Четыреста ударов
- Рейтинги:
- IMDb: 8.0 (134,000) · Кинопоиск: 8.10 (28,629)
- Слоган:
- «Det franske mesterværk om de unge i lømmelalderen»
- Дата выхода:
- 1959
- Страна:
- Франция
- Режиссер:
- Франсуа Трюффо
- Жанр:
- драма, криминал
- В качестве:
- FullHD
- В переводе:
- Профессиональный (многоголосый закадровый)
- Время:
- 98 мин.
- Возраст:
- age16
- В ролях актеры:
- Жан-Пьер Лео, Клер Морье, Альбер Реми, Ги Декомбль, Жорж Фламан, Патрик Оффэ, Дэниэл Кутерье, Франсуа Ноше, Ришар Канаян, Рено Фонтанароза, Мишель Джирард, Серж Моати, Бернард Аббу, Жан-Франсуа Брегуиньян, Мишель Лесиньор и другие
Про что фильм «Четыреста ударов»:
Четыреста ударов — смотреть онлайн
Похожие фильмы (10)
Показано 5 из 10
Связанные фильмы (105)
Показано 5 из 105
Рецензии зрителей (64)
Положительных: 57 · Отрицательных: 2 · Нейтральных: 5
Начало новой волны
Даже сейчас Четыреста ударов смотится очень свежо, а я боюсь представить, насколько революционно такое кино смотрелось в 1959 году. Фильм про стремление к абсолютной свободе из клетки повседневности, что символично ознаменует выход к свободе из студийной зашоренности во французском кинематографе. Главный герой — довольно сообразительный чувствительный мальчик, который не находит себя в школе и семье, из-за чего сбегает сначала из школы, а потом из дома, но чем дальше он бежит от рамок социума, тем больше он падает на дно. Мальчик от взрослых получает только крики и нагоняи, поэтому найти общий язык даже с собственными родителями у него не получается. И чем сильнее парень стремится вырваться из круговорота постоянного непонимания, тем больше этот круг сдавливает его. Прежде всего поражает невероятная человечность фильма. Режиссёр фактически снимал автобиографию, поэтому кино чувствуется по-настоящему искренним. Оно не пытается заниматься твоим нравоучением и здесь нет наигранной театральности, все герои разговаривают как реально живые люди, в которых легко поверить. Не смотря на то, что главный герой по факту раздолбай, который совершает не всегда правильные поступки (сбегает из школы и даже ворует, за что казалось бы заслуженно получает наказание), режиссёру всё равно удаётся вызвать глубокое сочувствие и ощущение какой-то несправедливости по отношению к ребёнку. Режиссура и операторская работа мне чем-то напоминает итальянский неореализм, где оператор берёт камеру в руки и идёт снимать прям на улицу. Не смотря на то, что у нас тут чуть ли не центр Парижа, картинка выглядит максимально приземлённо, нет того глянца, которым столицу изображают к примеру в голливудском кино. Из запоминающихся моментов мне здесь запомнились кадр с голубями и финальная сцена, где герой смотрит прям в камеру. Хочется отметить актёрскую игру Жан-Пьер Лео, у него отлично получается сделать персонажа-ребёнка не раздражающим, а вызывающим глубокое сочувствие, что великое дело, когда ты играешь ребёнка раздолбая. В отличии от фильмов Годара, которые я не особо понял, дебют Трюффо оказал на меня действительно ошеломляющее впечатление, гениальное кино.
Фильм сразу погружает в мир ребёнка — не внешний, а внутренний. С первых сцен ощущается почти документальная достоверность: съёмка живёт, дышит, как будто сама идёт за героем. Это эстетика новой волны, и Трюффо — один из тех, кто её формировал, но здесь форма служит сути: перед нами не просто история, а исповедь. Антуан Дуанель вызывает мгновенное сочувствие. Ему не повезло ни с родителями, ни с педагогами — и, возможно, в более бережной среде его назвали бы «мальчиком со светлой головой». Мы видим, как он тянется к Бальзаку, как зажигает ему свечу, как в своём сочинении повторяет текст любимого автора. Это не плагиат. Это — попытка найти себя, говорить чужими словами, потому что своих пока нет. Его наказывают за это, вместо того чтобы увидеть: в этом мальчике есть жизнь, глубина, потенциал. И это одна из ключевых трагедий фильма. Всё повествование словно подводит к финальному вопросу: что ждёт этого ребёнка дальше? В какой момент закончится рассказ? Когда его везут в автозаке? Когда он лежит в камере? Но Трюффо делает другой выбор. Финал — побег, море, и, наконец, взгляд в камеру. Застывший кадр. Антуан сбежал из лагеря, добежал до края земли, вошёл в воду — и посмотрел на нас. В этом взгляде нет торжества. Там растерянность. Возможно, открытая концовка. Возможно, зыбкая надежда. Возможно, всё сразу. Этот фильм — не только о судьбе мальчика. Он о том, как легко можно сломать ребёнка, если не увидеть в нём человека. И о том, что заводить детей — значит быть способным их слышать, защищать и сопровождать, а не просто владеть ими по факту рождения.
Жажда свободы
Фильм 'Четыреста ударов' является полнометражным дебютом Франсуа Трюффо. Трюффо посветил картину своему учителю теории кино - Андре Базену, чьи труды об авторском кино также важны как работы Эйзенштейна и Сарриса. Фильм оставил большой след в истории мирового кинематографа, являясь одной из первой ключевых лент 'Новой волны'. Хоть и Трюффо сильно конфликтовал с дирекцией фестиваля из-за их устаревшего, по его мнению, взгляда на кинематограф. Однако Картина взяла награду 'Каннского кинофестиваля' за лучшую режиссуру. Трюффо не отпустил историю своего персонажа, и через несколько лет вышли продолжения о знакомом зрителе герое. Так какой же вышла лента, покорившая в своем время умы и сердца зрителей? 'Faire les 400 coups' ('400 ударов') французское выражение соответствует нашим 'зз несчастьях'. В картине Трюффо главного героя постоянно настигают неприятности. Антуан раз за разом совершает проступки, а затем следом следуют наказания. Интересно, что если разбирать сюжет фильма, то можно проследить, что у него нет типичной для зрителя структуры. Весь фильм состоит из провинностей и воздаяний. У этих деликтов почти прозрачная связующая нить. Лента напоминает сборник проказ Антуана, за которые он должен понести наказание. Одним из важных достоинств фильма является метод съемки. Камера Трюффо насколько хаотична, что она будто живет отдельно своей жизнью. Ее объектив напоминает скорее глаза настоящего человека, который наблюдает за судьбой Антуана. Такой подход сильно отличался от статичного варианта. Сам фильм начинается с проезда камеры, снимающей улицы города. Создается впечатление, что сам зритель едет в машине и смотрит на достопримечательности Франции. В то время такая концепция получила массу оваций. Особенно зрителей поразил финал, где герой смотрит в кадр. На этом все застывает и фильм заканчивается. Для того зрителя такой прием был инновационным. Ленту, по правде, можно назвать одну из самых красивых фильмов в истории мирового кинематографа. Актеры в фильме невероятны. Четырнадцатилетний Жан-Пьер Лео, сыгравший главную роль, восхитителен. Молодого актера можно смело назвать дарованием. Трюффо выбрал именно Лео, потому что тот имел хороший навык спонтанной импровизации, к которой был неравнодушен режиссер. К тому же Лео напоминал внешне молодого Трюффо. Импровизация была частым явлением на съемках. Режиссер не требовал заучивать реплики и поощрял спонтанные реплики. Импровизация помогала сделать персонажей более реальными и приземленными. Трюффо сильнее раскрыл желание свободы Антуана через свободы мыслей Лео, который был не ограничен словами. Ярким примером импровизации Лео и метода Трюффо является сцена на сеансе у психолога. Трюффо объяснил общую тему ответов, потому многие ответы Антуана являются импровизацией актера. Вывод Итак, мы получаем прекрасное кино, где необычный метод съемки заставляет восхищаться визуальной составляющей ленты, а изумительная игра актера помогает своей гибкостью более широко раскрыть тему фильма. Однако структура сюжета может оттолкнуть зрителя своим нетипичным, но превосходным построением.
