Дорога

'Дорога' - не только четвертый элемент в фильмографии Феллини, но и первый бесспорный его шедевр. Как только его не трактовали! В первую очередь, как притчу о браке, о том, что надо стойко выносить удары судьбы и оставаться с тем, к кому ты привязан. Марко Феррери даже выпустил своеобразную пародию на «Дорогу» - ленту «Женщина-обезьяна». Однако, на мой взгляд, весь символический строй картины Феллини произрастает из великого полотна Пабло Пикассо «Девочка на шаре», где также противопоставлена монументальность мужской телесности и силы женской хрупкости и изяществу. Но это только на первый взгляд. Картина Пикассо, как и лента Феллини, о вечном противостоянии души и тела, неотесанности и душевной неустойчивости, формы и содержания. Фильм Феллини, безусловно, не состоялся бы без умопомрачительной, расширяющей границы зрительского восприятия и эмоционального интеллекта игры Джульетты Мазины, сравнимой по гениальности разве что с трагикомической маской Чаплина. Исполняя роль умственно неполноценной Джельсомины. Мазина делает свой персонаж столь человечным, раскрытым миру и людям, наивным и жертвенным, способным любить и оставаться у объекта своей неразделенной любви до самого конца, что невозможно на поразиться глубине ее проникновения в свой образ. Трем главным персонажам соответствуют три музыкальных инструмента: Джельсомине – труба (не случайно, ибо дыханием играют на трубе), Дзампано – барабан (грубый и шумный звук), Матто – скрипка (такая маленькая, гротескная, но скрипка). На этих трех инструментах и разыгрывается не только мелодия фильма, написанная Нино Рота, но и сама сюжетная мелодия. «Дорога» сложна и проста одновременно, она апеллирует к сердцу зрителя напрямую, заставляя сопереживать Джельсомине и Матто и возмущаться животностью Дзампано. Тем более удивительно, когда в этом животном в столь же блистательном, как и у Мазины, исполнении Энтони Куинна, просыпается совесть и сочувствие. Финальное покаянное перерождение Дзампано показано со всесокрушающей эмоциональной силой. Тема цирка, балагана, бродячих артистов, затронутая еще в «Огнях варьете», развита здесь Феллини с необычной глубиной: цирк мог бы стать для Джельсомины физическим спасением, но она остается с Дзампано несмотря на все ее унижения им. Почему? Постановщик «Дороги» не дает на это ответа, для него важно подчеркнуть широту души Джельсомины, способной любить даже своего мучителя. Простая и непосредственная, как малое дитя, героиня Мазины никому не делает зла: она – юродивая, блаженная, ее безумие неагрессивно и вызвано лишь жестокостью окружающего мира. Способность Мазины даже малейшими пластическими и мимическими акцентами создавать роль, по силе равную образам немых картин, где даже говорить необязательно, именно эта гениальная способность великой актрисы делает фильм Феллини столь щемяще грустным, трагичным до такой степени, что его почти физически больно смотреть. Когда Дзампано конфликтует с Матто – это не просто разборка мужчин, пусть Матто и слабее, но он может по-своему дать отпор грубияну и животному в облике человека. Когда же обижают Джельсомину, на это смотреть почти невыносимо (вспомним сцену, где ее дрессируют и бьют прутом по ногам), ибо обижают откровенно беззащитного человека, все равно что ребенка. И то, что Дзампано в итоге хоть в какой-то степени сознает свое отношение к Джельсомине, что он ощущает тот мельничный жернов на своей груди, который обещает всякому неправедно оскорбляющему блаженных Евангелие, - все это делает «Дорогу» не просто человечным, гуманистичным фильмом, но настоящим уроком человечности для всей, кто, не имея совести, оскорбляет и обижает тех, кто не может за себя постоять. «Дорога» - тот безусловный шедевр Феллини, за который режиссер получил свой первый «Оскар», как мы видим, вполне заслуженно, более того, этот в полной мере символистский фильм свидетельствует о том, как блестяще работает съемочная группа Феллини над замыслом режиссера начиная со сценарной фазы и заканчивая экранным воплощением. Здесь впервые зрителю становится ясно, что триумвират Феллини-Флайяно-Пинелли в сочетании с музыкальным талантом Нино Рота – это надолго. Мэтру осталось только найти своего оператора, чтобы его гений стал еще более выпуклым и изощренным, чем раньше.

