Счастливы вместе

<i>«Кино — это что-то вроде танца между камерой и актёром. Музыка задаёт необходимый ритм действия». — Вонг Ка-Вай</i> Они были в блаженстве. Но приехав из Гонконга в Аргентину, их пути разошлись. Пока Фэй трудиться на скверной работе, Винг отправляется в ночной клуб. Нагулявшись, изрядно побитый и опустошённый Винг возвращается к Фэй с просьбой начать всё сначала. Любовь берёт верх над разумом — заботливому Лай Ю-Фэй трудно отказать эгоцентричному Хо По-Винг. Только восстановив своё здоровье и материальное положение, Винг вновь выходит на улицу, дабы всячески разнообразить ежедневную рутину бытовых отношений с Фэй наркотиками и прочими приключениями — пути разошлись. «Счастливы вместе» — аргентинское танго двух нравственно-противоположных людей с кардинально иными жизненными ценностями, взглядами, устоями. Преданный романтик, любвеобильный, целеустремлённый Лай Ю-Фэй мечтает быть с кем-то, любить и быть любимым, в то время как алчный прожигатель сущности, эгоистичный, непостоянный Хо По-Винг нуждается в алкоголе, беспорядочных половых контактах. Две одинокие души скитаются в вечном поиске — сходятся, расходятся, так и не сумев оставить после себя что-то кроме боли и страданий. Кино — трагедия несовместимой любви глазами и сердцем одного из несчастных, элегия — своеобразное выражение печали, эмоциональный результат философских размышлений над сложной проблемой близких отношений. <i>«Порой я приступаю к съёмкам, располагая всего двумя — тремя страницами сценария. Это позволяет добиться особого чувства свободы в работе. Для меня сценарий — это нечто подвижное, живое, что-то, что может свободно изменяться, совершенствоваться по ходу съёмок».</i> Прямая связь с персонажами, ощущение каждого вдоха и выдоха, или чуткость к малейшему дуновению ветра повествования — присущие картинам гонконгского режиссёра Вонга Ка-Вая — не покидали меня и здесь. Герои танцуют со зрителем танго, ненароком заставляя услышать собственное энергичное сердцебиение, свойственное агрессивному танцу — тонкой, невыносимо проникновенной истории жизни, имеющей грамотную драматическую структуру любовного жанра, которая также содержит сюжеты разочарования и воспитания — что, в данном случае, приводит к неминуемому катарсису. Иной раз от приятных электрических мурашек по всему телу веки невольно опускались, хотелось лишь слушать чудесную музыку, ибо происходящее откликалось на некоем подсознательном уровне — удивительно, на что всё-таки способно кино! Вымышленные события настолько точно отражают реальность, словно Ка-Вай отвёл огромную, если и не большую часть работы над произведением на эмоциональную концентрацию, педантично пропуская всё через себя, дабы составить конструктивное видение нечто неосязаемого, которое необходимо донести до съёмочной команды и зрителей. «Внезапные признаки весны» (оригинальное название ленты) — поэма не столько об уходе любви, сколько метафора пробуждения — отпущения прошлого ради светлого будущего. Осознанное начало Ла Ю-Фэй нельзя поставить в один ряд с деградирующим Хо По-Винг — воспитание чувств возносит первого над городом разочарования, что приводит к торжественному триумфу: избавление от оков привязанности, знакомство с приятным человеком, умеющим дорожить и сцена душевных терзаний, горьких слёз Винг. Любовь коварна.