Скромная человечность Франсуа Трюффо (часть 1)
Около двадцати полнометражных картин за два десятилетия творческой деятельности – достаточно богатое наследие для человека, бывшего когда-то трудным подростком, как и его герой Антуан Дуанель. Вместе с тем Франсуа Трюффо – не только практик, но и теоретик кино нового типа: раскрепощенного, свободного, поднимающего неудобные для общества проблемы. Когда автору этих строк было примерно столько же, сколько и Дуанелю в «400 ударов», он про этот фильм уже знал и очень хотел его увидеть, но получилось так, что впервые он посмотрел его не сначала. Однако, даже в таком виде лента произвела невероятное впечатление. Сейчас уже, посмотрев его трижды, понимаю, как очевидно в нем влияние Жана Виго и его «Ноля за поведение» и как решительно он повлиял на дальнейшее развитие мирового кино, прежде всего британского (вспоминается в частности «Одиночество бегуна на длинную дистанцию» Ричардсона и «Кес» Лоуча). Идеологически ангажированная советская кинокритика злорадствовала, когда вышел этот дебют Трюффо: мол, смотрите, как живут недолюбленные и брошенные на произвол судьбы подростки в буржуазном мире. Однако, мне представляется, что «Четыреста ударов» не об этом. Да, конечно, он и о произволе взрослых, их жестокосердии и увлеченности самими собой, но также и о жажде свободы, желании, чтобы тебя услышали в глухонемой повседневности. Раскованность «новой волны», этого кинематографа нового типа с его уличными съемками, ручной камерой, искренним лиризмом и непосредственностью во взгляде на мир молодыми глазами – все это, конечно, здесь есть, как и в дебютах Годара, Шаброля, Маля. Но у Трюффо получилось, что так и не вышло у его коллег, – создать по сути дела первый портрет поколения бэби-буммеров, ждавшего от жизни радикальных перемен. Это не просто протест против буржуазности и мещанства мира взрослых, против насильственности и ужаса принудительной школьной дисциплины, не просто о жажде найти свое место в жизни, но и очень обаятельное неприятие ригидных социальных структур, превращающих человека в марионетку. Сейчас, когда уже снят «Бойцовский клуб» с его откровенным радикализмом, молодежь двадцать первого века вряд ли вдохновится скромной человечностью дебюта Трюффо. Фильм, возможно, покажется устаревшим, медленным, обманчиво простым, однако, эта простота столь сильно пропитана гуманностью и сочувствием к трудным подросткам (по сути будущим битникам, хиппи и гошистам 1968-го), что не стоит воспринимать ее именно как антибуржуазное высказывание. «Четыреста ударов» - это протест против любых видов несвободы, прежде всего, против будничного рабства повседневности. Что удивительно, но как показывают последующие картины дуанелевского цикла, герой вроде бы удачно вписался в мещанский контекст взрослой жизни, так и не став комбатантом-гошистом. Однако, для Трюффо было важно дать портрет именно большинства бэби-буммеров, а не его воинственного меньшинства, в этом в частности и состоит его базовое отличие от Годара. Эти режиссеры удивительным образом дополняют друг друга в панораме изображаемого ими поколения. В том, что они начинали вместе, а потом стали по разные стороны баррикад, нет ничего странного: Трюффо всегда оставался гуманистом и снимал о большинстве и для большинства, Годар же, переболев всеми видами политического и культурного радикализма, чуть было не разучился снимать вообще, сектантски работая для узкого сегмента зрительской аудитории. Антуан Дуанель, таким, каким он предстает в «400 ударов», - в принципе неплохой парень, достаточно послушный и покладистый, но его разлад с обществом лежит не только в области пубертата. Он – представитель именно того поколения, проявившего себя в кино посредством множества национальных «новых волн» от Швеции и Чехии до Японии и СССР и жаждавшего свободы от условностей и ходячей морали больше, чем любое другое поколение до него. Ведь именно в этом сочетании гуманности и вольнолюбия – главный секрет обаяния дебюта Трюффо, ибо оно полностью свободно от любого вила идеологического фанатизма и сектантской ограниченности. Сняв кино о себе, Лео и всех подобным им и трогательно посвятив его памяти Андре Базена, режиссер формулирует свое кредо и прокладывает себе дорогу в кино, свой особенный путь – снимать кино о людях и для людей, любя людей, то есть делать то, чего тот же Годар за полвека творческого поиска так и не смог достичь.
Поиск себя, свобода, борьба
Широкими мазками написана картина жестокого социума, в котором человек пытается находить для себя альтернативы существования, в которых он может проявляться. Повествование ведется яркими вспышками, ключевыми моментами в жизни мальчика. Альтернативы проявляются в виде любых отклонений от поставленных ему рамок: в воровстве, уходе от сложившейся реальности в побегах из школы, дома, из колонии для трудных детей. Социум представлен как организованная машина по подавлению человека и воспитания его под свои нужды, он дает гарантии существования, но не свободы. Каждый новый этап побега из этих рамок заканчивается для мальчика усиливающейся жестокостью и постановкой новых целей в поиске своего места, последней целью было море - символ безграничности и свободы, он не уступает обстоятельствам и планирует побег. В море он утыкается будто в стену, оно спокойно и безразлично, как и вся природа и общество по отношению к человеку. Пути дальше нет, остаётся искать новые смыслы. Борьба за себя как бесконечный процесс с бесконечной чередой новых целей, не в мечтаниях и принятии неизбежности выстроенного людьми мира (пример его друг), но в действии. Творчество и свобода рождается в борьбе.
Олдскульные рецензии Zombiona!
