Великая красота

Я смотрела его спокойно, почти отстранённо, как будто сквозь витражную перегородку с одной стороны яркое, кричащее великолепие, с другой тишина, в которой рождаются настоящие мысли. Я не стремилась понять его сразу. Я просто наблюдала. И он развернулся передо мной, как вечерний Рим, лениво мерцающий огнями в полусонной неге. На первый взгляд, это фильм о человеке, который устал. Главный герой Джеп Гамбарделла, 65-летний писатель, журналист, циничный обитатель богемной элиты, где шумная вечеринка это форма забвения. Впрочем, не только для него. Каждый герой фильма по-своему прячется, кто-то за маской интеллектуала, кто-то за пластическими операциями, кто-то в алкоголе и беспорядочных связях. Джеп, в отличие от них, осознаёт это и не врёт себе. Он честно признаёт, великая красота давно ушла из его жизни. Но был ли шанс её удержать? И что это за красота вообще в искусстве? в любви? в молодости? Меня не тронули вечеринки с брызгами шампанского, не увлекла эстетика тел, танцующих под кислотную музыку. Это всё шум, дымовая завеса. Но вот что я почувствовала: в каждом кадре, даже самом помпезном, звучала тоска. Настоящая, хрупкая, ранимая. Тоска по смыслу. По глубине. По тишине. Джеп однажды написал роман и больше не смог повторить этот опыт. Не потому что не хотел, а потому что, кажется, разочаровался в людях. И в себе. Когда ты тонко чувствующий человек, цинизм становится защитой. Я понимаю это. Это не холод это панцирь. От слишком громких чувств. От боли, когда ты видишь, как под красивой оболочкой ничего не осталось. Или, наоборот, осталось, но никто этого больше не замечает. Фильм почти не развивается в привычном смысле слова. Это не история с завязкой и развязкой, не путь героя, а скорее медитативное течение времени. Мозаика из лиц, монологов, воспоминаний. Это не каждому подойдёт — кто ждёт динамики, тот может заскучать. Но я не скучала. Я слушала. Я наблюдала, как на лице Джепа появляется лёгкая усмешка, когда он смотрит на очередную «икону искусства» или пудрящую нос даму в мехах. Но в этой усмешке — не злость, а почти материнская жалость. Он их понимает. Он тоже часть этого круга. Только разглядел чуть больше. И всё же, несмотря на показную пустоту, фильм полон настоящих моментов. Разговор с монахиней в конце один из них. Или воспоминания о первой любви, внезапно воскресшие спустя десятилетия. Это было особенно болезненно, узнать, что кто-то хранил твою фотографию всю жизнь, в то время как ты давно забыл и перестал верить, что чувства могут быть такими чистыми. Мне было тяжело в этом моменте. Потому что я знаю, как мы часто не ценим то, что может быть самым важным. Не из злобы, а просто потому что не распознали вовремя. Операторская работа в фильме, это отдельное искусство. Каждый кадр будто написан маслом. Рим здесь — не просто фон, он как живое существо: величественный, уставший, прекрасный в своей изношенности. Я словно чувствовала, как пахнут камни его площадей, как отдают теплом колонны церквей. Это город, который помнит больше, чем мы сможем когда-либо понять. И Джеп, как часть этого города, тоже полон воспоминаний. Он будто не человек, а дневник эпохи. После фильма я долго сидела в тишине. Не хотелось говорить. Захотелось просто быть. Без ярлыков, без спешки, без фонового шума. Захотелось увидеть в своей жизни ту самую великую красоту, которую, возможно, мы давно потеряли из виду. Может быть, она в утреннем солнце на кухне. В детском голосе. В людях, которых мы любим, даже если не всегда это признаём. А может, в том, чтобы просто остановиться и почувствовать себя живым. «Великая красота» это не фильм, который понравится всем. Это зеркало. Оно не льстит, не делает тебя лучше, но позволяет заглянуть в самую суть. И если ты готов, ты увидишь. И уже не сможешь быть прежним. Я не знаю, посмотрю ли его снова. Возможно, нет. Потому что это не тот фильм, с которым хочется встретиться дважды. Он слишком честен. Слишком обнажён. Но я благодарна, что он случился. Потому что напомнил, даже если всё вокруг мишура, внутри всё ещё может звучать, та самая, великая, незабытая красота.

