Конец тура
- Рейтинги:
- IMDb: 7.2 (35,000) · Кинопоиск: 7.10 (9,791)
- Слоган:
- «Imagine the greatest conversation you've ever had.»
- Дата выхода:
- 2015
- Страна:
- США
- Режиссер:
- Джеймс Понсольдт
- Жанр:
- драма, биография
- Время:
- 106 мин.
- В ролях актеры:
- Джесси Айзенберг, Джейсон Сигел, Анна Кламски, Мэми Гаммер, Мики Самнер, Джоан Кьюсак, Рон Ливингстон, Джейвон Андерсон, Джон Арден МакКлюр, Алиша Аталла, Бекки Энн Бейкер, Джеки Бери, Раммел Чан и другие
Про что фильм «Конец тура»:
Конец тура — смотреть онлайн
Связанные фильмы (13)
Показано 5 из 13
Рецензии зрителей (20)
Положительных: 20 · Отрицательных: 0 · Нейтральных: 0
The of the Tour (2015): внутренняя шутка внутри другой внутренней шутки
Драматический фильм Джеймса Понсольдта “Конец Тура” рассказывает историю о пяти днях, которые журналист-стажёр из Rolling Stone Дэвид Липски провёл с писателем Дэвидом Фостером Уоллесом в рамках продвижения его романа “Бесконечная шутка”, чтобы написать на основе этого статью для журнала. В фильме Чарли Кауфмана 2020 года I'm Thinking of Ending Things (Думаю, как с этим покончить) в диалоге двух молодых людей парень упоминает имя Дэвида Фостера Уоллеса. Он говорит об эссе Уоллеса про телевидение E Unibus Pluram: Телевидение и американская литература: “Красивые люди, оказывается, приятнее для созерцания, чем некрасивые. Но в отношении телевидения соотношение аудитории, тихой психической связи между изображением и смотрящими создаёт цикл, одновременно увеличивающий привлекательность красивой картинки и разъедающий нашу собственную уверенность, когда смотрят на нас”. Если бы я сначала посмотрела фильм Кауфмана и услышала это сложное и непонятное высказывание, то, честно, вряд ли бы заинтересовалась фильмом “Конец тура”. Я бы была бы как Люси из фильма Кауфмана, которая, как все знает только один факт об Уоллесе и не заморачивается. На фоне вышеупомянутого фрагмента работа режиссёра Джеймса Понсольдта – это очень большой вклад в формирование правильного, человечного и искреннего образа необычного американского писателя, автора нашумевшего романа “Бесконечная шутка” Дэвида Фостера Уоллеса. Джеймс Понсольдт и сценарист Дональд Маргулис сделали объёмный полнокровный портрет загадочного человека, показали человека, которому хочется сопереживать, который вызывает симпатию и неподдельный интерес. Велика заслуга Джейсона Сигела, который проникся образом писателя и перенёс его скрытые от публики черты на экран и оживил их. Он говорил вещи того плана, которые я привела в первом абзаце, рассуждал длинно и глубоко, что его собеседник Дэвид Липски из Rolling Stone не всегда поспевал за рассуждениями, но сценарием эти диалоги прописаны так, что смотреть фильм совсем не скучно. Эти рассуждения здесь скорее как художественные элементы, потому что на первый план выведены человеческие стороны главных героев, которые общаются, задавая друг другу вопросы, сближаясь, теряя порой нить, кто же интервьюер, а кто отвечает. Ближе к финалу есть сцена, когда Уоллес, Липски и знакомые девушки Уоллеса выбирали, какой фильм им посмотреть в кинотеатре – “Сломанная стрела” (боевик с Джоном Траволтой), “Счастливчик Гилмор” (комедия с Адамом Сэндлером) и “Присяжная” (триллер с Дэми Мур). Они выбрали именно боевик, как фильм, при просмотре которого не надо думать, а можно есть попкорн и пить Кока-Колу. Мне показалось, что в этом есть ирония, что люди подсознательно выбирают, что попроще и то, что развлечёт и поможет отдохнуть. Словно намекая, что роман “Бесконечная шутка” слишком сложная, потому её так трудно осилить от корки до корки. Второе, что хочу отметить, это очень классное размещение примет времени в этом фильме, в том числе и этих картин, которые все вышли в 1996 году, когда как раз познакомились Липски и Уоллес. А также – роман Primary Colors о кампании Билла Клинтона 1992 года, песня Аланис Моррисетт You Oughta Know из альбома Jagged Little Pill, постер группы Red Hot Chili Peppers в редакции Rolling Stone, двое участников которой принимали участие в записи этого альбома Аланис (гитаристы Дэйв Наварро и Фли), упоминание О.Джей Симпсона и его книги I Want to Tell You: My Response to Your Letters, Your Messages, Your Questions (хотя эта книга вышла в 1995 году, это громкий процесс в США, и это то, что у них обсуждалось). Также в фильме упоминается Мэри Тайлер Мур. Это неспроста, потому что героиня из сериала, названного по имени актрисы, которая играет там главную роль, упоминается в эссэ о телевидении Дэвида Фостера Уоллеса. “Это внутренняя шутка внутри другой внутренней шутки, что характеризует телевидение как способное на ироничные самоотсылки”. А в данном случает, это фильм способен на ироничные отсылки. Они все делают фильм настоящим, живым, он хотя и не документальный, а только снят в таком стиле, но упоминание реальных событий того периода очень его раскрашивает.
Одиночество в толпе
'Конец тура' - это фильм не только и столько о поездке автора бестселлера 'Бесконечная шутка' Дэвида Фостера Уоллеса и автора Rolling Stone Дэвида Липски, сколько об одиночестве в толпе, одиночестве, несмотря на признание и успех. Липски, еще молодой и признанный лишь в узком кругу автор, весь фильм пытается разгадать феномен Уоллеса и понять, как достичь такого же успеха. Иногда кажется, что он завидует более успешному коллеге. Но чем ближе и глубже становятся их взаимоотношения, тем больше зритель видит, насколько поломан и одинок Уоллес. И это же понимает Липски. Герои говорят-говорят-говорят, повторяя, казалось бы, азбучные истины, но в прочтении Уоллеса они звучат часто как откровение. Но, как и в любом разговоре, когда-то собеседники должны поставить точку. 'И попытаться напомнить себе, что такое реальность. Что мне 34 года и я один в комнате с листком бумаги'. Эта фраза, сказанная Уоллесом, подводит итог тому, что пытался сказать популярный писатель журналисту о своей жизни. Несмотря на толпы фанатов, он всегда будет один с листом бумаги. Одиночество Уоллеса похоже на одиночество самого Липски, поэтому вместе в этой поездке они нашли кого-то близкого и были немножко счастливы. Если что-то знать о реальном писателе Уоллесе, то фильм покажется еще интереснее, в противном случае может быть сначала сложно понять его феномен. У фильма отличный каст. Это и Джесси Айзенберг и Джейсон Сигел, и Джоан Кьюсак. Эти двое (+ собаки) создают картинку полную событиями. Еще одним плюсом является дорога, путешествие героев. Оно такое неторопливое и милое, что хочется вечно ездить по этим маленьким американским городкам. В совокупности эти все аспекты - история, смыслы, актеры, картинка - дают малодинамичный, но интересный и немного даже философский фильм.
Писателями от хорошей жизни не становятся - Довлатов.
