франции пару часов? Надо поесть спокойно, вдумчиво (в еду). А после этого ее спокойно переварить. Поэтому послеобеденные новостные передачи на французском телевидении должны быть более умиротворенными, чем вечерние. Стремясь к совершенству в кулинарии (и не только), японец пытается прочувствовать этот мир, быть его частью, быть частью творения, пытается быть в связи с Творцом (или то, что он под этим понимает), он пытается усилить, укрепить эту связь, он как-бы стоит к Творцу лицом (по крайней мере с его субъективной точки зрения). Стремясь к совершенству в кулинарии, француз пытается прочувствовать этот мир, быть его частью, быть частью творения, стоя к Творцу, сотворившему этот мир, спиной. Готовя еду, японский повар стоит к Творцу лицом. Готовя еду, французский повар стоит к Творцу спиной. Один пытается приблизиться к Творцу. Другой отдаляется от Него. По этой причине я оценю этот фильм отрицательно. Если оценивать его с обычных позиций, как обычный фильм среди многих других, то его оценка от меня тоже будет отрицательной: в нем нет почти никаких разговоров, диалогов, мыслей, это нечто вроде 'тугомотины' Тарковского, но только без надрывов. Довольно сразу было понятно, что это особенный фильм, что что-то произойдет, что его стоит досмотреть, но в какой-то момент меня стало подташнивать от очередного обсуждения следующего меню. А потом это уже стало и смешно. Если бы это снималось про поваров японских, то это вызывало бы некоторое уважение. Но эти самураи французские вызывали жалость своим антирелигиозным глоточно-животным (от слова 'живот') пищевым стоицизмом. Фильм снят французом вьетнамского происхождения. Персонажи почти все время молчат. Наверняка повара в Японии лясы между собой во время работы не точат. Повар делает суши - он пытается этим соединиться, раствориться во Вселенной, разговаривать в это время - это святотатство. Французские повара-самураи (даже девочки, которые помогают поварам) тоже все время молчат (и во время готовки и во время употребления пищи): они тоже совершают в некотором смысле религиозный акт. Но только повернувшись к Творцу спиной. Французская антирелигиозная 'светская' религия не направлена к Творцу, она направлена от Него. Именно с такой точки зрения и надо оценивать этот фильм: это фильм про религиозных французов, отправляющих свои религиозные церемонии. Но просто эти церемонии сопряжены с варкой и жаркой и тушением телятины, а не с чем-то другим более высоким. - Вы относитесь ко мне как к повару или как к жене? - спрашивает женщина мужчину. С этого вопроса начинается фильм. - Как к повару. - не стесняясь, отвечает мужчина. Он любит ее, но служение Кастрюле и Сковороде, Языку, Небу, Глотке и Животу конечно-же важнее любви между мужчиной и женой: любовь - это нечто банально земное, в какой-то степени низменное, а вот сварить суп и запечь ребрышки и испечь ватрушки и чтобы все это было в Великой Гармонии планеты Земля - это религиозный Акт. Это Святое. А со Святым по-определению ничто не сравнится и не может находиться на той же ступени важности. - Спасибо! - растроганно говорит женщина. Для нее тоже Кулинария, служение Ей более важны, чем их муж-жена взаимоотношения! Это пролог фильма! Он задает угол, под которым все происходит в последующие два часа молчаливых готовок и молчаливых потреблений Пищи. Это исключительный, в некотором смысле замечательный, уникальный французский фильм, который может и нигде кроме как во Франции не мог бы быть снят. Именно под таким углом его стоит смотреть. П.с. Соседняя с Францией Италия - как известно, одна из самых религиозных стран Европы. Италия и Польша. Итальянская кухня так же очень известна и популярна в мире как и французская. Но если французская кухня отличается своими сложными рецептами и большим количествам процедур, которым подвергают продукты, то в Италии стараются (насколько мне известно) подвергать продукты как можно меньшей обработке. Т.е. если во французской кухне на первый план выходит артистизм человека, то в итальянской стараются на первом плане сохранить 'артистизм' Творца. В этом плане итальянцы наверно ближе к далекой Японии, чем к близкой (географически, но не по духу) Франции. И, как известно, японская кухня тоже (и в еще большей степени, чем итальянская) стремится к минимализму в обработке продуктов. Чтобы почувствовать Творца, сотворившего их, а не повара, сварившего их. Любопытно: что думают о французской кухне и французах итальянские повара, поработавшие во Франции?

