Александр Невский

По-другому не скажешь - действительно великий русский эпос. Грандиозная картина, до сих пор способная дать фору любым современным военным фильмам. Без ереси, без чуши, но честно и искренне. Советское кино во многом новаторское. Мы первые открыли жанр поэтического кино('Земля' Александра Довженко), мы первыми создали жанр киноэпопеи. И еще много чего. Эпическое кино создал совершенно потрясающий человек - Сергей Эйзенштейн. Его фильм 'Броненосец 'Потемкин' стал первым в данном жанре. И мы не должны забывать о великих достижениях наших режиссеров, не должны забыть о нашем вкладе в историю мирового кинематографа. Эйзенштейн снимает фильм 'Александр Невский' в 1938 году. В то время очень много выходило фильмов, в которых сюжет строился следующим образом: на СССР нападает некий враг(говорящий на немецком языке, носящий форму, которая очень похожа на форму солдатов СС). Этого врага советские войска очень быстро разбивают и прогоняют с территории страны. Это фильмы так называемой 'оборонной тематики'. Конечно, очевидно, что это делалось для предупреждения паники в рядах простого населения. Если вдруг случится война, то советские войска сильны и способны победить любого врага. Конечно, словно 'вдруг' здесь не совсем уместно. О том, что война наступит - рано или поздно - знали все. И к этой войне титаническими усилиями готовились. В том числе и в искусстве. Сергей Эйзенштейн не тот человек, который будет размениваться на подобные сюжеты, безусловно, важные, но не несущие в себе особенно глубокого художественного смысла и повествования. Тем не менее, и он понимает, что данный сюжет необходим. И он находит совершенно гениальный ход - обратиться к нашей истории. Фильм 'Александр Невский' сочетает в себе великий рассказ о великих победах прошлого, великий эпос о Руси и реакцию на происходящие события в современном мире. Немецкие рыцари ходят в шлемах, которые визуально очень напоминают шлемы фашистов. У епископа на одеянии свастика. Да и поведение тевтонских рыцарей, прямо скажем, не совсем христианское - языческие символы на шлемах и поклонение солнцу - то, чем так увлекался Гитлер. Однако, главное в фильме, конечно не это. Главное то, насколько сильно пропитан фильм русским духом, насколько все искренно-патриотично. Смотря фильм, видишь насколько Эйзенштейн большой художник. Современные деятели кино почему-то считают, что брызги крови и отрубленные конечности в ходе битвы - очень интересно, драматично и волнующе. Вовсе нет. За этим как раз-таки не чувствуешь ничего. Иное дело здесь. Да, порой бой выглядит слегка комично, но ты по-настоящему переживаешь за героев, полностью вовлечен в происходящее на экране. Так сейчас кино не снимают, а жаль... Финальные слова Александра Невского звучат грандиозно. Кто к нам с мечом придет, от меча и погибнет. На этом стоит и будет стоять русская земля. Прекрасный фильм, прекрасная играя актеров, прекрасная музыка, гениальный режиссер. 10 из 10

Этот фильм сопровождает меня всю жизнь... В глубоком детстве, когда родители привели меня с опозданием в кинотеатр, я, стоя в проходе к рядам, был потрясён ужасными первыми кадрами - полем, усеянным костями павших воинов. А затем - разрывающие сердце кадры с угоном пленников в ордынскую неволю, с дикой расправой крестоносцев над жителями Пскова... Всё это это было реально страшно... И вдруг... 'ВСТАВАЙТЕ, ЛЮДИ РУССКИЕ!'. В этот момент я видел слёзы на глазах у взрослых зрителей мужчин, их сжимающиеся кулаки... Это была настоящая магия создателей фильма - режиссёра, оператора, композитора, актёров! И снова леденящий душу фрагмент - атака рыцарей...Под чудовищную музыку накатывается, накатывается несокрушимая лавина нелюдей на закутанных в призрачные саваны конях...Но встали на их пути наши предки - встали на смертный бой, не боясь этой нечисти во плоти! Безусловно, фильм полон ляпов и исторических нестыковок. Никто ни разу лба не перекрестил (это - в XIII-то веке!)... Черкасов лет на 20 старше реального Александра, и почему-то по ходу битвы на нём несколько раз меняется шлем... во время жуткой мясорубки некоторые герои позволяют себе, механически помахивая рукой, вести непринуждённые диалоги... поединка с магистром, на самом деле не было... да и утопление крестоносцев не было столь масштабным... А да! Князь не мог позволить себе пренебрежительное высказывание о дружине, отдавая в грядущей битве предпочтение простолюдинам как военной силе... Не в меру бравурна и задорна музыка во время показа контратаки русской конницы... Но я всё прощаю этому фильму за его убедительную силу, за его мощнейшее эмоциональное воздействие на зрителя, за заложенное в нём потрясающее жизнеутверждающее начало. Игра актёров настолько убедительна, что забываешь о том, что великий Черкасов - далеко не юноша, что врагов играют наши же артисты, что некоторые боевые приёмы Васьки Буслая в сражении просто немыслимы. А сколько многозначительных деталей, которые украшают эту ленту, придавая ей чуть ли не документальную убедительность! Вспомните выражения лиц воинов первых рядов, на которых катится беспощадный вал рыцарской конницы! Вспомните старика, стоящего в дозоре, при показе сбора войска и людей, выползающих из обгорелых развалин на призыв к битве! Как смог Черкасов лишь парой мимических штрихов передать ненависть Александра в беседе с ордынским сановником! А перепад эмоционального состояния людей Пскова, поочерёдно встречающих павших богатырей, войско победителей и затем - вереницу пленников и предателей! Мало кто знает, что в США в 70 е годы этот фильм прошёл 'на ура', что совсем недавно многое из него почерпнули создатели 'Властелина колец'. А жаль! Старый фильм... Но не устаревший! О таких говорят - 'Шедевр на все времена!'

