Крестный отец 2

Вторая часть этого кинематографического протокола — это холодная, бесстрастная аудиозапись из комнаты для допросов, где у каждого первого руки по локоть в чужой печени. Мир — это помойка, замаскированная под казино в Неваде, а люди в нём — расходный материал с ценниками на лбах. Мертвецы здесь не просто лежат в земле, они нагло диктуют живым, как именно им нужно ломать свои судьбы. Стартовый тупик вырисовывается на промозглых, хоть и залитых фальшивым светом берегах озера Тахо. На дворе пятьдесят восьмой год. <b>Майкл Корлеоне</b> в исполнении <i>Аль Пачино</i> — это уже не тот растерянный мальчик из колледжа с идеалами и чистыми руками. Он мутировал в генерального директора транснациональной корпорации по производству трупов и отмыванию грехов. Точка невозврата прошивает стекло его собственной спальни. Автоматная очередь в темноте, осколки сыплются на ковёр, где спит жена. Враг уже в доме, гниль пошла по плинтусам, а охранники куплены. Катализатор запущен: босс должен найти того, кто открыл калитку псам. И параллельно мы проваливаемся в прошлое, где мелкий, немой <b>Вито Корлеоне</b> (<i>Роберт Де Ниро</i>) сидит в вонючем карантине на Эллис-Айленд с оспой и ждёт своей очереди стать американской криминальной мечтой. Две эпохи. Две петли на одной шее. <i>«Я хотел написать сценарий, который был бы похож на двойной спиральный код ДНК: история отца и история сына, переплетающиеся вместе»</i> © <i>Фрэнсис Форд Коппола</i> — <b>Режиссёр</b> <b>«БАТЯ СТРОИЛ ВЕРТИКАЛЬ, А СЫНОК УШЁЛ В ПЕЧАЛЬ»</b> Разберём главную опухоль этого сюжета. <b>Хайман Рот</b>, которого с пугающей достоверностью сыграл <i>Ли Страсберг</i>. Это вам не карикатурный итальяшка с сигарой и томми-ганом наперевес. Это старый, обрюзгший дед, жрущий таблетки горстями и делящий куски Кубы под приторный торт с патокой. Мотивация Рота до дрожи тривиальна — деньги не пахнут, даже если они плавают в крови бывших компаньонов. Страсберг выдал гениальную фактуру: абсолютное зло здесь носит растянутый кардиган и жалуется на артериальное давление. Его смертоносность заключается в полном отсутствии эмоций. Он считает выпущенные пули и трупы партнёров как банальные бухгалтерские издержки в конце квартала. <b>ВТОРОСТЕПЕННЫЙ СБРОД И МЯСО ДЛЯ РАСХОДА</b> Пройдёмся по шестерёнкам этого ржавого механизма, который перемалывает кости собственным создателям. <b>Фредо Корлеоне</b> (<i>Джон Казале</i>). Самая жалкая улика в этом деле. Вечный лузер, придавленный свинцовым авторитетом младшего брата. Казале транслирует такую густую, липкую зависть, смешанную с собачьей трусостью, что хочется вымыть руки с мылом после каждого его появления в кадре. Это блестящая анатомия предательства, рождённого из комплекса неполноценности. А вот <b>Том Хэген</b> (<i>Роберт Дюваль</i>) — это классический адвокат дьявола, чья лояльность отчаянно трещит под весом паранойи его нанимателя. Дюваль играет человека, который спинным мозгом чует, что он следующий в расстрельном списке, но продолжает покорно носить портфель и зачищать юридические хвосты. Не забудем <b>Фрэнка Пентанжели</b> (<i>Майкл Гаццо</i>) — каноничного уличного быка, наглухо застрявшего в понятиях двадцатилетней давности. Гаццо выдал идеальный срез уходящей эпохи братков, которые банально не понимают стерильного корпоративного языка новой мафии. Ну и <b>Кэй Адамс</b> (<i>Дайан Китон</i>) — глухая стена истеричного непонимания. Жена, слишком поздно осознавшая, что делит постель с хладнокровной рептилией. <b>«ТРИ ЧАСА ХОДИТЬ ПО МУКАМ — ЭТО РАДОСТЬ БЛИЗОРУКИМ»</b> А теперь будем резать плоть и искать сценарные нарывы. Моя оценка — это приговор, основанный на железобетонных фактах, а не на фанатских соплях. Картина катастрофически страдает ожирением хронометража. Продюсеры и Коппола решили поиграть в геополитику и вбухали огромный, неповоротливый кусок с кубинской революцией. Эта гаванская суета с повстанцами сбивает жестокий ритм клаустрофобного параноидального триллера. Мы теряем фокус. Саспенс, который главный герой методично нагоняет в своих кабинетах, безвозвратно растворяется в тропическом поте Фиделя и новогодней мишуре. Следующая осечка — бесконечные сенатские слушания. Вместо того чтобы решать проблемы ножом в тёмной подворотне, как завещали отцы-основатели жанра, нам насильно скармливают сухую юридическую жвачку. Бюрократия убивает нерв картины. Это откровенная попытка придать бандитизму масштаб античной трагедии, но в итоге мы получаем критическое провисание динамики. Параллельный монтаж