Оставив противный шум и неоновые огни гигантского Гонконга позади, двое любовников, Хо По-Винг и Лай Ю Фай, с мелочью в руках и надеждой в сердцах отправляются в Аргентину, грустно взирающую на Китай с другого конца карты. Один хотел привычно начать все сначала, стряхнув чувство вины от патологической неверности, другой - подставить лицо брызгам аргентинского водопада, чтобы смыть усталость от отношений вчерашней давности, не отпускающих до сих пор. Хо нагибается перед незнакомцами, а Лай нервно курит в стороне. Одному ломают руки, другой кормит его с ложки/палочек. Кому-то нравится уколоть другого побольней, кому-то – стерпев все, просто быть рядом. В тесной комнате, где туалет переходит в кухню, блохи в матрасе мрут со скуки, а грязь на старых обоях отсвечивается лишь дешевой лампой с картинками того самого водопада, двое любовников пытаются сохранить остатки чувств, ранее неистово пылавших, а сейчас лишь медленно тлеющих. Ода эскапизму и рефлексия по невыносимой легкости бытия, фильм Вонга Кар-Вая лишен пошлого лоска, но полон пьянящей романтики. Любовь главных героев кажется обреченной с самого начала - нетрадиционные отношения, загнанные в тупик, где прогнившие узы не дают разойтись по сторонам. В бедном районе на окраине Буэнос-Айреса, где все дышит безнадегой, а безликие будни расплываются в душном воздухе, перемешавшимся с холодным дождем, вырванными из контекста сценами живописуется, как Хо учит Лая танго, как Лай работает ночи напролет, пока Хо добивает последнюю пачку сигарет, как Лай тихо прячет паспорт Хо. Терпкие поцелуи, несдержанные крики, укоризненные взгляды. Пока на фоне звучит пронизывающее аргентинское танго, гистрионические порывы сталкиваются с меланхолической сдержанностью, и надежды на светлое будущее постепенно растворяются в череде одинаковых душных ночей. «Начать все сначала», так в сотый раз говорил Хо, ознаменовывая их побег от реальности – Лай же знал, что за словами, ставшими грустным ритуалом, нет никакой магии, и новая жизнь лишь обернется очередным оборотом по уже замкнутому кругу. Но там, где заканчивается надежда, начинается красота. Неожиданно обернувшаяся вначале в черно-белый цвет картинка вдруг наливается цветом, смазанные огни, накаленные до предела, слепят глаза, и камера тихо скользит где-то вдалеке на заднем фоне, словно подсматривая из-за угла, лишь изредка медитативно вырывая крупным планом отдельные детали. В какой-то момент слова перестают иметь значение, и все действие угадывается по провожающим взглядам и коротким жестам. Тут и проявляется вся лирическая природа кар-ваевского киноязыка, импрессионизм во всей красе. Для Кар-Вая важен цвет: на фоне ярких красок и насыщенных оттенков его герои выглядят особенно одинокими. Преувеличенная красота окружающих предметов оставляет их равнодушными, им нет места в этой пестроте. Интуитивно направленный глаз камеры цельно, кратко и почти незаметно транслирует их отчужденность, создавая из коротких отрывков единый орнамент. Даже замедленная съемка в черно-белом, отдающим синью, передает действие отчетливо и ясно. Связь между Хо и Лаем напоминает танго, жгучий интимный танец, в котором когда-то не было место для женщины, где страсть вспыхивает яркой вспышкой, а затем так же быстро угасает, где физическая близость пьянит, а резкий выпад и острые движения следуют за горячим объятием, обдающим жаром. Лай кладет к ногам Хо свое сердце, пока тот небрежно тушит о него сигарету. Иррациональная тяга друг к другу, давно себя исчерпавшаяся, нерешительность резким движением вырвать занозу из давно ноющей раны, предпочитая медленно и мучительно ее подергивать. Фильм Кар-Вая о счастье, о принятии себя и своего прошлого, о трудности правильного выбора, определяющим будущее. Какой бы щемящей в своей чувственной меланхоличности ни была картина, в конце концов, настанет рассвет. Появится другой человек, вначале выглядящий в дуэте чужаком, но постепенно завоевывающий доверие. Ему не нужно будет много: только услышать пару слов, произнесенных просто так, и недолго побыть рядом. Тогда лишь будущее начнет обретать ясные черты. Но пока что, нужно выбросить ту старую лампу с двумя людьми на фоне водопада, и съездить туда самому, без никого.