«- Защищаться не умею. Сами немца бить будем!' ( с ) Сергей Михайлович Эйзенштейн до этой картины не снимал звуковых лент. Хотя не был таким противником прихода в кино звука, как скажем Чарльз Чаплин – который даже ставя уже звуковые картины, старался минимизировать прямую речь персонажей. Он писал целые статьи относительно данной темы, в которых размышлял о том, как правильно подобранный звуковой ряд может помочь монтажу картины. Тем не менее, сам звуковых картин не снимал. По большому счёту, практически всё десятилетие он потратил на преподавание во ВГИКе, и заседая в худсовете «Мосфильма». Однако, он не переставал следить за развитием кинематографа, отмечая все новшества и революционные вещи: как тот же приход и развитие звукового видеоряда, появление цвета… Известно, что своей первой звуковой лентой Эйзенштейн хотел сделать «Бежин Луг», однако сюжет этой картины, шёл в разрез с общим настроением, достигшей своего апогея диктатурой советской власти, а потому фильм так и не был им создан. Так уж вышло, что экспериментировать с внедрением звука в кино, Сергей Михайлович начал уже во время работы над такой сложной и масштабной картиной, как «Александр Невский». К съёмкам которой, мастер подошёл как нельзя вовремя – в самый разгар покорения Европы фашистской армией, самопровозглашённого Третьего Рейха… По воспоминанием самого режиссёра – читая свежие газеты, освещавшие современную ситуацию в Европе, вперемешку с выдержками из исторических летописей 13 – ого века, можно запросто было потерять чувство реальности, поскольку тот ужас и хаос, который сеяли 700 лет назад крестоносцы, сопоставим с теми зверствами, что в середине 30 –ых творили ведомые Гитлером, немецкие завоеватели. Очевидно, что Сергей Михайлович понимал, что на покорении европейских государств, набравшая невиданную мощь нацистская военная машина, вряд ли остановится. Захватнически настроенные войска, более чем вероятно обратят взоры на обширные земли и богатства СССР. А в грядущей войне, русским людям нужен будет яркий исторический пример победы отечественных воинов – защитников, над вторгшимися на наши земли, чужестранными захватчиками. Не случайно, что немцами. И таким примером, политическим лидером и патриотом – защитником земли русской, являлся мудрый военный стратег, бесстрашный воин, в последствии канонизированный русской православной Церковью – князь Александр Ярославович, прозванный в народе за свою победу над шведами на берегу Невы – Невским. Исторически точным, и подробным рассказом о его жизни, правлении и смерти, планировавшийся художественный фильм – не являлся. Первоначальный вариант сценария предполагал затронуть так же фигуру Дмитрия Донского, положившего конец притеснению Руси татаро – монголами. Но впоследствии переработки сценарного материала, Эйзенштейн решил сосредоточится лишь на бессмертном подвиге русского народа, который под командованием Невского, встретил на рассвете 5 апреля 1242 – ого, на берегу Чудского озера, армию немецко – ливонских крестоносцев, разоривших до того Псков и двинувшихся на Великий Новгород. Эта великая и грозная сеча, должна была предстать на экране во всех подробностях своих перипетий, и показать главное – что это сражение было прежде всего «народной» битвой, поскольку одна княжеская дружина не справилась бы с ливонскими рыцарями, основную силу русского войска составляли мужики – ополченцы. Не все из которых были вооружены и экипированы должным образом, в отличии от мощной пехоты состоящей из хорошо обученных кнехтов, и первоклассной конницы псов – рыцарей, напавшего на русские земли монашеского ордена. Сценарий картины был написан самим Эйзенштейном, при помощи Петра Павленко. Среди второстепенных персонажей, наиболее колоритными вышли истинно былинные герои: друзья – богатыри Гаврило Алексич и Василий Буслаев – не смотря на дружбу, соперничающие за любовь красавицы – новгородки Ольги; мать Буслая – Амелфа Тимофеевна, кольчужных дел мастер Игнат – раздавший свой товар ополченцам за даром, а себе оставивший недоделанную, короткую кольчужку, дочь казнённого немцами псковского воеводы Василиса – принимавшая участие в сечи, на ровне с мужчинами! Столь же запоминающимися вышли и отрицательные персонажи: предатель Твердила – который ради спасения своего богатства, стал помогать захватчикам. Есть и чисто карикатурные – мерзкие личности, вроде трусливых бояр, которые желают откупиться от немцев данью, а в случае необходимости принять и их над собой правление. Запоминаются и магистр ливонских рыцарей, а так же зловещего вида священник – инквизитор, сопровождающий войско крестоносцев в походе, и благословляющий рыцарей на убийства женщин, стариков и детей – которых кнехты, вырывают из рук обезумивших от ужаса матерей, и на их глазах бросают живыми в костёр… Сергей Эйзенштейн был мастером создания экранного образа и монтажа. Это в полной мере проявляется и в «Александре Невском». Особенно поражают такие вещи, как фигуры грозных рыцарей, и прямая параллель ливонских крестоносцев с нацистами. На ведрообразных шлемах рыцарей, красуются различные навершия: перья, орлиные лапы, гребни и пр. В одном из эпизодов, тевтон снимает шлем с навершием в виде поднятой пятерни, и