Писательское становление. Как люди выбирают это ремесло? <i>Одиночество</i>, которым пронизан каждый кадр этой картины, преподносится нам в качестве основного блюда, а не десертом после ужина. <i>Одиночество</i> преподносится нам в роли лучшего друга, мешающего сближаться с другими людьми, и основного спутника по жизни, который крепко держит твою руку до хруста в кисти. Два одиноких человека, которые встретились вместе, не могут быть друг с другом до конца откровенны, так как внутри них пылится сокровищница, ключ от которого был давно утерян, а вскрывать ворота без него больно. Я увидел ту самую черту одиноких людей, которую ни разглядывал так явно в других фильмах. Грань, через которую ты не можешь пропустить другого человека, так как всё, что за ней является личным. Но в то же время ты видишь в человеке ментальное сходство, хочешь сказать всё самое сокровенное, потому что порой держать в себе это становится невыносимо. Но ты боишься. Страх быть непонятым похожим на тебя человеком монолитом возвышается над страхом недосказанности. Это может объяснить резкие смены его настроения. Именно эта двойственность в голове одинокого человека в игре <i>Сигела</i> мне понравилась больше всего. Великолепно. Большинство фанатов сериала <i>'Как я встретил вашу маму'</i>, как мне кажется, уже давно просмотрели этот фильм. Я откладывал его просмотр около года, о чём сейчас сильно сожалею. Я нисколько не сомневался в его актёрском таланте. Вспомнить даже момент со смертью отца его сериального персонажа Маршалла. Один из моих любимых моментов сериала. Игра <i>Айзенберга</i> смотрелась немного тускло в сравнении с игрой Сигела, но, как мне кажется, так и должно было быть, так как персонаж Сигела совмещает в себе колоссальное количество противоречий. Разговоры обо всём. Разговоры филофоско-бытовые. Разговоры о прошлом и будущем. О месте в жизни. Об уходе из жизни. Автомобиль наших героев как судно, попавшее в бурю мыслей, меняющиеся ветра которых раз за разов бросают корабль в разные стороны. Замечательный фильм. Один из лучших диалоговых фильмов, которые я видел. <b><i>10 из 10</i></b>
Tour's over
«- Только что ощутил?' После просмотра фильма не понимаешь, какие ощущения ты переживаешь. В этом плане он является неординарным. Ты никогда не будешь знать, что произойдёт дальше, в фильме не затрагиваются заезженные темы. 'Конец тура' показывает две точки зрения - Дэвида Фостера Уоллеса и Дэвида Липски. В чем-то они схожи, в чем-то - различны. '- Я как будто отключил себя на три недели. Встречи с новыми людьми, разные дела - все пронизано тревожным чувством, экзистенциальным страхом, который ты чувствуешь задницей. - Чего ты боишься? Что самое худшее, что может случиться? - Самое худшее, что мне понравится это. - Внимание? - Да. - А что тут плохого? - Стать одним из этих жутких... Очередная книжная туса, смотрите это Дейв на фотке, высовывается в заднем ряду. Лучше сдохнуть. - Почему? - Я не хочу, чтобы меня таким видели. А ты хотел бы? - Если получать кайф от разговоров о работе, а не от самого написания книги - тогда ты много не сделаешь. - Именно. Это просто смехотворно, когда кто-то ходит и твердит: 'Я писатель, я писатель, я писатель'. Я не прочь появится в твоём журнале, но я не хочу появиться в нем, как тот, кто спит и видит это. Если ты увидишь меня на телеигре в ближайшие два года, клянусь я... Я написал книгу о том, насколько легко мы сходим с какого-то важного пути, благодаря тем соблазнам, которые предоставляет нам культура. Что, если я стану пародией на свою книгу. Завтра ты уедешь, сядешь в самолёт и все это закончится, а я вернусь к общению с двадцатью людьми, мне придётся пройти декомпрессию после всего этого внимания, потому что это, как всадить героин прямо в мозг, и мне нужно очень напрячься, чтобы все это отсортировать и попытаться напомнить себе, что такое реальность, что мне 34 года, и что я один в комнате с листком бумаги'. Как по мне, это лучшая работа Джесси Айзенберга и Джейсона Сигела. Печально, что мало кто смотрел об этом фильме по сравнению с той же 'Иллюзией обмана' или 'Люблю тебя, чувак'. Нельзя не отметить работу Дэнни Элфмана. Честно говоря, он сделал что-то невообразимое. Его музыка создаёт определённую атмосферу, он отчетливо передаёт грустные и веселые тона моментов так, что без просмотра самой картины мы бы имели косвенное представление о том, что чувствовали персонажи в тот или иной момент. Музыка Денни Элфмана хороша, но все-таки лучше она с картинкой. За это поблагодарить надо Якоба Ире, 41-летнего оператора из Швеции. Наиболее запоминающимся эпизодом мне показался тот, когда в то время уже два друга гуляют, мы можем наблюдать живописный пейзаж, слушать прекрасную музыку Элфмана. Тогда ты и понимаешь, что тур закончен. Очень печально это осознавать, хотелось бы, чтобы он длился вечно. В фильме был эпизод, когда два писателя поссорились. Уоллес думал, что Липски 'клеил' Бэтси. Важно, что Липски хотел взять газировку, даже когда Джули предлагала ему пиво, он настоял на своём. После ссоры он взял пиво. Они не разговаривали друг с другом длительное время. Следующим ключевым моментом в фильме является сцена в комнате, отведённой для Липски, у Уоллеса: '-... я подумал, это был не химический дисбаланс или наркота, или бухло. Это была просто моя невероятная американская жизнь. Идея о том, что если достигнешь A и B, и C - то все будет классно. В книге есть место о том, как кто-то прыгает с горящего небоскреба и не потому что больше не боится разбиться, а потому то альтернатива ещё страшнее. И тогда задумываешься, что же это такое ужасное, что смертельной прыжок кажется избавлением от этого. Я не знаю, есть ли у тебя опыт по этой части, но это хуже любой физической травмы. Возможно, в старину это называлось духовным кризисом. Когда все аксиомы твоей жизни оказались фальшем и больше ничего нет - и тебя нет, и все это иллюзия. И ты настолько лучше остальных, потому что видишь это, но это иллюзия, потому что ты не можешь жить. Это просто кошмар...' После этих слов персонаж Сигела раскрывается полностью. Вам больше ничего не нужно. Дружеский хлопок по плечу от Уоллеса даёт знать, что на Липски обиды он не держит. Фильм трогает до глубины души. Главная изюминка в 'Конце тура' - диалоги, приводя цитаты, я хотел это показать. Понсольдт сделал так, что ты как будто ездил с главными персонажами, наблюдал все это вживую, слушал все их разговоры. 'Когда я вспоминаю эту поездку, я вижу Дэвида и себя в его машине, мы оба такие молодые. Он хочет нечто больше, чем у него есть, а я хочу именно то, что у него уже есть. Никто из нас не знает, куда ведут дороги нашей жизни, пахнет жевательным табаком, газировкой и сигаретами и разговоры, самые интересные в моей жизни. Дэвид считал, что книги призваны избавлять от одиночества. Если бы я мог сказать Дэвиду, что те несколько дней с ним напомнили мне, что такое жизнь, это было не устранение от жизни. И я бы сказал ему, что мне было гораздо менее одиноко'. 9 из 10
Ещё один замечательный фильм, который к сожалению остался без должного внимания со стороны моих друзей и знакомых. Хорошо что я могу обсудить его хотя бы со своим мужем. И могу написать этот отзыв, вдруг всё же кто-то его прочтёт. Мне понравился этот фильм в первую очередь своей простотой. Или если сказать точнее, своей простой формой, ведь о его содержании я бы так не выразилась. Простой постер, незамысловатое 'описание', ни какой рекламы. Да этот фильм не блокбастер, который у всех на слуху, это просто фильм. Хороший, приятный, спокойный фильм. Типичное фестивальное кино. Это как, например, открываешь новогодний мешок с конфетами, там попадаются самые разные и есть среди множества одна маленькая, невзрачная, в ничем не примечательной обёртке конфетка, но когда ты пробуешь её, она оказывается действительно вкусной. В этой картине не происходит ровным счётом ничего и на первый взгляд это просто трёп двух мужиков. Но вот то о чём они говорят и как, действительно интересно. Они говорят на совершенно разные темы и без каких-либо заумных фраз, возникает чувство будто ты подслушиваешь чей-то разговор, просто разговор простых людей. Из-за этого фильм получился каким-то личным, я бы даже сказала немного интимным. Как герой Айзенберга Дэвид врывается в личное пространство другого Дэвида (Сигла), так и зритель словно находиться на личной территории. Об актёрах. Уолесс в исполнении Джейсона Сигла это нечто! Он чудаковат в своей простоте и обычности, такого Сигла я раньше не видела, но и здесь чувствуется его неизменная харизма и тёплый свет который он излучает, несмотря на всю трагичность и драматичность образа. На мой взгляд он справился блестяще! Безукоризненная игра, то же самое вообщем то можно сказать и о его партнёре Джесси Айзенберге. Вместе они создали прекрасный, яркий актёрский дуэт и оба были очень достоверны. В Джесси мне нравится то, что он умеет выбирать интересные проекты и хорошо смотрится в абсолютно разных жанрах и форматах. А Джейсон, благодаря этой картине, открылся для меня с новой стороны. *** Атмосфера фильма очень меланхолична, как и главный герой. Дэвид Уолесс - невероятно глубокий, печальный персонаж со своей личной трагедией. Очень грустная, тонкая, трогательная и философская картина о человеке, который казалось бы, получил всё чего он хочет, но при этом всё равно остался одиноким и несчастным. Картина о дружбе, о взаимоотношениях двух непохожих людей, которые встретились и провели вместе какой-то отрезок своей жизни, а потом каждый пошёл своей дорогой. Не нужно ждать чего-то эдакого, просто слушаете, не вмешиваясь в диалог. 10 из 10
Жаль, что 'Бесконечной шутки' нет на русском языке.