<b>400 ударов</b> За свой дебютный полнометражный фильм “400 ударов” французский режиссер Франсуа Трюффо получил приз на Каннском кинофестивале за лучшую режиссуру. У этого фильма нет определенного сюжета. Франсуа Трюффо просто покажет несколько дней из жизни двенадцатилетнего подростка Антуана Дуанеля. “Французская новая волна”, которая только зарождалась в те годы, очень сильно повлияла на весь кинематограф и перед нами очень яркий представитель этого направления. Хотя фильм Годара “На последнем дыхании” будет намного популярней фильма “400 ударов”. Очень жалко, что сейчас мало кто помнит про фильм Трюффо. Ведь он снял очень честную и очень жизненную картину. Вообще про жизнь подростков было снято очень много хороших картин, но практически все они были сняты в жанре – комедия или мелодрама. А Трюффо снял настоящую драму про маленького человечка, который давно вырос внутри. Ему неинтересна школа и родители его не замечают. А вокруг кипит жизнь, от которой невозможно убежать… Главный плюс этого фильма – это актер Жан-Пьер Лео. Трюффо очень повезло с этим маленьким актером, потому что он сыграл в фильме очень сильно. На секунду может показаться, что смотришь фильм не про маленького мальчика, а уже про взрослого мужчину. Трюффо очень понравится игра Лео, и он будет приглашать его на главные роли в другие свои картины. И еще нужно сказать, что Трюффо снял свой самый личный фильм. Главный герой фильма – это сам Франсуа Трюффо в молодости. Данный фильм снят в черно-белых тонах и в нем очень мало диалогов, а про музыкальное оформление я вообще промолчу. Современному зрителю этот фильм может даже не понравиться из-за своего очень медленного темпа. Поэтому я хочу посоветовать посмотреть этот фильм всем тем, кто интересуется таким направлением в кинематографе как “Французская новая волна” и просто хорошими фильмами про жизнь. Классика кинематографа, которую нужно уважать.
«Дом не там, где вы родились. Дом там, где прекратились ваши попытки к бегству»
Путь взросления труден и нелегок, но именно здесь мы формируем себя как личности, собирая крупицы восприятия на конфликты настоящего воедино. 'Четыреста ударов' - многозначительная история, затрагивающая юношеский индивидуализм в конформистской общности рабства. Антуан Дуанель - альтер-эго Франсуа Трюффо. Режиссер показывает своего героя выбивающимся из общей колеи последовательности жизни - он не раз совершает проступки, идущие наперекор устоявшимся принципам. Выразительнее всего это изображено в сцене вращающегося аттракциона: даже несмотря на физические ограничения центробежной силы, Антуан маневрировал по стенке роторной карусели, когда остальные посетители сохраняли стандартное положение тела. Наперекор свободолюбивому мальчугану всегда следует сопротивление и оно, как порочный круг, догоняет его везде: будь то утрированно грозный учитель, безответственные родители, пенитенциарная система и, наконец, море. Лишь известный финальный крупный план подводит точку в этих бесконечных салках, но ответ на вопрос остается неясным: смог ли Антуан преодолеть последнее препятствие? Режиссер в революционной манере предлагает зрителю поискать ответ самому. Хотя здесь присутствует отчаянная борьба уникальности с повседневностью, этот мир в глазах Трюффо имеет оттенки добра и гуманизма. Музыкальная работа, не принятая режиссером, как ни парадоксально, подчеркивает своими нотками веру в лучшее. Само видение кинокартины представлено сквозь субъективный взгляд главного героя, поэтому здесь отсутствует морализаторская подоплека и драматически выраженная реакция на, казалось бы, ужасные поступки: добровольное отречение от сына и отправление его в исправительную колонию. Потому что осознание происходящего в неокрепшем разуме происходит не сразу: Антуан пускает слезу не в момент заключения в камере, а во время отбытия на автозаке, видя сквозь решетку освещенные фонарями улицы, которые он, возможно, увидит никогда более. Кинолента Трюффо уступает современным работам кинематографа в визуальном ряде, однако она обладает чувственным шармом, возводя в пустышку лицеприятный облик новых картин. В исполнении французского автора каждый кадр обладает собственной притягательной силой. Например, неброская и непримечательная пробежка протагониста ближе к финалу воздействует непостижимым образом на зрительское внимание, сочетая в себе простую, но трогательную метафору свободы. Свобода - главное слово для французской новой волны и имя Трюффо ее несомненный синоним.
Какова цена свободы
'400 ударов' – фильм пощёчина. Молодому кинокритику Франсуа Трюффо надоело смотреть однотипные французские фильмы, и он ворвался в кинематограф со своим творением. Наверное, тогда он ещё не понимал, что открывает что-то новое и становится одним из основателей 'французской новой волны'. '400 ударов' – это фильм о жизни двенадцатилетнего мальчика Антуана, о жизни, которая ставит его в тяжелейшее положение. Ведь ни дома, ни в школе он не может спокойно существовать. Давление со стороны учебного заведения, учитель, которому нет дела до ученика; только лишь крик. Дома ситуация ничуть не лучше: мать, которая занята лишь своей собственной жизнью относится к сыну попустительски и наплевательски; отчим (слабохарактерный) страдает халатностью и не может дать достойного воспитания Антуану. Все эти факторы усугубляют и без того трудное положение мальчика. Антуан – это бунтарь внутри, и вкупе с полным безразличием со стороны родителей и непонимание со стороны учителей, что приводит его к жизни вора оборванца. Весь фильм он пытается понять себя, осознать своё место в мире. В нём сочетаются юношеский максимализм и нонконформизм. Все попытки Антуана как-то изменить отношение к себе оканчиваются провалом: желание лучше учиться становятся тщетными из-за учителя, который их пресекает; лучше вести себя дома и быть хоть немного послушным так же оборачиваются неудачей. Постоянные семейные конфликты, наказания, измена матери на глазах мальчика – всё это ведёт Антуана к 'дороге', по которой его автомобиль жизни поедет не в ту сторону. И всё, что остаётся ему делать – это бежать. Им руководят мысли, которые посещают каждого подростка, о свободе и независимости. Но самостоятельная жизнь никогда не бывает простой. Живя у друга, подвижность Антуана перерастает от шалостей до кражи. Сгорев на краже, отчим отправляет его в исправительное учреждение для малолетних преступников. Родители окончательно открестились от ребёнка. Жизнь в учреждении несладкая и Антуан снова решает сбежать. Он бежит куда глядят глаза, не останавливаясь. В финале картины мы видим морской берег, на котором мечтал побывать герой. В последнем кадре мы уже не видим радости у мальчика, на его лице написана безнадёжность, растерянность и отчаяние внутри. От былой страсти быть самостоятельным и взрослым не осталось и следа. <b>'400 ударов' – это фильм классика. Жестокая история о взрослении и принятии этого мира.</b> <i>Трюффо создал по истине дерзкий, умный и бескомпромиссный фильм. Это именно та кинолента, с которой и должно было начаться становление нового веяния в кинематографе.</i>
Тридцать три несчастья