Фильм снят по мотивам романа швейцарского писателя Марселя Руффа «Жизнь и страсть Доден-Буффана, гурмана»», вышедшего в 1924 г. Собственно, и сам фильм называется «Страсть Додена Буффана», но нашим прокатчикам непременно нужно дать фильму собственное, «завлекающее» название. Конец 19 века. Доден Буффан – аристократ, гурман и знаменитый гастроном двадцать лет творит на своей кухне настоящее волшебство. И все благодаря Эжени – своей кухарке, соавтору кулинарных шедевров и, одновременно, возлюбленной. В их любви друг к другу и к кулинарии рождаются уникальные блюда, попробовать которые мечтают многие, но лишь узкий круг из числа лучших друзей Додена может оценить выдающийся талант Эжени. Фильмов, где отношения главных героев завязаны на кулинарную культуру, снято немало, но лишь редкие из них достигают той степени эмоциональности и изысканности, как «Рецепт любви». Даже горячо любимые мной «История любви» (Decalage horaire, 2002) и «Вкус жизни» (No Reservations, 2007) кажутся в сравнении с «Рецептом любви» слишком поверхностными и мейнстримными. «Рецепт любви» - фильм о самой сути искусства кулинарии и, одновременно, трогательный и очень деликатный рассказ о поздней любви. А как эстетски, вдохновляюще, как «вкусно», с какой любовью и почти сексуальной страстью в нем сняты сцены приготовления и дегустации пищи, занимающие большую часть хронометража! От этого завораживающего зрелища просто невозможно оторваться, поэтому на голодный желудок фильм лучше не смотреть). Кстати, консультантом картины и даже актером, занятым в эпизодической роли офицера из свиты принца, выступил знаменитый французский шеф-повар Пьер Ганьер. «Рецепт любви» - кино уникальное. Кажется, что это и не фильм вовсе, а живописная картина, его надо воспринимать чувствами, как работы импрессионистов. В нем восхитительно все – режиссура, операторская работа, костюмы и дизайн, фантастическая игра Жульет Бинош, Бенуа Мажимеля и юной Бонни Шанье-Равуар, для которой эта роль стала дебютной. При этом в картине фактически нет саундтрека – лишь на финальных титрах звучит фортепианное исполнение красивой композиции из оперы «Таис» Жюля Массне. Музыка здесь – это звуки приготовления изысканных блюд и пение птиц в саду. Тот факт, что едва ли не лучшая картина об искусстве французской кухни снята режиссером вьетнамского происхождения может удивить зрителя, но достаточно вспомнить экранизацию «Разума и чувств», снятую китайцем Энгом Ли, и становится понятно, что самая суть национальной культуры порой открывается куда глубже не ее носителям «с рождения», а людям, воспринявшим ее как бы со стороны. Фильм получил приз за режиссуру в Каннах и был номинирован на «Золотую пальмовую ветвь», получил награду за лучший фильм на кинофестивале в Сан-Себастьяне, был номинирован на премию «Люмьер» за лучшую операторскую работу, а также на «Сезар» в трех номинациях – за дизайн костюмов, работу художника-постановщика и операторскую работу. Кстати, Жюльет Бинош и Бенуа Мажимель познакомились на съемках фильма «Дети века» (Les enfants du siecle, 1999) и полюбили друг друга, у них родилась дочь Ханна, но спустя пять лет они расстались и вот, почти через два десятилетия вновь оказались вместе на съемочной площадке «Рецепта любви». 10 из 10