когда он держит шлем у груди – получается фашистское приветствие! Отличным вышел и монтаж: стремительная, прокрученная немного в ускоренном темпе, во время панорамной демонстрации битва. Детально обрисованы все важные моменты сражения, показан героизм русских, даже не воинов – а простых людей, в трудный час вставших на защиту своего отечества… Про звуковое сопровождение картины можно написать отдельную рецензию, оно вышло настолько удачным, что кантата «Александр Невский» - написанная великим композитором Сергеем Прокофьевым – в последствии исполнялась отдельно, и даже была издана на грампластинках. Музыкальные темы из этого фильма, можно встретить и во многих других, в том числе иностранных картинах. Песня «Вставая те люди русские – на славный бой, на смертный бой…» - вообще можно счесть предтечей «Вставай страна огромная…» - ибо что от той, что от другой – до сих пор бегут мурашки по коже! Не даром же, после заключения печально известного «пакта о ненападении», практически во всём пророческий фильм Эйзенштейна был запрещён советской властью, а уже после гитлеровского нападения в 41 –ом, демонстрировался не только во всех кинотеатрах Советского Союза, но и на фронтах – что здорово поднимало дух солдат, мотивируя их на самопожертвование во имя Великой Родины... Особых слов заслуживает исполнитель главной роли – великий русский, советский актёр Николай Константинович Черкасов. Он обладал превосходной фактурой и огромным актёрским даром перевоплощения, сыграв столь колоритных, непохожих как внешне, так и духовно героев: царевич Алексей, Александр Невский и Иван Грозный. Как это не невероятно, однако эти роли сыграл один и тот же человек! Роль доблестного, величественного князя Невского – стала не только его самой лучшей работой, но также тем образом, что послужил для изображения Александра на одноимённом ордене, появившимся в годы Великой Отечественной войны.

Итак, я посмотрел еще один из фильмов легендарного советского режиссера Сергея Эйзенштейна, агит-пропагандиста Советской России, любимца Иосифа Виссарионовича Сталина и действительно гения мирового кинематографа, и что я должен сказать. Это кино ни в какое сравнение не идет ни с 'Броненосцем Потемкин', и я полагаю, что и ни с 'Октябрем' просто потому, что много чего в нем упущено и недосказано. 'Александр Невский' получился крайне пропагандистким, хотя и снимался еще за 4 года до ВОВ. Он во всей красе продемонстрировал советскому народу, что у него должен быть бессменный лидер, защитник от захватчиков, борец с инакомыслием и предателями, и при этом, конечно же, пролетарий, а как же иначе. Именно таким в картине Эйзенштейна получился Александр Ярославович Невский, который в действительности был крайне тщеславным и жестоким человеком, а кроме того, самым верным исполнителем желаний Золотой Орды. Он неоднократно получал ярлык на Великое княжение Владимирское и даже занимался подавлением восстаний против баскаков. Здесь же он показан чуть ли не идеальным правителем, которого, конечно, заботила судьба всей Руси. Также хотелось бы отметить крайне нереалистичные бои (например, кровь вообще не пролилась ни разу за картину) поставленные Эйзенштейном, однако, в то время они смотрелись достаточно новаторски. Тем не менее, это, наверное, первый случай в истории, по крайней мере, советского кино, когда для битвы было собрано столь огромное количество массовки и столь огромное количество шлемов, бутафорских мечей и кольчуг. Это заслуживает уважения. Заслуживает уважения и огромная работа над шлемами крестоносцев, над одеждой католических священников, и в целом над костюмами. Также, камера у Эйзенштейна постоянно освещала отдельных персонажей в битве, крайне редко переходила на общие планы, что тоже поражает, так как над этим необходимо было крайне серьезно работать. Тем не менее, несмотря на все плюсы, сейчас битва на Чудском озере, поставленная Эйзенштейном, выглядит нелепо и смешно. Собственно говоря, в отличие от того же 'Ивана Грозного', который был на порядок лучше и, скажем так, смелее, и самое главное, длиннее, 'Александр Невский' не раскрывает собственно характер самого князя. Он показывает нам стереотипный образ правителя, который был нужен Руси, ну или в контексте того времени, СССР. Сам образ князя выглядит крайне карикатурно, и, дабы отойти от критики в отношении его изображения, Эйзенштейн еще больше внимания уделяет именно битве на Чудском озере, которая действительно смотрелась смешно. Не менее карикатурно изображены им крестоносцы, которые вообще непонятно каким образом тогда захватили всю Ливонию и вплотную подошли к Новгороду. Они просто никакие. Чуть не забыл сказать, что мне понравились актерские работы: Николай Черкасов в образе Невского и его коллеги очень хороши в образе дружинников. Музыка - это самое положительное в картине. Она была написана Сергеем Прокофьевым, что не может не радовать. Однако, все же необходимо отметить, что данная картина является классикой советского кино не потому, что в ней столь много плюсов, что не сосчитать, а потому, что Эйзенштейн своей фигурой превращал каждую картину в событие, если не мирового, то по крайней мере советского маштаба. В своей время, да и именно во время войны с немцами, это картина пользовалась грандиозным и умопомрачительным успехом, и именно поэтому вошла в историю кино. И я из уважения к этому гению, не могу поставить меньше... 7 из 10