Cahiers du Cinema Происходившие во Франции изменения в конце пятидесятых годов были важным периодом в истории кино, они представляли собой смену парадигм и устоявшихся клише в отношении содержания, идей и стиля сьемки кино. Революция в представлении о кино так таковом, оказавшая влияние на всю киноиндустрию и последовало благодаря молодым кинокритикам журнала Андре Базена “ Кайе дю синема”, не согласным с общим, укоренившимся направлением в кино того времени, они выступали против абсурдной наигранности, нелепости и нереальности диалогов, банальности повествования. Решившись к действиям на практике, редакторы журнала становятся режиссерами. Их основными принципами были: отказ от коммерческого кино и отстранение от театральных концептов в пользу живой натуральности. Так называемая “Французская новая волна” была учреждена такими громкими именами, как Жан Люк Годар, Эрик Ромер, Клод Шаброль, Жак Риветт и Франсуа Трюффо. Главными отличительными особенностями нового направления были - радикализм, свободная камера, импровизация в кадре и уличные сьемки вне павильонов. Самыми нашумевшими фильмами еще только зарождавшегося направления были “На последнем дыхании” Годара и “Четыреста ударов” Трюффо, которые произвели фурор своей свежестью и неформальностью, что привлекло внимание общественности ко всему течению в целом. Faire les 400 coups Жизнь парижского двенадцатилетнего школьника Антуана не из самых приятных. Ни дома, ни в школе ему нет покоя. Отношения с родителями и учителями оставляют желать лучшего. Безответственная и наплевательски относящаяся к сыну мать и халатность с слабохарактерностью отчима только усугубляют его положение. Бунтарская натура, безразличие родителей, враждебность и непонимание учителей, беззаботные школьные годы, увлекательные пропуски занятий с одноклассником, хулиганство, попытки самопознания, дерзость, максимализм и нонконформизм - все это основа, фундамент полнометражного дебюта Франсуа Трюффо. Из стремлений преуспеть в учебе у Антуана ничего не выходит, несправедливый предвзятый учитель мгновенно их пресекает, попытки угодить родителям и стать послушным ребенком также оборачиваются неудачей. Постоянные наказания, конфликты, проступки и вдобавок, измена матери, замеченная им собственными глазами невозвратимо ведут Антуана по неблагополучному пути. Под давлением происходящего и страшась очередной расплаты за провинность, Антуан решает бежать. Мысли о свободе и независимости руководят им. Поселившись у друга, непоседливость Антуана разрастается из мелких шалостей в воровство. Попавшись на краже, отчим решает отправить его в исправительное учреждение. Жизнь там несладкая и, учитывая, что родители окончательно открестились от него, Антуан снова совершает побег. Эта выходка уже не сойдет ему с рук, теперь ему грозит колония для несовершеннолетних. Reconnaissance d'erreur В финальной сцене на морском берегу безнадежность, растерянность и отчаяние внутреннего состояния, выражается глубоким сожалением и раскаянием в лице трудного ребенка, как бы пытающегося разобраться как все зашло так далеко. Никакого восторга не осталось от прежних наивных фантазий о самостоятельности и взрослой жизни. Стоило ли это всех страданий? Взгляд говорит сам за себя. Les Quatre cents coups – это 14-ти летний Жан-Пьер Лео в главной роли, автобиографический нарратив, вдохновение поэтическим реализмом Виго, супротивность, строптивость, беспечность, вольность духа и борьба индивидуальности с общественным порядком; это - ноль за поведение.
balzac
Во многом с этой картины начинается одна из самых невероятны страниц в истории кино. Какая-то кучка кинокритиков, уставших от традиционных французских фильмов, почти в одночасье перевернули целый вид искусства. До сих пор неясно, как им это удалось, но мир кино уже не будет прежним. 'Четыреста ударов' же рассказывает о трудном подростке, Антуане. Он живёт в не самой благополучной семье и очень быстро спускается вниз по кривой дорожке, начиная с систематических прогулов. Но мы видим, что паренёк это делает абсолютно не со зла. Он несчастен и не имеет особенных целей в жизни, кроме моря. Он никогда его не видел. Эта картина стала дебютом для Франсуа Трюффо, во многом она автобиографична. Оттого трагичная история потерянного подростка выглядит во многом искренней и настоящей. Этот фильм абсолютно точно жив, а сквозь чёрно-белую гамму, многим кажущуюся не более чем отражением старины, пробивается самые настоящие яркие краски. Даже ничего додумывать не нужно. Хочется всего лишь стремглав бежать к морю и смотреть вдаль, не думая ни о семейных проблемах, ни о бесполезных уроках. 'Четыреста ударов' - это общепризнанный шедевр, потрясающая и жестокая история взросления. Бескомпромиссно, дерзко и очень умно. А четырнадцатилетний Жан-Пьер Лео в одночасье стал кинозвездой. Предприимчивый и талантливый Франсуа Трюффо ещё обратится к его персонажу. И не раз. Обо всех этих обращениях я уже скоро расскажу.
Черно-белая боль
От автора: 'Всегда считал, что изучение фильмов 50летней давности неэффективно для современного творчества' Однажды 27летний кинокритик Франсуа Трюффо показал миру картину. Картину о мальчике, который имеет семью с ярко выраженными дефектами (измены, ночные крики, нищета, интеллектуальная ограниченность), а также ненавидящий образование. Разумеется, школьные преподаватели мальчика тоже обладают дефектами. В контексте 1959ого года картина 'Четыреста ударов' вызвала резонанс: она была новаторской, дерзкой, остросоциальной и даже по-своему красивой. Всем надоели фильмы с гротескными, утрированными персонажами с неестественной театральной игрой. И тогда началась новая эпоха: Зародилась французская новая волна Прошло шестьдесят два года... Мир увидел Игру Престолов, Паразитов, Милые Кости, Джокера в исполнении Хита Леджера, а также поиграл за мальчика в фильме 'Черное зеркало Брандашмыг'. Каково сегодня наблюдать за непослушным мальчиком в черно-белом кино? Внутренне профессор активно скандирует: 'Это легендарное кино! Для истории ценно оно! Без него не было бы героев в цветастых трико! Трантины и Ноланы, Гослинги и Ди Каприо Все жизнью обязаны великому Трюффо!' Все бесспорно, профессор, но Этот фильм уже стал такой же мыльной оперой, от которой когда-то уходил упомянутый Трюффо. Будем откровенны, сегодня данную картину смотреть почтительно больно. Процесс погружения в фильм стал актом осознанного мазохизма в формате искусства. В эпоху, когда созданы летающие машины, реальность имеет дополненную и виртуальную версию, а искусственный интеллект создает смешные видеоигры, нам, потомкам, приходится наблюдать через боль за мальчишкой из Четыреста Ударов. Однако посмотреть картину все-таки стоит. Что-то необъяснимо полезное в ней присутствует до сих пор. - Возможно, искренность, с которой автор говорит со зрителем. - Возможно, внутреннее бунтарство, которое имеет каждый читатель данной рецензии. - А возможно, циклирующий стих Внутреннего Профессора... „Искусства не бывает без боли; вместе с тем, искусство существует для того, чтобы компенсировать боль.“ — Тилль Линдеманн
Список Пона Джун-хо: 5 из 10