Кто-то сравнил этот фильм с «Бердмэном», но Бердмэн - фильм о престарелом честолюбце, не удовлетворившем свои амбиции вовремя, не самореализовавшемся. О том, на что такой человек способен ради похвал окружающих. Показана изнанка американской Таганки. Снято красиво, но протогонист вызывает чувство отвращения своими мещанскими, пустыми, мелочными устремлениями, ради которых готов пойти на самоубийство. Здесь же противоположная ситуация описана. Человек находится на вершине своей славы, человек самореализовавшийся. И ведет он себя вполне приглядно: скромен, имеет достоинство, умен, искренен, доверчив, одинок. Хотя много в нем и отталкивающего: депрессии, комплексы, мнительность, у него и ладони, наверное, вечно липкие были. Все это он продемонстрировал совершенно незнакомому журналисту. Приводится аналогия с автором «Над пропастью во ржи». Тем не менее, производит этот писатель самое симпатическое впечатление, в том числе ты ему сочувствуешь, даже становится жалко его. Диалоги главных героев держат в напряжении, построены мастерски и погружают зрителя в ту интимно-интеллектуальную атмосферу доверия и открытости, о которой с такой тоской спустя годы вспоминал журналист. Показан автор интеллектуального бестселлера в домашней обстановке, у себя на кухне. И это интересно смотреть. А еще хочется почитать его книгу. Как жаль, что она до сих пор не переведена на русский язык. 10 из 10
Случайно подслушанный мной разговор
Дэвида Фостера Уоллеса – не читал. Да и о нем ничего не знал, разве что имя. Но мы с писателем добрые друзья, уж точно. Эта мысль упорно, остро пульсирует в голове. Мысли, истории о жизни, идеи, несколько дней концентрированной дружбы и сопутствующих эмоций, сотня с хвостиком минут хронометража. Этого было замечательнейшим образом достаточно, чтобы узнать человека. Биографический фильм удался? Если основополагающей целью жанра стоит «проникнуться главным, реально существовавшим героем», что я обычно и подразумеваю по умолчанию к любым байопикам, - да. Но в моей-то ситуации все относительно. Может, актер, режиссер и все чуть-чуть менее причастные смогли правдоподобно выпустить на волю этот далекий от меня кусочек давно ушедшей жизни. Да и не биографический фильм это. Скорее, биографический эскиз тогда. Другое «может» - меня искусно обманули с биографией, сыграв на чувствах, попав в дорогие сердцу вещи и заставив верить в картинку на экране как в реальность. Без остановки, до конца. Главное – во мне что-то осталось. И это стало хорошим подарком, ежеминутно перебиваемым моим искренне-беззвучным «так тебя понимаю, старик». Будь кино выдумкой или правдой – не имеет значения. Я рад вот этому проявившемуся реалистичному ощущению в адрес персонажей; если же создатели не справились со своей описательной задачей – они не проиграли. И приходится оценивать фильм как… Где-то – как вольную киноисторию с необязательными жанровыми ярлыками. Местами – как выраженное словами отражение собственного мироощущения, что поражало, диалог за диалогом и мысль за мыслью. Или просто-напросто подслушанный невольным образом разговор. Случалось у меня такое в жизни, с похожим добрым послевкусием. И в любом из случаев фильм не имеет права быть разобранным на винтики. Я не смог его анализировать. Я просто повелся на киноязык режиссера. И этот капкан меня захватил. Дайте героям говорить. Откройтесь им, не вмешиваясь в диалог. Не ждите «что-то». Такой вот совет. Вместо категорически противопоказанных по отношению к «Концу тура» выводов. А будущим прочтением прозы автора я загорелся. 8 из 10
БЛАБЛАБЛА и БЛАБЛАБЛА как лучший метод передачи экзистенциального опыта
В рамках своей четвертой полнометражной режиссерской работы американский интеллектуал Джеймс Понсольдт обращается к истории кратковременного, но чрезвычайно насыщенного и содержательного общения двух талантливых, но в разной мере успешных писателей — Дэвида Фостера Уоллеса (Джейсон Сигел) и Дэвида Липски (Джесси Айзенберг), которая должна была предстать перед читателем на страницах журнала Rolling Stone, но в последствии увидела свет в биографической книге второго из вышеупомянутых Дэвидов, лишь спустя 12 лет. Картина максимально умело и профессионально выполнена в лучших традициях разговорного кино (с частичными элементами роуд-муви), и вполне вероятно, какое-то время спустя займет свое почетное место в одном ряду с похожими по исполнению работами Ричарда Линклейтера и Вуди Аллена. Рано или поздно кто-то из кинематографистов должен был обратиться к личности культового и гениального американского эскаписта, отшельника, гипертекстуалиста, метамодерниста и моралиста, чей самый масштабный труд «Бесконечная шутка», хоть и напоминает некоторым литературоведам произведения Толстого и Хэмингуэя, скорее сравним с многостраничными эпопеями более современных мастеров виртуального пера – Томаса Пинчона и Пола Мюррея, в схожей попытке осветить выживание заурядного в своей уникальности человеческого существа в плотной многослойной информационно-медийной социальной структуре характерной для нынешней мультикультурной вселенной, попытке укрыться от всего этого гиперболизма в укромных уголках своего и без того глубокого внутреннего мира, но при этом не кануть в бездну бесславия и творческого небытия. Задача не из простых, но именно поэтому Понсольдт выбрал единственный верный вариант — обратился к уже готовому автобиографическому сценарию человека, которому лично довелось соприкоснуться с ВЕЛИКИМ. «Если ты вкладываешь в свою работу всего себя, читать тебя равнозначно знакомству с тобой», - определяет для себя Дэвид Липски похоже еще до личной встречи с Уоллесом, и, несмотря на все происходящее в рамках ежедневного общения, не отходит от этой схемы на протяжении всего своего широкомасштабного интервью, ни в холостяцкой берлоге гения, ни в бесчисленных автомобильных поездках и перелетах, ни на писательских пресс-конференциях, ни за столиками в теплых вечерних «дайнерах», иногда довольствуясь своей позицией, порой испытывая дискомфорт и виня себя за оную, но всегда очень искренне и убедительно, благодаря великолепному актерскому мастерству Джесси Айзенберга. Основная идея фильма, главная уловимая мысль одновременно отталкивается и опирается, но в то же время и опровергает еще одно высказывание Липски о Уоллесе: «Такие писатели как Сэлинджер или Фицджеральд создают нерасторжимую связь с читателем. В его книгах мы искали не сюжет или информацию, а особый опыт, ощущение, что на некоторое время мы сами стали писателем Дэвидом Фостером Уоллисом». Сам же Дэвид Фостер добродушно ухмыляется, поправляет хипповую бандану и все чаще с присущей ему иронией отшучивается – «Можете остаться и написать статью о моих собаках. Это будет интереснее, уверяю вас». Уоллес вообще старается лишний раз не выглядывать из-за накладной личины провинциального иллинойского простака, и не желает без надобности демонстрировать огромный багаж интеллекта, многострадального жизненного опыта, многочисленных эмпирических переживаний, возможно по той причине, что в данный период своего существования он и сам не знает какая из этих масок более истинна, поэтому делает выбор в сторону предпочтительной для себя, хоть окружающая его обыденность и ее представители не оставляют своих демонстративных попыток сорвать этот неброский покров. Усилиями талантливой игры Джейсона Сигела и его усердным вхождением в образ, маэстро гипертексуального повествования и магистр художественной семиотики очень гармонично и приятно смотрится на экране, создавая впечатление слегка рассеянного одинокого придурковатого интеллигента со скрытой чертовщинкой во взгляде, аккуратно намекающей на неисчерпаемые духовные ресурсы характерные для этой персоны. Так пожалуй и должен выглядеть настоящий народный писатель, который прекрасно понимает невозможность выражения истины существующими лингвистическими инструментами, но тем не менее не оставляет попыток максимально приблизить ее доступными средствами. О своем успехе Уоллес выражается следующим образом: «Когда ты занимаешься серьезной литературой, которая плохо продается, то как эгоист ты объясняешь это следующей формулой, — если что-то хорошо продается, значит это дерьмо. Но ирония в том, что если твоя вещь начинает хорошо продаваться, то старая формула, которая держала тебя на плаву, больше не работает». Формула Понсольдта и компании – стоминутный кинематографический поток озвученных мыслей, затрагивающий всевозможные тематики и категории, которые имеют место быть в современном мире. Монологи и диалоги между двумя Дэвидами и другими персонажами, имевшими неосторожность попасть под их горячие языки, превращаются в цитаты, афоризмы и крылатые выражения, напоминая лучшие «максимы» Ларошфуко, простые по форме, но наполненные глубоким содержанием. Разговоры изобилуют огромным количеством выразительных средств языка, местами прозаическими, чаще поэтическими, наполнены многочисленными метафорами, отступлениями и ссылками на ссылки, цинизмом, переживаниями, осмыслениями, остротами, унынием и восхищением, иронией и необычным юмором, сложным, но вполне доступным так же как и сама «Бесконечная шутка». Разумеется, каждый зритель картины (читатель книги) сделает собственный вывод относительно увиденного и конечно же осмыслит увиденное по-своему как и весь тысячелетний творческий опыт человечества, который в итоге отражается в нашем восприятии во всей своей индивидуальной замысловатой особенности, характерной для «внутренней книги», «внутреннего фильма» и прочего «внутреннего…» свойственного каждому из нас. Возможно именно об этом и говорит название книги Дэвида Липски — «Хотя, конечно, в итоге вы становитесь самим собой».