Одна из наиболее известных картин легендарного кинорежиссёра Федерико Феллини повествует о диаметрально противоположных героях, волею судьбы соединивших свои жизни друг с другом, проложив тем самым дорогу в самые неизведанные уголки личного бытия. Энтони Куинн и Джульетта Мазина показали метаморфозный дуэт удивительно диких, душевно неуравновешенных и категорически неподходящих этому миру героев, которые изо всех сил стремяться выжить в безумной повседневности, стараясь оставаться самим собой в процессе неугомонно проносящейся жизни. Ричард Бейсхарт, исполнивший значимую роль второго плана, ярко дополнил эту изумительно бесшабашную ленту своим шутливо-многообразным персонажем, который непременно разукрасит тревожно-непредсказуемую дорогу главных героев. Феллини широко раскрыл разнообразие внутренних глубин нетривиального дуэта, обогатив повествование экзистенциальным подтекстом, натуралистичным описанием проблематики взаимоотношений между мужчиной и женщиной, а также разветвлённой интерпретацией весомого количества духовных, морально-этических и чисто бытовых общечеловеческих вопросов, плотно завуалировав всё это на первый взгляд минималистичной визуальной эстетикой. 'Дорога' Федерико Феллини является настоящим кинопроизведением, в котором наглядно представлены особо острые высокобытийные загадки, при тщательном изучении которых удивляешься простоте и односложности решения тех или иных многозначительных проблем жизни.

О, люди... Сколько слов сказано, песен спето, стихов сочинено в попытке вонзиться в ваши неиссякаемые бескрайним абсурдом души. Каждый из нас скрывает необъяснимое - это просто факт, отчего каждый из нас чем-то по-настоящему уникален и очарователен. На каждого, конечно, киноленты не хватит, но кому-то повезёт. Когда юная несмышлёная Джельсомина убежала от семьи из родного домишко на побережье Тирренского моря к бродячему актёру, казалось, что она лишь исполняет завет матери и младших сестёр, пусть и процеженный через слёзы. Но ведь нет, не из-за благородства ('одним ртом меньше') и не из-за скупой принадлежности за выданные десять тысяч лир девушка запрыгивает в мотофургон к грозного вида Дзампано и только машет рукою родным на прощанье. И пыльная дорога покажет, что кроткой и добродушной Джельсомине не место в одном ряду с мужчиной, который будет поколачивать её и вообще по-скотски относиться. Чего ж тебе неймётся, морковка? Вот Феллини и не удержался: он взялся исследовать эту незрелую натуру в фигуре своей будущей супруги Джульетты Мазины. Уже в самом начале звёздной и титулованной карьеры будущий 'Казанова' не заявляет сложного искусства, предлагает посмотреть на его мировоззрение, на родную цирковую стихию через неореалистический народ - и девочку-простушку в частности. На первых порах мэтру не нужны femme fatale. А вот в дальнейшем, набравшись опыта, можно и в римском фонтане их искупать. Послевоенная Италия не пережила и десятка лет свободы от диктатуры Дуче, на что Федерико Феллини постоянно обращает внимание. Он без резких движений убаюкивал престарелую эпоху неореализма, спроваживая её в архивы и университеты её же средствами. Самодельный грузовичок Дзампано проезжает километры эстетической разрухи вчерашнего режима. Эти земли пустуют и будто гниют от того, что недавно топтались сапогами фашистов, природа также не поэтична. А там, где есть человек, построены бетонные дома-гробы. Капитал Дзампано не скрывает и в нём нищего: выступающий с номером по разрыванию чугунной цепи, он спит в самодельной бричке, одевается в лохмотья и пропивает заработанное в кабаках. У него нет ни перспектив, ни возможности вырваться из