Выход 8

Разумеется, всё это – метафора замкнутого в бесконечную ленту Мёбиуса цикличного уклада жизни японского обывателя, встав с кровати, умывшись и перехватив что-то наспех из еды, отправляющегося на работу в переполненном вагоне метро, заткнув уши наушниками с гипнотическим, спотыкающимся на одном и том же месте, равелевским Болеро, отрезая им себя от всего вокруг, включая скандалящего пассажира, срывающегося на женщину с кричащими в плаче ребёнком. Обычный ритм нарушает звонок подруги с известием о беременности, в растерянности не знающей, как ей дальше быть, имея в виду недавний разрыв в их отношениях. А через несколько шагов ошарашенный Человек уже шагает по замкнутому коридору к выходу 8, обязанный следовать предписанным ему правилам, требующим поворачивать прочь при любых отклонениях от исходного состояния «чёртова места», наматывая те самые круги жизненного цикла, где нет права отклониться от угнетающего однообразия раз и навсегда установленного стандарта. После череды тщетных попыток достичь цели его настигает страх, что он навсегда привязан к этому месту, обречённый перебирать в уме формы и облик всего, что попадается ему на глаза. Несколько странных персон усугубляют картину нахлынувшего кошмара, где ключевой фигурой оказывается возникший из ниоткуда мальчонка, дополняющий основную метафору конфликтом поколений, с устоявшимся в японском обществе правилом непоколебимой правоты старшего, обычно не воспринимающего младшего всерьёз, неприятие которого главным героем может рассматриваться, с одной стороны, как аномалия его собственного поведения, а с другой, как принятие им на себя ответственности, выход из зоны комфорта, традиций и стереотипов, а вместе со всем этим – результатом его тихого помешательства, как и помешательства застрявших в том же коридоре людей, оказавшихся, по существу, в ином человеческом измерении. При всех мелких кознях чертовщины бесконечность хождения по коридору утомительна и для его узника, и для раздражённого зрителя в который раз вместе с ошалевшим главным героем (актёры здесь работают больше на портрет, чем на образ), кружа в пространственном небытии, пересчитывает стальные двери и предметы, развешенные на гулких стенах, подставляя в его монотонный счёт унылые строки А. Блока: «Ночь, улица, фонарь, аптека, Бессмысленный и тусклый свет. Живи еще хоть четверть века - Всё будет так. Исхода нет. Умрешь - начнешь опять сначала И повторится всё, как встарь: Ночь, ледяная рябь канала, Аптека, улица, фонарь».

Писатель Гэнки Кавамура экранизировал игру. В целом, все три элемента легко отражают главное в творчестве мегапопулярного сегодня японца - рефлексию на тему одиночества. В его книгах много сентиментальных реакций на жизненные коллизии, а в игре про поиск выхода из токийского метро - пространства для бытового абсурда. Переплетение двух линий выдает что-то вроде вакуумного триллера в закрытом пространстве, сцепленного с каким-то не особо оригинальным социальным или личностным посылом. И 'Выход 8' жанрово укладывается именно сюда Простой японский мужчина едет в вагоне метро. Рядом кричит ребенок на руках у измученной матери. Потом на нее кричит столь же измученный белый воротничок. Наш герой закрывает шум наушниками, погружается в себя. Поезд приезжает, ему звонит подружка, сообщая, что беременна. Пока она выливает душу, как мы вскоре поймем бывшему, и просит сделать выбор, герой замечает, что уже проходил по этому коридору. Этот мужчина уже шел навстречу. Этот плакат тоже висел. Да и вентиляция шумела точно так же. Это петля времени. И выбраться из нее можно, лишь добравшись до таинственного выхода 8. Но чтобы попасть туда, нужно замечать аномалии. Если ошибся, ты снова в самом начале Нативная механика игры - находка для блудливых пальчиков метро-игроманов, коротающих десятки минут в удушливом транспорте. 