Бакенбарды

Фильм «Бакенбарды» смотреть смешно и жутко одновременно. Слишком честно. Слишком понятно. Слишком узнаваемо. Все эти течения пушкинцев мцырей, капелл, бивней суть одно и то же – это тот самый русский бунт, бессмысленный и беспощадный. В преддверии пушкинского дня фильм воспринимается особенно остро. Картина Юрия Мамина вышла в 1990 году, возможно, «перестройка» и «перекройка» страны несколько помешали фильму обрести популярность, но, дело здесь скорее в том, что такую резкую карикатуру на себя общество просто не способно выдержать. Режиссер безжалостен в своей сатире и не делает скидок не только власти и русской идее, но и Пушкину. Хотя, поэт все же избежал строгого суда потомков – досталось от создателей фильма той ширме с вывеской «Пушкин», которой прикрываются герои фильма. «Бакенбарды» настолько прицельно бьет, безошибочно угадывая самые болезненные точки, что рассуждение о нем и препарирование его «идейно-художественного своеобразия» причиняет почти физическую боль говорящему. Но боль эта, конечно, несколько смягчается, благодаря анестезирующему действию гомерического смеха над абсурдом нашего бытия (прежде всего, бытия российского, но и общечеловеческого тоже). Фильм не только предвосхитил всеобщее помешательство, когда с каким-то безалаберным размахом страна отметила 200-летие Александр Сергеевича, но и до горечи в горле напоминает атмосферу ремарковских «Трех товарищей» с вечными сборищами разноцветных группировок. Впрочем, эту последнюю ассоциацию режиссер даже не пытается скрыть и прямо намекает нам на нее. Наверняка, он делает это в большей степени для себя, а не для зрителя: не от того, что не доверяет нам, а от того, что ему самому хочется кричать. Возможно, во многих городах страны возникают ситуации с памятниками, как в моем родном Нальчике, но от этого не становится легче, когда смотришь на памятник Пушкину на одноименной улице или слышишь бесконечные рассуждения о роли Лермонтова для черкесов. Все вытравливается и обращается в пыль, заурядность правит бал, а бесславные потомки скачут в каком-то угаре с шашкой наголо. Фильм, «Бакенбарды», конечно, не о поэзии в чистом виде, но ведь и о поэзии тоже. И после него хочется повторить слова Поля Валери, в которые ты, может, до сих пор не особо верил: «Поэзия всегда была и остается привилегией узкого круга посвященных». Наверное, так оно и есть, потому что маршировать по улицам Заборска во фраках и тростью под строки «Мой дядя самых честных правил» - это как-то совсем уж глупо… Сложно сказать, что больше всего поражает в фильме: непревзойденная ли игра Виктора Сухорукова, смех ли как способ преодоления страха, гротескность ли показанного и увиденного, или то, что игра в переодевания и присвоение себе права на окончательную истину именно благодаря ношению определенной одежды приобретает сегодня новые формы. Вот и в моем родном городе юноши и девушки в национальной одежде идут мимо памятника Пушкину (изготовленному, кажется, в полный рост поэта) и порицают тех, кто, по их мнению, не живет в ладу с наставлениями предков. С чьим авторитетом они поступают так же, как герой Виктора Сухорукова с именем Александра Сергеевича – просто выставляют щитом для собственного тщеславия.

Выбор сюжета для Юрия Мамина не случаен. Как можно подумать на первый взгляд, в связи с большими переменами еще в СССР, с окончанием холодной войны в стране развивается множество течений и субкультур. В фильме одни представлены спортивно-хулиганским клубом, другие - клубом «эпатажа», третьи - клубом почитателей творчества А. С. Пушкина. Но, как и все, последние слишком радикальны в своих действиях и вызывают недовольство жителей некогда спокойного и тихого городка. В фильме четко представлено, что достаточно яркого лидера, бредовых лозунгов и можно свершить любой переворот, и только потом все поймут то, что «король-то голый». Использование документальных кадров, съемок с рук, рок-музыки и нестандартных операторских ходов делают фильм шагом вперед в киноиндустрии того времени. Конечно, «перестроечное кино» нельзя назвать большим достижением в кинематографе СССР, но оно было, и теперь можно оценить по прошествии времени все положительные и отрицательные моменты пласта. Кстати, автором четко подмечено развитие таких субкультур. Это повальное движение в стране того времени. В подвалах организовывают тренажерные залы, а творческие люди в поисках себя шокируют население своими шедеврами. Потом которые действительно признаются таковыми. В фильме показано быстрое перевоплощение спортсменов в эстетов, любителей поэзии. Достаточно было только отрастить бакенбарды. Такие тенденции существуют во все времена, многие думают, что меняя в себе какую либо черту, они становятся кем-то другим. 6 из 10

