Убийство китайского букмекера

За свою недолгую режиссерскую карьеру Кассаветес снял наряду с комедиями две криминальные картины: «Глория» и «Убийство китайского букмекера», где есть место и экшену, и стрельбе, и трупам, но главенствующее место занимает все же его фирменная атмосфера спонтанности и непостановочной, полудокументальной органики. К сожалению, «Убийство китайского букмекера» через два года после выхода на экраны было перемонтировано, и в корзину ушли почти полчаса оригинальной версии, однако, именно второй вариант обычно показывают по федеральным телеканалам, и он больше распространен в Рунете. В то же время данная лента почти бессюжетна, и кто знает, будь она на полчаса длиннее, смог ли ее кто-нибудь досмотреть до конца. Посему автор этих строк не считает ее полноценной удачей в карьере Кассаветеса, скорее упражнением на темы наура и криминального жанра. Кому-то из зрителей «Убийство китайского букмекера» может показаться размышлением на тему фатума и неизбежности смерти даже для самого беспечного гедониста, кому-то – медитацией о взаимосвязанности человеческих пороков, кому-то – почти документальным срезом жизни Штатов 1970-х. Данная лента обо всем этом и ни о чем конкретно, мне представляется, что именно она сподвигла Феррери пригласить Бена Газзару на съемки в «Истории обыкновенного безумия» (Космо Вителли и Чарльз Серкинг похожи не только своей безудержной феминофилией, но и теми мимическими ужимками Газзары, которые у него всегда одинаковы, когда он демонстрирует жизненную и мужскую силу). Образ же мафии, которой Вителли задолжал, будет процитирован спустя десятилетия Соррентино в «Последствиях любви», как символ неминуемости судьбы, против которой бунтует протагонист. По этой причине, как бы эффектно не выглядели сцены в стриптиз-клубе (высококонтрастное освещение, яркие тона, глянцевость нагой натуры), они как-то нарочито противопоставлены эпизодам с участием бандитов и экшену. Кассаветес по сути дела сталкивает здесь жизнь и смерть: первая связана с женской телесной фактурой, вторая – с чисто мужскими разборками. Справедливости ради, стоит добавить, что в «Убийстве китайского букмекера» есть некая мистериальная аура, загадочность, особенно бросающаяся в глаза именно в сокращенной версии в эпизодах выполнения Вителли задания, данного ему гангстерами, но это все же производная от формальных экспериментов, которые были здесь для режиссера важнее довольно куцего содержания.

Немолодой владелец кабаре Космо Вителли (тонко сыгранный актёром Беном Газзарой) чувствует себя хозяином своей жизни. Не так давно он выкупил долю своего клуба у бывшего партнёра, и теперь является полноправным владельцем заведения, которому отдал долгие годы упорного труда и частицу своей души. Он живёт на широкую ногу, развлекаясь в компании знойных красоток, сошедших со страниц журнала Playboy, распивая дорогое шампанское и пользуясь услугами личного шофёра. Он всего добился сам. Идиллия начинает рушиться, когда Космо, проиграв крупную сумму в подпольном игральном доме, попадается на удочку грязным гангстерам, которые требуют выполнить небольшую 'услугу' в уплату долга - убить человека. И у Космо не остаётся иного выхода, кроме как пойти на это. Джон Кассаветис снял оду человеческой свободе. Герой Газзары - независимый предприниматель, преданный лишь своему детищу и не мыслящий себя без него, он - атлант, расправивший плечи, стремящийся к свободе от других, живущий своим творением. Его интересует не столько денежная выгода, сколько сам процесс, ощущения себя раскованным творцом своего собственного небольшого рая, уютного клуба с прекрасными полуобнажёнными девами. И когда в его рай врываются узколобые мелкие пиявки, размахивающие пистолетами и понтами, он всеми силами стремиться сбросить с себя нарастающие оковы и сберечь своё прелестное дитя от грязных лап немытых гангстеров. Даже когда бандиты намекают, что достаточно лишь заманить цель в клуб, а там они сами разберутся, Космо не идёт на это, предпочитая лично разобраться с неугодным мафии китайским букмекером в его доме. Потому что клуб - место неприкосновенное, не порочное, запятнать его кровью - значит предать свою мечту. Идёт ли он 'на дело' или мучается от ранения в живот, главный герой ни на секунду не перестаёт думать о рутинных заботах своего кабаре - вышли ли девушки на сцену, та ли песня исполняется во время определённого номера, и так далее. Истинная свобода человека согласно Кассаветису - быть преданным своему делу, знать и контролировать его на каждом уровне, не прогнуться под преграды на пути к реализации своей цели, даже если исход будет фатальным. 'Убийство китайского букмекера' - драма о таком свободном человеке, немного нетипичная, довольно неспешная. Кто хочет именно напряжённого детектива - это не сюда (хотя в фильме и есть пара напряжённых сцен в духе криминальных триллеров), кому же просто хочется хорошего и стильного кино - это по адресу. 7 из 10