'Выход 8' - это продвинутая версия 'три в ряд' или даже прошаренная категориями выбора 'змейка'. Как игра он работал не только с природным инстинктом тапать по экрану для достижения новых границ интерфейса, но и возвеличивала лиминальные пространства во всей их хоррор-вершине. Абсолютно одинаковые и предельно клаустрофобные станции токийского метро - идеальное Закулисье, пик подобных развлечений Адаптировать вовлеченность человека в вечный режим повторения бессмысленных действий - почти непосильно для кино, где зрителю наоборот нужен экшен и развитие. Но Кавамура ловит в этой механике метафору тупика, разбавляя марево личными проблемами героя. Его бывшая забеременела, и вот лабиринт переходов уже аллюзия на выбор быть отцом или не быть. Кавамура хорошо улавливает отчаяние игрока после сотой попытки и неплохо работает с синусоидой между эйфорией и яростью, постигающего даже того, что гамает в более интеллектуальные игры Как кино при этом 'Выход 8' рассыпается каждый раз, когда пытается стать фильмом. Твисты (почти одинаковые) тут работают на порядок хуже общей задумки. Это вообще типично и для литературы Кавамуры - в его бестселлерах всегда общий синопсис интереснее книги. О произведениях японца лучше рассказывать, чем их читать. В чем-то это клиповое мышление от литературы. И когда оно переносится на большой формат фильма, то происходит утопия. Нам интересен мир, увлекает механика, но совсем не важно, как герой дойдет до финального босса. Ведь наверняка знаем, что он его победит С течением времени история героя утомляет больше, чем становится зрительской обсессией. Для хоррора 'Выход 8' совсем не страшный, для триллера - далек от простого жанрового упражнения. Фильму вредят добавки в виде морали. С территории городских легенд он уходит в общепользовательскую функцию. А затем приобретает лицо и характер, что убивает лаконизм истории. Пустой офис уже не так пугает, если ты остался там доделать работу, а не, скажем, проснулся посреди ночного наваждения Как итог, 'Выход 8' очень вторичен ко всем формам, из которых исходит. Кавамура пытается наследовать традициям японского хоррора - кровь с потолка и голландские углы тут обязательно будут. Но при этом не отходит далеко от пародии на игру и привычной ему литературной формы. В чем-то японец - наш новый Коэльо от кино. Проблема тут только в том, что в литературе им тоже сегодня является он

Человек без имени (Кадзунари Ниномия) капитально, если не сказать намертво застревает в подземном переходе между метростанциями, безликом, как офисная серая толпа в любом вагоне, и куда менее интересным содержимого её смартфонов. Инструкция на стене объявляет правила игры, в формулировке простейшие, как теорема Ферма, но быстро становится очевидным, что дойти до заветного восьмого уровня нелегко - уровни отличаются испытаниями, когда элементарными, когда нет, а на чужих ошибках учатся, как должно быть известно, лишь герои поговорок. Гэнки Кавамура, взяв за основание весьма раскрученную компьютерную игру, перенёс на киноэкран и её эстетику с лаконичностью, и казарменную белизну, и её строгую геометрию, разбросав при этом по фильму временных петель – они словно математические факториалы взрывным образом усложняют формулу, но режиссёр, кажется, минимум половину парадоксов точно защитил с мелом у доски, что для этого кинематографического приёма всегда проходной балл. При этом важно и даже уместно, что «Выход 8» представляет собой пространство, в котором есть какому явлению развернуться – надежда ли оно, безысходность ли, либо же бесконечность, неспроста спрятанная в названии. В салоне видеопроката коробка с фильмом стояла бы на полке с хоррорами, однако свой священный долг жанр здесь не исполнил – как следует испугаться негде, хотя потенциал напустить на публику страху был у сцен с улыбающимся вечно встречным (Ямато Коти) да, если навскидку, в эпизодах с крысами. Как и всякий уважаемый ныне хоррор, картина пропитана вовсе не кровью, но социальными вопросами, и дурной тон искать ответы на них. Почему людей, обустроивших быт в лабиринте ненужных забот, меньше не становится? Был бы мир счастливей, появись в нём дети, так никак и не названные? И так уж ли уже накрывшая ступеньки волна цунами опасней грандиозного равнодушия ваших попутчиков по эскалатору?