Режиссер Соррентино приводит нас в итальянский город Рим в день 65-летия Джепа Гамбарделлы, обладателя самой престижной литературной итальянской премии. 40 лет назад. И с тех пор как отрезало. Литератор Джеп перестал существовать, переродившись в Джепа-публициста, что, впрочем, выглядит великолепным выбором карьеры - Джеп очевидно преуспел. И вот на этом моменте в коробочке создателей детали образа закончились. В чем причина завидного благополучия Джепа? Книга давно исчезла из магазинов, пиццерии «Гамбарделло» мы в кадре не видим, интервью его бездарны (он и сам это признает, отказывая другу в издании сборника), богатой жены или сожительницы нет и, по всей видимости, никогда не было. Постепенно вычеркивая потенциальные источники солидных доходов Джепа, я с изумлением обнаружил, что остался единственный – «материнская» забота главного редактора периодического издания, где публицист Джеп, если можно так выразиться, работает. Паоло Соррентино снял жестокое кино. Джеп не просто движется к смерти, как и положено в его возрасте. Джеп осознает, что его вообще здесь никогда не было в том виде, который он себе до сих пор представлял. Джеп как олицетворение Рима, король Рима - лишь иллюзия. Цитирую: «Всего лишь фокус». В очевидно шедевральных декорациях итальянской столицы и окружении прекрасных итальянок Аниты Кравос, Галатеи Ранци, Сабрины Ферилли, Джулии ди Кильо и Анны Луизы Капаса. «Я всегда искал Великую Красоту и... не нашел», - звучит подчеркнуто издевательски в устах обладателя балкона с видом на Колизей. Итальянец Паоло Соррентино сделал то, что (по словам главного героя) не удалось Гюставу Флоберу. Сотворил художественное произведение про «ничто».

Картина про жизнь разных людей в одно время, в одном городе — Риме. Можно думать, что фильм для «аристократов голубых кровей» и для простых смертных он затянутый, с несвязными кадрами, в которых нет ничего окромя красот Рима. Отчасти вы будете правы, но помимо всего этого вам показываются длительные диалоги с философскими нотками, так горячо любимые Паоло Соррентино, которые не оставят тебя в покое, даже после просмотра фильма. Это моя вторая картина Соррентино. Фильм «Лоро» я смотрел на итальянском с субтитрами, а эту в дубляже, и это абсолютно разные берега. Моя рекомендация – смотреть Соррентино только в оригинале. Мне этот фильм безумно понравился ещё и по той причине, что в главном герое я увидел свою старость. Без понятия откуда у меня всплыла эта картина в голове, но именно так я и представляю свои старческие годы. Цитата: «Все всегда заканчивается так. Смертью. Но прежде нее была жизнь. Жизнь, скрытая под бесконечными бла-бла-бла-бла». Рекомендую

«Все всегда заканчивается так, смертью, но сначала была жизнь, скрытая за бла-бла-бла, все решалось под болтовню и шум. Тишина, чувства, переживания и страх — редкие и беспорядочные вспышки красоты, а потом убожество несчастного человека. И все это погребено под покровом смущения от существования в этом мире. Бла-бла-бла…» Как описать то чувство, которое поглотило меня после просмотра фильма? Как вылезти из этого, как предостеречь других? (впрочем, никто не готов предостерегаться). Все перевторично и перетретично уже! Но Паоло Соррентино удалось сильно задеть меня. Фильм напомнает мне «Сладкую жизнь» великого Федерико Феллини, но Dolce Vita меня трогает куда меньше, чем La grande bellezza. При всем этом, я понимаю, что фильм добротный и классный, но не шедевр. Ну и пусть! Зато в меня он попал! Поиски красоты, казалось бы, созвучны и бертолуччевской «Ускользающей красоте». Но, кроме сбивающей с ног, ошеломляющей красоты и похожих названий, на мой взгляд, у них нет ничего общего. «Оскар» за лучший иностранный фильм и, фактически, все, кроме Канн (но Канны, вообще, неадекватные какие-то стали). Очень много символизма. Очень. Но фильм