Потрясающий фильм, сценарий, операторская работа, игра актеров, а самое главное - замысел. Как круто показано, что можно прикрыться какой-то безобидной идеей (на первый взгляд), купиться на нее и не заметить, как вырастили у себя под боком тирана. Мне кажется, фильм был актуальным и тогда, во время перестройки, когда важно было не допустить опять, чтоб на смену 'Пушкину' пришел 'Маяковский', и сейчас. Он на одной волне, простите за тавтологию, с фильмом 'Эксперимент 2: Волна'. Все, что было сказано в этих фильмах, будет важно всегда, ведь диктатура - это не ветрянка, которой переболеть можно лишь один раз. Нравятся в фильме исторические параллели, например, когда слышишь 'ночь длинных тростей', то на ум сразу приходит событие под названием 'ночь длинных ножей'. Или провокация с плакатами над их 'штабом' у меня четко ассоциируется с поджогом Рейхстага. 10 из 10

Фильм невероятный! Местами смешной, а в целом - умный, грустный и даже страшный! В жанрах ему везде пишут 'комедия', но это, в первую очередь, настоящая драма, а также сатира, гротеск - все сложно намешано, и самое печальное, что фильм своей актуальности не потерял, и вряд ли потеряет. Не так важно, чья физиономия на плакате, можно и под именем Пушкина строить аналог гитлерюгенда. Роль Виктора Сухорукова - это что-то невозможное, настолько он органичен, стопроцентное попадание в образ! Мне этот актер давно нравится, и в этом фильме его игра достойна всяких похвал! Кто умеет думать над фильмами, кому небезразлично, в каком обществе он живет - посмотрите обязательно. Жаль, что этот фильм не очень широко известен, после просмотра многие поймут, почему. Считаю, что те, кто еще не видел этого фильма, не могут считать, что знают российское кино 90-х. Ханжам и пуританам фильм вряд ли понравится. 'Что они скоты, так за это статьи нет'. 'Милиция закрывает глаза, а я думаю - жмурится от удовольствия!' 10 из 10

Превосходная идея у фильма. В целом, редкий случай, когда именно идея является главным наполнением фильма. Не сюжет, не игра актеров и тем более не спецэффекты. Последняя волна русскоязычных трагикомедий. Самая откровенная, правдивая, самая едкая и отчаянная. Старых ограничений больше нет. Новые еще не появились. До девяностых люди искусства СССР/России хотели, но не могли говорить честно, сейчас - могут, да не хотят, а вот как раз в первой половине девяностых - еще хотели и уже могли. И вот Мамин и Лейкин сняли этот слегка сюрреалистический фильм, а Сухоруков сыграл в нем. Создать агрессивную идеологию <i>очень легко</i>. Любая идея, даже самая абсурдная или самая невинная (Пушкин - разве это плохо?). Харизматичный лидер, понаглее и без моральных тормозов. Знаки принадлежности к идеологии позанятнее (трости, бакенбарды - шик). И хотя бы полсотни молодых людей, не знающих, куда жизнь свою употребить. Любая идея, позволяющая кого-то <i>бить</i>, оставаясь при этом как бы невиновным в осознании своей правоты и при поддержке единомышленников - слишком большое искушение для очень многих людей. Особенно молодых. Особенно душевно неразвитых, но даже 'нормальные' тоже могут, не видя иной перспективы - поддаться. Иллюзия того, что ты кому-то нужен - основная заманиловка разнообразных сект и идейных движений. Фильм, вообще-то, жутковатый и по сути - хотя и без рейтинга - не для детей точно. Но вот подросткам и юношеству, желающим понимать механизмы управления людьми - чтобы не стать жертвами подобных идеологических диверсий - стоит напрячься и посмотреть. Не как художественное произведение, скорее как научпоп по социальной психологии. А то ведь так легко не заметить, что под новой идеологией, правильной - Маяковский это же совсем не Пушкин, верно? - все те же механизмы, все те же люди, все та же ложь.