Общее впечатление: История одного мужчины, который держит путь до работы через метро. В повседневной рутине парень отвечает на звонок бывшей любимой девушки, которая сообщает ему новость. Пытаясь выбраться из метро герой сталкивается с аномалиями и застряет во временной петле. Найти выход не так-то просто. Каждая его попытка может увенчаться провалом, ведь чтобы дойти до выхода 8, нужно преодолеть множество препятствий, в том числе и нелегкий разговор с самим собой. Тревожная кинолента снята по видеоигре The Exit 8. Про игру ничего не знаю, не слышала, соответственно и сказать ничего не могу. Но если и говорить про начало фильма, то действительно зрителей вовлекают в процесс через игровую форму. Мы видим все от первого лица, но это лишь на первых минутах. Далее уже привычное 3-е лицо, где зрители также вовлечены в игровой процесс и имеют широкий обзор пространства. Могут оценивать и обращать внимание на детали окружающих объектов. Задача — выйти из бесконечного прохода метро, обращая внимание на аномалии. Философия картины сосредоточена на стыке триллера и драмы, за которой прячется множество социальных проблем и психология человеческого поведения. Главный герой пытается разобраться в своих страхах и нерешенных проблемах. От слабого и бездейственного мужчины к принятию осознанности и решению ряда проблем. Бесконечный переход метро является метафоричным блужданием в мыслях героя. Да и вообще, страхи героя показаны не столько через аномалии, от которых порою становится жутко, сколько через обыденные вещи, с которыми сталкиваются люди: безответственность, бездействие, эгоизм и т.д. Хронометраж ленты небольшой (по меркам сегодняшнего кино) — полтора часа. Но несмотря на малое количество минут и минимализм, картина смело может похвастаться насыщенностью и изобилием конфликтов: внутренних, нерешенных. Сюжет не стоит на месте, зрители с трудом предугадают, что ждет их за следующим поворотом прохода метро. Особая атмосфера фильма лежит в музыкальных композициях. Спокойные и ровные саундтреки сменяются прерывистыми громыханиями, тиканием, стуком сердца. Звуков много, которые настолько неприятно отзываются в ушах, что становится тревожно и не по себе. Страшнее даже от долгого молчания, которое окутывает и героя, и зрителя погружая в изоляцию. Определенно добротное японское кино, которое сможет скрасить и подарить множество эмоций: от тревожного переживания до раздумий на философские темы. Рекомендую! 7 из 10

«Выход 8» оказался неожиданно сильным и умным фильмом. Уже после просмотра я узнал, что он основан на игре, но, что важно, это совершенно не мешает восприятию. Фильм работает сам по себе и не требует знания первоисточника. Как оказалось, режиссер также имеет отношение к таким прекрасным проектам как 'Твое Имя' и 'Дитя погоды'. Узнал я об это после просмотра, но стиль автора чувствуется. Но вернемся к фильму. На первый взгляд все предельно просто: замкнутое пространство, почти одинаковые локации, повторяющийся маршрут. Но именно в этом и скрыта сила картины. За внешней минималистичностью прячется плотный слой метафор. Люди здесь похожи на роботов, застрявших в бесконечном цикле «дом - дорога - работа - дом». Пространство превращается в отражение внутреннего состояния героя, а сам коридор становится не просто местом, а процессом. Фильм поднимает важные и болезненные темы: выбор и ответственность, эмоции и воля, отношения между людьми, равнодушие общества. Очень точно и без морализаторства задаются вопросы, на которые невозможно дать универсальный ответ: рожать или нет, спасти себя или другого, вмешаться или пройти мимо. При этом картина не давит на зрителя и не разжевывает смыслы. Она оставляет пространство для размышлений. Отдельно хочется отметить операторскую работу. Переход от вида от первого лица в начале к более классическим и длинным кадрам ощущается как постепенное пробуждение, выход из автоматического режима. Зацикленное пространство снято так, что оно не утомляет, а наоборот усиливает ощущение тревоги и внутреннего тупика. Несмотря на почти одинаковые локации, фильм держит внимание до самого конца. Финальный кадр работает особенно сильно. Он не требует объяснений и не нуждается в детализации. Герой принимает решение и этого достаточно. Импульс понятен, посыл сформулирован четко, а недосказанность здесь только усиливает эффект. «Выход 8» - это фильм о том, как человек может застрять в цикле, ходить кругами, не замечая очевидного, и о том, что выход существует только тогда, когда происходит внутреннее изменение. В какие-то моменты жизни каждый может оказаться в таком коридоре, и вопрос лишь в том, станет ли это бесконечным блужданием или точкой трансформации. Да, в фильме есть шероховатости, но они не мешают главному. Это редкий пример жанрового кино, которое работает не за счет объяснений, а за счет образов, ощущений и метафор. И именно поэтому он остается с тобой после просмотра. Отказ от объяснений природы аномалии кажется правильным решением. Это не научная загадка и не хоррор с лором. Это пространство, которое выбирает и проверяет, а как именно оно устроено, не имеет значения для смысла истории. Почему именно 8? Тут тоже всё очевидно. *8 - как знак бесконечности, на что также указывает и лента мёбиуса в виде 8. В итоге «Выход 8» оставляет ощущение цельного высказывания. Про выбор. Про ответственность. Про момент, когда человек либо продолжает идти по кругу, либо наконец находит настоящий выход.