двух эпох работает как швейцарские часы первую половину хронометража, но к финалу ты физически устаёшь переключать тумблер эмпатии между молодым амбициозным мстителем на крышах Нью-Йорка и постаревшим, выгоревшим параноиком в кресле. <b>СЛЕДЫ КРОВИ НА ДОРОГОМ ПАРКЕТЕ</b> Но я сниму свою помятую шляпу перед технической стороной этого замеса. Операторская работа Гордона Уиллиса — это наглядное пособие по сокрытию улик во мраке. Тёмные, прокуренные кабинеты Невады агрессивно контрастируют с выжженными солнцем улицами Маленькой Италии начала века. Это визуальная паранойя в чистом виде: ты кожей ощущаешь, как тени плотным кольцом сжимаются вокруг горла семьи Корлеоне. Сцена, где молодой Вито бесшумно идёт по крышам за доном Фануччи — это эталонный трекинг цели перед ликвидацией. Ни единого лишнего движения. Де Ниро не просто играет молодого Брандо. Он нагло крадёт его хрипотцу, его тяжёлую челюсть и пластику сытого хищника, но делает это без грамма дешёвой пародии. Это первоклассная работа под глубоким прикрытием. Обратите внимание на раскиданные микродетали, понятные только операм: пресловутый апельсин, который всегда предательски предвещает скорый свинцовый дождь, или то, как Аль Пачино сидит в кресле — с каждым убитым врагом всё больше напоминая оледеневшую статую горгульи. Его взгляд к финалу становится абсолютно пустым, как гильза девятого калибра. Этот фильм — как роскошный, сделанный на заказ гроб из красного дерева: внутри очень дорого, дьявольски стильно, но пахнет абсолютной, непроглядной смертью, и выбраться оттуда уже невозможно ни за какие деньги. <b>8 из 10</b>

Интересный ход — сделать вторую часть не продолжением, а углублением. Если «Крёстный отец» был трагедией превращения, то «Крёстный отец 2» — трагедией правления. Майкл теперь не борется за трон, он на нём. И оказывается, что удержать власть в тысячу раз сложнее, чем её захватить. Враги теперь не другие семьи, а сенат, коррумпированные бизнесмены, своя же партнёрша Кей, которая не хочет быть «жёнушкой гангстера», и, наконец, собственная слабость в лице брата. История Вито-молодого — это не просто флешбэк. Это ответ на вопрос «что потерял Майкл?». Вито строил мир вокруг семьи. Майкл приносит семью в жертву миру, который построил. Империя первого была способом выжить и защитить своих. Империя второго — самоцель, абстрактное понятие «бизнес», которое требует всё новых и новых жертв. Даже их методы контрастны: Вито действует лично, с близкого расстояния, его месть — камерная, почти интимная. Майкл — дистанционно, через посредников, его приказы — это холодные распоряжения, лишённые эмоций. Актёрская работа здесь достигает невероятных высот. Аль Пачино играет тишину и взгляд. Его молчание в сцене с Кей, когда она признаётся в аборте, страшнее любой истерики. Роберт Де Ниро — это не имитация Брандо, а своя, цельная версия Вито: сдержанная, наблюдательная, смертельно опасная в своей простоте. И Джон Казале в роли Фредо — трагическая фигура человека, который так хотел уважения, что продал душу. Фильм мрачнее, медленнее, эпичнее первой части. Он не даёт ни капли надежды. Он показывает, как тень отца, которую Майкл так хотел заполнить, в итоге поглотила его целиком. Первая часть заканчивалась захлопнутой дверью. Вторая — бесконечным, леденящим одиночеством. И это, пожалуй, сильнее. 7.3 из 10

<i><b>Погружение в мир семейства Корлеоне во второй раз оказалось еще более масштабным и требовательным: сиквел прибавил полчаса хронометража, и смотреть его залпом — настоящий марафон.</b> </i>Но когда начинаются финальные титры, нет ни капли сожаления о потраченном времени, лишь мощное послевкусие от увиденного. <i><b>Конечно, главная идея фильма — гениальное противопоставление двух путей к власти.</b></i> Ведь если Вито Корлеоне (Роберт Де Ниро) идет в криминальный мир от безысходности, движимый инстинктом выживания, а его преступления лишь инструмент для достижения достойной жизни детей. То Майкл (Аль Пачино) же, унаследовав империю, продолжает ее строить и укреплять потому что может и хочет. Его обещания семье 'выйти из дела' звучат все более пусто. И получается, что фильм отлично параллельно показывает восхождение Вито из низов к силе и процветанию семьи и неумолимое падение Майкла — от относительной чистоты к абсолютной моральной пустоте, несмотря на формальное укрепление власти. <i><b>Изначально 'чистый' сын оказывается гораздо дальше от света, чем отец, начинавший в грязи.