Хороший режиссёр - как психоаналитик, он что-то такое рассказывает нам о самих себе, что мы про себя давно знали, но никогда не замечали. 'Страсть Додена Буффана' - а я настаиваю на важности слова страсть в названии, - фильм не о кулинарии. Это вовсе не переиздание пиксаровского мультфильма 'Рататуй' - пусть и здесь главный герой в качестве коронного своего блюда решает готовить традиционное французское блюдо с овощами. 'Страсть Додена Буффана' - исследование того, как мы любим. Как мы хотим любить. И того, как мы любить не умеем. Не потому ли стыдливо выбрасывают при переводах слово 'страсть' - ведь оно теперь означает скорее пошлые сцены из фильмов 'для взрослых'. А ведь это кино - именно для взрослых, при чём, без всяких кавычек. 'Счастье - желать то что уже имеешь': на всякий случай, режиссёр Трун Ань Хонг проговаривает это вслух, ближе к концу - но кажется что к этому времени эта истина и так становится понятна зрителю. Выходя из зрительского зала, я думала о том что я уже имею - хотя может, не задумывалась об этом раньше.

В пятничный, субботний или любой другой свободный вечер садимся и, не отрываясь, смотрим французский фильм 'Страсть Додена Буффана' (у нас перевели как 'Рецепт любви'). Потрясающе красивая картина с потрясающе красивой Жюльет Бинош, где в главных ролях блюда французской кухни и любовь двух поваров, их создающая. В их добротной и просторной кухне, в которой работа всегда начинается с рассветом, а заканчивается только с лучами заката, все время что-то печется, шкворчит, тушится, жарится, что-то совсем простое становится чем-то очень сложным и вкусным. Говорят, через экран нельзя почувствовать вкус и запах, но здесь это получается. Мы тоже будто сидим на этой кухне у большого деревянного стола и ждем, когда же Доден и Эжени поднесут нам блюдо, неизменно приготовленное с любовью. Наблюдая за ними, вы узнаете, что входит в бургундский соус, как нужно варить консоме, как возник волован, в чем тушить латук и тюрбо, сколько курсов включает в себя потофe, и почему же все-таки не тает мороженое внутри Запечённой Аляски. Вам откроют все секреты французской кухни, которая может быть высокой не только в современных кухнях мишленовских ресторанов, но и в простой светлой и уютной, полной зелени и упорядоченного хаоса, кухне Додена и Эжени. Если вы не любите возиться на кухне - чистить рыбу, нарезать овощи, подбирать зелень, смешивать соусы, после просмотра вам захочется все-таки попробовать это полюбить, уж очень все просто и красиво, а главное - невероятно уютно. Оказывается, кухня может стать самым прекрасным местом в доме, если посолить, поперчить и приправить это место любовью.