Когда я увидела новость, что по игре будут делать фильм, я воодушевилась. А как иначе: наконец-то индустрия кино решила порадовать любителей жанра ужасов чем-то новым (пусть и с опозданием от гейм-сообщества в пару лет). Материал первоисточника максимально прост: зацикленная петля, которую надо восемь раз пройти правильно, чтобы победить. Понятно, что надо было придумать какой-нибудь сюжет, ведь на одной кольцевой структуре со скримерами далеко не уедешь. Само направление мысли режиссера было верным: очеловечить героя и поставить его перед экзистенциальным кризисом, в то время как бесконечный переход станет для него чистилищем, – классический путь героя. И первые 5 мин фильма действительно отличные, особенно решение с камерой от первого лица. Но потом... - ладно, японская игра для нас, выросших на других стандартах, выглядит как ужимки и откровенное кривляние - ладно, в избытке присутствует классический для жанра клинический идиотизм героев, невнимательность на грани слепоты, недогадливость и импульсивность. - ладно, имеется открытый финал, мы уже опытные, мы на такой ragebait не ведемся, автор мертв, зритель сам додумывает концовку. А вот что не ладно, так это ОсТрОсОцИаЛьНаЯ пОвЕсТоЧкА: бывшая девушка не знает, становится ли ей мамочкой ангелочка или нет; еще не рожденный ребенок давит на отцовские чувства героя, пока тот бесконечно идет по облицованным белым кафелем коридорам подземки. Незапланированная беременность – нормальная и важная человеческая проблема, которую можно и нужно показывать на экране. Да, хотелось бы увидеть и женскую оптику, все-таки это решение женщины: оставлять ей ребенка или нет. Главная проблема фильма в том, что идея о (не)рождении ребенка подана настолько в лоб, настолько прямолинейно и без затей, что считывается как агитка, причем максимально дешевая и безвкусная. Из-за всех этих «ладно» и мерзотно-недвусмысленного посыла фильм получает 3\10 (один балл за музыку, один за дизайн локации и один за сам сюжетный скелет). Если вы любите слушать плач младенцев, вам зайдет.

Японцы в очередной раз удивили, и даже не тем, что сняли что-то по манге или аниме, а в данном случае по популярной видеоигре. Удивили сюрпризами и при этом лаконичной и вместе с тем эффектной и классной подачей. Казалось бы, ну что тут можно снять. Пара актёров, небольшой в два-три поворота подземный переход в метро, выложенный ослепительно белой плиткой, и по нему этот актёр ходит постоянно, пытаясь найти выход. На слух звучит как скука смертная. Но Гэнки Кавамура, продюсер аниме и кинокартин и сценарист, решив в третий раз сесть в режиссёрское кресло, сделал именно то, что нужно было. На стандартный типовой каркас «бродилки по замкнутому пространству» он наживил много сюжетного, смыслового и визуального наполнения, отчего лента смотрится великолепно! Японский минимализм, благодаря усилиям Кавамуры, обретает плоть и глубину. Чем дальше развивается действие, тем больше растёт напряжение, появляются неожиданные сюрпризы и визуальные изюминки, найдётся место и небольшим хоррор-элементам, но не особо страшным. Плюс фильм — настоящий тест на внимательность, ведь как и в игре, здесь нужно уметь подмечать мелкие, но такие важные детали, и радость от того, что ты их заметил — неимоверная. Технически снято крепко, глазу приятно, а ещё звук отличный, а по атмосфере и некоторым эпизодам тут явно прослеживаются оммажи «Сиянию» и «1408». В итоге, картина становится не банальным и местами пугающим триллером о поиске выхода из ловушки, а занятной метафорой о важных человеческих ценностях и моральном выборе. Приятный жанровый сюрприз с интересной подачей. 8 из 10