Ах, эта юная школьная пора! Разбирая многие детские советские фильмы, я с удовольствием просматриваю сюжеты про школьную жизнь, про взаимодействия одноклассников, их взгляды и наивные мечты. Теперь же Франция подарила мне подобный продукт со своей стороны, где главный герой – скользкий школьник, мальчишка, живущий своими взглядами и ставящий важные для себя задачи против системы образования, против семейных ценностей. Подростковый максимализм, который выражен в сложное время в стране. «400 ударов» - это аналог нашему «33 несчастья», подразумевая, что с персонажем одни проблемы, за что бы он не взялся. Что же, приключения могут завести в разные места, а здесь культура и быт французской семьи, где каждый член семьи – индивидуален, живёт своей внутренней жизнью, а только внешне присваивает себе ярлычок к «ячейке общества». Поэтому хоть лента и про трудного ребёнка, но она великолепно отражает и взрослую жизнь, и отношения друг к другу близких людей. В первую очередь сквозь призму ленты можно рассмотреть воспитание сына. Какие бы беды не случались с ним, это вина родителей. Режиссёрский дебют Франсуа Трюффо делает на этом акцент. Поведение матери и замечания отца говорят, что ребёнок не нужен в этой семье. Проходя через презрение и имитацию любви, главный герой отождествляет себя с изгоем, для зрителя раскрывается внутренний, загнанный в угол зверь, который используя способ «нападение – это лучшая защита», будто специально ведёт себя из рук вон плохо. Тут нет акцента на каком-то насилии, всё косвенно, но очень наглядно. Школа. Это уже не институт знаний, а место где малыш Антуан становится сам с собой, имея под боком товарища, который и помогает ему в трудных ситуациях. О каком воспитании может идти речь, если родители: а) всё время работают; б) они каждый раз уставшие после работы и в) им нет дела до жизни сына? Конечно, когда случаются жалобы или вызовы в школу, то меры наказания находят свой объект, но в данном ключе из «кнута и пряника» мы имеем только «кнут». Сложная пора, аргументированная возрастом, положением в семье и отношением в школе, дарят зрителю интригующие эпизоды двух друзей, которые стараются стать независимыми от взрослых. Многие эпизоды радуют своими локальными аспектами: ткацкая фабрика, дом одноклассника, работа отца, парк аттракционов – все элементы воодушевляют при просмотре, а портрет главного героя в глазах зрителя создаётся вполне обычный для мальчика, который ищет развлечений. Именно такая разница в первой и второй половинах фильма – сначала детская наивность и развлечения, а затем суровость взрослой жизни, опасные дела и попытки стать независимым, стать взрослым. Опасный момент, который можно даже было переписать, как страх детства, намерено переворачивает отношения матери к сыну, рождая недоумения в глазах отца, а зрителю показывая, что даже взрослые и вроде бы правые люди сами не идеальны. Раскрывает данный фильм поступки, совершённые взрослыми людьми, но открывающиеся нам сквозь глаза ребёнка. Под финал мы узнаём главный родительский секрет, который вызывает больше вопросов, чем ответов. А отношения каждого родителя к сыну можно теперь перевернуть с ног на голову. Ход великолепный, а впечатления от него незабываемые. Откровения главного героя под конец проливают свет на все действия в картине, отчего недоумения по поводу воспитания проходят сами собой. Это интересная картина о сложной жизни, о взрослении и отражении поступков взрослых через действия подростка. Знакомство (пусть и преждевременно) с системой наказания и правосудием. Это отражение старшего возраста в глазах детей. Это родительское воспитание, которое играет ключевую роль в социальной драме.
РЕЦЕНЗИЯ К ФИЛЬМУ “ЧЕТЫРЕСТА УДАРОВ”
Фильм меня потряс и сильно повлиял на мою жизнь, хотелось чтобы чаще снимали такие фильмы. Картина удивительной силы, поэзия и грязь так смешаны, так переплетены тюрьма и улица, что начинаешь видеть общество по другому. Дунаэль - имя свободного человека, вечного ребенка, который хочет взять от жизни все, но на которого обрушивается “33 несчастья”. Я думаю Дунаэль является автобиография самого Трюффо, возможно в детстве он все время откуда-то бежал - из детского лагеря, школы, армии. Этим мальчик и привлекает к себе внимание,- этой неподкупной наивностью, жаждой жизни.В общем фильм можно охарактеризовать стихотворением Самуила Маршака. Столько времени прошло с малолетства, Что его вспоминаешь с трудом. И стоит вдалеке моё детство, Как с закрытыми ставнями дом. В этом доме все живы, здоровы – Те, которых давно уже нет. И висячая лампа в столовой Льёт по-прежнему тёплый свет. «Четырестa ударов» - одна из таких историй, где сквoзь смех слышно неподдельное сочувствие неудачам героя, где в простом незатейливом преподнесении фaктов кроется вера в лучшее в человеке, что бы ни происходило. И бесспорно, этот фильм можно причислить к тем произведениям, которые будут aктуальны во всех поколениях читaтелей и зрителей, потому как правдa, приправленная человечностью и нерaвнодушием, не устaревает никогда. 10 из 10
Классика, которая актуальна во все времена
В который раз пересматриваю киносагу Франсуа Трюффо о жизни и взрослении Антуана Дуанеля. Сама история начинается с фильма «Четыреста ударов», который, пожалуй, является моим любимым. Рассказывая о нём, невозможно не упомянуть остальное фильмы, входящие в этот цикл: «Любовь в 20 лет», «Украденные поцелуи», «Семейный очаг», «Сбежавшая любовь». Это кино так называемой «Новой волны» во Франции, когда появились такие режиссёры как Рене, Годар, Трюффо, отвергавшие традиционные методы съемки кино в павильонах, с искусственными декорациями, театральную манеру игры. Именно этот период был знаковым, появилось само понятие «авторское кино» - квинтэссенция мировой кинематографии. Так вот, теперь о самом фильме. Он отчасти является автобиографическим, повествует о тяжелом периоде взросления мальчика Антуана, спорах с родителями и учителями, непреодолимой тяге к справедливости («Четыреста ударов»). Далее идёт фильм «Любовь в 20 лет», где продолжается история о безнадежном романтике и бунтаре: сложной юности, неудачах в любви, поиске самого себя. Потом «Украденные поцелуи», где Антуан наконец-таки находит своё счастье. Ну и далее уже о семейной жизни и всех ее атрибутах (детях, изменах, интригах) - «Семейный очаг», «Сбежавшая любовь». Это мои самые любимые фильмы. Наверное, потому что главный герой очень близок мне по духу, да и само кино смотрится легко. Секрет кроется в манере подачи Трюффо - простоте и искренности. (У Годара, например, фильмы более агрессивные, как мне кажется) Кстати, именно благодаря этой саге мир узнал о Жан-Пьере Лео. Трюффо нашёл его по объявлению в газете и вручил главную роль на целых 20 лет. В заключение хочу уверенно заявить, что подобная классика бессмертна!
“Бедная Франция! Какое будущее её ждет!'
<b>В 1959 году с выходом фильма “400 ударов” произошла революция во всём французском кинематографе. Фильм-триумф Каннского кинофестиваля критика Франсуа Трюффо из авторитетных “Кинематографических тетрадей” (Кайе дю синема) - брошенная перчатка в лицо “папиного кино” (каноничного, студийного). </b> “400 ударов” - живой, дерзкий, автобиографичный фильм о судьбе 12-летнего Антуана Дуанеля. Антуан - герой-аутсайдер, не находящий места в своём окружении. Все его попытки понравится, подстроиться - изначально уже провальны. “Иногда лучше соврать, чем сказать правду” - признается Антуан. Даже если это вранье заходит настолько далеко - он врет о смерти собственной матери, оправдываясь перед учителем о прогуле школы, потому что альтер-эго Трюффо так, правда, легче. Антуан, как и любой “несносный ребенок”, по мнению Трюффо, жаждет независимости от проблем и обстоятельств, поэтому единственно верным решением для невезучего подростка - бегство от них. Весь фильм Антуан бежит от одних проблем прямиком в широкие объятья других, которые с каждым разом всё больше и больше. Побег для уже смирившегося с обстоятельствами Антуана - вовсе не способ найти себя, а попытка себя уберечь. Знаменитый стоп-кадр с растерянным выразительным взглядом в кадр Антуана в конце фильма - момент, когда герой сбегая к морю, уже не понимает, куда бежать дальше. Встречаясь взглядом со зрителем, юный герой французского актера Жан-Пьера Лео ломает четвертую стену и словно ждет зрительского совета.