Рваный монтаж. Черно-белые цвета сменяющиеся красочным цветным освещением. Навязчивая обрывочность повествования убеждающая в том, что мы заглядываем в личный дневник любовных воспоминаний одного из героев. Бушующий Игуасу. Ночной Буэнос-Айрес. Постоянные размолвки и секунды счастливой гармонии. Все чувства обнажены, как в годаровском 'На последнем дыхании'. Но это часть эмоциональная. А в рациональном аспекте мы получаем небольшую любовную историю двоих китайцев, оказавшихся в Аргентине. Вот такие впечатления я вынес после этой ленты. Оставалось лишь понять зачем Вонг Кар-Вай взялся за такую, внешне вполне тривиальную историю. И понимание далось не так просто. Все же, мы говорим о режиссере, который не станет снимать фильм просто ради того, чтобы высказать свое мнение о геях. Вонг Кар-Вай - куда более глубокий человек, чтобы заниматься занудной пропагандой или бытовым философствованием. Поэтому самый главный вопрос, который предстал передо мной - это 'зачем эти двое приехали в Аргентину'. На мой взгляд, все дело в том, что они не получили одобрения от своего гонконгского микрокосма - друзей, родителей, окружающих. Именно поэтому, наши герои решаются на бегство, отказываясь от своего прошлого и прожигая свою жизнь вдали от дома. <i>Вспомните как Тони Люн Чу Вай позвонит отцу. Это же ключевая сцена ленты. Короткий разговор и мы получаем, одну из самых сильных актерских реакций Тони за всю карьеру. Он блестяще передает смесь разочарования и сожаления.</i> Но в этом и заложена вся 'бомба' картины. Он любит свое прошлое куда больше настоящего. Поэтому выжигает себя пустым и бесцельным времяпровождением. Выбор в качестве работы бойни - тому лучшее подтверждение. Тони то ли представляет что сводит счеты с кем-то, то ли с собой. Но это не так уж и важно. Ведь даже красоты Буэнос-Айреса его особо не трогают. Герой предпочитает ночную жизнь, озаренную огнями автомашин и мерцанием вывесок. Да и все эти скандалы с героем Лесли Чуна я склонен трактовать вовсе не как 'ссоры влюбленных'. По сути, перед нами две 'янские' энергии. Просто оба персонажа здорово подавлены. Подозреваю, что их личностный бунт ограничился ссорой с родителями, курением, выбором 'неподходящей' ориентации и последующим бегством как можно подальше от забот. Они не уравновешивают друг друга, да и себя в полной мере даже успокоить не могут. Остается только смириться со стремительным потоком жизни вглядываясь в гнетущую пустоту Игуасу. И уже не важно куда они вернуться, что будут говорить и как позиционировать свою сексуальность. Они попросту не готовы бороться и обуздать свою жизнь. Так что, едва ли можно сравнивать этот фильм и 'Горбатую гору'. По сути, тут совсем не про геев. Перед нами история двух беглецов, отказавшихся от себя и спрятавшихся за громкие штампы. Потерянность, которая так четко передается Вонгом Кар-Ваем и Кристофером Дойлом несет свои истоки у загнанного годаровского Мишеля Пуакара. Да и по своей картинке фильм отсылает нас к творениям Годара (На последнем дыхании), Вендерса (Небо над Берлином), Джармуша (Ночь на Земле). Красиво, но увы, вторично. Похоже режиссер выплескивает обрывки собственной памяти стремясь как можно больше рассказать и поделиться. Ирония судьбы в том, что за этот достойный, не совсем не лучший фильм Вонг Кар-Вай был удостоен приза за режиссуру в Каннах. Похоже лишь упоминание темы нетрадиционной сексуальной ориентации мотивировало жюри выделить эту ленты. Если по справедливости, так 'Дикие дни' были настоящим шедевром. Да и '2046' смотрится поинтереснее, оригинальнее. 7 из 10

<i><b>Я обещал Ю-Фаю оставить здесь его грусть. Я не знаю, что он сказал той ночью. Может быть, диктофон сломался. На кассете ничего нет. Только странные звуки. Как будто кто-то всхлипывает…</b></i> Фильм о том, как уходит любовь. Медленно, мучительно, обнажая худшие качества людей, их самые мерзкие черты характера и не давая никакой надежды на то, что все будет хорошо. Близкие люди внезапно стали чужими друг другу. Как бы они не пытались это предотвратить. Куда бы они не переезжали, надеясь, что новая обстановка как-то освежит их чувства, вернет былую искренность. Все тщетно. Очень грустный фильм. Очень красивый. Очень «карваевский». Каждый кадр, каждое слово героев, каждый аккорд той чудесной музыки, - все выверено настолько тщательно, что оторваться невозможно. Очень атмосферный фильм. Не оставляет равнодушным. Заставляет задуматься над увиденным, переварить это, сделать выводы. Он склоняет зрителей к анализу. Невольно. Ведь, знаете, есть разные категории зрителей. Есть те, кто стремятся анализировать каждый фильм, даже тот, который для не предназначен для слишком глубокого восприятия. А есть люди, для которых кино – это просто возможность расслабиться, собраться с мыслями, а потому они не могут серьезно воспринимать все, что происходит на экране. Их мозг отдыхает. Я веду к тому, что даже вторая категория зрителей, смотря этот фильм, отойдет от привычной концепции и таки задумается о том, что происходит. Это эмоциональный фильм. Магическим образом он передает эмоции сквозь экран зрителю и тот, не имея ни малейшего