Определенно создание кино для советского союза был очень трудоёмким процессом. Особенно если учитывать довоенное время и чуткий надзор товарища Сталина. Но тем не менее, проделав большой труд Сергей Эйзенштейн и его команда сотворили настоящее патриотическое кино, ставшее классикой. Фильм 'Александр Невский' повествует нам о большом событии, переломившем ход захватнической кампании Ливонского ордена 1240 -1242 годов, а именно о сражении на льду Чудского озера получившем название Ледовое побоище. Сам фильм, на мой взгляд, по своей технической составляющей блестяще выполнен. Разумеется если учитывать год создания, ведь на то время не было ни компьютерной графики ни других атрибутов современности, которые бы внесли ту зрелищность, которую привык видеть современный зритель. Сегодня я думаю многим будет сложно воспринять павильонные съёмки и быть может даже где-то зевнуть. Это нормально, но суть фильма то не в этом. Каждая сцена фильма пропитана патриотизмом и это чувствуется даже в каждом взгляде актёров. Эйзенштейн на мой взгляд не столько хотел экранизировать большое историческое событие сколько поднять историческую нравственность в глазах советского человека, дабы последний помнил что в его жилах течет горячая славянская кровь, способная на большие волевые свершения. Разумеется в словосочетании 'советский гражданин' я прежде всего имею в виду представителей славянских народов. Местами конечно допущены некоторые исторические ляпы, но думаю это не помешало успеху фильма на то время. Да и не особо это мешает сейчас. Я говорю спасибо Эйзенштейну за этот фильм и проведя параллели с современностью я убеждаюсь, что его труд неплохо бы пересмотреть многим из нас. Особенно тем кто падок на зарубежную культуру и тем кто с успехом забывает то, кем он есть на самом деле. 7 из 10

Легендарный фильм, ставший безусловной классикой советского кино. Картина, которая по мнению безусловного большинства формирует патриотические струны и прославляет воинский дух. Картина, которая будучи снятой в преддверии Второй мировой войны, по своей сути предопределила весь ход Великой Отечественной. Как к этому фильму можно относиться нейтрально? А ведь можно. Как я полагаю, самой сложной задачей Эйзенштейна было описание атмосферы русского Средневековья. Люди совсем по-другому одевались, говорили, вели себя. И тут, если идти по пути исторической точности, то несомненно можно было придти к мрачной картине суровой безысходности, написанной в 'Андрее Рублеве' Тарковским. Но ставка Эйзенштейна была кардинально иной. Тона были преимущественно светлые. Красочные одежды и военные доспехи составили одежду героев, а их речь состояла преимущественно из пословиц и присказок. Ими наполнен весь фильм. Вспомним некоторые из них: <i>- В дом входя хозяев не бьют. - Другой работы нет? - А чем эта плоха? - С родной земли, умри но не сходи. - Русскую землю на товар меняешь?</i> <i>- Вождь нужен.</i> Да-да. Там была именно и такая аккуратная в своей лаконичности фраза. Очевидно, что за славной фигурой Невского просматривался совсем другой, современный для тех лет силуэт. Сталин любил кинематограф и успех наполненного позитивным оптимизмом 'Александра Невского' во многом заретушировал не только образ самого Александра. Перед зрителем нарисовали образ патриархального былинного правителя - сильного, побеждающего, смелого, благодушного к побежденным и нетерпимого к предателям (иудам). Кстати, опирающегося на простого русского мужика. Другими словами, зрителю был предложен образ идеального правителя и оставлена возможность самим прокладывать параллели. Что вполне предсказуемо. Однако, меня более всего интересовало изображение средневековых баталий. Используя большую массовку Эйзенштейн практически отказался от общих планов. Не стремился он и ракурсам сверху, добавившим бы масштабности. Не случайно ведь самая зрелищная и берущая за душу сцена фильма снята общим планом - возвращающееся войско на фоне православных храмов. В моменты боя камера выделяла персоналии, акцентируя внимание на личностях. Психологически это несомненно насыщало фильм, но зрелищности тут особой не было. По сути, зрителю демонстрировали прекрасно сделанные доспехи и вполне скромных достоинств бутафорские мечи. Так уж сложилось, что многим финальная сцена суда пришлась по душе. Перефразированная библейская цитата про 'тех кто с мечом придет' очень емко сформулировала весь ход Великой Отечественной войны. Но суд над побежденными рыцарями меня глубоко опечалил. Когда добрый царь величественно глядя на пленных говорит о суде, так и хочется порадоваться за мудрость правителя. Но что же получается? По отношению к большей части кнехтов он рассуждает следующее: '- На мыло менять будем'. Тут сразу вспоминается начальный посыл фильма про то, что 'русскую землю на товар менять недопустимо'. И если данный эпизод смотрится слишком уж ироничным, то следующее решение экранного правителя несколько удивляет. Выделяя реальных лидеров ордена он оставляет их на растерзание толпы мирно усмехаясь. Едва ли такое отношение имеет что-то общего с судом (при любых преступлениях). Да и от суда там только одно название. Властитель называет судом собственные решения. На мой вкус, логический финал картины - это поле битвы наполненное раненными. Страдания мужчин были очень емко подмечены. Понравилось и появление лисицы, совершенно нелогичное и тем самым реальное. Но акценты Эйзенштейна оказались совсем другими. 7 из 10