В 1996 году выходит в свет роман 'Бесконечная шутка', который журнал Time включил в число ста лучших англоязычных романов ХХ в. Его автор, Дэвид Фостер Уоллис, становится рок-звездой от мира литературы, посягнув на самое святое, на самую основу общества потребления, говоря по-простому, на американскую мечту. Преданность идее, что если ты достигнешь того, этого или вот этого, то все будет хорошо. Нет, не будет. Постмодернистский взгляд на вещи берет свое и неопределенная тоска в глубине сердца не дает покоя. Кстати, осознание иллюзорности всего и вся дойдет до того, что в конце 90-х на западе, белый мужчина с хорошей высокооплачиваемой работой в офисе, красивой просторной квартирой и большим количеством свободного времени, в кино становится практически синонимом полного жизненного тупика (Матрица, Бойцовский клуб, Красота По-Американски). Итак, журналист Rolling Stone и писатель Дэвид Липски отправляется из сверкающего огнями Нью-йорка в маленький заснеженный городок Блумингтон, штат Иллинойс, что бы взять интервью у нашумевшего писателя. Липски должен сопровождать Уоллиса в его туре в поддержку книги и добыть наконец сенсационную историю писателя-отшельника, почти что нового Селинджера, но находит, для себя лично, нечто гораздо большее. Сам Дэвид Уоллис обеспокоен обрушившейся на него популярностью и откровенно боится потерять себя настоящего. Он очень самокритичен и постоянно находится в поиске собственного 'я', понимает современный мир и его общество, но не принимает его. В конечном итоге, Уоллис приходит к мысли, что только предельная честность и, на первый взгляд, простоватая открытость, вот что можно противопоставить постмодернистскому обществу, с его вечной иронией по отношению абсолютно ко всему. Это выглядит старомодно и наивно, но, как минимум, смело. Главное в этом фильме, конечно же, диалоги. Действие представлено минимально, в простом формате роуд-муви. Однако, два малознакомых героя ведут такую открытую беседу обо всем, какая не у всякого бывает с самым близким другом. Актерская игра очень хороша, особенно радует Джейсон Сигел в нетипичной для себя роли, я бы сказал, выходит на новый уровень. Конечно, теперь хочется осилить 1000 страничный роман (не забудьте 388 пронумерованных сносок, некоторые из которых также имеют свои собственные сноски). Рано или поздно, я обязательно прочитаю 'Бесконечную шутку', но дело осложняется тем, что полных переводов на русский язык нет и по сей день. Несколько цитат из фильма, которые мне особенно понравились: <b>'Технологии будут развиваться, становиться все проще и все удобнее и нам будет все приятнее сидеть в одиночестве'</b> <b>'Гордиться своей работой нормально, но не нужно что бы ее слава на тебе отражалась'</b> <b>'Было бы здорово иметь кого то, с кем бы ты мог разделить свою жизнь, позволить себе быть счастливым и растерянным'</b>
Удача
Фильм отличная иллюстрация того, что удача приходит случайно. Писатель Уоллес несколько раз повторяет, что попросту не понимает, что ему говорит репортер Липски, что вызывает недоумение у последнего, которому кажется что 'гений' играет с ним, как со щенком, щадит как младшего брата и не бьет в полную силу, но в действительности оно так и есть, Липски образованнее, остроумней, и умнее. Но именно Уоллес написал Бесконечную шутку, а не Липски, которому и больно и странно этот факт осознавать. Липски блестящий столичный интеллигент, успешен у девушек, так хорошо выглядит, болтает, и все понимает, но бестселлер написал не он, а чудаковатый провинциальный затворник Уоллес. Потому что не люди пишут бестселлеры, а книги пишут сами себя, хотя, конечно, чтобы книга была написана, как минимум нужно начать ее писать. И теперь Уоллес страдает в этом мире, где должен играть роль гения, который личным усилием сознания словно бы породил бестселлер и должен нести за него ответ, участвовать в промотуре, давать интервью, и тп, в то время как больше всего ему хочется смотреть нонстоп кино телевизору, есть чипсы и пастилу из мешочка. Интересный факт: Бесконечная шутка, около 1000 стр, опубликован в 1996, включает в себя около 400 сносок, которые часто включают в себя другие сноски, что было сделано для прорыва из линейности романа. Бесконечный тупик, около 1000 стр, опубликован в 1997, почти полностью состоит из интерактивных примечаний на примечания.
Он просто взял и пришёл к нему, остальное уже история.