достаточно прост, шифры прозрачны и читаемы. И это совсем не плохо. Эстетика фильма затягивает с самого начала. Красота архитектуры и шедевров искусства вечного Рима, «красивость», лоск, гламур и строгость монашеских песнопений… Обалденные дизайнерские решения. Когда я увидел, куда смотрит огромная, великолепно обставленная терраса дома главного героя, я обомлел – она прямо над Колизеем! «Я хочу умереть именно там!» – тут же подумал я. А сам главный герой Джеп Гамбарделла (Тони Сервилло) – вальяжный журналист, лев бомонда – поражает не меньше. Холеный, лощеный, но совсем не пустышка. Умный и тонко чувствующий прекрасное, с великолепным чувством юмора и острым пером. Он написал в юности одну книгу, которая стала очень популярной, но одну и в юности. Оказавшись со своим бестселлером в центре светской жизни Рима, Джеп решил, что станет Королем Бомонда. И стал. Только книг уже писать не мог… При всем при этом он не надменен, не самолюбив и не позер. Он достаточно скептичен, реалистично оценивает окружающих и даже себя. Почему еще в самом начале режиссер убивает невинного туриста? Явно азиатский турист (чуждый и восторженный) оживленно осматривает красоты Рима и фотографирует его чудеса. И, вдруг… падает замертво. Наверное, инфаркт. Но режиссер уводит нас от этого события, переключаясь на роскошную вечеринку Джепа, справляющего свое 65-летие. О! Вот это грандиозно! Грандиозно? А присмотреться? Высшее общество – люди богатые с положением и в летах – сходят с ума в экстазе самозабвенного веселья. «Дикие животные», как назовет их в конце фильма хозяин вечеринки. Он видит и понимает это с самого начала, но это правила игры его круга - общества декадентов-патрициев, священников-гурманов, разжиревших актрис и снобов-интеллектуалов. Ну, может, я и сгущаю краски, но, по-моему, здесь явно чувствуется отсыл к «Сатирикону» Феллини. Красота и смерть, красота и разврат. Красота и увядание. Декаденс. Красота постмодернизма. Это наше время. Время потерянных ценностей. Сартровская тленность. И снова о красоте! Режиссер на секунду столкнул на одной из римских лестниц Джепа с Фанни Ардан. Вот это красота! Джеп, блаженно улыбается ей вслед, а мадам Ардан покидает кадр и фильм навсегда. Она не для этого кино, где вся красота лжива, где даже похороны полны «красивости» и позерства. Так встать, то сказать, ни в коем случае не заплакать, чтоб не отнимать роль у родственников. Красиво смотреться внешне – вот кредо. «Почему ты больше не пишешь?», часто спрашивают Джепа. Тот отшучивается или замалчивает. Как журналист глянцевого издания, Джеп бывает на многих ультрасовременных перформансах, инсталляциях и прочих действах. Современное искусство, врачевание, интервью с художником (отсыл к Абрамович?) – все это Сорретино подверг строгой критике, показав глазами очень трезво мыслящего Джепа. Режиссер, вообще, выделяет своего героя из всех – Романо, уезжая из Рима, в котором прожил 40 лет, но, который его ужасно разочаровал, захотел проститься только с ним, с единственный живым человеком.. Джеп пытается продраться сквозь эту фальшь и увядание, встретив Рамону. Загорается. Они даже умудряются не переспать в первую ночь, не пойдя по очевидному сценарию, настолько это уже вторично для них. - Было мило не заниматься любовью - Было мило любить. Интересная линия карлицы – владелицы журнала. Образованная, тонкой душевной конструкции дама, она понимает все. И принимает, не сопротивляясь. У нее и власть, и деньги, все, кроме внешности, увы. «Я – королева неудачников!» - говорит она. «Почему ты больше не пишешь?» Очередная вечеринка. Очередной «паровозик» из танцующих, прекрасный, по словам Джепа, тем, что никуда не едет. Джеп откровенничает со своей преданной служанкой: «…посмотрите на этих людей. Это – дикие животные. Это моя жизнь! И она – ничто. Флобер не смог написать книгу