Взаимное рабство
<i>Я пачкаю классные стены…и порочу французскую поэзию.</i> Антуан Дуанель - ребенок, нелюбящий свою мать. Не оставляя не отомщенными свои обиды, он бежит навстречу взрослой жизни, не оглядываясь и не задумываясь о правильности намеченного пути. Всякий раз ему приходится открывать первую увиденную перед собой дверь, лишь бы поскорее выбраться из очередной комнаты, стены которой захотели раздавить его сразу, как только он туда вошел. А за каждой выбранной дверью вместо долгожданной свободы, его ждёт комната ещё меньше, ещё темнее, чем раньше. Назад повернуть нельзя, остается только выбираться на ощупь, попутно роняя всё, что попадется под руку. Выделив несколько таких «комнат», являющихся последовательной цепью выборов до того, как «дом» был покинут, режиссер наполнил свою историю дерзкими выходками главного героя, которые, находясь в связке с диалогами, описывающими реакцию окружающих его людей, буквально сразу начинают вызывать недоумение и толкать заинтересованного зрителя на поиск разумного объяснения столь неразумных поступков. Но чем дальше развиваются события, тем яснее слышен извечный вопрос: не являются ли <i>реакцией</i> выходки главного героя, а реакция взрослых <i>катализатором</i> последующих его разрушительных действий? Разрушительных в первую очередь для самого Антуана. <i>Страдает бедный Антуан Дуанель, несправедливо был наказан он…</i> Антуан Дуанель – ребенок, которого не любит мать. Антуан не знает, как себя вести. Вытирая руки об шторы, он накрывает на стол, ведь родителям так важно, чтобы их сын был если не чрезвычайно умён, то хотя бы полезен, а ещё лучше - незаметен. И Антуан уже давно согласен с их условиями, да только зов сердца не всегда позволяет сосредоточиться на выполнении своих обязанностей, а отсутствие любви и должного воспитания практически лишает возможности делать правильный выбор. И так от каждого шага в темноте, всё начинает с грохотом падать, привлекая к себе внимание и мешая пройти дальше. Суть поступков Антуана в явной и неявной форме раз за разом рисуется в течение фильма. Пытаясь отмыть школьную стену, Антуан только всё размазывает. Ему, оглушенному командой уйти прочь, становится ясно: попробуй всё исправить, и станет ещё хуже, лучше просто убежать и попытаться начать всё сначала. Но под пристальным наблюдением оператора действия одноклассника Антуана подсказывают, что, не исправляя ничего, а просто открывая новую страницу, в конечном счете можно остаться ни с чем. Франсуа Трюффо, положив, хоть и не полностью, в основу идеи своё детство, с помощью проницательной актерской игры Жан-Пьера Лео, представляющего образ несчастного Антуана Дуанеля, и работы остальной съемочной группы смог сделать свой полнометражный дебют ярким и многогранным. Операторские приёмы Анри Декэ, не греша однообразием, позволили наблюдать за жизнью Антуана со стороны: иногда из-за угла, иногда издалека, чтобы усилить его незначительность и незаметность. А музыка композитора Жана Константена добавила фильму детской веселости, беззаботности, и, конечно же, щемящей сердце тоски. До сих пор не теряющий актуальности и убедительности фильм, трогающий тем, что практически каждая сцена либо ненавязчиво эмоционально груба, либо печально метафорична, хоть и не дает однозначно верного ответа на поставленный вопрос, но и не оставляет зрителя ни с чем, рассказывая вполне правдивую историю вполне обычного ребенка. И, как и всем героям, зрителю самому приходится решать для себя: Так что же лучше, колючки в лесу или розы в клетке?
Angel faces
Можно сказать, что вечер <b>4 мая</b> стал публичным рождением французского направления в кино <b>«Новая волна»</b>. Официальный показ фильма <b>«400 ударов»</b> состоялся <b>в Каннах</b>, узнав о поразительном выборе комиссии фестиваля, соратник <b>Франсуа Трюффо</b> – <b>Жан-Люк Годар</b> выразил первую радость победы: <i>«Впервые молодёжный фильм был официально избран властями, чтобы показать всему миру истинное лицо французского кинематографа. Сегодня оказалось, что мы одержали победу. Именно наши фильмы отправляются в Канны, чтобы доказать, что у Франции, в кинематографическом смысле весьма симпатичное личико. И в следующем году будет так же. Пятнадцать новых, смелых, искренних, ясных, красивых фильмов снова преградят путь банальной продукции. Ведь, хоть мы и выиграли битву, война ещё не окончена».</i> В подпольных храмах киноавангарда, <b>Трюффо</b> ковал ленту с актёрами, которые не были известны, натуральными декорациями и ассистентами друзьями, что наделило картину силой подлинности близкой к документальному кино. Помимо исторического значения, работа имеет культурную ценность. Тревожная юность <b>Антуана Дуанэля</b> – исповедь режиссёра и двойник каждого зрителя. Двенадцатилетний мальчик постигает правду о мире и собственных родителях, очевидная лживость взрослых и бьющая через край энергия, приводят к печальным открытиям. <b>Франсуа Трюффо</b> создал кинематограф похожий на личный дневник, составленный от первого лица, что стало провокацией портрета молодёжи. О чём они думают? Что испытывают? Каковы их умозаключения? В чём причина их недуга? Призыв к новому подогрел энтузиазм, другие сторонники <b>«Новой волны»</b> стали стремится к изображению повседневности, но отражённую в очень личном стиле. После премьерного показа, исполнителя главной роли <b>Жан-Пьера Лео</b> восторженные зрители выносили на руках. Затем, актёр станет визитной карточкой режиссёра и иконой в кино. <i><b><b>«400 ударов»</b> безумно искренний и настоящий фильм про то, как задыхается невинность в жестоком мире, и я много лет, со времен первого просмотра, считаю его любимым, он живой, и по сей день, в нём бьется сердце.</b> </i> Моя рекомендация: если вы не видели <b>«400 ударов» Ф. Трюффо</b>, то вы не смотрели кино.