оков бедности. Только и остаётся странствовать и раздувать лёгкие - авось на вино к вечеру насобирает. Так что Джельсомине под командованием деспотичного хозяина предстоит проехать по дороге жизни - и здесь нет ни грамма пафосной чопорной философии. Ведь она по характеру стоит в абсолютной оппозиции к Дзампано: не умеет отвечать, посему дует губы в ответ на грубость или убегает, а потом получает по шее и возвращается с перспективами огребать больше. Так зачем же?.. Да, она как минимум нездорова на голову, чего не скрывала ещё в начале картины её мать. В Джельсомине ярко катализировался нескрываемый инфантилизм, радость клоунской артистичности и воспринятого брака синтезированы с нелепыми обидами и с наивными взглядами на жизнь. Глупо её всерьёз называть женой циркача-силача: она видит в данной роли что-то детское, на уровне дочек-матерей, и играет, как на представлениях, ни на секунду не задумываясь даже о поцелуе - подобный жест наверняка вызвал бы брюзгливый вскрик. Дальше становится понятно, что в 'детскости' и скрывается невероятность героини. Скрывавшаяся от декораций серого окружающего мира, Джельсомина ничего ещё не знает о драме жизни и начинает пожинать таковую с Дзампано. Взрослый мужик не желает обходиться с новой спутницей по-человечески. Однако та всё равно преданно взглянет на заснувшего пьяницу и широко улыбнётся. Однажды Джельсомина восхитится ловкостью канатоходца Матто, а тот окажется очень близким ей по духу - артистичным весельчаком-сорвиголовой, Бастером Китоном для 'Чаплина в юбке'. Была бессознательная и вполне осознанная возможность убежать с ним от 'Журья': Феллини явно больше импонировал этому выскочке и сценарно одарил его и автомобилем, и более приличной одёжкой, и несколько свойским озорным характером - бери не хочу, где ж ещё такой попадётся (а там и пресловутая любовь вдруг выразится по-настоящему). Но морковка, как назвал её Матто, уже успела привязаться к толстокожему силачу за строгим взором Энтони Куинна, поэтому и хранит наивную детскую преданность до самого конца ленты. 'Как он будет без меня?' - спрашивает она и себя, и собеседников. Вот и остаётся с надеждой, что он, почувствовав тепло в свой адрес, переменится. Тогда и сказка станет былью, и труба перестанет наигрывать грустный мотив, и битая Италия превратится в райские кущи для героев. А там, где есть локальные герои, есть и посыл всей стране. Кажется, Федерико Феллини 'Дорогой' хотел заявить о конце - конце бедности, конце упаднических настроений в кино. Невзирая на случившийся финал, где Дзампано совершил досадную и понятную ошибку миллионов, итальянский режиссёр верит в лучшее, как и его наивная Джельсомина. Даже в волчьем мире, с Римом в роли центральной клоаки, она проносит с собой исключительную доброту и широко раскрытыми глазами заражает позитивом. Конечно, нелегко принять подобную веру и когда нынешний мир удручающ. Но надо идти дальше, перенося боль и страх. Дорога не откажет в изменениях души и сердца, а такие морковки будут замечательными посредниками. Феллини никогда в будущем не снимет фильма проще 'Дороги', которая не претендовала на ярлык мудрёности. Правда, для изменения языка кино не могло быть картины более подходящей. У режиссёра получилась настоящая взрослая сказка, доходчиво выводящая его неизменные принципы доброты и веры в неё. У Роберто Росселлини и Микеланджело Антониони и мысли не было вариться в этом, так что у их коллеги появилась возможность первым завоевать обыкновенного итальянского зрителя. Тот явно нуждался в передышке и от духоты на родине, и от модного сложного кино. Наверно, зрительская любовь стала первопричиной большущего успеха первой всемирно известной ленты Феллини и дала старт его пути по тропам славы с многочисленными 'Оскарами'. И в какой-то степени 'Дорога' помогла своему автору стать, пожалуй, самым популярным творцом важнейшего из искусств на родине и с непрекращающимся в дальнейшем арт-хаусом. Ведь даже иконам и идолам нужен тот, кто уже доверительно постарается оценить, не так ли? 7,5 из 10