Даром, что с исторической точки зрения не всё гладко, даже при наличии таких консультантов, как профессор А. Арциховский и комбриг К. Калмыков. Но в потрясающей образности, которую мастерски создаёт Сергей Эйзенштейн, пробивается чуть ли не в самую глубь русского менталитета, усиливая патриотические чувства. Чем и объясняется оглушительный прокатный успех фильма, как и в 1938 году, так и во время повторного проката в 1941-1942 гг., который только усиливался за счёт внешней агрессии. Многие часто сомневаются в силе воздействия кинематографа на массы, благо и удачных примеров очень мало. Их вообще можно пересчитать по пальцам. Но именно у Сергея Эйзенштейна сразу два фильма имеют такую редкую силу: 'Октябрь' и 'Александр Невский', благодаря, которым и была создана определённая советская мифология. И если первый фильм с точки зрения истории вполне адекватен, хотя и отражает только одну сторону конфликта, что с идейной точки зрения верно. Как говорится, если бы захотели, то сняли бы свою версию 'Октября', да вот только 'эйзенштейнов' на всех не хватит. А вот 'Александр Невский' гораздо интереснее с точки зрения мифологии, которая кардинально противоречит историческим фактам, но за счёт выдающегося художественного уровня, при этом доступного для широкого зрителя, была создана новая система координат советского и российского исторического пространства. Уже сейчас (ну или как минимум, в конце 90-х - начале 2000-х гг.) в школьных учебниках истории вместо описания Ледового побоища и тогдашней геополитической обстановки на Руси, идёт практически дословный пересказ данного фильма. Конечно же, заканчивающийся знаменитой фразой: 'А если кто с мечом к нам войдёт, тот от меча и погибнет. На том стоит и стоять будет РУССКАЯ ЗЕМЛЯ'. А ведь это всего лишь, перефразированная сценаристами фильма, цитата из Евангелия по Матфею. И практически невозможно кого-то переубедить в том, что они оказались под косвенным или прямым воздействием этой уже старенькой 75-летней картины Сергея Эйзенштейна. Хотя гораздо сильнее отозвалась в зрителях другая финальная установка Невского: 'Кто забудет о нашем подвиге - побью. А умру, так сыновьям накажу, чтобы били всех, кто забудет'. И это вполне правильный подход, учитывая, что враг-то жесток, а любое его восстановление в правах, означает предательство. Самое интересное, что религия из событий XIII века стала достоянием только немецких агрессоров, которые сжигают детей с благословения Папы Римского, в то время, как славянское воинство воюет за свободу, где духовность, основана на патриотизме, но не на вере. А ведь 'Александр Невский', несмотря на то, что в нём уже почти что нет знаменитого короткого монтажа, гораздо больше имеет прав называться предшественником современных музыкальных видеоклипов. И дело не только в том, что музыка Сергея Прокофьева хороша, но и тем, как она использована в фильме. Ведь большая часть звукового ряда была записана до фильма, но что важнее, сам фильм снимался таким образом, чтобы быть наложенным на этот саундтрек, в котором Прокофьев экспериментировал с инструментами и хоровыми партиями, сочетал эстетику славянских народных мотивов с чем-то вагнеровским для иллюстрации Тевтонского ордена, создавая иллюзию, что звуки исходят из кадра, и как бы сливаются с закадровой музыкой, хотя это не совсем так. Это было чуть ли не идеей фикс для Эйзенштейна: чтобы музыка не просто звучала или подчеркивала кадр, а была его движущей силой. Всё что происходит внутри оного строго выверено с музыкальным строем, а монтаж подвластен музыке, а вовсе не наоборот. И это на фоне того, что в кинематографе 30-х гг., а особенно в кино 40-х гг., музыка не просто использовалась чаще всего бездарно, но и вовсе вставлялась по принципу, лишь бы была, часто заглушая диалоги и фоновые шумы. Переход к звуковому кино для многих тогда стал открытием с которым не ясно, что делать. И только Эйзенштейн, который ещё в своих немых лентах много внимания уделял тому под какой аккомпанемент их будут показывать, понимал силу музыкального сопровождения и музыкальную природу кино. Жаль только, что в 30-е гг., ему всё больше не везло: мексиканский проект, так и не был доделан, хотя в последствии был смонтирован из сохранившегося материала, почти готовый 'Бежин луг' был подвергнут уничтожению за 'формализм', а целых два среднеазиатских фильма были свернуты на раннем этапе съёмок, а материалы отправили в отдел хроники (так что если показывают хронику о жизни в Узбекистане 30-х гг., вполне возможно её снял Сергей Эйзенштейн). Но 'Александр Невский' позволил ему реабилитироваться, и подобно своему величавому, жесткому, но справедливому герою, объединяющему весь народ за собой, Эйзенштейн снова возвысился над кинематографистами своей эпохи.