Зло не ходит по улицам под бой барабанов — зло живет среди нас в нашем равнодушии к другим, в нашем себялюбии и лжи, в разрешении себе не противиться «ходу вещей»…
Только <i>любовь Бога к нам</i> или, если угодно, <i>Чудо</i> — оставляет человечеству раз за разом шанс сохранить человеческий облик. Слабость наша, слепота наша, себялюбие наше уже давно должны были вернуть род человеческий в болото «естественности» пожирания ближнего как пищи, как конкурента, да просто, как помехи на горизонте… Но раз за разом Вечность находит себе пристанище в душах даже тех, кто по всем «естественным законам» должен был бы чувствовать полное право думать только о себе, своем брюхе и своей мести… *** «Четыреста ударов» — фильм, в котором с гениальным без всяких скидок, а потому с душераздирающим мастерством нам всем показано, как метастазы зла прорастают вокруг самых нежных человеческих существ — вокруг детей — прорастают, разрастаются… но не могут их погубить… возможно, что лишь пока — но не могут. <b>Зло</b>. Мы, в своих утешающих нас представлениях, всегда хотим думать, что зло творят злодеи. Что есть такие специальные люди, которые живут и думают — как бы сейчас сделать зло. Мы ищем таких злодеев вокруг себя, нам их показывают в кино, про них сочиняют книжки. Конечно, мы требуем «правдоподобия» — мы требуем, чтобы у злодея был логичный мотив, чтобы свое зло он делал, получая выгоду, или, на худой конец, чтобы нас убедили, что злодей — жертва своих маниакальных наклонностей — своего злодейского внутреннего устройства — и потому он «вполне логично» и совершает свои злодейства. Еще нас может убедить расклад, при котором злодей — жертва обстоятельств, а потому мы даже можем его немного пожалеть… При всем разнообразии неизменным остается одно — нам очень хочется верить в то, что зло живет в злодеях, полу-злодеях, слегка-злодеях, которые сами вполне могут быть жертвами природы/обстоятельств, но которые живут своей злой жизнью и портят мир вокруг… Реальностью же является то, что нет никакой <i>метки</i> на человеке, который буквально в следующий миг совершит зло. Человек живет своей обычной жизнью, он подчиняется каким-то правилам, он выполняет какие-то обязанности, он потакает каким-то своим слабостям, он стремится к каким-то своим целям… Но вот ход его жизни подводит его к <i>развилке</i>, при которой на одной чаше весов оказывается «всего лишь» комфортный (а может и не комфортный, но вполне привычный) ход его жизни или, даже, «всего лишь» необходимость <i>совершить усилие</i> для обдумывания/контроля своих предстоящих слов или действий, а на другой — поступок/бездействие, который будет иметь последствия в жизни <i>другого</i>… И этот человек (вполне чаще всего приятный и для своих знакомых, и для своих домочадцев) спокойно действует/ не действует так, что жизнь этого <i>другого</i> превращается в ад… Например — учитель в какой-то момент оказывается озабочен вдруг показавшейся ему страшно важной вещью — чистотой кусочка побелки в опостылевшем ему классе и одним махом уничтожает робкий росток интереса к словесности своего ученика… А чуть погодя добивает его последнее усилие подчиниться правилам школьной жизни своей ленью сверить текст книги с сочинением мальчика… Или — мать, «уставшая» от трудного быта (а на самом деле, не любящая тех, «<i>ради кого</i>», а потому не понимающая, <i>зачем</i> она для них что-то делает), живущая себялюбивыми мечтаниями молодости, болтающая нескончаемо внутри себя и во-вне, вдруг «проговаривается» о когда-то сделанном ёю «хорошем деле» из-за которого «теперь страдает» — выборе родить, а не сделать аборт… — но вот «незадача», она не потрудилась заметить, что эти её излияния услышал её сын, которому теперь всю его жизнь придется жить с осознанием, что его мать хотела его убить… Или — скучающий коллега отчима, желающий всего лишь получить одобрение от начальства, вдруг отказывается видеть, что мальчик вносил, а не выносил машинку в офис и одним телефонным звонком превращает мальчика в сироту… Или — ведь был еще шанс — единственный относящийся к герою с нежностью взрослый — его отчим — вдруг решает, что лучше проучить мальчика «как положено» и тем оказывается самым большим садистом в этой нехитрой истории… А так — до всех этих развилок, через которые и приходит в наш мир зло — все люди как люди… живут, смеются, возятся со своими проблемами, позволяют себе маленькие удовольствия, страдают как все… Человек не может не ошибаться и прожить свою жизнь так, чтобы не причинить другим людям страдание. Но титул «злой человек» все же существует? Существует. Просто есть те, кто «чуть» больше открывает дверку для зла… те, кто в своих маленьких жизнях <i>раз за разом</i> выбрасывает в окружающий мир отраву зла и делают они это тихо — <i>легко находя себе оправдание в «законах мира»</i>… и спокойно после этого спят — равнодушные ко всем, кроме себя-любимых. Это и есть злодеи — люди как люди… Могут ли они быть/стать другими — надеюсь, что да… Если же нет — остается надеяться на Чудо, что они не будут слишком часто пересекаться с другими людьми в дни, когда решаются судьбы… P.S. Фильм бы не был великим, если бы разворачивал перед нами только чёрную сторону. Нет. Он, на самом деле (и это <i>Чудо</i>), — остается <b><i>гимном свободы</i></b> —свободы стать и быть человеком — свободы человека не поддаваться злу…
А я ни разу не видел моря
Детство — прекрасная лёгкая пора… К сожалению, не всегда. Кому-то везёт меньше, на собственной шкуре эти несчастные испытывают силу четырёхсот ударов, горечь тридцати трёх несчастий, жесткость медных труб, воды и огня. Фильм Франсуа Трюффо, сценарий которого создан вместе с Марселем Мусси, повествует о судьбе трудного подростка Антуана Дуанеля, которого сыграл Жан-Пьер Лео. Маленького Антуана очень не любит учитель, а мать безразлична к чувствам собственного ребёнка. Кажется, весь мир против мальчика. И как же тут не начать врать, сбегать из дома, воровать… Что взять с ребёнка, который на кино смотрит, как на магию? Единственный друг и союзник Антуана Рене, которого сыграл Патрик Ауфай, помогает мальчику решиться на первые шаги по кривой дорожке. Тем не менее, дружба маленьких бунтарей крепка, какой только может быть в эти годы. Рене даже пытался проведать друга там, где в итоге оказался Антуан. К сожалению, ничего не вышло. Но именно благодаря другу мальчик не ночевал на улице, узнал прелести театра и хоть на время смог почувствовать себя беззаботным ребёнком. Но дружба — не главный сюжет фильма. Сюжет вертится вокруг Антуана Дуанеля, который переживает равнодушие со стороны родных, жестокость вплоть до рукопрекладства, полное непонимание переживаний. Антуану всего 12, а уже приходится взрослеть. И что чувствовать, когда родная мать смеётся со словами: «Мы отправим тебя в колонию»? Свободу, которую никогда не знал, Антуан ассоциирует с морем, которое никогда не видел. На картинках и в фильмах море красивое, свежее, манящее. Так и хочется купить домик где-нибудь на берегу и стать полностью свободным. Уехать туда, где не будет тряпки-отчима, равнодушной матери, жестокого учителя. Только море, только свобода. Но так ли море прекрасно, как мы себе это представляем? Антуан бежит к морю, бежит от всех равнодушных и жестоких людей. И не важно, сколько бежать — у него есть цель, он стремится. Но кто же знал, что море — всего лишь вода, от которой ничего, кроме промоченных ног, не почувствуешь и не получишь? Море как жизнь — разочарование. И что же делать теперь, когда море, к которому так стремился, буквально у ног? Для годов, в какие был снят фильм, очень хорошее качество монтажа и съёмки. В наше время далеко не все фильмы снимаются так качественно. Фильм «400 ударов» в своё время был номинирован на «Оскар», получил две номинации Британской академии, а так же две награды на Каннском фестивале. Кинокартина во многом автобиографическая, Трюффо запечатлел некоторые моменты своего детства, с которыми так и не смог смириться. Возможно, именно благодаря этому фильм приобретает большую оживлённость и динамичность, становится жизненным. Фильм посвящён памяти французского кинокритика и теоретика кино Андре Базена, который умер на следующий день после запуска фильма в производство. «Четыреста ударов» сложный и в некоторых местах тяжёлый фильм, осилят и поймут его далеко не все. Кто-то проникнет в суть, посмотрев кинокартину несколько раз, но вопрос в том, захочет ли этот кто-то пересматривать фильм. Затянутые моменты и некоторая неясность добавляют фильму глубины, но многие люди не принимают подобного, к сожалению. Стоит ли говорить о том, что «Четыреста ударов» имеет практически одинаковое количество положительных и отрицательных отзывов? Не стоит, потому что сколько людей — столько и мнений. Если кто-то увидит в судьбе Антуана свою судьбу, не будет плохо. Если нет — ничего удивительного. Не стоит ожидать от фильма многого. Тем более, не стоит ожидать смысла, преподнесённого на блюдечке. Смысл данной кинокартины каждый должен вынести для себя сам. Главное — не остаться в итоге с промоченными ногами.