шанса сопротивляться этому, впитывает их в себя. Из-за этого не по себе. Как я уже указывала выше, фильм – грустный, а, значит, чувство печали, утраты чего-то важного, не будет отпускать очень долгое время после просмотра. Как в случае со мной. В фильме чудесная музыка. Она затягивает в пучину страстей, что происходят на экране, обрывая все связи зрителя с внешним миром, заставляя его забыть о том, что вообще есть какой-то мир, кроме того, где Ю-Фай и По-Уинг пытаються вернуть былую любовь. Вообще, мне кажется, что музыка не должна быть фоном. Она должна дополнять каждый кадр. Она должна говорить нам то, что иногда остается недосказанным между героями. Здесь музыка кричит об этом. За это я и люблю Кар Вая – за его отношение к музыке. Не пренебрежительное, а уважительное, как и должно быть. Фильм невозможно оценить по какой-либо шкале. Он настолько чудесный, что будет кощунственным вешать на него любые ярлыки (будь то даже высшая оценка). Смотрите и наслаждайтесь. Такое кино, увы, не каждый день можно увидеть.

Фильмы Вонга Кар-Вая всегда наделены прекрасной и ни на что не похожей атмосферой, и все его истории сняты красиво, но они драматичны и печальны, и его фильмы мне очень нравятся, и я всегда их с удовольствием смотрю. Вонг Кар-Вай являтся одним из моих самых любимых режиссеров в мировом кинематографе, и он действительно снимает необычные и удивительные фильмы, которые каждый киноман обязан посмотреть и испытать то различное и своеобразное чувство, которое в каждую свою работу вкладывает этот чудесный и неординарный режиссер. «Счастливы вместе» - один из его самых скандальных, противоречивых и компрометирующих фильмом. Это кино раскрывает любовь и отношения двоих мужчин, которые переехали из Гонконга в Аргентиту, чтобы там жить и быть вместе, что что-то между ними ломается, и они расстаются, потом снова сходятся, и мы видим глубокую и чувственную запретную историю, которую так необычно и оригинально нам показал Вонг Кар-Вай… Этот фильм полон жизни, любви, боли, одиночества, счастья, печали и желания быть счастливыми, и эта драма является одним из моих любимых фильмов этого режиссера. Фильм получился необычный, и он понравится не всем. Душой и сердцем данного кино был китайский актер Тони Люн Чу Вай. Он хороший, сильный актер и один из любимых китайских актеров этого режиссера. Его герой полон любви, печали и одиночества, и его мне было очень жалко, ведь тот, кого он любит, его не достоин и всячески использует его, и мы видим глубокую драму с привкусом мелодрамы сложных отношений двух мужчин, которые были счастливы вместе, но все когда-нибудь кончается, и приходит боль и плата за счастье, но судьба, как отнимет, так и подарит нечто новое, и мы видим новое знакомство главного героя с еще одним парнем, и между ними что-то вспыхивает непонятное: то ли дружба, то ли любовь. Лесли Чу актер, который мне не очень нравится, и в этом фильме у него была более отрицательная роль, и Тони Люн Чу Вай мне понравился конечно больше, ведь он глубже и сильнее, чем актер, и он всегда здорово играет драматические роли и трогательные моменты. Мне нравятся его глаза, в них столько жизни, печали и боли, что актер даже молча здорово и чувственно играет различную гамму эмоций. Мне этот фильм понравился, а его песня теперь всегда ассоциируется у меня с этим кино. «Счастливы вместе» - более глубокое кино, чем кажется на первый взгляд, и внимания оно определенно заслуживает. В драме присутствует столько неразделенной боли одиночества и падения любви, и мне очень понравилось, как Вонг Кар-Вай снял различные важные, драматические моменты, было эффектно и сильно. Я оцениваю это кино положительно, и лично для меня не посмотреть этот печальный шедевр, означает действительно потерять многое. 9 из 10

Грамотное использование черно-белого цвета и замедленной съемки, уверенная актерская игра и незамысловатый жизненный сюжет, держащий зрителя в напряжении. Сухое повествование, покоящееся на чистом профессионализме создателей. Уверенность в каждом кадре и жесте. Вонг Кар-Вай как будто взял себя в руки после многих лет неконтролируемого плавания по гонконгским улицам. Аргентинский антураж обеспечивает новое свежее прочтение типичным кар-ваевским схемам: неоновые огни сменяются желтым светом фонарей, тесные улицы мегаполиса переходят в открытые старинные аллеи, темные ночи затмеваются ярким южным солнцем. Да и вся история в целом становится светлее. Манипуляции со временем играют здесь ту же роль, что и в прошлых творениях режиссера, однако уже не так суматошно. Сюжет развивается в одном направлении, иногда меняя цвет и прерываясь многоголосным внутренним речитативом. Герои, как и прежде, сами рассказывают свою историю, максимально сближаясь со зрителем. Однако главное здесь все-таки чувство любви. Любовь у Кар-Вая – это процесс, который никогда не останавливается: редкие моменты радости переплетаются со сценами ссор и бесконечными попытками начать сначала. Одно из чудес природы, водопад Игуасу, к которому стремятся главные герои, лейтмотивом проходит сквозь весь фильм, как символ недостижимого счастья и невозможной любви.