Абсолютно точно «The End of the Tour» - это главная болтовня года. Такой легкий, трогательный и настоящий. Я уже говорила, что фильмы выходящие с фестиваля Санденс, в большинстве случаев - прекрасны. Джейсон Сигел - такой знаете типичный американский актер, играющий в скромно проходящих фильмах, оказался настолько неожиданно грациозен и прекрасен в роли писателя Дэвида Фостера Уоллеса, наверное стоит полагать, что перед ним стояла непростая задача, за что ему как говориться честь и хвала. Что касается Айзенберга, то он как мне кажется идеально подходит для такой простой, спокойной истории, в которой ему приходится играть с абсолютно стойким великолепием парня невротика. Диалоги проходящие через пространство внутри каждого кадра - гениальны, и напряжены настолько, что зритель может схватить рядом сидящего соседа за руку, и долго не отпускать. У Понсольдта получилось снять не банальное кино о писателе и его богатом внутреннем мире, скорее он сделал историю сразу о двух писателях с одинаковыми именами. Такое прекрасное роуд-муви или фильм-интервью, определяйте как хотите, в нем есть юмор и меланхолия, в нем поиск сознания теряется в непреодолимом одиночестве, и после него задумываешься, как же интересно наблюдать за тем, как c разными трудностями жизни, с неким экзистенциальным кризисом души, справляется великий, точно уж незаурядный человек. 8 из 10
Самое главное, что вам нужно знать об этом фильме — это то, что он почти полностью состоит из диалогов. Да, именно так: Джесси Айзенберг (игравший Марка Цукерберга в фильме «Социальная сеть») и Джейсон Сигел (известный по роли Маршалла в сериале «Как я встретил вашу маму») все 106 минут киноленты болтают. Поэтому если вас такое пугает, можете смело забыть про этот фильм. Чтобы понять, почему это кино может быть интересным, давайте немного попытаемся узнать, кто же такой этот Дэвид Фостер Уоллес. Итак, герой Джейсона Сигела является знаменитым американским писателем, а также мыслителем-эссеистом. Его родители принадлежат к интеллектуальной сфере: мама — преподаватель-англист и профессор Паркленд-колледжа в Шампейне, а папа — философ и профессор Иллинойского университета. Как видите, у их ребенка не было шанса стать слесарем или почтальоном. Будущий писатель учился в Шампейне, а затем в Урбане. Как и его отец, закончил Амхерстский колледж. Защитил диплом по модальной логике, отмеченный премией, а потом — по английскому языку и литературе. Оба диплома получили высокую оценку summa cum laude. Всё это было в 1985 году. Через два года получил степень магистра изящных искусств (словесность) в Аризонском университете. Далее занялся преподавательской деятельностью, женился. Часто подбирал бездомных псов. Наиболее известен романом «Бесконечная шутка», написанным в 1996 году, который, как уже написано выше, журнал Time включил в число ста лучших англоязычных романов ХХ века. К сожалению, Дэвид Фостер Уоллес постоянно испытывал приступы депрессии, от чего вечно лечился. А в 2008 году покончил с собой путем повешения. Именно об этом человеке данный фильм. На протяжении всей картины персонаж Джесси Айзенберга, играющий здесь журналиста и тоже писателя Дэвида Липски, познает глубокий внутренний мир Дэвида Фостера Уоллеса. Герои разговаривают обо всем — от поп-культуры до места личности в современном мире. Персонаж Сигела предстает перед нами потерянным несчастным человеком, постоянно копающимся в своей душе и ощущающим бессмысленность своего существования. Фильм смело можно называть атмосферным, депрессивным. Некий трагизм окутывает зрителя на протяжении всего просмотра. Даже в те моменты, когда герои шутят. Игра обоих главных актеров этого фильма как минимум интересна. Сразу скажу, что не считаю Джейсона Сигела очень хорошим актером, хотя его персонаж явно не отталкивает и притягивает наш интерес. При этом читал очень много крайне положительных отзывов о том, как он справился со своей ролью в этом фильме. Не знаю, ничего выдающегося я не увидел, но и больших минусов не замечено. Сойдет, короче. А вот Джесси Айзенберг крут. На мой взгляд, он на голову выше Джейсона Сигела в актерском мастерстве и в этой картине, и вообще. Естественно, фильм построен таким образом, что мы четко видим разницу между двумя главными героями, этакий контраст, который позволяет нам узнать о каждом из них поближе. За счет этой разницы мы понимаем героев, сопереживаем им, проникаемся ими и пытаемся разобраться в причинах поведения каждого. Кстати, это не первое произведение про знаменитого американского писателя. До этого фильма было написано несколько книг, одна из которых и легла в основу этой картины. Ее, как вы уже, наверное догадались, написал Дэвид Липски. А вот интервью Липски для журнала Rolling Stones так и не увидело свет. Аудиокассеты остались лежать в шкафу, а герои больше никогда не увиделись друг с другом. Вердикт На мой взгляд, в рамках жанра и особенностей повествования фильм заслуживает внимания. А некоторые цитаты из него можно и запомнить. 7 из 10
Западня
Если вы знаете хоть что-то о Дэвиде Фостере Уоллесе, наверное, вам чертовски повезло. Если нет - винить себя не стоит, шансов узнать о нём у вас было немного. Переводами Уоллеса в нашей стране занималось и занимается два с половиной гика-энтузиаста, из чего несложно прикинуть и объёмы проделанной работы. Официально же на русском книги Дэвида не издавались, да и навряд ли будут изданы в ближайшем будущем. Самая известная и обласканная вниманием работа писателя - вышедшая в девяносто шестом 'Бесконечная шутка'. Грандиозная фантазия о печальном американском будущем, ныне - уже настоящем, из полумиллиона слов на тысяче с небольшим страниц. Ее называли великим американским романом и вносили в список ста лучших англоязычных книг двадцатого века. Ко времени ее издания относится и история журналиста 'Роллинг Стоун', Дэвида Липски. Он провёл с Уоллесом часть тура в поддержку 'Бесконечной шутки', но набранный материал в журнальную статью так и не превратил. Зато через четырнадцать лет превратил в книгу, на которой и завязан вышедший в этом году фильм 'Конец тура'. 'Чудаковат', - пожалуй, заключил бы любой из нас поначалу, окажись он на месте Липски, приехавшего брать интервью у Уоллеса - человека, о книге которого говорит вся Америка. Но чудаковат не в том смысле, в котором чудаковаты невротики-писатели из картин Вуди Аллена. Или, к примеру, герой Селина Джонса из недавнего фильма 'Зажигая звёзды', поэт Дилан Томас, взбалмошный, непредсказуемый эксцентрик, тонко чувствующий фальшь окружающего мира, и оттого зачастую печальный. Напротив, Уоллес в исполнении Джейсона Сигела чудаковат в своей простоте, в своей обычности. Живёт у чёрта на куличиках с двумя собаками, выглядит как среднестатистический нью-йоркский бездомный, у него в доме нет телевизора, но есть плакат Аланис Моррисетт, ну и всё в этом роде. Какое-то тянущее, грустное ощущение, связанное с писателем, появляется сразу, но во всей своей полноте раскроется, конечно, уже по ходу действия. Для главного героя фильма Джейсона Понсольдта писательство не дар - скорее, бремя. Одиночество - не роскошь и не блажь, но пугающая реальность, а депрессия - болезнь, лекарство от которой он судорожно искал, но не нашёл, и потому отдался ей с концами. Она будто развивалась в нём, пока он творил, теперь же всё сказано и написано, но расстройство его не покинуло. Возможно, изначально оно было чем-то вроде жертвы ради лучшей жизни, но когда стало ясно, что лучшей жизни, скорее всего, не будет, всё усугубилось. Пытался изменить мир, но воз и ныне там. Хотел изменить людей, но теперь совершенно не уверен, смог ли. Это что-то вроде западни, из которой не выбраться. Ты стал знаменитым, о тебе говорят, ты потешил, наконец, своё эго, но есть ли в том смысл, если день за днём ты терпишь куда более крупное поражение? Всё это тянется за Уоллесом, спрятать это невозможно, да он, кажется, и не пытается. При этом всём, понимать картину, как что-то такое грузное, тяжёлое, где каждая нота минорна, а каждая деталь обильно пропитана меланхолией, не стоит. Конечно, здесь есть и юмор, и ирония, и некая даже лёгкость, есть более простые мотивы зависти, хитрости, ревности, дружеских отношений, пара интересных акцентов на отшельничестве, аскетизме, которые можно покрутить в голове. Главные герои большую часть фильма проводят в беседах, но не только философских - пустых, ничего не означающих, заполняющих неловкую пустоту по пути в ближайший ресторан, здесь тоже предостаточно, равно как и радостных, приподнимающих настроение, бодрящих, а не только экзистенциальных, опустошающих или тех, что 'меняют всё'. Недаром герой Джесси Айзенберга, журналист Липски, будет вспоминать эти беседы, как лучшие в своей жизни. Потому что разговоры были именно что человеческими - это не было монологом писателя, знающего мир, это не было обычной журналистской работой, не было интервью, даже необычным, нетипичным. Поэтому, кстати, Липски так и не опубликовал материал - у него была хорошая история, но не было хорошей истории для журнала. Однако, по сути, 'Конец тура' существует ровно затем, чтобы проговорить конкретное состояние западни во всей трагичности. Не объяснить, нет. Если бы фильм всерьёз брался что-то анализировать, объяснять, он бы, наверное, просто не сумел сохранить себя. Именно проговорить, мол, я могу открыться тебе, насколько это возможно, а всё остальное - ты уж сам как хочешь. Это освобождает картину от морализаторских сентенций, лишних философских конструкций и делает ее просто тихой историей о человеке, который рискнул поставить на лучший мир и проиграл, как и все до и после него. Что до объяснений, то единственное и самое ёмкое из возможных зритель получит буквально на первых минутах картины, еще до того, как поймёт, кем был, как жил и что чувствовал этот таинственный Дэвид Фостер Уоллес: его не стало двенадцатого сентября две тысячи восьмого. Он повесился в собственном доме, так, видимо, и не найдя выхода оттуда, куда однажды угодил.