Пишу как зритель, который до знакомства с фильмом ничего не знал про оригинальную игру. Прочитав аннотацию, сначала подумал, что это какая-то очередная бессмысленная экранизация в духе «Пикселей». Однако, присмотревшись к фильмографии режиссера, обнаружил, что он выступил продюсером целого ряда выдающихся аниме. Именно этот фактор побудил к просмотру, о чем в итоге нисколько не пожалел. Что касается визуальной составляющей проекта, то атмосфера игры воссоздана, по всей видимости, дословно. Во всяком случае, визуальный ряд у меня не вызывал никаких вопросов. Отдельно стоит отметить сверхдлинные дубли, которые создают отличную имитацию бесшовного бесконечного коридора, а немногочисленные, но запоминающиеся детали только усиливают эффект погружения. Однако при всей внешней достоверности внутренняя логика петли, а точнее логика взаимодействующих с ней персонажей местами вызывает вопросы. Общая её концепция остаётся предельно понятной и стройной, но в очевидно ключевых сюжетных сценах происходит заметный сбой. Важность этих сцен для раскрытия сюжета несомненна, но они вступают в фундаментальное противоречие с единственным, по сути, правилом этого мира: «нет аномалии — иди вперёд, есть аномалия — возвращайся». Это правило не то, что прямо запрещает, а скорее не приветствует лишние взаимодействия или обдумывания. Более того, сама логика повествования неоднократно наказывает героя за подобные отклонения от алгоритма. Поэтому, особенно во второй половине фильма, когда правила уже очевидно должны быть усвоены, затянутые душевные метания перед лицом или в ожидании последствий аномалий воспринимаются как сюжетные костыли, сознательно нарушающие базовую логику истории. Собственно, отношение к подобным «костылям», как мне кажется, будет прямо коррелировать с глобальным восприятием истории. Если смотреть фильм буквально, то они скорее всего будут восприниматься исключительно как «Фу! Не канон!». Однако если воспринимать их как своего рода мосты, соединяющие буквальный сюжет о пространственной ловушке с метафорическим пластом повествования, то на все подобные условности можно будет махнуть рукой. Если же первичной управляющей механикой считать язык философской притчи, разворачивающейся в сознании героя, — тогда всё встаёт на свои места, так как именно здесь разворачивается подлинная, не игровая драма. Сама эта метафора не претендует на философскую глубину или оригинальность. Её сила, скорее в точности попадания. Исходя из природы источника вдохновения, авторы, очевидно, планировали вести диалог с относительно молодой аудиторией. С теми, для кого подобный экзистенциальный кризис — либо грядущее испытание, либо еще свежая рана. Именно для этой аудитории многое упрощено, а ключевые моменты так и вовсе проговариваются прямым текстом. Лично я уже давно пережил период подобных метаний, но отчетливо помню этот крайне турбулентный период классического перепутья, когда разум уже осознал точку невозврата и даже начинает принимать новые, не самые радужные перспективы. Но душа, охваченная паникой перед лицом подобных радикальных перемен, до последнего предпочитает зажмуриться в инфантильной надежде, что если игнорировать реальность, то она, как дурной сон, рассеется сама собой. Как уже отмечал, само по себе это состояние не является каким-то откровением. Мировая культура знает множество его вариаций и трактовок. Ценность же данной интерпретации — в её экзистенциальной честности и отказе от заигрываний с внутренним ребенком. Фильм не прячет чувства за ширмой иронии или чего-то еще, но и не впадает в другую крайность, предлагая зрителю примитивный выбор между условными «красной» и «синей» таблетками. Вместо этого его буквальная, игровая механика становится своего рода школой жизни, которая своей железной и неумолимой логикой вбивает в сознание героя (а вместе с ним и зрителя) суровый, базовый принцип взрослого существования: жизнь — это не бесконечный праздник и не место, где работает «хочу». Более того, её алгоритм часто работает на откате: чтобы сделать один шаг вперёд, сперва необходимо сделать два назад. Да, этот урок диссонирует с гламурными сказками массовой культуры, но он — единственно возможная правда для того, кто застрял в петле между инфантилизмом и ответственностью. Таким образом, моё изначальное предположение о том, что за примитивной игровой механикой скрывается нечто большее, полностью подтвердилось. Авторы фильма разглядели в сухой игровой механике не просто возможность лёгкого заработка на фанатах, а идеальную форму для своего размышления о страхе и принятии — размышления, актуальные, как мне кажется, в любом месте и в любое время. Да, формально эта история разворачивается в токийской подземке, и её буквальное прочтение может вызвать недоумение: кажется, будто зритель просто наблюдает за нерасторопным игроком, заплутавшим в относительно лёгкой игре. Но стоит отнестись к происходящему, как к притче, то история превращается в пронзительный и удивительно точный экспресс-курс по принятию взрослой реальности. Курс, который честно объясняет её, порой совершенно иррациональные правила, где для движения вперёд почему-то иногда надо идти назад. Такое прочтение стоит того, чтобы отбросить любые придирки и позволить себе присоединиться к необычной прогулке по коридорам сознания и неоформленным тревогам персонажа. 7 из 10