В настоящих историях про любовь герои в конце не женятся и не живут долго и счастливо. Человек с опытом не столь наивен, чтобы поверить, будто единению двух людей мешают коварные злодеи и нелепые обстоятельства. Чаще всего последним и непреодолимым препятствием становимся мы сами, и Вонг Кар Вай в своей фирменной манере рассказывает про вырождение любви в гомосексуальной паре. Влюбленные друг в друга Лай Ю-Фай и Хо По-Винг приезжают в Аргентину, в ту точку, которая на земном шаре аккурат напротив Гонконга, и все переворачивается вверх дном. Усталость, недоверие и несовместимость характеров разрушают их отношения. Лай и По-Винг всё пытаются что-то наладить и слово несчастье подменяют счастьем, но перестановка мест слагаемых сумму не меняет. Никто не просыпается после прекрасно проведенной ночи с чувством, что любовь прошла. Нет, она умирает долго и мучительно. Пожалуй, самый стильный из режиссеров, который в качестве творческого метода использует интуицию, Вонг Кар Вай как никто другой умеет рассказывать с помощью рваного монтажа о том, что не сложилось. В «Счастливы вместе» он берет за основу, то, что называется контрапунктом. Позитивный хит 60-х группы The Turtles «Happy Together» в сюжете выворачивается наизнанку, обнажая трагическую сторону отношений. Этот контраст между «я не могу представить себе, что полюблю кого-то еще, кроме тебя» и тем, что реально происходит между Лаем и По-Вингом, создает дополнительный сюжетный пласт несбывшихся надежд, который мрачно просвечивает сквозь каждую сцену. Знаете, вот есть какая-то песня, которую вы слушаете в самых возвышенных чувствах, ассоциируя ее с любимым человеком, а потом, раз, и нет человека, а саму песню назойливо крутят радиостанции несколько раз в день, подрывая ваше с трудом отвоеванное спокойствие. То же самое происходит и в фильме Кар Вая непрерывно, на протяжении двух часов. «Счастливы вместе» - это последний отрезок пути, ведущий к концу. Многие режиссеры пытались проделать тот же трюк и до, и после Кар Вая, но в сравнении с его лентой, они кажутся излишне схематичными, что неудивительно, ведь гонконгский постановщик практически не использует сценарии. Кар Вай лишь запускает процесс деградации чувств, а не менее гениальный оператор Кристофер Дойл отслеживает его. Картина оживает и, события в ней разворачиваются так, как это происходило бы в жизни, с внезапными эмоциональными всплесками и приступами нежности, злобы и раскаяния. Лай и По-винг слишком человечны для выдуманных персонажей. Хотя, сказать, что «Счастливы вместе» - это импровизационная по истории создания картина, никак нельзя. Во-первых, вдохновение Кар Вай черпал у латиноамериканского квир-писателя Мануэля Пуига в книге «Роман в Буэнос-Айресе». Во-вторых, он вводит в структуру фильма опорные символы, на которых держатся мечты героев и ими же разрушаются. Это бушующие водопады Игуасу на границе Аргентины и Бразилии: настоящие, над которыми летает камера Дойла под легендарную песню Каэтано Велозу, и в виде настольной лампы, которой приходится довольствоваться героям. Как гласил слоган «Горбатой горы» Энга Ли, «Любовь – это сила природы», и героям Кар Вая она также оказывается не под силу. Другим символом становится маяк на в крайней южной точке мира, куда друг Лая Ю-Фая увозит его печаль, заключенную в диктофоне, что возможно предвещает новые отношения. На том же уровне в фильме работает и танго – танец нестабильности и подвижности отношений, что для мужчины и женщины, что для двух мужчин. Всё равно. Вонг Кар Вай идеально работает в любых форматах, заставляя взаимодействовать сюжет, актеров, визуальный ряд и звук. В совокупности, у него получается почти что идеальное, сделанное без швов, кино, взывающее к собственной памяти зрителя и оседающее в ней почти что навсегда.