про Ничто. Может, я смогу?» Интересна линия религии в фильме. Епископ, о котором судачат, что он самый великий экзорцист, при знакомстве говорит только о своих гастрономических впечатлениях. А на серьезный вопрос Джепа не отвечает, отвлекшись на какую-то даму. Говорят, этот епископ-кулинар, однозначно, станет папой. Дальше без комментариев. Сестра Мария. Действительно святая? Ест только корешки, потому что «корни – это важно», «обручилась с бедностью». Уже ничему не верю. Но вот по воле сестры Марии целая стая фламинго опускается на террасу! Красота! И улетают, когда она их отпускает. Хм? Святая? - Почему вы больше не написали ни одной книги? - Я искал Великую Красоту! Но я ее так и не нашел. Великий город, мертвый город, мертвые люди… Это, вообще, фильм о смерти. Ой ли? Смотрите до конца! 8 из 10

Формат картины рассчитан далеко не на всех. Тут нет классической структуры фильма, даже нет начала и конца в их классическом понимании. Главный герой, за свою продолжительную жизнь накопил такой объем жизненного опыта, что, кажется, в этой жизни для него не осталось ничего непонятного или удивительного. У него нет ни зависти, ни злости. Он принял свое место, практически не испытывает чувств и просто плывет по жизни, наблюдая за окружающими. Он видит природу людей лучше, чем они сами, и принимает ее как есть. Зрителю предлагается присоединиться к нему в этом путешествии и т. к. фильм не дает моральных оценок или однозначных трактовок, путь этот очень сильно зависит от жизненного опыта наблюдателя. Что сегодня может восприниматься однозначно в каком-то определенном цвете, лет через 10, может принципиально видоизмениться, и лет через 10 еще и еще… Браво! Фильм заслужено занял свое место в папке с фильмами, обязательными к пересмотру. 9 из 10

Иногда «культовые кинорежиссёры» снимают фильмы-исповеди, которые как бы «для себя и ещё оммажи». Позже к оным прилепляют ярлыки типа «манифест поколения» или «творческое завещание». Только вот некоторые подобное делают лихо, ярко и даже с сюжетом («Воображариум доктора Парнаса» Терри Гиллиама), а некоторые снимают… «Великую красоту». И вот казалось бы – в режиссёрском активе есть всё, из чего можно собрать и глубоко, и динамично, и даже актуально. Но – нет, автору как будто принципиально не-интересно делать интересно. Потому что по факту эта «Великая красота» сведётся к перемещениям по Риму сытого, богатого (само собой, белого цисгендерного) престарелого мужчину, который все два часа занимается тем, что… скучает. Собственно, кроме ничего скуки Тони Сервилло (исполнитель условно главной роли) нам и не покажет. Он будет лениво слоняться, задавать никчёмные вопросы, натужно шутить в компаниях и бессмысленно монологизировать. Он не будет пытаться быть для зрителя хоть каким-то. Равно как и многие прочие персонажи. Равно как и локации. И когда – казалось бы – вот хоть какая-то кульминация у этого всего унылого действа, нет – вскоре нас опять перетащат на условно новую локацию, где будет происходит примерно то же, что и в предыдущих. И честно говоря, я не уверен, что «Великую красоту» имеет смысл понимать как отдельный оригинальный фильм. По сути это – кое-как склеенный набор монтажных срезок, как бы оставшихся от… некоторых будущих фильмов Соррентино. Разочарования и растерянность перед старостью – уйдут в «Молодость», а «тема Ватикана» (отчасти сатирическая, отчасти магическая) – мастерски воплотится в сериалах «Молодой Папа» и «Новый Папа». Так что «Великую красоту» – возможно, если и смотреть, то уж точно – ПОСЛЕ этих двух работ, но никак не ДО. Вот там – будут и сюжеты, и эмоции, и рефлексии, и ирония, и даже самоирония. Но не сейчас, не в этом «манифесте поколения». Такой вот занятный парадокс. Только он совсем не делает «Великую красоту» фильмом на который хочется потратить буквально более двух часов.