<i><b>«Александр Невский»</b></i> - один из самых выдающихся фильмов XX века. Снятая режиссером <b>Сергеем Эйзенштейном</b> костюмно-историческая, военно-патриотическая агитка до сих пор пользуется популярностью у зрителя. Ни один курс по истории кино в вузах не обходится без просмотра этого советского шедевра. А кадры из «Александра Невского» по-прежнему используются в документальных фильмах. История создания этого фильма сама по себе очень интересна. В <b>1937 г.</b>, когда стало ясно, что гитлеровский режим набирает нешуточную и опасную силу, идеологи принялись искать такой исторический пример, где русские противостояли бы немцам. Такой пример был найден в лице Александра Невского – знаменитого новгородского князя-полководца, разбившего 5 апреля 1242 г. на Чудском озере немецких рыцарей Ливонского ордена. При внимательном просмотре можно заметить нацистскую символику на головном уборе епископа. Любопытно отметить, что после подписания пакта Молотова-Риббентропа эту ленту запретили показывать ввиду улучшения дипломатических отношений между СССР и Германии, а после начала Великой Отечественной войны запрет был снят. Александр Невский сам по себе личность спорная. С одной стороны, он был первым русским князем, который добровольно пошел на сотрудничество с Золотой Ордой. С другой стороны, он удачно сумел отразить нашествие Запада в 1240 и 1242 гг. Однако, на тот момент, создателям фильма пришлось остановиться на одном, «положительном», факте биографии полководца. Дальше шел миф, умело созданный сценаристами С. Эйзенштейном и П. Павленко. Именно с подачи этого фильма в головах советских людей закрепился образ храброго русского воина, талантливого стратега, справедливого патриота - князя Александра Ярославича Невского, которого сыграл актер <b>Николай Черкасов</b>. Даже тот Невский, что изображен на картине П. Корина (которую часто можно встретить в учебниках по истории России) был срисован с «киношного». Из всех эпизодов фильма наиболее заметно выделяется тот, который посвящен самой битве. Во-первых, по длительности он занял чуть ли не треть картины. Во-вторых, сама экранная битва была снята гораздо сложнее остальных сцен. Здесь и прием субъективной камеры (словно события показаны глазами одного из воинов), и огромная работа настоящих людей в массовке (учитывая, что сегодня массовку можно нарисовать на компьютере), это и энергичный темпоритм за счет монтажа и музыки Сергея Прокофьева. Безусловно хотя бы ради этой сцены современному зрителю стоит посмотреть «Александра Невского». Самая запоминающаяся каждому зрителю сцена – речь Невского, поскольку его слова «Кто с мечом к нам придет – тот от меча и погибнет» буквально врезаются в память. Несмотря на то, что мне не очень нравится смотреть пропагандистские фильмы, ничего плохого в «Александре Невском» я не увидел. Наоборот, картина, хоть и наполнена пафосом, прежде всего, призывает любить свою Родину и сражаться за нее. 8 из 10

Фильм «Александр Невский» – пример того, как из госзаказа можно сделать картину «военно-оборонную по содержанию, героическую по духу, партийную по направлению и эпическую по стилю» (Н. К. Черкасов, «Записки советского актёра») и в то же время глубокого выразительную. Идея данного фильма поступила, что называется, «сверху», и из предложенного пантеона героев Эйзенштейн выбрал Александра Невского. История жизни и смерти Великого князя Александра Ярославича была сокращена до его <b>триумфа в</b> <b>Ледовом побоище</b>, когда дружины простых новгородцев разбили многочисленную тевтонскую армию. В положении <b>назревания мощи нового лидера Германии</b> обращение к историческому событию было очень важно, дабы <b>напомнить народу о его героическом прошлом</b> (не случайно в фильме сделан акцент на победу именно народную), дать опору на свои корни. Фильм – открытый призыв к патриотизму, и идеологическая обработка тут без надобности. Это ещё и своего рода напоминание миру (фильм демонстрировался за рубежом) о могуществе русского народа, заявка на то, что <i>«если кто с мечом к нам войдет – от меча и погибнет. На том стояла и стоять будет русская земля!»</i> «Александр Невский» – первая работа Эйзенштейна со времён приезда из эмиграции, <b>первая звуковая его работа.</b> Надо сказать, что Эйзенштейн применил-таки некоторые учтённые в период эмиграции находки, например, приём работы со звуком, когда шум боя, только что происходившего на экране, при перемещении камеры на другой кадр становится глуше, или, например, <b>глубинное построение мизансцены,</b> продемонстрировавшееся в 1941 году Орсоном Уэллсом в 'Гражданине Кейне'. Подвергнутые критике за формализм «монтаж аттракционов» и опора на типажи немого периода своего творчества Эйзенштейн меняет на <b>условность и бутафорию.