<i>У вас нетрадиционная ориентация? Вы погрязли в проблемы, связанные с нетрадиционной ориентацией? Вы хотите углубить нетрадиционную ориентацию, сменив пол? Если последнее не о вас, то смотрите фильм</i> «друГИЕ». <i>Фильм признанного мастера своего дела Вонга Кар Вая может не понравиться только вкусовыми предпочтениями, но не качеством выполнения.</i> Если есть что-то оригинальное в фильме, то весь полнометраж оно будет маячить перед нами, сверкая своей «некаквсешностью» и преследовать, взывая к вниманию, но Кар это будет, если не Вай. В его произведении нет акцента на однополую любовь, как в «Черном лебеде» на искусство балета, скорее показано отсутствие различий во взаимоотношениях гетеро и гомо, но и это не главное - это лишь лакмусовое полотно, обнажающее множество деталей взаимоотношений, которые мы упускаем, смотря обычные любовные истории влажным и скользким мыльным глазом. Гомо пара, взятая под объектив, дает нам больший спектр ощущений, как больших так и маленьких, поскольку находится под пристальным вниманием из-за своей диковинки и малой популяризации в регионах хорошей видимости. Кино от Кар Вая не ставит целью захватывающий сюжет, поэтому бессмысленно обращать внимание на аннотацию. Оно полностью сконцентрировано на героях и их прогулке в мир одиночества. Но при этом картины не депрессивны, что очень важно, а одухотворенные, созерцательные, наслаждательные, мечтательные, воздушные, трогательные и стильные. Его фильмы всегда очень интимны - они обнажают самые сокровенные мысли, самые нежные, самые грустные взгляды, которые мы прячем. Его фильмы просты, но всегда содержат все ингредиенты мира души. Даже если близок только один персонаж, беседы мыслей и чувств ни одного из них не оставят нас равнодушными. Не обойтись и без недостатков, конечно, коими являются затянутость, долгое течение картины, что может побудить не досмотреть фильм. Если вы еще не смотрели фильм, не пугайтесь, черно-белый он в малой доле - это один из добавленных режиссером спецэффектов. Кар Вай каждый фильм отмечает каким-то добавочным спецэффектом, как и завершенностью надеждой и будущими переменами к лучшему. Отдельное место уделяется красоте и уместности музыкального сопровождения, которое, как и фильм завораживает красотой. Для тех, кто знаком с его работами, отмечу, что похожа она на «Любовное настроение» и «Дикие дни», сложенные вместе и деленные на два. Не ожидайте фейерверка, если остались крайне удовлетворены прежними работами, просто падайте в объятия обволакивающего мира Вонга. Для тех, кто не знаком. Нравятся ли вам стильные медленные плавнотекущие фильмы с акцентом на мысли и чувства героев? Любите ли вы фильмы о любовных взаимоотношениях и поисках любви? Тогда смотреть стоит. Если часть вопросов осталась в недоумении, то обязательно смотрите «Чунгкингский экспресс», который сотворен в лучших традициях этого режиссера, но приправлен динамикой, добавочным спецэффектом и закрученными веселыми историями.

Реж. Вонг Кар Вай. «Счастливы вместе», как принято говорить «фильм не для всех». Мало того - не для всех тех, кого принято таковыми считать - потому что про педиков. Отношения двух мужчин, простите, такие, какие есть – отвратительно, с точки зрения моего взгляда на вещи. С другой точки, Вонг Кар Вай снял изумительный фильм. Два героя, два вулкана непримиримых характера. Тони Люн Чу Ваю (Любовное настроение) и Лесли Чуну (в 2003 покончил с собой) веришь, что начинаешь сомневаться в честности слов их закадровой жизни. Поэт в душе, Кар Вай вкладывает мысль к каждой отдельной детали. Ведет персонажей через все тяготы гомосексуальных отношений, как физическим, так и духовным путем. Вспомните водопад, символ прекрасного будущего. «Горбатая гора», мирно курит в сторонке. Поцелуй двух мужчин шокирует разве тех, кто не видел связь двух азиатских ковбоев. Фильмов со схожей тематикой множество, но фильм «Счастливы вместе» запомнился особенно. Наверно потому что последний, а может потому что первый и последний или то, что скорее всего, человек, за творчеством которого следить безумно увлекает. Тот случай, когда оценивать фильм нет никакой необходимости.

