Берлин: Симфония большого города

Фильм отличает мастерский монтаж. Перед зрителем разворачивается широкое импрессионистическое полотно жизни большого города. Каждый кадр или фрагмент находится в диалоге с соседними – это и создает разнообразнейшую музыкальную ткань. Режиссер не стремился к драматической динамике, но фильм, разделенный на акты, имеет ощутимую ритмику, подчеркнутую наложенной музыкой. К концу каждой части идет заметное усиление темпа, образно это выражается через мощную жизнь механизмов – заводов, поездов – это индустриальный ритм, который авангард воспринимал, как новую поэзию: трубные выдохи заводов, ходящие части механизма на конвейере, «капельки пота», катящиеся по паровозу, волевые линии рельс. Вот он новый «прекрасный и яростный» мир! В нем еще нет усталости от бессмысленности повторения, только звучание сверхмощного сердца, заразительная устремленность. Вальтер Руттманн – один из ярчайших документалистов – относится к немецкому киноавангарду. Тяга к изобретательству и смелый эксперимент отличают многие работы этого периода. В этом фильме нет архаичности, которая порою чувствуется в старом кино, он увлекателен и современен. «Симфония большого города» практически лишена политической окраски. Хотя смотря это кино сейчас, нельзя не заметить мелькнувший образ брехтовской Иоанны скотобоен. В отличие от Фрица Ланга, Вильгельма Мурнау или Эрнста Любича Руттманн не покинул Германию с установлением 3 рейха. Но в Берлине 1927 года еще нет неминуемых предчувствий и наползающих теней, ведь еще остается будущим и «Триумф власти» (где Руттманн был одним из сценаристов), и «Немецкие танки». Только в нашем сознании коротко вспыхивает тревожность от выкриков газетчиков и надвигающихся заголовков. 9 из 10

Фильм не сопровождаемый звуковой дорожкой назвать «симфонией» довольно иронично со стороны автора. Но, как не было бы парадоксально, в фильме ощущается ритм, даже некая мелодика. Достигается это благодаря прекрасному монтажу – визуальное чутье автора не подвело. Журнала «Премьер» (2004г. №73) назвал фильм в десятке лучших документалок (тут де: «Олимпия», «Триумф воли», «Человек с киноаппаратом» и несколько фильмов поновее). А журнал «Empire», в свою очередь, называет фильм среди лучшей тридцатке немых фильмов (здесь и Довженко, и Эйзенштейн, и Дрейер, Гриффит, Мурнау, Ланг – в общем, прекрасная компания). Кстати, параллели к «Человеку с кинокамерой» Дзиги Вертова – сами собой напрашиваются. Его даже можно было бы назвать «Киев, симфония большого города». На при этом неизвестно кто на кого больше повлиял, так как предыдущие киноэксперименты Вертова ощущаются в работе Руттмана. Но как бы там ни было – оба фильмы прекрасны, и оба удивляют своими монтажными изысками. В «Берлине» синхронно смонтированы кадры с гражданскими, солдатами и коровами – уже многого стоит. И хотя выглядит «с намеком», фильм все же аполитичен… более или менее. На протяжении всей ленты чувствуется любовь автора к технике. Это, конечно, не Леже, который в основу изображения положил «движение механизмов» (и немного менее, людей – уподобляя их механизмам), но все равно отдельные кадры просто насыщении благоговением перед техникой, механикой (минут 7 начала фильма – авторы отдают предпочтение поездам, рельсам и депо). В итоге, картина скорее симфония индустриального-неважно-какого города. Но симфония гениальная! Не так давно я читал текст талантливой одесситки Иры Стефак о Берлине. Вот там действительно город чувствовался в каждом слове. И это был именно Берлин и никакой другой! Как бы Он сам о себе рассказывал. У Руттмена вышел гениальный фильм, но не обязательно о Берлине. Мои 10 из 10, и дал бы больше