В Венеции на фестивале в 1954 году этот фильм конкурировал с лентой 'Чувство'. Висконти против Феллини. И, как не удивительно, но это противостояние послужило поводом для драки между двумя близкими к режиссерам людьми. В их числе был Дзефирелли. История умалчивает, кто победил в бою, а ни один из фильмов приза не получил. Впрочем, полученный 'Дорогой' Оскар за лучший иностранный фильм в некоторой мере для людей далеких от кино возвеличивает этот фильм. *** Это фильм о Циклопе Полифеме. Именно его играет Энтони Куинн. Не случайно он обращает наше внимание на зрение и не исключает, что во время циркового номера может ослепнуть. Как и Полифем он чужд законам гостеприимства. Он ставит на грубую силу. У него кто сильнее, тот и прав. Лишь так, Дзампано-Полифем может выразить себя и приблизиться к тому ощущению спокойствия и уверенности, которое можно считать счастьем. Поэтому и насилия в его действиях чуть больше, нежели нужно. Как и Полифем Дзампано полюбил девушку. Эта любовь была странной и видимо неожиданной даже для него самого. Но став плеником известного мифа он был вынужден создать ситуацию при которой она должна была бы убежать от него с Акидом, для которого уже был заготовлен громадный камень - орудие убийства. Без мифологических параллелей этот фильм воспринимать сложно. Феллини создает незамысловатую на первый взгляд притчу о том, насколько чувствителен может быть человек. Даже в Дзампано он отмечает трогательность и сентиментальность. Пусть и не сразу проявляющуюся. *** Феллини создал античную фреску, завуалировав все происходящее в виртуальную реальность загородного быта. Цирк у Феллини тождественнен пустыне у Пазолини. В этой универсальности образов и таится главное преимущество фильма - его многослойность. При всей понятности и близости к зрителю персонажи Дзампано и Джельсомины слишком многозначны. Каждый из них устраивает другому сущий ад на земле, при этом оказываясь жертвой. Как представители первобытных племен эти люди непосредственны и безжалостны. Увы... за обсуждением этих портретов несколько забывается вязкий и не слишком интересный сюжет. Действие 'взрывается ' лишь в последние полчаса. Медленное и неторопливое раскручивание не слишком яркой истории контрастирует с легкой непринужденностью гениальных Vitelloni (Маменькины сынки), снятых Феллини ранее. 8 из 10

<i><b>Моя жена – единственный источник вдохновения (с) Федерико</b></i> <b>Дорога</b> Он – Дзампано. Она – Джельсомина. Он выступает перед людьми за деньги. Она ему помогает. Впереди у них длинная дорога, которая обязательно закончится слезами… Буду с вами честен, как и всегда. Смотрел несколько фильмов Феллини (Казанова, Сатирикон, Голос луны), но постоянно промахивался. В смысле – они мне симпатизировали, просто от маэстро Феллини, положа руку на сердце, хотелось бы большего. Сильнейших эмоций. Мощной драмы. Да-да, наконец-то это произошло! “Дорога” - шикарное кино. Изумительная (душераздирающая) работа Федерико. Абсолютно заслуженный Оскар (за лучший фильм на иностранном языке). В главных ролях – великолепный Энтони Куинн и несравненная Джульетта Мазина. Такого Куинна я больше нигде не видел. Его персонаж Дзампано – это даже не человек, а какое-то подобие человека, животное. Он отталкивает от себя. С Мазиной совершенно противоположная ситуация. Ее (мягко говоря) недалекая Джельсомина – влюбляет с первых кадров, сразу хочется обнять и согреть. Кстати, в реальной жизни – Мазина была женой Феллини, т.