Поскольку я пока не смотрел ни одного фильма Феллини, тут не будет пафосного сравнения или анализа “двух эпох” или заявлений о “новом Феллини” в лице Паоло Соррентино. 'La grande bellezza' можно охарактеризовать как авторский фильм не для всех. Я не очень люблю эту фразу, так как кино — это прежде всего искусство, а в искусстве нет понятия “не для всех”. Каждый видит в картине, книге или фильме то, что он хочет/может увидеть. Так что не бойтесь смотреть любые фильмы и составлять СВОЁ мнение! Теперь перейдём к самой рецензии. Тони Сервило ('La ragazza nella nebbia' 2017 или “? stata la mano di Dio”) играет роль 65-летнего писателя, являющегося неотъемлемой частью римской богемы. Переживая личностный и творческий кризис, он прожигает свои будни в бесконечном поиске смысла жизни и ироничной “Великой красоты” из названия картины с утра и в пьянках с такими же никчёмными и уставшими от всего стариками. Конечно, описание может показаться скучным, но картина совсем не про действие. Она про созерцание и осмысление своей жизни и жизни как таковой. Лично мне было не особо сложно ассоциировать себя с главным героем (в силу моего характера), но молодым и шутливым ребятам подобные диалоги могут показаться пустым трёпом чванливых бумерков. Только не стоит думать, что фильм весь из себя серьёзный. В нем полно злой сатиры, забавных ситуаций и просто приятного юмора. Но, конечно, нельзя обойти стороной тему одиночества. Казалось бы, Рим — сердце Европы и древнейший город, где мечтают жить многие. Главный герой постоянно находится в окружении либо толпы, либо своих “друзей”. При всем при этом, кем бы ты ни был, очень легко остаться абсолютно одному, не найдя себе места в таком окружении. И тут это подаётся не так пафосно, что тебе хочется поставить цитату в статусе в ВК (как это было с первым 'Братом'), а очень просто, жизненно. Чего у фильма не отнять, так это атмосферы. Фильм невероятно нежный и поэтичный. Любителям солнечной Италии, одетых с иголочки пожилых итальянцев живущим под чарующий, эмбиентный саундтрек Леле Маркителли (постоянного композитора в новых фильмах Соррентино) посвящается. Это самое настоящее аудиовизуальное пиршество, от которого невозможно оторвать взгляд. Причём это не кричащий вайб Рефна, от которого у тебя глаза источают неон, а уши – электронщину (в хорошем смысле). “La grande bellezza” одевает тебя в летний пиджак с белыми льняными брюками, сажает тебя под навес на террасу летнего кафе в центре Рима, наливает чашку эспрессо и позволяет дожить остаток дней, наслаждаясь тёплым воздухом, беззаботной атмосферой и приятными беседами ни о чем со своим лучшим другом/подругой 7.5 из 10

Прежде чем смотреть этот фильм запаситесь терпением и бокалом хорошего красного вина. Фильмы Соррентино всегда затрагивают философско-сатирические вопросы. К этому нужно быть готовым, иначе желание выключить фильм придется постоянно перебарывать! Несомненным плюсом картины являются пейзажи Рима, операторская работа и диалоги. Друзья, эти сатирические подколы нужно услышать и воспринять, пропустить через себя. Они не сложные, но набирают наибольшую ценность только всвязи с личным опытом. Главного героя, Джепа Гамбраделлу, мне хочется сравнить с Римом, его городом мечты. Джеп взрослый, статный мужчина, достигший в жизни хорошего состояния и высокого положения в обществе, где и является королем. Мужчины возраста Джепа задаются вопросом: в чем был смысл моей жизни? Вокруг Джепа происходит день сурка. Я думала, что он будет брюзжать на молодежь в стиле 'В наше время такого не было', однако, герой беззлобно подшучивает над пустыми людьми, пытаясь через них постичь что-то тайное. Весь фильм зритель задается вопросом: почему же такой пытливый писатель-журналист за всю жизнь написал только одну книгу, которая стала бестселлером и пришлась по вкусу даже Святой? Я думаю, что ответ у каждого свой, а Джеп Гамбраделл, услышав его, слегка улыбнется и скажет что-то в стиле: Какая интересная версия, признаться честно, я о ней даже не думал, и вряд ли буду думать хоть когда-нибудь. 5 из 10