</b></i> В плане канона, дела Вито в начале пути в Маленькой Италии показали точно по книге Марио Пьюзо, чуть ли не побуквенно, тут и знакомство с Тессио и Клеменцой, и виртуозная и хладнокровная расправа с Фануччи. <i>С технической стороны все на том же высоком уровне, что и в первой части. Даже спустя 50 лет смотреть 3+ часа было интересно</i>: операторская работа Гордона Уиллиса (его 'темная' палитра, контраст теплых тонов прошлого и холодных в настоящем), монтаж, звук, пронзительная музыка Нино Рота — все работает на создание непередаваемой атмосферы обреченности и неумолимости судьбы. <i><b>И сложно не отметить, насколько же тут великие актёры.</b></i> Аль Пачино совершает невозможное, углубляя образ Майкла, делая его одиночество и моральное окаменение почти осязаемыми. Роберт Де Ниро не просто играет молодого Вито — он воплощает его, с потрясающей точностью передавая зарождающуюся харизму, ум и хладнокровие, которые позже станут визитной карточкой Брандо. Власть здесь исследуется не только как сила, но и как тотальное одиночество и разрушение души. Тема семьи обретает трагическое звучание: что остается, когда 'защита семьи' уничтожает саму ее суть? <b>По итогу получается редкий сиквел, не просто не уступающий оригиналу, но, по многим параметрам, превосходящий его. Он сложнее структурно, глубже тематически, еще более безупречен технически и оставляет неизгладимо более сильное впечатление трагической красоты и обреченности. Для меня это абсолютная вершина и по эмоциональному накалу, и по уровню кинематографического мастерства.</b> <b>9 из 10</b>

Чтобы максимально прочувствовать «Крестного отца», надо быть семейным человеком, холостую молодость (особенно ее мужскую половину) покоряет в трилогии Копполы прежде всего экшен, вернее умелое чередование диалогов и острых сюжетных поворотов. Тем не менее, вторая часть истории клана Корлеоне усугубляет драматизм, даже трагизм первой, и смотрится она удивительно легко (не понимаю тех, кто сетует на метраж). Да, здесь больше политики и меньше действия, зато больше философии и психологического проникновения в человеческие характеры, ибо почти нет уступок массовому кино. Вторая часть «Крестного отца» не просто так сталкивает прошлое и настоящее, Вито и Майкла, отца и сына, ибо показывает начало и конец большой семьи. То, как Вито переживал за своих детей и жену, как он строил свой действительно грязный «бизнес», при этом оставаясь максимально человечен и терпим к людям, и то, как Майкл холоден к семье, и как он ее разрушает методично и жестоко, не может не впечатлять, тем более тех зрителей, у которых самих есть семьи. Копполе удалось создать не просто нечто, превзошедшее первую часть в плане художественности, но и по масштабу философских обобщений: экранизируя те сцены романа Марио Пьюзо, которые не вошли в первый фильм, дописав с ним современные эпизоды, постановщик добился столь мощного киновысказывания именно потому, что сам был семейным человеком. Во второй части разрушается то, что еще не было разрушено в первой: здесь родственные связи – не помеха даже для убийства, члены семьи ненавидят друг друга, предают и мстят друг другу. Об этом ли мечтал Вито Корлеоне, когда перебирался в Америку? Он также в нее верил, как и гробовщик в своем монологе, открывающем первую часть, но переезд, а фактически бегство, ничего не дало ему. Некоторые критики замечали, что клан Корлеоне – метафора нации, уничтожающей саму себя, к этому стоит добавить, что не только американской, но любой разделенной в самой себе. Как говорится в Евангелии: «Дом, разделившийся сам в себе, не устоит». Вторая часть «Крестного отца», к которой совершенно необязательно было добавлять третью (столь все в ней закончено и завершено), могла быть снята лишь в условиях «Нового Голливуда» и карт-бланша продюсеров режиссеру за коммерческий успех первой части. Американцы обычно не терпят столь нелицеприятного взгляда на свой народ, но и мы русские тоже, которые так и не сняли подлинное кино о себе, о самогеноциде в ХХ веке и бандитском к нему послесловии в 1990-е. Если в отношении первой части еще могли быть вопросы, касающиеся романтизации мафии, то вторая их полностью отметает. Майкл в исполнении Пачино почти люциферичен, его гордыня не имеет границ, оттого лицо, чем дальше, тем больше превращается в жестокую маску самообладания, холода и жестокости, его порой прорывает, и он взрывается в неконтролируемом гневе на близких. Пачино сделал своего героя столь демоничным намеренно, ведь, как и режиссер, он хотел, чтобы этот волевой человек, человек из стали, чем