Современный зритель, в большинстве своем, избалован фильмами действия и его тяжело усадить за неторопливое разговорное повествование. «Конец тура» не вводит зрителя в заблуждение и не обещает стремительного развития событий. С первых же сцен проект производит ощущение какого-то комфорта, камерности и авторской идеи. Это история неожиданной дружбы двух мужчин, столь похожих на первый беглый взгляд, и таких же разных, при ближайшем рассмотрении. Отвечу сразу – действительно, почти два часа времени мы проведем в качестве безучастных свидетелей, а как это способно затронуть ваш личный интерес – уже вопрос индивидуальный. Дэвид Липски, репортер журнала Rolling Stones, воодушевлен идеей взять интервью у тридцатичетырехлетнего писателя из Иллинойса. Амбициозный журналист из Нью-Йорка, на взятом в аренду автомобиле, приезжает в американскую глубинку для встречи с Дэвидом Фостером Уоллесом. Заметный холодок между мужчинами быстро исчезает, и даже собаки принимают нового гостя за своего. В фильме нет как такового конфликта и даже беглая перепалка по поводу симпатии к одной девушке не оставляет неприятный осадок, как у героев, так и у зрителя. Фактически это история становления дружбы в течение каких-то нескольких дней. Думаю, у каждого человека происходило нечто подобное в жизни – мы встречаем человека, который оказывается очень близок нам по духу и образу мышления. И даже тема полов уходит на далекий второй план. Чем прельщают диалоги героев Айзенберга и Сигела, так это своей небанальностью в выборе тем. Они озвучивают вслух темы, которые не принято произносить и делиться с кем-либо. Особенно это касается подлинной реакции на отдельные ситуации, личного отношения к сказанному товарищем. Часто ли вы можете набраться смелости и сказать в лицо вашему собеседнику, как ему стоит, и как нет интерпретировать сказанное. И хотя какой-то интеллектуальной игры, при всей незаурядности героев, не получилось, не постесняюсь сказать, что фильм расширяет мировосприятие, побуждает к творческому началу. К тому же, после появления финальных титров, ощущаешь какую-то идейную наполненность. Отдельно хочу отметить игру Джейсона Сигела, который открылся для меня с совершенно другой, отличной от комедийной, стороны. А его вкрадчивый убаюкивающий тембр голоса в оригинальной озвучке настраивает на повествовательный лад. <b>7,5 из 10</b>
почему мы чувствуем себя опустошенными и несчастными...
В предыдущих рецензиях максимальный балл 8 из 10, несмотря на восхищение и отсутствие критики. Почему? В чем недосказанность? На меня фильм произвел приятное впечатление глотка свежего воздуха. Удивительно до сих пор видеть появление голливудских фильмов с глубоким посылом, в океане посредственной продукции. Этот фильм, фильм-вопрос - <b>Зачем и Почему?</b> Один из последних этой категории - 'Молодость'. Маленькая ложка дегтя: <i>1) 'Не верю' - неестественное поведение героя Сигела в начале знакомства, сцена в кафе:</i> чрезмерный интерес к персоне журналиста, долгий пытливый взгляд в глаза. Нет, не верю. Герой Айзенберга для знаменитого писателя - давно прочитанная и неинтересная книга. Уоллис не с луны свалился, не с необитаемого острова вернулся, чтобы так хвататься за общение с посредственным журналистом. Несмотря на кажущуюся социофобию, недостатка естественного общения Уоллис не испытывает: преподавание, рисунки дочки друга, запутанная связь с одноклассницей, танцы... <i>2) Сцена ревности Уоллиса, конфликт, отдаление героев и новое сближение</i> Я все ждал: когда Липски задаст ему вопрос - что это было? к чему были эти претензии? Ведь именно сцена ревности и стала причиной конфликта. Но примерившись, наши друзья обходят эту тему стороной. Неестественность и недосказанность... Фильм замечательный. Игра Айзенберга на высоте. Сигел откровенно говоря слабоват... но может быть в этом больше вины режиссера? Уж кто точно сработал на десять баллов - так это гримеры. Очень правдива сцена восприятия Уоллиса женщиной агентом, до интервью на радио и после: легкое отвращение к внешнему виду в начале и восхищение после услышанного в эфире. И этот посыл чувствуется весь фильм: Неразрешимая проблема, нестыковка между внешними и внутренними: желаниями, поведением, ответами на вопросы себе и другим. <i>'ты лучше остальных, потому что понимаешь, что это иллюзия, но ты хуже остальных, потому что ты не можешь двинутся с места</i>' Люди стараются не задавать себе неудобных вопросов, стиль жизни - сделай себя сам и будь счастлив - уводит людей от поиска главных для думающего человека ответов. Человек может иметь все, о чем мечтает обыватель: богатство, славу, почитателей, но быть несчастным и одиноким. Фальшь, которую невозможно не замечать, не дает покоя многим из нас: <b>Ты успешен и люди к тебе тянутся. Ты неудачник и тебя сторонятся.</b> Уоллис не может примирить себя с самим собой, именно по этой причине. Секс и создание семьи для него легкодоступны, но он не принимает эти правила игры. Он хочет, чтобы в жизни работали другие правила, но как человек умный понимает, что других правил и других ценностей у людей его окружающих - <b>НЕ БУДЕТ...</b>
Личностное противоречие
'<i>Меня волнует, что сейчас я практически занимаюсь проституцией. Я продаю себя ради известности, которая, в свою очередь поможет мне продать еще больше книг...</i>' На мой взгляд, данная драматургическая картина - одна из лучших в этом году и на это есть вполне обоснованное мнение. В начале фильма нам навивают депрессивную обстановку, которая держится на протяжении всей драмы. Наверное, это было сделано с целью более глубоко передать атмосферу, царившую в душе фигурирующего персонажа этого фильма - Дэвида Фостера Уолесса - небезызвестного автора знаменитого романа «Бесконечная шутка», который, по версии журнала 'Time', вошел в список ста лучших романов 20-го века. Весь сюжет развивается вокруг двух людей, между которыми завязались профессиональные отношения - отношения между журналистом и человеком искусства. И так, на протяжении всей картины, по моему мнению, автор отдал предпочтение освещению именно этой проблемы. Ведь изначально Дэвид Липски приехал в городок Уоллеса лишь с одной целью - взять у него интервью для написания хорошей истории, но уже в течение некоторого времени между ними завязывается некая дружба, которая позволила Липски 'выкачать' больше информации со своего нового друга. Со временем, они начинают делиться сокровенными мыслями и желаниями друг с другом, что ломает между ними 'своеобразный' барьер. Однако, под конец тура, в результате конфликта эти отношения охлаждаются. Уже у себя в городе, перед отъездом Липски, Дэвид просит 'обменяться контактами', вероятно по причине депрессии и недостатка в общении, ведь единственный, с кем Уолессу за последнее время было интересно общаться - был именно этот журналист. На что Липски соглашается, а потом благополучно забывает. И вот, после смерти Уолесса, Дэвид вспоминает и ностальгирует по этим моментам, проведенных во время тура с писателем и понимая все последствия этой ошибки, которую он допустил, перестав с ним общаться. Как одна из причин, почему статья об Уолессе не была выпущена - это был не самый интересный материал и тревога Липски не оправдать ожидания писателя, ведь как-то раньше он попросил его позволить ему переписать статью с его точки зрения, на что Дэвид не согласился. В заключение хочу сказать, что этот фильм оставил след где-то в глубине меня, показав внутренний мир человека, который, казалось, обрёл популярность и большие гонорары, но всё по-прежнему оставался несчастливым...