Юмористически-философская лента, затрагивающая абсурд жизни и смирение с ним. Вряд ли подойдёт людям, которым презирают искусство и философское отношение к жизни, над этими темами картина постоянно иронизирует не отрицая. Главный герой своим богатым жизненным опытом блуждает от снобизма к самоснобизму, при этом в свою разуме не до конца определившись, и периодически смягчая своё реальное отношение по сравнению с заранее высказанным шаблоном отстраненно-безразличного поведения. Во многом о том, что человеческий путь многообразен и не стоит переживать о том, чего уже не достичь и не обрести, куда важнее наслаждаться моментом

У европейского кино есть особый стиль. Конечно, нельзя судить обо всех фильмах сразу, но те немногие фильмы европейского кинематографа, которые я посмотрела, характеризует то, что они акцентируют внимание зрителя на деталях, при этом показывают мир откровеннее, реалистичнее, а иногда даже «грязнее» настолько, что хочется отвернуться от экрана. Нет, при просмотре фильма «Великая красота» режиссера Паоло Соррентино вам, конечно, не захочется отвести глаза, ведь в данном случае «откровенность» лишь подкупает. В чем же она проявляется? Прежде всего, в мыслях главного героя, Джепа Гамбарделлы, и остроумных диалогах. Особую ценность фильма представляют контрастность его персонажей. Практически с первых кадров нас окунают в бездну шумного яркого праздника – вечеринки в честь 65 дня рождения Джепа, известного во всем Риме журналиста, роль которого исполняет Тони Сервилло. Так происходит наше знакомство с главным героем и его окружением. Этот день можно считать поворотным моментом в жизни Джепа, когда время для него вновь становится ценным ресурсом. «Через несколько дней после того, как мне исполнилось 65, я понял одну важную вещь: я не могу больше тратить время, делая то, что не хочу делать». Кто такой Джеп Гамбарделла? Он не просто часть римского бомонда. На вечеринке одна из его гостей крикнула «С Днем рождения, Джеп! С Днем Рождения, Рим!», поэтому, вполне вероятно, что, не преувеличивая, он называет себя королем Рима. У него есть «ключи» ко всем дверям этого «открытого города» (ред. отсылка к фильму «Рим, открытый город» («Roma citta aperta»)). Он писатель, который написал свой единственный «прекрасный и жестокий» роман 40 лет назад. На протяжении всей жизни его спрашивают, почему он больше не написал книг? И мы на протяжении всего фильма пытаемся это понять вместе с самим Джепом, занимаясь поисками «великой красоты» в Риме. Сможет ли он отыскать ее, а с ней и вдохновение для новой книги? Как писатель, он является прекрасным наблюдателем. Каждая сцена жизни вечного города не ускользает от его взгляда. Мы не знаем, всегда ли он был таким или по прошествии лет растерял эту способность и вновь ее приобрел? Может быть, просто эти проявления жизни снова приобрели для него значение. Глазами Джепа мы детально исследуем окружающий его мир без прикрас. Герои, входящие в ближайшее окружение Джепа, вызывают не меньший интерес. Прежде всего, это его друзья и близкие знакомые, которые часто бывают у него дома на террасе с видом на Колизей. Так проходит их жизнь в бесконечных вечеринках, встречах, пустых разговорах. У каждого свои проблемы: измены, одиночество, сумасшествие родного человека и прочие, и ночная жизнь