</b> Всё действо напоминает <b>оперное представление:</b> нарочито русские костюмы, статичные кадры массовки, расставленной на разных уровнях, её одновременное движение в кадре, театральные 'оценки' персонажей, взгляды «в даль» во время диалогов (герои часто не смотрят друг на друга), а вместо оперных арий – <b>монументальная музыка Сергея Прокофьева.</b> Тем не менее Эйзенштейн не отрёкся от своего стремления к шоковому воздействию, например, в сцене сжигания детей в захваченном Пскове под распятиями, перекрещиваемых инквизитором, больше напоминающим своим образом смерть с крючковатыми пальцами, орлиным носом, черным капюшоном и чётками вместо косы. Вообще фильм богат образами, будто вышедшими из <b>легенды:</b> русские богатыри, «высокий, весёлый» Василий и степенный, задумчивый Гаврило, кузнец в коротенькой кольчужке (который рассказывал анекдот про лису и зайца) как воплощение русской народной мудрости. Воспроизведение события Эйзенштейн стремился сделать не исторически точным, а былинным, как можно меньше соприкасаться с хронологией, а больше с легендой. Отсюда и <b>незамысловатый сюжет</b>, и <b>выразительная визуальная образность</b>. В моменты боевых столкновений армия «белых» (крестоносцев в белых костюмах) набегает сверху на армию «чёрных» (русских в кольчугах и шлемах), когда удача на стороне врага, а когда наоборот, соотношение цветов соответственно меняется. Крупные планы черепов, разбросанных сабель, бродящие вокруг вороны – вся обстановка после боя, выстроенная Эйзенштейном и заснятая <b>Эдуардом Тиссе</b> напоминает картину <b>Василия Верещагина «Апофеоз войны»</b>. Вообще Эйзенштейн особое внимание уделил <b>птицам</b>, хотя и не сказать, чтобы сильно акцентировал на них внимание. После боя на озере на умершем крестоносце сидит сокол – солнечный символ победы, за головой Невского на заднем плане в расфокусе ходит чёрный ворон, в сказаниях обычно прилетающий на места кровопролития и выклёвывающий павшим воинам глаза, широченный по своему значению символ. Таким образом, «Александр Невский» – пример того, как в рамках госзаказа режиссёр-автор способен сделать историю на экране истинно былинно-русскую по духу, музыкально-театральную по пластике и в то же время с нужным в конкретное время посылом. Это пример того, как кассовый фильм может иметь <b>художественную ценность.</b>

<i>Наше кино — не умиротворяющее средство, а боевое действие.</i> – Сергей Эйзенштейн Серёжа Эйзенштейн рос удивительно послушным мальчиком. В детстве он не мучил животных, не вспарывал животики куклам и не разбивал ваз и сервизов. Именно поэтому он должен был заняться всем этим в зрелом возрасте, но, разумеется, образом, приличествующим взрослому мужчине. Профессия кинорежиссёра давала богатые возможности для реализации природных любопытства и агрессивности. Действительно, где ещё можно безнаказанно изводить лошадей и быков («Стачка», «Октябрь», «Старое и новое»), мучить детей – давить их на лестнице, бросать с крыши («Стачка») и в огонь («Александр Невский»), и даже травить людей («Иван Грозный»)? Можно сказать, что в Иване Грозном Эйзенштейн нашёл автобиографического героя, предусмотрительно умолчав в своём фильме о его детстве, полном психологических травм и надломов. Однако, так же как детские горести русского самодержца, сконцентрировав его внимание на подлинных нуждах, послужили залогом великих свершений, так и неудовлетворённые желания будущего режиссёра способствовали его повышенному вниманию к воздействию кинообразов на сознание зрителя. Наследник культуры девятнадцатого века, страстный поклонник театра и ученик Мейерхольда, несостоявшийся инженер, восхищавшийся слаженностью и масштабом коллективного действия, вдохновлявшийся революционным новаторством в творчестве жизненных форм, нашёл в искусстве кино непаханое поле для своей страсти к экспериментаторству. Страсть эта, в принципе, шла в одном русле с «генеральной линией» нового самодержца – ВКП(б), – разумеется, при надлежащем за нею, страстью, контроле. Изображение на широком экране для широких масс масштабного коллективного действия, в основе которого лежала бесспорно благая идея защиты родной земли и отпора врагу, явилось удачным консенсусом безудержного творца-экспериментатора и ревнивых хранителей чистоты властной идеологии. На героя древнерусской истории, благоверного князя Александра Невского, в далёком 13 веке «разгоревшегося духом» против немцев-крестоносцев, выбор пал не случайно. Уже в середине 1930-х годов власть предержащие Страны Советов отлично знали, на кого на самом деле точит зубы Гитлер. Поэтому патриотическая картина о противостоянии западным агрессорам в 1937-38 годах была очень актуальна. А для режиссёра она давала прекрасную возможность опробовать свои излюбленные идеи о «драматургии кадра» и «монтаже аттракционов»: ведь подъём патриотического духа зрителя вызывается не простым созерцанием картин побед русского оружия, а точно рассчитанным эмоционально-психологическим воздействием как отдельных статических картин, так и их динамической последовательности. Великолепный и, к сожалению, нечастый