е. Джельсомину он явно вырисовывал под нее. Трудно себе представить другую актрису в этой роли. Как я понял, большинство сцен были сняты на природе. По слухам, съемки давались очень тяжело. У Феллини произошел нервный срыв, но игра стоила свеч. Перед нами стопроцентная классика. Кино занимает почетное место во многих топах. Отдельное спасибо композитору Нино Рота за прекрасную музыку. Мне кажется, что “Дорога” до сих пор актуальна. Мы часто теряем человеческое лицо. Мы не ценим тех, кто рядом с нами. А когда их теряем, плачем. Финальную минуту все помнят? Вот-вот. Нашел любопытную информацию в интернете, верить или нет, решайте сами. После успеха фильма, Мазине дали прозвище “Чаплин в юбке”. Вот настолько она всем понравилась. Спустя время ей позвонил сам Чарлуша, признавался в любви, сыпал комплименты по полной программе. Забавно. Подводя итог, даже если вы не любите классических европейских авторов – “Дорогу” Феллини (хотя бы разок) нужно посмотреть. Глубокое тире пронзительное кино. <b>P.S.</b> <b><i>Я очень сильно боялась подвести своего мужа (с) Джульетта</i></b> <b>8,5 из 10</b>

Женщина у романтика и настоящего джентльмена <b>Феллини</b> всегда была краеугольным камнем повествования. Заметить это можно было ещё с дебютного «Огни варьете». При чём не просто женщина, а женщина провинциальная и обязательно угнетаемая патриархальным обществом. Впрочем, время было такое (оправдания чему, конечно, нет). Тут можно заметить, как постановщик борется со стереотипами (что в середине 50-х было достаточно постреволюционно), доказывая, что даже простушка родом из побережной хижины, может быть самой настоящей личностью. И противопоставляется ей самый настоящий мужлан в образе которого играет <b>Энтони Куинн</b>, являющийся ну до жути комичным собирательным образом всей мужской части планеты. Герой Куинна неистово пьёт, играет мускулами, спит с дамами легкого поведения и не думает о звёздах на небе. Собственно, сам актёр достаточно плотно вошёл в образ, хотя обычно критики и зрители обращают внимание на чудовищно выразительные глазки <b>Джульетты Мазины</b>. Но автор данного текста не нашёл ничего более весомого в игре актрисы, кроме некоторых, по-чаплински простецких гримас, которые хоть и достаточно милы, но к середине фильма уже утомляют. Вообще, как и большинство последователей Новой французской волны, Феллини тяготеет к сюжетам простым, но композиционно достаточно эстетичным. За последним большой плюс, но вот что за тем хотел сказать автор становится не всегда понятно. Можно ссылаться на то, что мол, «думайте сами, на то это и искусство», но тогда «Дорога» превращается в достаточно посредственную притчу о том, как важна та самая женщина и что даже у отпетого забулдыги-силача может быть сердце, которое не так то сложно и ранить. 7 из 10

Если в комнату, в которой никого нет, в которой стоит только стол, на котором стоит колокольчик, войдет человек и будет вынужден находиться в ней длительное время — то он обязательно позвонит в колокольчик. Доказано экспериментально. Почти доказано, потому что найдутся десяток-другой процентов, которые не позвонят. Что их остановит? Феллини в фильме «Дорога» бьется над тем, чтобы пробиться в душу того, у кого эта душа не видна, чтобы узнать, что в её темноте, чтобы внести в неё хоть толику света. .. . <b>К</b>ак заглянуть в душу другого человека? Чем измерить его чувства? А точно пи он чувствует? Что он чувствует? <i>Маска лица — что за ней?