дальше по сюжету, тем больше терял человеческие черты, гуманность и сострадание, сердечную теплоту, черты, которых было так много в его отце. Да, порой он защищается, но его кровавые ответы на диктат обстоятельств непропорционально жестоки (как тут не вспомнить героя Хоффмана в «Соломенных псах» Пекинпа). Вторая часть «Крестного отца» болью отдается в сердце каждого, кто хотел, но так и не смог сохранить семью, хотя когда-то на нее были большие надежды. По сути дела Коппола снял фильм о том, что любая семья разрушается, когда из нее уходит тепло, забота и любовь, и лишь во вторую очередь это кино о гангстерах. Постскриптумом к этому эпосу о стране как семье, может стать только революция, окончательно уничтожающая ее (для демонстрации этого вывода и нужны кубинские эпизоды). Опять же подчеркну: речь не только об Америке, но о всех, кто сделал ставку на авторитаризм, ибо тиран всегда рано или поздно остается один, уничтожив не только врагов, но и друзей, принятых за врагов (Майкл почти страдает паранойей, видя врагов даже в близких). Вот неутешительный вывод Копполы, остается вопрос, возможно ли покаяние для такого гордого человека, деспота и диктатора? Ответ на него дает уже третья часть.

Вот уже много лет не утихают споры: какая часть «Крестного отца» лучше - первая или вторая? Попробую выразить свое мнение на этот счет. Мне не очень по душе романтизация криминального мира и нормализация насилия, присущие такому жанру, как гангстерская драма. Тем не менее, мне очень нравится первая часть трилогии. Она просто очень хорошо снята и поставлена. Её сюжет неспешно, но глубоко погружает в мир, где «семья» превыше любого закона, а за оскорбление можно поплатиться жизнью. Мир, построенный с нуля Вито Андолини, чью историю «по касательной» затрагивает вторая часть. Самое спорное, на мой взгляд, решение - составить фильм из кусочков прошлого и настоящего. Это не дало погрузиться в полной мере ни в эпоху двадцатых, ни в эпоху пятидесятых. Только проникаешься атмосферой старого Нью-Йорка, где происходило становление молодого дона Вито, как тебя снова бросают в «современность», где Майкл ведёт свою смертельную игру. По отдельности их истории смотрелись бы лучше. Хотя не могу не отметить, как мастерски в финале они сходятся воедино в воспоминаниях Майкла… Майкл Корлеоне - пожалуй, один из самых жутких персонажей в истории кинематографа. Его трансформация в первой части ужасает, и то, что происходит в сюжете второго фильма - закономерный итог изменения его личности. Если дон-отец умел отступать и договариваться, то сын, прошедший войну, идёт напролом. Это кино - о том, как принципы, даже в каком-то извращенном смысле благородные, разрушают самое ценное, что есть у человека и разрушают его самого, оставляя мир у его ног, но его самого - ни с чем. Это самая сильная мысль картины. Проблема в том, что кино очень странно «порезано». Некоторые сцены возникают из ниоткуда (как с неизвестно откуда взявшимся судебным заседанием - где подводка к нему?) или представляют собой чересчур длинные диалоги, в которых порой куда меньше смысла, чем в одном молчаливом взгляде Марлона Брандо. За отсылочки к кубинской революции - спасибо, конечно, но все герои выходят из этого мероприятия как с лёгкой прогулки - никаких последствий. Такие мелкие недостатки не сильно мешают смотреть фильм, но не упомянуть о них я не могу - в первой части глаз ничего не резало. Спасают актёры. Почти весь основной каст первой части вернулся к своим ролям, было очень приятно снова увидеть Пачино, Дюваля, Китон и всех-всех-всех. Де Ниро идеально вжился в роль молодого Вито, особенно позабавило, как он копирует голос и манеры Брандо. Сцена, где к нему приходит на прием домовладелец - уморительно смешная! Вердикт. Это отличный сиквел, не дотягивающий до оригинала по некоторым техническим параметрам, но однозначно стоящий просмотра. Он мрачнее, злее, он более бескомпромиссный и жестокий. Но по-своему очаровательный. И еще он является причиной начать учить итальянский язык - его тут много. 9 из 10 Рецензией классику не испортишь…