пример полного совпадения интересов творца и власти. Уже в следующей картине Эйзенштейна – «Иван Грозный» – такого совпадения не получилось, из-за чего вторая серия фильма была запрещена, а третья не снята вовсе. Удивительное дело: попробуй сейчас кто-нибудь снять кино по лекалам Сергея Эйзенштейна – и вышла бы, скорее всего, неуклюжая поделка с предельно примитивным сюжетом, деревянными персонажами-манекенами и массой бросающихся в глаза несоответствий. У него же, настоящего мага молодого кино, все эти очевидные многочисленные условности не просто работали, создавая у зрителя нужное восприятие, но и до сих пор вызывают восхищение цельностью и экспрессией получившихся образов. Резче резца скульптора, беспощаднее скальпеля хирурга в память врезаются не только центральные фигуры князя Александра Ярославича с подчёркнуто горделивой осанкой и ясным бесстрашным взором, или магистра Тевтонского ордена, на лице которого холодная жестокость сочетается с юношеской самонадеянностью, но и характеры эпизодических персонажей – таких, как рыцарь Губертус, «князь Псковской» (Николай Витовтов), или подручный предателя Твердилы монах Ананий (Иван Лагутин). Потрясающе выверенный видеоряд защемляет сердце зрителя тоской при виде выбеленных черепов с остатками доспехов, принадлежавших русичам, которые пали в неравном бою с монголами, наполняет его ненавистью к захватчикам в картине Пскова, буквально поверженного к ногам тевтонцев и растоптанного ими, но также воодушевляет его гордостью за свой народ, когда новгородцы собираются на бой, а потом гонят немцев по чудскому льду. Не тем ли искусство и отличается от пропагандистской манипуляции, что не просто добивается нужного результата, но позволяет зрителю <i>объединиться</i> с автором в одном переживании? Совсем не случайно, что Эйзенштейн родился на стыке эпох. В его режиссёрском гении, как уже было сказано, соединились классическое образование с присущей ему неизбежной любовью к русской литературе, страсть и интересы подлинного театрала, организационный талант как власть над временем и пространством и смелость радикального новатора. У Пушкина, Гоголя и других любимых им классиков Эйзенштейн заимствовал серьёзное отношение к мельчайшим деталям, которые, будучи правильно поданными, создают б’ольшую часть творимого образа. Так, представление о новгородском ополчении во многом складывается благодаря второстепенным ролям псковитянки Василисы, деловито облачающейся в кольчугу и прячущей косы под шлем, и оружейника Игната, берущего себе самую короткую из своих кольчуг. Восприятие псов-рыцарей в значительной степени усиливается образами орденского епископа с подчёркнуто отталкивающими лицом, речами и поведением, и уродливого крючконосого монаха, благоговейно играющего на переносном органе во время молитвенного собрания рыцарей. Из театра режиссёр принёс особенное внимание к тому, что называется там <i>мизансценой</i> (хотя применительно к кино лучше говорить уже о <i>мизанкадре</i>), то есть сочетанию пространственных и временных элементов во взаимодействии людей на сцене (в кадре). В этом плане показательна начальная сцена фильма, где татарский баскак останавливается у озера, в котором Александр с артелью рыбаков ловит неводом рыбу. Благодаря расстановке людей в кадре вкупе с тщательно продуманной актёрской игрой отчётливо воспринимается как твёрдое хозяйское положение русских людей на своей земле (несмотря даже на земные поклоны завоевателю), так и чужеродность и временность пришельцев, в их нелепых мехах и с дикарскими замашками. Без преувеличения, у Эйзенштейна говорил, и говорил многое, буквально каждый кадр и каждая деталь в нём. Конечно, Эйзенштейн при всём своём гении не смог бы добиться такого удивительного результата в одиночку. Заслуга успеха картины во многом принадлежит всем её участникам: Николаю Черкасову и другим актёрам, безукоризненно выполнившим свою работу; композитору Сергею Прокофьеву, чья кантата «Александр Невский» настолько синхронизирована с действием фильма, что последний буквально можно <i>слушать</i>; многолетнему соратнику Эйзенштейна оператору Эдуарду Тиссэ, прекрасно понимавшему замыслы режиссёра и с мастерством их воплощавшего. Все эти люди горели тем трудовым энтузиазмом, который отличает эпоху 30-х, а также патриотизмом, который так здорово проявил себя несколько лет спустя. Этот живительный заряд человеческих чувств, наполнив картину, сделал её не только произведением искусства, и не просто фильмом, любимым миллионами зрителей, но и мощным пропагандистским оружием, активизирующем главный человеческий потенциал – боевой дух. К слову сказать, французский коллаборационист и пособник фашизма Бразильяк открыто восхищался фильмом, ставя его выше пропагандистских фильмов Третьего рейха. И ведь действительно: мы превзошли немцев задолго до начала войны. Потому что у нас было то секретное оружие, которое там, на Западе, ищут до сих пор и не могут найти.