Этот фильм само очарование. Но только на большом экране. Необычен тем, что говорят исключительно о еде или о том, что с ней связано. Музыка появляется в последних кадрах, а так только естественные звуки кухни, разговоры, звуки со двора (дверь открыта, а там птички, кошки, ветер). Смотреть надо после «Гунды». Кто не в курсе, то это док. фильм, снятый веганом про свиноматку и её несчастную жизнь. В нашем же есть сцена, в которой на фоне домашней живности беседуют о кулинарных изысках. Кухня, где происходит основное действо, изысканная. Где-то начало 20-го века. Юг мирной и богатой Франции. Посуда медная. Названия блюд и вин ласкает слух, но мало что говорят. Рецепты уловить не удастся. На самом деле, если внимательно проанализировать, то фильм более фантастический, чем фильм «Бедные и несчастные» про женщину с мозгом собственного ребёнка. Кому они готовили вместе двадцать лет (почти только этим и занимаются)? Себе? Тем пяти важным господам, что приходят в гости? Совершенно отсутствует грязная посуда. Она бы испортила весь живописный интерьер. Откуда берётся столько народу на помолвку наших уже очень неюных героев? И много еще чего. Но фильм достойный и оставляет приятные воспоминания. Ещё: необыкновенно играет девочка-подросток, которая становится ученицей нашего гения кухни. Кстати, о его славе знают все. Даже проезжий принц «Евразии». Откуда? 9 из 10

Я посмотрел этот фильм несколько дней назад. Начал другой, значительный, который очень ждал, но всё хожу, хожу: хочу написать вам об этом и… не получается. Он для меня очень необычный, ускользающий, но хочется ухватить хотя бы краешек сути и поведать вам о нём. Чтобы вы смогли потянуть за этот краешек дальше и вытащить ещё больше. Он необычный, прежде всего, историей и манерой изложения. Картинка? Да, она здесь отличная! Красиво, эстетски, затягивающе. Игра тандема Жюльет Бинош/Бенуа Мажимель и всех остальных – да, отличные. Здорово играют! Там есть кадр, где Мажимель просто молча идёт по ночному коридору замка и нам жутко. А потом понимаем почему… Монтаж, костюмы – всё на уровне. Кухня – отдельная тема. Но история… Она здесь главная. И не внезапными, удивляющими нас поворотами или развязкой, а тем, что она про одно, а на самом деле ещё про что-то. Тем, что её не просчитаешь и льётся она привольно как сама жизнь, что-то поясняя, а что-то нет. Тем, что сперва (и довольно долго) непонятно «кто все эти люди и что происходит»… Представьте: первые полчаса (полчаса, серьёзно!) там безостановочно готовят, а потом поглощают блюда. Потом параллельно поглощают, и параллельно доготавливают. В старинном французском замке. Почти без слов. Вы даже думаете: может, это документалка и они два часа к ряду будут просто готовить? При этом, почему-то не скучно и вам не хочется переключаться на что-то иное. Автор не интересничает и это не выпендрёж, и не кулинарное шоу. Вы видите счастливых людей, занятых своим делом. Согласованно и вдохновенно действующих на кухне. (Жена, улыбаясь, говорит мне: посоветуй его Илюхе! (Илюха – это тот, кто любит полицейские пиф-паф фильмы и посоветовал мне недавно «Раскопки», о которых я ещё напишу. К тому же, он обожает готовить и поглощать различные мясные блюда: рульки, язык, сальтисон и тому подобное. Нам кажется, что такое алаверды будет вполне уместным)). Но всё же, этот фильм не о готовке. Вернее, по первому кругу он о кулинарии и высоком гурманском наслаждении, но уверен, что, на самом деле, он о Любви к своему призванию, примирении с плотскостью жизни, счастью идти своей дорогой и несравненному счастью идти по этому лону не в одиночестве, а с близким единомышленником. Одной дорогой, в одном направлении. И делать что-то вместе. Итак. Эжени (Жюльет Бинош) и Доден (Бенуа Мажимель) — кухарка и маэстро-повар, влюблённые в своё дело. Они живут в замке в конце позапрошлого века и заняты изобретением изысканных блюд, манерой их подачи и поглощения. Слава бежит впереди них и многие сильные мира сего стремятся разделить с Доденом его или свой стол. Доден окружён большой компанией сотрапезников, истинных ценителей прекрасных блюд. Иногда