Стоит начать с того, что это экранизация одноименной инди-игры с простой идеей: необходимо искать аномалии в зацикленном переходе, чтобы выйти из метро. Минималистичная головоломка с элементами хоррора. Поэтому я многого от неё и не ждал, однако ей было чем удивить. Самое основное — это то, что картина почти полностью повторяет локацию и персонажей из игры. Такое внимание к мелочам не может не радовать. Начало и вовсе отснято от первого лица так, будто мы не смотрим фильм, а играем в игру. Продолжая говорить о работе оператора, хочется выделить то, насколько кадры вышли приятными и цепляющими глаз, параллельно выделяющими важные для сюжета детали. Дополняют это и актёры, которые хорошо поняли свою задачу и достойно отыграли свои роли, пусть и слегка посредственно. Также работа со звуком поддерживает погружение в атмосферу. А уж если затрагивать атмосферу, то это, можно сказать, лучшая часть фильма. Японцы всегда умели великолепно реализовать ощущение замкнутости и лиминальности, сочетая его с привычным для человека страхом неизвестного. Не менее важно, что из игры без сюжета режиссёр смог сделать фильм с достойным сценарием. Он превращает обычную игру в психологический триллер с философским подтекстом. Режиссёр грамотно вставляет в повествование идею людского эгоизма с показательными последствиями массовой безынициативности общества. И всё это ещё и смотрится крайне лаконично. В остальном выглядит неплохо, но чересчур занудно закрутили сюжет под конец, приправив сверху ненужной недосказанностью. Несмотря на смазанные ощущения от концовки, фильм получился намного лучше игры, да и лично я ни разу не заскучал во время сеанса. 6 из 10

Старая конфета в новом фантике (возможно я просто хочу есть) // Забавные игры в идеальном мире без зла (возможно я просто не верю в людей) Но начнем с хорошего — вообще удивительно, как Генки удалось развить простейшую инди хоррор сюжетку в целую историю со своей моралью и +- объёмными персонажами, сохранив при этом атмосферу игры и участия в ней. Это получилось во многом благодаря отличному звуку, лаконичным диалогам, неотличимому сеттингу и неплохим операторским приёмам (хотя съёмка от первого лица мне абсолютно не понравилась). Судя по реакции зала даже была парочка неплохих скримеров, хоть хорром фильм и не назвать, но триллер получился — держится саспенс, тревога постепенно нарастает. Мне было очень интересно, какую концовку можно придумать сюжету, у которого один исход — герой выбирается из петли (если не отходить от идеи разработчика), ведь это действительно сложно — приходится делать историю более личной, добавлять характеристики и мотивы главному герою, чтобы зритель посочувствовал, вовлёкся и распознал с о ц и а л ь н ы й п о с ы л. Вот на этом хорошее и заканчивается. Визуально ощущается стильно и свежо, но начинаешь вглядываться в детали — натыкаешься на сплошные банальности. Я очень не люблю, когда режиссер буквально кричит «смотрите это же отсылка, этот плакатик здесь не просто так, заметили, да, да?» Так же вышло и с сюжетом: идеален на поверхности, но копнёшь чуть глубже — никаких новых идей. Рабочий способ испортить нормальную историю — попытаться пришить ей г л у б о к у ю но совершенно лишнюю мораль. Вот это я считаю основным минусом — главный герой не прописан настолько, чтобы превращать простой «эскейп зе бекрумс» в поиск себя и становление личности через победу над собственными страхами и недостатками. Нельзя было уходить в морализаторство, стоило сфокусироваться на элементах хоррора или наоборот — создать полноценную драму и только драму. Объединить их крайне сложно. Важно: если бы фильм закончился на 5 секунд раньше, я бы поставила 8/10, ведь тогда получились бы «фанни геймс», которые я обожаю.