</i> А если это побитый жизнью, обросший мужик без возраста? Что за его угрюмой молчащей оболочкой? Что шевелится в нем? И точно пи шевелится? Что в нем происходит через 30-40-50 лет после детства? Лицо ребенка, лицо девушки — они так человечны. Может быть потому, что на них 'написана” человечность? Может быть потому, что мы так легко читаем эмоции на этих нежных, подвижных, бесхитростных лицах? Может быть мы любим их, каждое их мгновение потому, что видим отсвет чувств на их лице, которые меняются после каждого нашего слова или даже взгляда, обращенного к ним? Как вычислить, что чувствует другой, если его лицо — неподвижная маска и лишь очень ненадолго он способен поменять её на 3 или 4 других, столь же бессмысленных внешне, — на маски пьяного смеха, похотливой ухмылки, злобного оскала или заискивающего “смирения”? Как узнать — есть ли “глубокие”, “сложные”, “человеческие” чувства за этими его масками? По его делам? Домыслить-сочинить за него? ... <b>С</b>тоит колокольчик — человек позвонил. Увидел за решеткой серебряные украшения, когда вокруг никого — попытался дотянуться, чтобы украсть. Встретил в забегаловке доступную бабу — увез её в безлюдное место. Стал жертвой публичного издевательства — бросился на обидчика с ножом. Купил за 10000 лир девочку — заставляешь её отрабатывать деньги; она приболела — ухаживаешь и кормишь 10 дней кряду; стала в тягость, ей полегчало и появилась возможность освободиться от балласта — бросил; увидел трубу, которая тебе не нужна — подарил на прощанье. <i>А до того? Как до того шла его жизнь?</i> Призвали в армию и отправили на войну — воевал и выживал. Вернулся в разоренную страну, наткнулся на бродячих артистов, которые пристроили в цирковое представление с простейшим силовым трюком — стал зарабатывать этим себе на жизнь. Есть деньги — пьешь и ешь до предела, нет денег — хлебаешь из солдатского котелка пустые макароны в разрушенном хлеву. <i>Что у такого на душе?</i> Где в нем человек? Он пошел в бродячие артисты — позвала душа в дорогу, притянуло внимание зрителей, поманила свобода или просто подвернулся легкий хлеб во времена, когда полстраны голодала? ... <b>А</b> что канатоходец? Он смехом и шутками глушит боль жизни? Или прячется в них от страха перед смертью, играми с которой он каждый вечер зарабатывает себе деньги? Он пытается расшевелить всех вокруг, чтобы быть не одному, чтобы вокруг было как можно больше человеков? Или добивается внимания, чтобы увеличить социальный капитал? Он живет мечтой, что кому-то нужен самый последний камешек с дороги, кому-то нужны эти жемчужные плевочки в небе; что, если кто-то не отпускает другого и пусть даже бьет, — значит все-таки по-своему любит? А если не нужен, если игра случая так соположила космические константы, если не отпускает и бьет, потому что уплочено и надо отрабатывать? ... <b>Т</b>от первый – живой истукан — услышал мелодию, что играла та больная девушка на трубе, и душа проснулась? Он завыл и бросился к черным волнам времени с требованием всё и всех вернуть? Или просто упился и стало очень себя жалко, что вот так не свезло, а теперь и обслуживать его некому?