Вообще, смотреть сиквел лучше в ремастере, где он соединён с 1-й частью, но… даже по отдельности кино воспринимается вполне неплохо. Проблематика картины та же: преступный мир и личная жизнь. Однако, если предыдущая часть была, своего рода, драмой, то теперь перед нами вполне такой неприкрытый криминал. Малыш Майки быстро понимает, что вся условная власть Семьи неспособна его огородить от реальности, в которой он — или добыча, или же — хищник. Давление на психику возрастает и Майкл Корлеоне раскрывает нам свою истинную суть… впрочем, почему раскрывает? О ней вскользь говорилось в предыдущем фильме и демонстрировались её отголоски. Дело в том, что Война в Японии — это… не совсем война. Служба войск США зачастую состояла в зачистке и геноциде населения за «регалии», а последствия нашли неплохое отражение в видео-игре L.A. Noire. Несмотря на громкие регалии на службе ВС США, Майкл Корлеоне о своих делах особо не распространялся. Но сказать, что его очень сильно изменила служба — не получится. Он уже насмотрелся на подобное с детства и был пропитан тягой к насилию. Для исцеления души есть много средств. Но для их положительного действия - нужно желание их принять. Именно здесь авторы весьма умело лавируют между некоторым фатализмом и врождёнными качествами. А Малыш Майки становится тем, кем ему весьма старательно уготовано. Казалось бы, ничего личного, просто бизнес? А вот и нет. Фундаментальная разница в том, что Корелоне Старший всегда знал, как грамотно разделить семью и криминал так, чтобы они не вставали друг у друга на пути. Майкл Корлеоне, несмотря на свой феноменальный интеллект, этим знанием не владел. В итоге, солдатик оказывается далеко не так прост, как это преподносится ранее. Насколько далеко он может зайти - трудно предугадать даже весьма искушённому зрителю. В отличии от предыдущей части, перед нами предстаёт полноценная трансформация человека и его окружения. Весьма живая, динамичная и занимательная. Роль молодого Майкла Корлеоне для Пачино, пожалуй, одна из фундаментальных, быть может - определившая его восприятие авторами и публикой. И вполне заслуженно. Именно в этом фильме он задал весьма качественный пограничный тон поведения между статичным криминалом и резким уверенным ударом, который бьёт точно в нужное место и в нужное время. На этом, в принципе, можно считать данный эпос завершённым, но, к моему сожалению, существует ещё и третья часть… Однако, я не могу не отметить, роль несомненного гения-протагониста этого фильма. Гения, перед которым тщательно подбирали слова даже кровные братья. Гения, перед которым абсолютно безвольно тряслась преступившая запретные грани супруга, забывшая, что мир криминала - это не мир, где закон и порядок будет на твоей стороне.

В 1972 году фильм Френсиса Форда Копполы «Крёстный отец», снятый по одноимённому роману Марио Пьюзо, триумфально вошёл в историю мирового кинематографа, удостоившись признания и зрителей, и кинокритиков. Однако, как это случается с очень успешными (в кассовом плане) блокбастерами, руководство студии <i>Paramount</i> захотело снять <i>продолжение</i> «на скорую руку». Мировая практика показывает, что как правило, ничем хорошим такие затеи не оборачиваются, поскольку практически всегда сиквелы и приквелы уступают оригиналу. Но вновь севшему в режиссёрское кресло <b>Френсису Форду Копполе</b> удалось сделать немыслимое: снять один из выдающихся сиквелов в истории кино, который был не хуже (а кто-то посчитает и лучше) оригинальной картины - <b><i>«Крёстный отец: Часть вторая»</i></b>. И хотя Коппола изначально был против продолжения, не желая вновь наступать на одни и те же грабли, испытывая давление то студии, то мафии (подробнее о том, как создавался «Крёстный отец» было показано в мини-сериале <i>«Предложение»</i> 2022 года), на этот раз за работу над второй частью он получил карт-бланш - полную творческую независимость. И это, честно говоря, видно по тому какой получилась вторая часть. Теперь ушли в прошлое дебаты по поводу актёров на роль, бюджет второй части был в разы увеличен (что позволило поднять зарплату актёрам, а так же расширить географию съёмок). Один только хронометраж второго «Крёстного отца» составил <i>почти 3,5 часа</i>, из-за которых режиссёру не приходилось идти «на ковёр» к Роберту Эвансу - главе Paramount. Если первый «Крёстный отец» был основан на книге <b>Марио Пьюзо</b>, то второй же получился практически полностью оригинальным произведением. Коппола не изменил своим принципам, пригласив вновь поработать над сценарием Пьюзо. В результате чего получилась довольно оригинальная концепция второй части, ставшей и <b><i>приквелом</i></b> и <b><i>сиквелом</i></b> к оригинальному «Крёстному отцу» одновременно. Это позволило продолжить рассуждения о том, чем отличаются друг от друга Вито Корлеоне и его сын Майкл, но уже без их непосредственного присутствия в кадре. За ретроспективную часть, рассказывающую о детстве и молодости Вито Корлеоне, которого на этот раз сыграл <b>Роберт Де Ниро</b>, взялся Пьюзо, а про события 1958 года с Майклом, отчаянно пытающимся удержать власть, сценарий писал сам Коппола. Признаться честно, когда-то мне такой подход с переходом из одного времени в другое не нравился (особенно когда смотрел в подростковом возрасте). Банально привыкаешь и едва погружаешься в эту атмосферу Нью-Йорка первой четверти 20 века, как тут же перемещаешься в конец 1950-х в Неваду, где уже другие сюжетные повороты. Затем, когда уже начал внимательно следить за персонажами, понимая кто кого предал, как тут же опять нас кидают в прошлое, и т.