Космо Вителли – владелец небольшого ночного клуба и дела у него идут хорошо, так хорошо, что он сами этому удивляется. И жизнь ему кажется раем, он всячески старается дополнить и заполнить ее атрибутами таковой, какой она является в его понимании. <i>Я ухватил мир за рога, я потрясающий</i>, – произносит герой в самом начале. Первая часть фильма снята в стилистике экспрессионизма, когда с помощью игры света, операторской работы и отдельных ракурсов задается настроение фильма. Музыка, созвучная состоянию главного героя – сопровождает его и меняется вслед за ним с соответствующим постоянством. Игра света – солнца, автомобильных фар в объективе камеры – засвечивает кадр. Свет сменяется темнотой, блики от фар, полоски утреннего света, прорывающиеся сквозь ставни окон – все это работает на атмосферу фильма, задавая его настроение. Но один проигрыш в карты влечет за собой цепочку страшных событий. Он то думал, что легко и просто отвяжется от обязательств, и все само собой забудется и разрешится. Но все началось еще тогда, когда Космо и не мог ничего предполагать. А фильм в это же время принимает форму криминальной истории как фабулы, и едва ли не мифологического путешествия по кругам ада по содержанию. Музыка исчезает, игра света заканчивается. Люди не могут точно определить и почувствовать начало определенного витка в их судьбе, как бы они силились, для человека остается неосознанной и туманной первопричина. Только в гуще событий, когда река жизни захватывает, и ты уже ничего не можешь сделать, чтобы выбраться на берег, ты осознаешь происходящее, ты начинаешь ощущать в действии скрытые механизмы существования. Просыпается истинная сущность человека, особенно если у него одна цель – выжить, сохранить свою жизнь. Если влияние прошлого и истоки нынешнего положения человека частенько скрыты до поры до времени от его понимания, то сторонний наблюдатель же увидит в этом рок и предначертанный сценарий, от буквы которого отойти невозможно. Экзистенциальный посыл прост для понимания постороннего, но для человека, находящегося внутри данной ситуации – она неразрешима. Начало и причину всего можно осознать и идентифицировать, только пройдя этот путь, осмотреться после всего и уже со стороны, пока ты находишься внутри – все попытки рефлексии тщетны и обречены если не на провал, то в любом случае на усугубление собственного положения. Вещи имеют обыкновение преображаться в нашем сознании, представать нам не в том виде, какими они первоначально казались. Стоит только посмотреть под другим углом или направить на них яркий свет. Пройдя положенные для него испытания, Космо возвращается в свой клуб-варьете, где в целости и сохранности остались как атрибуты и связь, отражение беспечного прошлого - его шоу и труппа. Внешне Космо, в общем-то, не изменился, остался прежним в своих проявлениях. Но внутри него произошло осмысление событий и переосмысление прошлых ценностей. Он обновляется и принимает новые, осознав, что судьба когда-то дала ему шанс почувствовать безмятежность и наивное ощущение гармоничности этого мира, а теперь Космо понимает, что он всего лишь играет роль в этой жизни, и неважно какова она, это его предначертанный путь. Надо просто исполнять это как работу. Поступки лепят из человека того, в кого он превращается, у жизни на каждого свой сценарий, надо лишь сохранить лицо. Кассаветес, несмотря на читающийся столь трагический посыл, на неизбежность испытаний и вездесущесть рока, тотальный фатализм, акцентирует внимание, прежде всего, на личности человека, на его поведении в сложившихся жизненных ситуациях, на его отношении к ним и внутренним метаморфозам, происходящим с героем под их вилянием. О человеческой природе, что первостепенна здесь борьба, что для этого человек и проживает свою жизнь. О том, что, только пройдя испытания, на самом деле осознаешь ценность таких вещей, которые казались тебе данностью. О бликах солнца, от которых прищуриваешься, и которые заставляют тебя улыбаться.