помогают им закрывать на них глаза, забыться за легкой беседой о ерунде. Однако это не значит, что не бывает минут искренности в их общении. Мы видим «настоящего» Джепа в компании его самых близких друзей. Почти семейный ужин в редакции за душевной беседой с его начальницей-карлицей, Дадиной, кажется их традицией. Ей он говорит о своих переживаниях: «Я не гожусь для жизни в этом городе...» С другим своим старым другом, Романо, Джеп делится своими мыслями о том, что хочет снова писать. Из их разговора мы узнаем об отношении Джепа к женщинам: «В моем возрасте красоты недостаточно». Это объясняет его интерес к дочери его приятеля, Рамоне, с которой он познакомился в клубе, где она танцует стриптиз. Она пробудила в нем любопытство своей искренностью, отсутствием притворства, а, может быть, и своей тайной. Картина Рима не была бы полной без второстепенных колоритных персонажей. Каждый из них появляется с определенным смыслом, потому что в этом фильме нет ничего случайного. Претендующий на папский престол кардинал Беллуччи интересуется больше рецептами блюд, чем вопросами духовности. Напротив, нам показывают аскетизм 104-летней сестры Марии, приехавшей в Рим, чтобы на коленях подняться по святой лестнице. Запоминаются образы хранителя ключей от самых красивых домов Рима и обедневшей аристократии. Благодаря этим героям представление общества Рима становится еще более многогранным. Однако контрастность присуща не только персонажам. Она в музыке: за счет великолепного сочетания классической музыки с современными битами каждый кадр дарит зрителям нужную эмоцию. Контрастны сцены жизни Рима, события итальянской столицы, ведь «в Риме всегда что-нибудь происходит». Мы видим, как сосуществует «прекрасное» с «безобразным». Режиссер намеренно акцентирует наше внимание на противопоставлении пороков мегаполиса и поразительно красивых кадров повседневной жизни, приправленных восхитительным музыкальным оформлением. Камера застывает на мгновение, и кажется, что эти кадры на самом деле произведения искусства, достойные галереи Боргезе. Символично, что вечным является только город. Люди уходят из жизни Джепа по разным причинам: кто-то покидает Рим, разочаровавшись в нем, кто-то умирает. Тема жизни и смерти проходит красной нитью на протяжении всего повествования. «Все вокруг меня погибает», - делится он со своей подругой Дадиной, пережив внезапный уход из жизни Рамоны и известие о смерти его первой любви, Элизы, о которой он ничего не слышал 40 лет. Последнее событие пробуждает в Джепе ностальгию, мысленно он часто возвращается в прошлое. «Корни – это важно». «Великая красота» - это фильм, открыто заявляющий также о проблемах современного общества и его ценностях: забота о внешней красоте в ущерб внутренней; ориентация на низшие ценности; безразличное отношение к чувствам других людей и одиночество. Ценности людей нашего времени отражаются и в некоторых проявлениях современного искусства. Нам показывают претенциозность отдельных «художников»: как за красивыми абстрактными словами скрывается полное отсутствие смысла. Мы видим, какой ценой даются эти произведения искусства. Так, возможно, и правда «старое лучше нового»? «Великая красота» заставляет задуматься над многими темами. Сколько вопросов возникает на протяжении просмотра этого шедевра итальянского кинематографа, столько ответов каждый найдет для себя. Однако следует с уверенностью сказать, что, посмотрев фильм, все зрители переживут сильные и невероятные эмоции, ведь прекрасные панорамы Рима, каждая минута повествования, ненавязчивые размышления главного героя и музыка, находящаяся в удивительной гармонии с картинкой, никого не смогут оставить равнодушными.