д. Однако с годами я понял, что все эти перемещения были не случайны и происходят они в определённые моменты (и в этом и есть контраст между судьбами Вито и Майкла). Изначально Коппола задумал показать и Вито и Майкла в одном возрасте - когда им было около 30 с небольшим. Мол, как в этом возрасте ощущали себя отец и сын в разные временные эпохи, что удалось к этому времени достичь и как они ведут дела. Насчёт возраста я не уверен, что задумка была успешно воплощена (в 1958 году Майклу было 38 лет, в то время как сюжетная линия с Вито заканчивается где-то в 1923 году, когда молодому дону было только 32). А вот в других аспектах идея сработала. Хотя и в первой части можно было проанализировать чем отличаются отец и сын, здесь их контраст показан довольно убедительно. В то время как Вито Корлеоне (чья настоящая фамилия была Андолини), сбежав из Сицилии в Америку, буквально «с нуля» начал жизнь в Нью-Йорке, создав семью, обретя друзей и власть в криминальном мире, Майклу же криминальная империя отца досталась «в наследство», но удержать её он не в состоянии. Даже в личной жизни Майкл терпит фиаско, когда в попытке создать большую семью, как у отца когда-то, он сталкивается с недоверием и недопониманием жены, постепенно обрекая себя на одиночество. Если Вито строил бизнес на уважении к друзьям (и даже к врагам), то в личной системе координат Майкла нет такого понятия как «друг» - только партнёры и враги. И чем раньше враги будут уничтожены, тем лучше будет для бизнеса. Несмотря на то, что при создании второй части Коппола стремился удивлять оригинальными сюжетными ходами (на что не всякий сиквел способен в принципе), некоторые элементы самоповтора здесь всё же были. Например, оба фильма начинаются одинаково - с торжества в семье Корлеоне, во время которого дон общается с посетителями в плохо освещённом кабинете, верша судьбы людей. Или то, как показана смерть врагов Майкла в конце каждого «Крёстного отца» через параллельный монтаж. Продолжена была игра света и теней в сценах, где присутствует Майкл Корлеоне в исполнении блистательного Аль Пачино, а момент, где его герой закрывает дверь перед лицом <i>Кей</i> (<b>Дайан Китон</b>) схож с финальным кадром первой части. «Крёстный отец: Часть вторая» по праву может считаться одним из выдающихся сиквелов в истории мирового кинематографа, наряду со вторым «Терминатором» и «Чужими» Джеймса Кэмерона. Ему далось закрепить успех первой части, расширив ту оригинальную историю (+ добавив предысторию). Пусть ленте не удалось стать такой же коммерчески успешной, как и первый «Крёстный отец», но вот что касается различных кинонаград, то здесь вторая часть сумела обойти первую. Причём дважды оба фильма получили Оскара за <i>«лучший фильм»</i> и <i>«лучший адаптированный сценарий»</i>. На этот раз сумел получить свой Оскар и композитор <b>Нино Рота</b>, добавив во вторую часть новый материал, и сам Френсис Форд Коппола за режиссуру. Зато впервые в истории академия наградила повторно за исполнение одного и того же персонажа, но уже другого актёра, и в другом фильме. И я говорю, разумеется, про Вито Корлеоне, за которого приз «лучшая мужская роль» получил Марлон Брандо, а затем Роберт Де Ниро в номинации «лучшая мужская роль второго плана», обойдя других коллег из «Крёстного отца-2» - <b>Майкла Гаццо</b> (<i>Френк Пентанджели</i>) и <b>Ли Страсберга</b> (<i>Хайман Рот</i>). По большому счёту, первый «Крёстный отец» был сам по себе законченным произведением, которому не нужно было продолжение. Однако Копполе удалось сделать невозможное, создав новое произведение, дополняющее оригинал. И как по мне, лучше бы на этом всё и завершилось. Но увы, спустя годы будет снят третий фильм, поставивший окончательно точку на грехопадении Майкла Корлеоне. Но это будет другая история… 9 из 10