Запах жевательного табака, газировки и сигарет
На экране бегут титры, а в горле застыл ком. Закончив просмотр этого невероятно сильного фильма, я не могу избавится от целого спектра ощущений. А это значит лишь то, что <b>'Конец тура'</b> определенно <b>стоил просмотра</b>. Кино, держащееся по сути на <b>игре двух актеров</b>, <b>нескончаемых диалогах</b> и <b>биографичности</b>, получилось, без преувеличений, <b>великолепным.</b> Имя <b>Джейсона Сигела</b> на постере явилось для меня своеобразным зеленым светом, побудившим к просмотру. Давно пора было Сигелу отклеить от себя ярлык комичного персонажа ситкома (хоть и безгранично мной любимого) и проявить мастерство в <b>серьезной роли</b>. В ленте 'Конец тура' - это амплуа известного и успешного писателя <b>Дэвида Фостера Уоллеса</b>, преподающего в университете и живущего в одиночестве. Хоть этот образ для Сигела и нов, но неизменные <i>харизма</i>, <i>внутренний свет</i> и <i>доброта</i>, присущие героям, которых он воплощает на экране, напоминают нам о силе его таланта. Что касается <b>Джесси Айзенберга</b>, то в фильме он предстает перед нами в роли ушлого репортера Роллинг Стоун - <b>Дэвида Липски</b>, которого заинтересовала личность и история такого творчески одаренного человека, как Фостер Уоллес. Этот интерес и заставляет его отправиться в заснеженный штат, туда где живет писать. По мере общения Липски и Уоллеса, сначала неловкого, а затем доверительного и открытого, Липски по-человечески проникается долгими и бурными беседами с Уоллесом во время его последнего тура в поддержку книги. То, что началось как сугубо <b>профессиональный и сопернический интерес</b> перерастает если не в дружбу, то в <b>глубокое уважение к личности</b> писателя, его огромному и сложному внутреннему миру, а также в стремление достичь тех же высот, которые покорил Уоллес. Неудивительно, что человек настолько незаурядный и добрый оставил неизгладимый след в жизни репортера Лепски. Это <b>интервью</b> навсегда <b>изменило его жизнь</b>, заставило поступиться профессиональными принципами, посмотреть на вещи другими глазами. Время, проведенное с ним, напомнило Лепски о том, что есть <b>Жизнь</b>. Он часто будет <b>вспоминать</b> <b>ту поездку</b>, себя и Уоллиса в его машине: когда они оба были молоды, оба не знали куда заведет их жизнь и не знали того, что больше им не встретиться. <b>И тот разговор.</b> <b>Лучший в его жизни.</b> 8 из 10
Перед нами биографический фильм о <b>Дэвиде Фостере Уоллесе</b>, авторе романа <b>«Бесконечная шутка»</b>, включённого журналом <b>Time</b> в число ста лучших англоязычных романов ХХ века. За основу сюжета была взята книга репортера <b>Rolling Stone Дэвида Липски</b>, в которой рассказывается о пятидневном интервью с Уоллесом во время тура, организованного в поддержку его нашумевшей книги. В самом начале нам объявляют о самоубийстве героя <b>Джейсона Сигела</b> (Уоллес) и тем самым вгоняют нас в депрессивное состояние. Но это только начало. Маленький американский городок, где живёт Дэвид Уоллес тоже не самое весёлое место. Режиссёр <b>Джеймс Понсольдт</b> <i>(«Захватывающее время»)</i> только усиливает психологический эффект такой серой атмосферой и даёт нам возможность ещё сильнее углубиться и прочувствовать состояние человека, который полностью опустошён и неудовлетворён своей жизнью. <b>«Конец тура»</b> - очень личный фильм. Это особенно проявляется в диалогах двух главных героев, совершенно разных людей, которые за несколько дней стали родными друг другу. Они едят нездоровую пищу и обсуждают совершенно разные темы. Путешествия на автомобиле, автобусе и самолете ещё сильнее объединяют их. Писатель и репортёр не просто занимаются стандартным процессом – вопрос-ответ, они пытаются по-настоящему узнать друг друга, не как коллеги, а как товарищи. Главные роли исполнили <b>Джейсон Сигел</b> и <b>Джесси Айзенберг</b>. Особенно хорош первый, такого Сигела вы никогда не видели раньше. Это карьерный прорыв звезды <b>«Freaks and Geeks»</b>. <b>«Конец тура»</b> - это отличный биографический фильм об одном из самых загадочных писателей Америки. Картина Понсольдта мне напомнила <b>«Почти знаменит» Кэмерона Кроу</b>, оба фильма о депрессии и внутренних конфликтах. Если Кроу рассматривал это на примере рок-звезды, то Понсольдт на примере писателя. Что у одного, что у второго – получилось великолепно. 8 из 10
Душа по разговорам
<i>Не знаю было ли с тобой когда-нибудь такое. Но это хуже, чем любая физическая травма. Чувствуешь, что каждая аксиома оказалась ложной, и ничего на самом деле нет. И ты ничто. И все это иллюзия, а ты лучше других, потому что можешь видеть эту иллюзию.</i> 'Скучно. Я всегда злобный. Никакого веселья ни для кого' - такими были последние слова Хантера Томпсона, вечно конфликтовавшего с миром и самим собой, который застрелился на своей ферме в Колорадо в возрасте шестидесяти семи лет. Еще один великий ум от мира литературы, Эрнест Хэмингуэй под конец своей жизни начал страдать от всепоглощающей паранойи и решил покончить с этим в возрасте шестидесяти одного года. Американская поэтесса двадцатого века Сильвия Плат, сражающася с тяжелой депрессией, отняла свою собственную жизнь в возрасте тридцати лет, а современный писатель и ее соотечественник Нед Виззини, автор популярнейшего у себя на родине романа 'Это очень забавная история', проиграл битву с биполярным расстройством в возрасте тридцати двух лет. Как и большинство творческих людей, писатели имеют очень тесные отношения с безумием, депрессией и самоубийством, которые чаще всего идут рука об руку, как закадычные подружки. Одним из таких неуравновешенных гениев был Дэвид Фостер Уолесс, автор романа 'Бесконечная шутка', покончивший собой в возрасте сорока шести лет, тем самым заинтересовав множество коллег-писателей, слетающихся на эту классическую невыдуманную трагедию, как мухи на мед. О жизни Дэвида Фостера Уолесса было написано несколько книг. Одной из них была работа журналиста Rolling Stone Дэвида Липски 'Хотя в конце ты конечно становишься собой', рассказывающая об их совместном с Уолессом роуд-трипе, во время которого Липси попытался понять сложную душу одного из самых загадочных писателей Америки того времени. Молодой, но уже отлично зарекомендовавший себя режиссер Джеймс Понсольдт, известный вам по картинам 'В Хлам' и 'Захватывающее время', решил превратить книгу Дэвида Липски в фильм под названием 'Конец тура'. Несмотря на всю свою проблематичность, Дэвид Фостер Уолесс в исполнении Джейсона Сигела это не тот черно-белый и вечно задымленный образ непомерно страдающего мыслителя от мира литературы, сидящего в элитном ресторане, потягивая вино и насыщаясь пафосом, вдохновляющим его исторгать философские реплики о смысле жизни. Если бы вы увидели Уолесса на улице, то ни за что бы не признали в нем знаменитого писателя - он скорее смахивал на необразованного шахтера, попыхивающего сигаретами без какого-либо изящества и живущего самой скучной жизнью на земле в самой обычной части планеты. В картине Джеймса Пондсольдта такова не только его наружность, но и внутренний мир - в большинстве эпизодов Дэвид Фостер Уолесс предстает перед нами живым человеком и от этого те моменты, в которых он становится этой легендарной истерзанной душой, только видны еще ярче. Уолесс одинок, несчастен и потерян, и, как и все, кто когда-либо были на его месте, он не видит в этом ничего романтичного. Это и опыт, который помогает творить, задавать вопросы и искать на них ответы, и опыт, который хочется спрятать глубоко-глубоко у себя в душе, потому что ни один интригующий роман не стоит бесконечного отупения, порождаемого днями, месяцами, годами и десятилетиями депрессии. С самого начала фильма 'Конец тура' вы знаете, что перед вами человек, который умрет, и медленно, но верно вы узнаете почему. Не важно, сколько книг Дэвида Фостера Уолесса было продано, сколько раз его имя упомянули по телевизору, сколько девушек захотели лечь его в постель и сколько модных журналов хотели заполучить его для интервью. Никакое количество бумаги, телеэфиров, девушек и глянцевых страниц не смогли бы спасти человека, живущего в агонии депрессии, которая, как настоящее заболевание, а не модный термин, обозначающий плохое настроение, ничуть не менее смертельна, чем рак. Дэвид Липски в исполнение Джесси Айзенберга обозначает эту иронию очень четко - его новоприобретенный друг имеет все, о чем сам Липски может только мечтать, тем не менее, он все равно несчастен. Успех Уолесса лишь вырезает из его боли новые узоры. Важно не то, что Джейсон Сигел сумел так четко воспроизвести внешность популярного писателя, гораздо большее значение имеет то, что он смог без лишней надменности изобразить вечно застрявшую между смыслом и бессмысленностью душу Дэвида Фостера Уолесса. Новый фильм Джеймса Пондсольдта 'Конец тура' это история о встрече с разумом, пораженным одновременно гениальностью и болезнью, простотой и сложностью. Между Липски и Уолессом нет практически ничего общего, но именно это делает историю такой понятной - Липски, не обремененный беспокойным разумом, является вашим проводником по неизведанному миру громкой депрессии и тихого безумия, в котором существовал Дэвид Фостер Уолесс большую часть своей жизни, до самого последнего вздоха.