… Что за маской побитого жизнью лица? Хочется думать одно, а что на самом деле? Где гарантия? А если он для всех вокруг стал непроницаем из-за постоянной заботы, что снедает его душу? Если каждый день, каждый час он думает о куске хлеба, который никем ему не гарантирован? Если его давит груз безысходности, что никто и никогда ему не придет на помощь, никто и никогда не поддержит; он — одинокий на всем свете — вынужденный думать и о себе, и о той полусумасшедшей, что нужно кормить каждый день… Если он устал, он очень устал, он уже устал всей своей жизнью, а потому стоит только появится возможности забыться — в пойле, девке или драке — он кидается в это с головой, иначе бы он кинулся с моста или залез в петлю? Ведь так он может думать, так он может искренне верить… А если он внутри в постоянном ужасе от мира, от людей, которые глупы и готовы лишь ржать и пугаться, которые ничего <i>не понимают</i> — ничего не понимают <i>в нем и его жизни</i>; если он не видит никакого просвета ни в чем и ни в ком, а потому плюнул хоть кому-то что-то говорить? Один — без семьи, без дома, без своего города или деревни — везде и для всех чужой… Так что за его маской? Как узнать? Спросить? Что он ответит, если он и сам себе ничего не может ответить? А если одна половина его жизни — лишь “реакция на колокольчик”, а всю вторую — он прячет от всех свою истерзанную душу? А если его душа просыпается только в одно мгновение из десяти? Становится он меньше человеком или больше? Что для него могут сделать другие? Что он сам может сделать для себя? Зачем ему что-то делать для себя и уж тем более для других? В нищей стране, среди голодных детей, в мире, в который он пришел, ни в чем не виновный… * * * <b>О</b>ткрытое лицо ребенка, девушки. Наивность юного создания, наивность слабого интеллекта. Не защищенность. Жизнь без наращенного панциря… Она так радовалась миру. Ей так было мало нужно. И ей нужен был весь мир. Она любила весь мир. Каждого. Она умеряла свою любовь с каждым прожитым днем. Она готова была видеть любовь уже во всем, в каждом. Но мир всё равно сумел начать убивать самое-самое дорогое — доброту, надежду и любовь. Так зачем жить в этом мире? Непостижимая высота помысла, непостижимая человечность… ... Феллини очень хотел пробиться в душу тех, которые живут так (а живут ли?), как будто души других не в счет, как будто души нет. Чтобы понять. Чтобы разбудить. Спасибо ему за это.

С этой картины началась слава Федерико Феллини и его очаровательной супруги Джульетты Мазины. Трогательная и грустная притча о человеческой природе. 'Дорога' - это не просто название, это символ. Символ самой жизни, аллегория судеб главных героев фильма, ищущих себя. Главная героиня Джельсомина - очень добрая и наивная, блаженная дурочка. Её угрюмый и грубый спутник Дзампано насмехается над ней. Но вот парадокс - в нашем жестоком и подлом мире невозможно жить без таких, как Джельсомина. Она искренне пытается пробудить в жестоком силаче хоть, что - то светлое, человеческое. И финал показывает, что это - таки происходит. В каменном сердце пробуждается горе, раскаяние. Запоздалое, но раскаяние. 'Дорога' - очень грустная картина, почти трагедия, но в тоже время это один из самых светлых и добрых фильмов, который обязательно нужно увидеть. Да, звучит несколько банально, но иначе не скажешь. Никакими словами не передать свои чувства от этой ленты. Феллини сознательно ушёл от эстетики неореализма в сторону странноватой, вневременной притчи, сделав главными героями странствующих циркачей. Комедия и трагедия в 'Дороге' неотделимы друг от друга. Клоунесса Джельсомина - совершенно комическая фигура, но её история глубоко трагична. Я не знаю, как это объяснить и как Феллини добился подобного. Образы героев гипертрофированные, нарочно преувеличенные (в плане их характеров). И при этом они все выглядят куда живее и естественнее, чем персонажи многих 'реалистических' драм. Джульетта Мазина - просто чудо! Я могу писать о фильме ещё много восторженных слов, но лучше не буду. Просто скажу: посмотрите 'Дорогу'. Обязательно посмотрите.