Маленький солдат на большой войне
Картина Франсуа Трюффо 'Четыреста ударов'- это одно из тех уникальных произведений искусства, которые делают попытку проникнуть в сознание ребенка, понять его чувства, увидеть мир его глазами. Таких произведений в мировой истории немного. И тем ценнее каждое из них. Большинство взрослых неизбежно сталкиваются с очень жестокой, на мой взгляд, вещью, забвением детства. И лишь немногим каким-то, до сих пор неизученным чудом, удается сохранить в себе ребенка. И от его лица поведать миру, чем живут дети, что происходит в их умах и сердцах. Франсуа Трюффо - редкий художник, которому удалось это сделать. На момент создания картины ему было всего 27 лет (это его дебютный фильм, за который он получил главный приз Каннского кинофестиваля). Фильм почти автобиографический, потому, наверное, он столь пронзителен. Он сдержан на визуальные эффекты, не слащав и пофасен, а предельно честен со зрителем. Режиссер показывает жизнь без прикрас, такой, какой она является в реальности, порой одинаково жестокой и циничной и к взрослому человеку, и к ребенку. Главный герой картины двенадцатилетний Антуан Дуанель (Жан-Пьер Лео) - трудный подросток, как принято говорить о детях, которые требуют больше внимания. В школе учитель его только ругает и наказывает за несмирение, дома никто не интересуется его проблемами. Он предоставлен сам себе. Его родителям (отчиму и родной матери) все равно живет их ребенок или просто существует. У них есть извечная отговорка большинства взрослых 'мы работаем, мы заняты'. Каждый занимается собой, своими делами. Они не замечают Антуана, не разговаривают с ним, не пытаются понять причины его плохого поведения. Родители Антуана даже не задумываются о том, что у ребенка могут быть переживания и чувства. А он одинок. Он нигде не находит себе места, потому что не чувствует себя нужным. Антуан пытается своими выходками обратить на себя внимание родителей, неосознанно думая, что сможет заставить их полюбить себя. Подростковый возраст - один из самых трудных и хрупких в жизни человека. Время, когда ребенок остро нуждается в поддержке и понимании. Когда мир кажется враждебным и настроенным против него. Антуан растерян, он не чувствует себя любимым и значимым для своих родителей. Он не осознает этого, но именно эта боль толкает его совершать все ошибки. У детей, как и у взрослых, есть чувство собственного достоинства. С ребенком нужно считаться и проявлять к нему уважение как к любому взрослому человеку. В семье Антуана другие порядки. Его отчитывают, ругают, наказывают, но никто не любит. А это главное, в чем он отчаянно нуждается. Мальчик не доверяет взрослым, потому что они не держат своего слова. Однажды обманув ребенка, взрослый навсегда лишается его доверия. Трюффо показал взрослых в этом фильме равнодушными, агрессивными, холодными, мрачными и эгоистичными. Больше всего меня поразило в этой истории, что не один взрослый из всех, кого встречает Антуан не попытался просто поговорить с ним по душам, понять, что происходит в этом маленьком разбитом сердце. Все просто механически делали свою работу: учитель, полицейские, социальные работники, психолог, перепоручая ребенка другим, и ставя на нем клеймо 'не поддается воспитанию'. Дети не знают правил жизни, они поступают интуитивно. В отличие от взрослых, которые слишком зависят от мнений других, дети не задумываются о том, что скажут о них другие, они естественные и непосредственны. Взрослым трудно понять ребенка, потому что они часто забывают, что тоже были детьми. В сознании взрослого человека стираются детские ощущения, чистота восприятия мира, восторженность и наивность ребенка. Ребенок познает этот мир через игру, через веселье. Поэтому дети всегда играют. Им хочется, чтобы взрослые воспринимали их увлечения всерьез. А Антуана никто из взрослых не воспринимал как личность. Взрослые хотели, чтобы он был как все, и лишали его свободы и возможности быть собой. Мальчик страдает от того, что его никто не замечает. Создается впечатление, что он лишний. Он стремится вырваться из мира, где его не понимают, где его пытаются посадить в 'клетку'. Он может довериться только своему школьному другу Рене, который в тайне от отца прячет его у себя дома. Отец Рене такой же равнодушный и эгоистичный взрослый, как и родители Антуана. Он не замечает, чем занимается его ребенок, где он бывает и с кем общается. Дети ходят по городу словно невидимки. '400 ударов' снят почти в документальной манере, без нравоучений и премудростей. Как о нем сказал сам Трюффо 'он не грустный и не веселый... Он о человеке в единственном числе'. Создается впечатление, что автор исповедуется перед тобой, рассказывая о своем взрослении. Через семью Антуана режиссер показывает, как губительна ложь. В их семье все равнодушны друг к другу, но в то же время лицемерно требуют друг от друга правильных поступков. Муж недоволен женой, она изменяет мужу, они стремятся, как и большинство к хорошей жизни. И на фоне всего этого никому не нужный ребенок, отвергнутый обществом. Поражаешься, как легко люди могут отказаться от своего ребенка. Родители мальчика хладнокровно, прикрываясь благовидными отговорками 'мы перепробовали все, но он ничего не понимает...', 'государство должно заняться его перевоспитанием' сдают ребенка в исправительную колонию для несовершеннолетних. Его сажают в полицейскую машину с проститутками и увозят от дома. Что происходит в данный момент в душе ребенка, в его разбитом сердце? Эти вопросы режиссер оставляет открытыми, как и концовку фильма. Это самый мощный момент в картине. Антуан сбегает из колонии, он бежит сначала робко, оглядываясь, бегут ли за ним? Набирает скорость и уже мчиться во весь дух. Он освобился, он на воле. Он бежит к морю и не может остановиться. Он бежит на встречу будущему от своего гнетущего прошлого. Он просто бежит. Но куда вынесет его это море? Этот вопрос застыл на его лице - испуганном, нервном, восторженном, вопрошающем.
Страница 1 из 4