Как много биографических фильмов о писателях вы можете вспомнить? Хорошо, а как много хороших биографических фильмов о писателях? Допустим первое, что приходит на ум - «Волшебная страна» с Джонни Деппом, «Яркая звезда» Джейн Кэмпион или, хоть немного выбивающаяся из данного списка, но все же биографическая лента «Капоте» Беннетта Миллера. Но у всех этих фильмов акценты были слегка сдвинуты: в одном главенствовала тема семьи, в другом любви, а в третьем вообще психология и резонность совершения убийства. В фильме Джеймса Понсольдта «Конец тура» во главу угла ставиться непосредственное мышление автора, его жизненная позиция и внутренние переживания. Другими словами, фильм является идеальным примером образцового рассказа о жизни и внутреннем мире писателя, который был одним из тех людей, что рождаются лишь раз в поколение. Дэвид Фостер Уоллис – американский писатель, автор тысячестраничного романа «Бесконечная шутка» (Infinite Jest, 1996). Российскому читателю сия книга практически неизвестна, впрочем, как и сам автор. Однако рукопись получила множество премий, а журнал Time включил её в число ста лучших англоязычных романов ХХ века. Следующей книгой Дэвида был The Pale King. К сожалению, работа осталось незаконченной из-за самоубийства Уоллиса, однако в 2011 году она была издана в незавершенном виде и была выдвинута на Пулитцеровскую премию. Дэвид Липски – американский журналист, почетный публицист в журнале Rolling Stone, а также широко признанный писатель. Единственным романом в карьере Липски стала книга The Art Fair, выпушенная в том же 1996 году, как и «Бесконечная шутка» Уоллиса. Настоящего успеха он добился благодаря документальным работам Absolutely American: Four Years at West Point (2003) и Although of Course You End Up Becoming Yourself: A Road Trip with David Foster Wallace (2010). Последняя и легла в основу фильма «Конец тура», в ней рассказывается, как Липски отправляется взять интервью у «одного из самых самобытных автором Америки всех времен» Уоллиса, который совсем недавно выпустил свою книгу, а теперь находится в туре по стране в поддержку своей работы. И дабы объединить полезное с приятным, они вместе отправляются в последнюю точку назначения тура – Миннесоту, чтобы провести это пятидневное путешествие вместе. По фильму, мы знакомимся с Дэвидом Фостером Уоллисом (Джейсон Сигел) по приезду Дэвида Липски (Джесси Айзенберг) к нему домой. Писатель (фактически, они оба писатели, и оба Давиды, так что было понятнее и не путаться, то Уоллиса я буду называть писателем, а Липски – журналистом) живет холостятской жизнью в небольшом уютном домике на севере страны. У него есть две собаки, одну зовут Джинкс, а вторую Дрон. Последний, по словам Уоллиса, явсляется «запасным» псом, так он хотел одну собаку, которой стала бездномная Джинкс, а потом он встретил еще одного зверя без крова и не смог пойти против себя, оставив бедное животное без хозяина. Сам Уоллис в данный момент преподает в местном институте, куда первым делом они с Липски отправляются. Журналист постоянно держит включенным диктофон, все больше удивляясь непередаваемому чувству юмора своего собеседника. Поначалу, темы их разговоров отличаются легкостью и непринужденностью, они то заговорят о собаках Уоллиса, то начнут рассуждать на тему мужской мастурбации или разговор зайдет о канадской певице Аланис Мориссетт, чей постер висит на стене у Дэвида Фостера Уоллиса. Но со временем они все больше понимают друг друга, подстраиваются и, по сути, становятся настоящими друзьями. Липски становится сложнее делать свою работу - задавать каверзные вопросы. Он знает, что раньше Уоллис страдал глубочайшей депрессией, за что его отправили в клинику на долгих 7 лет. Также ему известен слух о героиновой зависимости своего собеседника. Но как бы найти верный момент и подход для такого скользкого и неприятного вопроса? Ведь цена может быть слишком высокой – потеря всего, что за эти пять дней сделало из двух незнакомцев двух верных приятелей. Хоть жанр фильма – роуд-муви, а кинофильмам данного жанра обычно присущ экстравертный характер повествования, здесь прицел на внутренний мир. Это очень личное кино. Дэвид Уоллис предстает не только человеком искренним, он еще является откровенным кладезем умных мыслей. Как-то он сказал, что «самое страшное – это быть живым, и быть человеком». На первый взгляд абсолютно пустая фраза, не имеющая значения, но если вдуматься, то она несет в себе куда больше смысла, чем большинство известных афоризмов. Несмотря на всеобщее признание, он отказывается называть себя известным. Ему чужда «звездная болезнь», да и тот факт, что он, возможно, оказал и будет оказывать влияние на не одно поколение откровенно настораживает. Нет, он не приуменьшает свои заслуги, он боится, что его неправильно поймут, будут трактовать по-другому. Как сказал герой Сигела в фильме: «Главный недостаток внимания – плохое внимание». Он считает, что каждый должен делать свою работу тщательно и с душой. Рассуждая на тему того, что телевидение все больше и больше поглощает людей, вынуждает их замыкаться в себе и не тратить время на общение с живыми собеседниками, Уоллис не винит в этом современные технологии и само телевидение, он капает глубже. Корень проблемы в том, он считает, что это современные писатели разучились выполнять свою работу так, чтобы их читали. Ведь нам проще обвинить нечто абстрактное, находящееся за приделами человеческого контроля, нежели просто заглянуть в самого себя и признать свою неспособность. В этом году произошел странный скачок сугубо комедийных актеров из фильмов второго сорта в высшую лигу. Однако, если Пол Радд, снявшись в громком летнем блокбастере, так и остался в своем привычном комедийном амплуа, то Джеймс Франко, Джона Хилл и Джейсон Сигел подались в драму. И именно последний из них выделяется особо. Снявшийся в свой лучшей роли за всю карьеру, Джейсон рисует кристально чистый портрет Дэвида Уоллиса. Начиная с манеры речи и поведения (особенно реакциям на конкретные вопросы или действия, через которые зрителю все заметнее открываются причины и последствия того самого, тяжелого периода в жизни писателя, прошедшего в глубочайшей депрессии) до внешнего вида. Для достижения фотографичной схожести, Сигел отрастил длинные волосы и сделал хвостик на затылке. Характерный многослойный стиль в одежде и бандана сделали Джейсона буквально двойником Уоллиса. По словам писателя, данная бандана не является просто лишь его фишкой или товарным знаком, для него она нечто вроде персонального психологического панциря, в котором он чувствует себя комфортно, и который «не позволяет его голове взорваться». Партнер Сигела по фильму – Айзенберг – просто не вправе портить бенефис товарища, и показывает столь сильную актерскую игру, не уступающую той, что он демонстрировал в «Социальной сети» или «Двойнике». 8 из 10