по ночам он заглядывает к Эжени, но непонятно что для него увлекательнее: общее дело или сама Эжени… Камера неспешно и замысловато следит за всем происходящим. Вообще, камера здесь очень не похожа на то, как обычно снимают: она не мельтешит стробоскопической нарезкой в страхе потерять внимание зрителя, не прыгает неряшливо в типа живой манере «снято с рук» (привет Ларс, наш, вон Триер!) и даже не стоит клациссически на замершем штативе, как у Бергмана. Она плавно, едва заметно, движется. Следует прихотливым линиям взаимодействия и накручивает фракталы смыслов… В фильме мало говорят, но когда говорят, говорят сильно. О плоти, духе, философии, поэзии, наслаждении жизнью и своим делом, летней и осенней поре жизни… До сих пор не могу забыть эту фразу: «Счастье – это продолжать желать то, что тебе уже принадлежит». И, наверное, уже не забуду. Ещё тут нашлось немного места и комизму. Ну как не рассмеяться, к примеру, когда известнейший шеф-повар Пьер Ганьер (обладатель 16-ти звёзд Мишлен и родоначальник «молекулярной кухни»), приглашённый на фильм консультантом для создания блюд, появляется в кадре… в роли важного и глуповатого повара принца, который бессмысленно и тяжело заполняет обед массой напыщенных блюд? Примечательная вещь: на кино-агрегаторах под этим фильмом пишут «Нет похожих фильмов». И это правда. Их нет; -) Признаюсь: Илюхе я пока ещё этот фильм не посоветовал. Всё хожу, хожу, нарезаю сомнения-размышления, думаю о примирении высокого духа с физической сутью живота, красоте блюд и солнечном лете, напоминающим своей жарой жаровни кухни… Как думаете: сказать ему?

Сюжет фильма – приквел (предыстория) швейцарского романа «La vie et la passion de Doudin Bouffant» («Жизнь и страсть Додена Буффана»), написанного 100 лет назад. События разворачиваются во Французской провинции в конце 19 века. В центре повествования представлен чуткий гурман и опытный кулинар месье Доден, который по-настоящему влюблен в свое дело. Но оригинальное название фильма — «La passion de Doudin Bouffant» (фр. «Страсть Додена Буффана») имеет двойной смысл и дает возможность неоднозначных интерпретаций. Дело в том, что, помимо страстной любви к кулинарии, Доден уже давно увлечен своей кухаркой Эжени и пытается на протяжении многих лет получить ее руку и сердце официально, обвенчавшись. Здесь также важно понимать, что их отношения не строятся по принципу слуга-хозяин — они общаются друг с другом с уважением, живут на равных: вместе занимаются хозяйством, изучают рецепты и готовят кулинарные шедевры. Так, эта пара, уже «вступившая в осень своей жизни», чувствует взаимную симпатию, притяжение и живет в ладу. Все хорошо за единственным исключением: Эжени не считает нужным вступление в брак и тактично уходит от ответа на предложения Додена. Причиной тому может быть ее неприятный секрет, который Эжени удавалось сохранить до некоторого времени… Французская еда многими считается лучшей в мире — и, наконец, про знаменитую кухню страны сняли кино. Но особого акцента исключительно на национальные особенности здесь нет: этот фильм – признание в любви к кулинарии в целом. Для погружения зрителя в процесс готовки на фоне даже нету никаких саундтреков — только шипение масла, бурление супов и звон посуды. Умение готовить – это талант и способность творить. А кулинария – это искусство, требующее отдачи себя и искренней любви ко всему процессу создания, который включает в себя и очищение урожая от земли, и потрошение цыплят. Безусловно, гастрономия также тесно связана с разумным гедонизмом, и Доден, вызывая улыбку, вполне справедливо замечает в одном из эпизодов: «открытие нового блюда способно осчастливить человечество больше, чем открытие новой звезды». Конечно, фильм не только рассказывает о любви к кулинарии, но и рассуждает о романтических отношениях взрослых людей. Эта любовь осознанна, размеренна и даже осторожна, но точно не лишена страсти, и сердце у них колотится также сильно. Гармоничную пару Додена и Эжени на экране сыграли Бенуа Мажимель и Жюльет Бинош, которые больше 20 лет назад (с 1999 по 2003 год) были парой в реальной жизни.