Теперь стало понятно, что меня так смущало в первой части – то, что изначально положительный герой <b>Аль Пачино</b> вдруг стал негодяем. И <b>Коппола</b> так искусно показал его трансформацию, что до самого конца, до закрывающихся перед женой Майкла дверей верить в это не хотелось. Напротив, второй фильм смотрится уже со знанием нового морального и социального статуса Майкла Корлеоне. Он – новый дон, уже укрепившийся в этой своеобразной иерархии, крутит, как марионетками, ключевыми фигурами американского бизнеса, и даже сенаторы являются к нему на семейное празднество – и, хотя последние выражают явное неприятие и готовность к борьбе, рога им быстро обламывают. Во второй части мы видим не только продолжение нравственного вырождения Майкла, но и историю становления клана Корлеоне. Молодой Вито (<b>Роберт Де Ниро</b>), как видно, сначала совсем не собирался становиться мафиози. Но кровь зовёт. Да и уже обосновавшиеся в Америке итальянские царьки криминального мира тоже не дремлют, норовя урвать с каждого кусочек побольше. И вот уже в руках у Вито оружие, и оно стреляет, режет – убивает. Новый дон обзаводится авторитетом и приспешниками. Его история показана неслучайна. Коппола как бы ставит зеркало и говорит – а сравните-ка двух Корлеоне – мафиози начала века и его сына, орудующего уже во второй его половине. И сравнение явно не в пользу второго. Конечно, в этих материях сравнения делаются с изрядными оговорками: дескать, да, оба преступники, но и в этой сфере можно и нужно покопаться; в конце концов, наука криминология только и делает, что занимается исследованиями преступности и личностей преступника. Но мы отвлеклись. Если дон Вито говорит, что мужчина обязан быть со своей семьёй – дон Майкл не воспринимает её как ценность; если отец Корлеоне выстраивает осторожные, ровные отношения с соперниками, а также ценит своих союзников, то сын движим исключительно личными целями, и на этом пути идёт по головам. И остаётся в итоге ни с чем – финальный кадр прекрасно это отображает. Не хочется сравнивать сиквел и приквел. Считается, что «Крёстный отец-2» – это один из редчайших случаев, когда вторая часть лучше первой. Мне почему-то представляется, что это совершенно разные фильмы – и по атмосфере, и по характеру героев – несмотря на то, что между происходящими событиями прошло лет 5, а между съёмками – так вообще 2. При этом продолжены традиции – и художественные, и стилистические, как то: резкие, внезапные убийства, апельсины – «вестники разлуки», общая мрачность при пестроте красок. Планку первого фильма, пожалуй, он выдержал. Разве только тяжеловато смотреть его три с лишним часа подряд – некоторые моменты нуждаются в безжалостном купировании. Ну и главной звезды первого фильма – <b>Марлона Брандо</b> – здесь уже не было, что, конечно, немного обедняет палитру. Но всё же картина хороша. 8 из 10

35-летний, по сути, еще пацан, Фрэнсис Форд Коппола умудрился обмануть законы природы и кинематографа, и таки вошел в одну реку дважды. Казалось бы, два года назад исчерпано было уже все. Роман Марио Пьюзо экранизирован. Герой Марлона Брандо убит. И самое главное – эффект неожиданности для публики пройден. Да, можно было продолжать эту сагу, но по всем параметрам из всего этого должен был выходить вторпродукт, пускай и с завышено ожидаемыми от публики кассовыми сборами. Но Коппола настолько удачно вывернулся из всех объективных тупиковых моментов, что по итогу кинокритики до сих пор спорят, какая же из двух частей мафиозной саги о семье Корлеоне вышла сильнее. Итак, Сицилия 1901 года. Отсюда вынужден бежать юный Вито Корлеоне, который пока еще даже не Корлеоне, а только Андолини. Корлеоне из него уже сделает какой-то таможенник в нью-йоркском порту образца 1917 года, дав фамилию по названию его родной деревушки. И там же начнется становление молодого Вито. Первые разборки, первое воровство. И первое убийство местного подонка-авторитета. А в это же самое время в параллельной реальности будущего 1958 года живет сын Вито – Майкл Корлеоне. И, конечно же, у главы крупнейшего мафиозного клана Штатов не все спокойно. Только что какие-то негодяи обстреляли его спальню, где, «черт дери, спит моя жена и играют мои дети!». Предатель где-то внутри Семьи и Майкл начинает его искать, а параллельно ведет дельце со скользким евреем из Майами, который предлагает Корлеоне вложиться в игорный бизнес на предреволюционной Кубе… Первое, что сделал Коппола, это вклинил в фильм все исторические обрубки из романа Пьюзо о молодости Вито Корлеоне. В итоге, фильм получился двухсюжетным, в котором зритель имеет