Лай и Хо, два гея из Гонконга, незадолго до его присоединения к красному Китаю (1 июня 1997-го года) бегут за лучшей жизнью в Буэнос-Айрес. Они отправляются в тридевятое царство, чтобы заодно спасти свою затухающую страсть. Но на чужбине их отношения подвергаются ещё более тяжкому испытанию, поскольку обоим приходится бороться не только с нахлынувшей ностальгией, но и с нищетой, и отчаянием. В результате один из бывших любовников основательно подсаживается на наркоту и пускается во все тяжкие… Вонг Кар-вай слишком быстро стал классиком. После снизившегося интереса к «Тарантино и К» именно он определил новый модный стиль, который как ни пытались, так и не смогли скопировать беззастенчивые эпигоны. То ли испугавшись забронзоветь раньше времени, то ли предостерегая себя от повторений, гонконгский новатор решил в очередном проекте максимально усложнить себе творческую задачу. В Chun Guang Zha Xie (оригинальное китайское название «Внезапные признаки весны») он кардинально поменял не только среду обитания, но и половую ориентацию своих героев. Кар-вай отправился в столицу Аргентины, чтобы именно там снять историю о двух молодых любовниках. Кар-вай многие годы был поклонником аргентинского писателя Мануэля Пуига, поэтому Южная Америка долго оставалась для него чем-то вроде земли обетованной, примерно тем же самым, чем является Северная Америка для многих европейцев. Кар-вай оказался в Аргентине зимой и потому вместо страны мечты, романтики и экзотики его встретила угрюмая и неприветливая чужбина. И это настроение неприкаянности в полной мере передалось фильму, который превратился в историю меланхоличного отчаяния и борьбы за выживание. Кар-вай снял фильм не столько о гей-любви, сколько об одиночестве в большом городе. Метафизика современного мегаполиса – так и осталась одной из главных его тем, о чем бы он ни рассказывал. И все же если бы не этот необязательный «половой сбой» - рассказ об интимных отношениях двух мужчин, то, возможно, первый шедевр Кар-вая появился бы не в 2000-м, а как раз в 1997-м. Хотя традиционно основной темой и китайской поэзии, и гангстерских киносаг была мужская дружба, то и другое не исключало гомоэротический подтекст. Поэты порой могли слишком проникновенно тосковать в своих стихах по отсутствующим приятелям, а в любом гангстере, хватающемся за пистолет, исходя из теории Фрейда, можно увидеть завуалированный намек на физическую близость. И всё же в Гонконге, где нет традиций гей-кино, надо было обладать определенной крутизной, чтобы сыграть гомосексуалистов (представить, например, наших Суханова и Куценко, или Меньшикова и Миронова, застывших в долгом поцелуе, просто невозможно), потому-то распылять поцелуи по телу партнера априори труднее, чем всаживать в него пули. На главные роли Кар-вай взял Тони Люна и Лесли Чуна (46-летний Чун покончил с собой 1 апреля 2003 года из-за неразделенной любви, перед тем признавшись в гомосексуальных связях), которые в одной из прошлых его работ - «Пепел времени» - сыграли двух воинственных мачо, то вступающих в соперничество, то заключающих дружеский союз. Здесь они хоть и демонстрируют смелость и раскрепощённость в интимных процедурах, но нет в этом тех прожигающих равнодушие чувств, что через три года проявятся в «Любовном настроении» - уже канонической истории отношений. И всё же, когда жюри Каннского фестиваля (под предводительством Люка Бессона) наградило Кар-вая призом за лучшую режиссуру, то в этом жесте было куда больше непредвзятости, нежели в прецеденте 2003-го года. Тогда за фильм «Слон» один режиссер-гей (председатель жюри Патрис Шеро) отдал «Золотую пальму» другому режиссеру-гею (Гасу ван Сенту).