Все для чего-нибудь да нужно. Так герои фильма, Джельсомина и Дзампано сошлись на своем пути вместе. Разные по своей сути люди, они символизировали яркость контрастов между грубостью и нежностью, хрупкостью и мощностью, движением и неподвижностью. Две души, соединенные в дороге, были вынуждены противоречить друг другу и, меж тем, дополнять. Бродячий артист Дзампано, колесящий по миру со своим номером разрывания цепи грудными мышцами забирает из бедной семьи девушку Джельсомину себе в помощницы. Так кочуя из одного города в другой, они дают одно и то же представление. Для Дзампано – это просто заработок на жизнь, для Джельсомины – это нечто новое, она рада помогать и учиться. Звероподобная, дикая натура Дзампано не знает и не понимает тонкую сущность, всю грацию девушки. Он ее не замечает попросту, живя так, как жил всегда, он представляет собой нечто закостенелое и даже неживое, реагируя только врожденными инстинктами на внешние проявления жизни и совершенно не думая ни о чем, как сам он и заверял. Джельсомина наоборот проникается к Дзампано, от желания уйти от него, бросить, она приходит к тому, что, возможно она ему нужна и что она его и любит. Но зверь есть зверь, его не приручить до конца никогда и ни к каким чувствам не воззвать. И вопросом остается, для чего же, все-таки была нужна Джельсомина для такого человека как Дзампано, чем она послужила для него, смогла ли она пробудить в нем хоть нотки человечности? Так неужели в этом мире нет места добру, детской наивности, неужели этот мир в полной власти черствых людей? Неужели такой образ Джельсомины – просто недосягаемая воля большинства к жизни, к чему- то доброму? Или такие люди только созданы на потеху тем, кто не может жить, а только выживать?

СЮЖЕТ:В воображении Феллини возникла дорога, цирк с его лоскутной пестротой.… Когда Феллини только намекнул кинодраматургу Пинелли о своем замысле, тот пришел в полный восторг. Оказывается, Пинелли придумывал подобные истории о странствующих людях. Получалось что-то вроде плутовских новелл из жизни цыган и акробатов.Лично мне интересны фильмы связанные с бродячим цирком, уличным шарлатанством и похожей тематикой. Таких фильмов очень мало, поэтому сценаристы имеют огромное пространство для реализации своих идей. ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ: Дзампано и Джельсомина – бродячие цирковые артисты. Дзампано уже много лет выполняет один и тот же силовой номер, а Джельсомина выступает в качестве ассистентки. Первоначально, как только я увидел Дзампано, мне показалось это Юрий Никулин, но на протяжении фильма, сходства исчезло. Энтони Куинн превосходно справился с ролью, и показал настоящего неотесанного мужлана коим хотелось видеть этого персонажа. Актриса же игравшая роль Джельсомины, справилась немного хуже, но тем не менее заслуживает награду «Британская академия». Но самый занятный, по моему мнению, герой в этом фильме - это Шут, который всеми силами, своим бесконечным смехом вызывает скорую смерть, которую он трепетно предчувствует. Его смех, сильный и полный жизни, на самом деле предсмертный - стоит разбиться часам и жизнь закончена. ИТОГИ: Трагедия всех героев данного фильма - они, словно маски с ярко выраженной одной чертой, не понимают суть жизни и постепенно движутся к собственной смерти. Джельсомина - это наивность, Дзампано - необузданная сила и агрессия, Шут - безудержный смех, разрушающий самое себя. В итоге получается - трагикомедия масок в стиле средневекового театра, и стиле Средневековья же происходит путешествие Дзампано и Джельсомины, которое наложилось на первоначальную идею изображения рыцарских скитаний. Фильм напомнил книгу Мигеля де Сервантеса «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский». В заключение можно сказать пару слов: Несмотря на отвратительное качество, это доброе и невыносимо грустное кино должно быть увиденным каждым, независимо от возраста и предпочтения того или иного жанра. 9 из 10