возможность наблюдать и сравнивать рост/развитие двух молодых. Первый – отец, который начинал с нуля, и хотя всем известно, что он достигнет высот, но путь у парнишки вышел тернист. А второй – сын, задача у которого еще сложнее – оставить на плаву уже созданную империю. В итоге, Коппола полностью оставил дух первой части и даже позволил себе уйти от массовых убийств и вообще какого-либо экшна. Весь второй «Крестный отец» - это игра кланов за свое выживание и она не менее интересна, чем наблюдать результаты этой борьбы. Хотя, конечно же, убийств здесь будет хватать, но они будут только усиливать закулисную борьбу, а не заменять ее. Второй сильный ход Копполы – это подбор в пару к Аль Пачино равноценного по харизме актера. Брандо уже не было и не могло быть. Зато Коппола откопал талант 31-летнего Роберта Де Ниро, сыгравшего молодого дона Корлеоне. А Аль Пачино снова попал в заочную конкуренцию, и снова пролетел мимо «Оскара» (в отличие от Де Неро, который свою статуэтку, пусть и за роль второго плана, полностью отработал). Но в любом случае, именно игра этой пары тянет на себе далеко не самый динамичный фильм, длящийся почти три с половиной часа. Все остальное только дополняло и усиливало картину. Узнаваемые композиции Нино Рота, знакомые по первой части Дайан Китон (ей наконец-то дали чуть больше поиграть в роли жены Майкла Корлеоне) и Роберт Дювалл (все так же уверенно отыграл роль незаменимого юриста семьи). Понравился толстяк Майкл Гаццо, сыгравший раскаявшегося предателя-мафиози. Его переобувание в суде шикарно, за что, собственно, он и получил свою единственную оскаровскую номинацию. Другие ребята, напротив, номинации получили левенькие, вроде Талии Шайр (Кони Корлеоне) или Ли Страсберга, сыгравшего главу еврейского мафиозного клана. Старичка Страсберга больше подтянули, как руководителя актерской школы в Нью-Йорке, откуда вышли те же Аль Пачино и Роберт Де Ниро. Сыграл он не плохо, но все же не обязательно было всех подряд из фильма тянуть на статуэтки ради одного только создания рекорда. Ну а в целом, Коппола создал мощный продукт, раскрывающий внутреннюю кухню мафиозной структуры. Да, не без романтизации. Да, не без конъюнктурных веяний, вроде прихода Фиделя Кастро к власти на соседней Кубе. Да, без Марлона Брандо, которого в отличие от «убитого» в прошлой части Джеймса Каана, так и не удалось затащить на финальный семейный ужин. Но Коппола показал класс, стиль и эстетику. А два молодых парня – Аль Пачино и Роберт Де Ниро – окончательно застолбили за собой право называть 70-е своим десятилетием. Зрелищно, эпично, убедительно. Продолжение главной мафиозной саги на планете оказалось таким же сильным, как и ее начало. 7.5 из 10

Демоническая история превращения добропорядочного члена криминальной семьи в истинное воплощение бескомпромиссного зла продолжается во второй части легендарной саги 'Крёстный отец'. Майкл Корлеоне здесь предстаёт в своей максимально могучей форме, без эмоционально воспринимая большую часть происходящих вокруг него событий, стараясь трезво и взвешенно реагировать на разнообразные угрозы, затрагивающие безопасность семьи и его самого. Неожиданные взрывы агрессии, возникающие в моменты самого высокого напряжения, поражают внутренним дьяволизмом и всепоглощающим неистовством своего обладателя, готового уничтожить всё на пути восхода на мафиозные высоты. Аль Пачино бесподобно справился с этой многозадачной ролью, великолепно обозначив переход изначально хорошего человека на тёмную сторону бытия в первых двух частях великой трилогии. А Роберт Де Ниро, воплотивший на экране молодую версию Вито Корлеоне, подарил зрителю невероятную предысторию всем полюбившегося героя Марлона Брандо из оригинальной ленты. Роберт изумительно раскрыл истоки характера будущего главы криминального семейства, мудро разложив основные элементы внутреннего стержня героя в равнозначном порядке. Конечно, особую дань уважения стоит отдать создателям этих двух уникальных шедевром кинематографа. А именно, режиссёру Фрэнсису Форду Копполе и автору одноимённой книги и сценаристу фильмов Марио Пьюзо. Их творческий тандем заслуживает самых высоких похвал. Они незабываемо рассказали по-настоящему правдивый сюжет нескольких поколений итало-американских гангстеров и потрясающе раскрыли основных и второстепенных персонажей этого широкого повествования. 'Крёстный Отец 2' - блистательно продолжает историю семьи Корлеоне, равноценно с этим великолепно освещая первые шаги главы cемейства на криминальном поприще.