Посмотреть фильм 'Бакенбарды' мне посоветовал мой лучший, ныне, увы, покойный друг. Этот удивительный человек при жизни всегда 'подкидывал' мне 'что-нибудь эдакое' (книгу, кино) в качестве пищи для ума. 'Бакенбарды' - из той серии. Сказать, что фильм <i>понравился</i>, слишком как-то банально. 'Мне понравился репортаж про цунами на Курилах...' Это - как извержение вулкана - увидел и остановился, разинув рот. Но..! Если бы не одно маленькое 'но'. Все, кому в 1990-м было 'до шестнадцати и старше', через это так или иначе прошли лично, так сказать. С той или другой строны этих самых постперестроечных 'баррикад'. Люберы, хиппи, панки, металлисты, рокеры-байкеры, брейкеры, рэперы (рэп тогда уже был и в России), как мухи из личинок вылупились под 'белым солнцем' идеологической пустыни конца 80-х, начала 90-х. А навстречу им 'домашние мальчики', девочки-институтки, работяги, пенсионеры, какие-то солженицынцы-сахаровцы, нацменьшинства, милиция... Одни ломали, другие пытались что-то непонятное строить, третьи лили крокодиловы слезы, четвертые надрывали глотки; первые наступали, вторые улепетывали без оглядки...; иные благоразумно помалкивали: 'А что если... вдруг… опять?...' Меня, видевшего все это не на экране, а в 'реалити', как принято 'выражовываться' сегодня, 'зацепила' одна фраза, уже в финале картины, в устах В. Сухорукова, что-то вроде: 'Деньги с <i>нашего</i> счета...' Вот-вот. Пока остальные занимались вышеозначенными делами, кое-кто, не будем показывать пальцем, потихоньку украл нашу Родину. Не Пушкина со всеми классиками (зачем они им?), а просто материальные ценности - взял и 'положил в свой личный карман' - так примерно у Булгакова про «коммунальные пельмени»? «Заводы-пароходы» и проч. под шумок перетекли из коллективной собственности в личную... 'И грянул бой...' Сегодня нам остается только истекать желчью или ностальгией - кому как удобно - глядя на танк Т-34 с надписью по борту 'доп. конверсия', въезжающий в желтый домик умалишенных совков, стукнутых по голове 'пыльным мешком перестройки'. 10 из 10

Провинциальный город Заборск раздирают на две части враждующие группировки. Первая из них – «Капелла»: пестрые неформалы, устраивающие абсолютно феерические шоу, замешанные на сексе и нонконформизме. То они шествуют по улицам с гробом, «хороня невинность», то изображают массовые расстрелы, то исполняют песню про органы, аккомпанируя, собственно, органами, да так, что современным битбоксерам и не снилось… Яркие, хулиганистые провокаторы, они – мечта каждого подростка и страх каждого родителя. Вторая банда – «Бивни», тупые качки, которые дни напролет тренируются в подвале, упражняясь на самодельных тренажерах из батарей отопления, а по ночам выходят из сумрака, отлавливая зазевавшихся «капеллистов». Вот в такую обстановку попадает, едва сойдя с поезда, молодой человек Александр, проведший здесь детство, а затем отчаливший в культурную столицу. С ним – его друг и наставник Виктор. Оба уже достаточно окультурились и готовы нести свет в массы, точнее – идеи великого русского поэта Александра «Наше всё» Сергеевича Пушкина в головы местного быдла. Умело манипулируя враждой двух группировок и настроениями горожан, Александр и Виктор постепенно прибирают к рукам «Бивни» и изгоняют прочь «Капеллу». Поначалу всё это выглядит довольно невинно: марширующие по улицам отряды в одежде пушкинских времен, декламация стихов, культурные мероприятия, ночное патрулирование во избежание хулиганства. Но мало-помалу в газеты просачиваются словечки вроде «фюрер в бакенбардах», «пушкин-югенд». До общества постепенно доходит, во что превратилось безобидное общество ценителей поэта. Кто мог подумать, что фашизм можно построить даже на самой культурной и нравственной платформе? Ладно бы еще – коммунизм… Центральный персонаж Виктор, которого играет его тезка Сухоруков, тот самый «фюрер в бакенбардах» – очень неоднозначная личность. Казалось бы, его стремление во что бы то ни стало навести в городе свои порядки диктуется исключительно амбициями, но в то же время огонек в глазах выдает, что идеи Пушкина для него – не пустой звук. Какие монологи он выдает порой, граммар-наци подписались бы под каждым словом! <i>– Чацкий-то как раз владел великим и могучим. Он умел смутить знатную чернь не видом голой задницы, а сильным, вдохновенным словом. А ныне это смешно, потому что не только прекрасные здания порушены – мозги порушены, вот что страшно.</i> Но признаем – диктатор во многом подобен шаману. Он должен верить в то, что говорит, иначе ему не увлечь за собой других. Полагаясь на поддержку наивных идеалистов вроде Александра, нетрудно сколотить крепкий костяк глуповатых, но мускулистых адептов режима, и совершенно неважно, какая идея лежит в основе: культурное наследие, национальное превосходство или что-либо еще. Главное при этом - изгнать диссидентов, заклеймив их предателями, а уж потом можно и позаимствовать у них парочку идей. 'Капелла' частенько сверкала трусами, но делала это без какого бы то ни было идеологического подтекста. А вот если на трусах изобразить соратников Пушкина - это же совсем другой коленкор, судари! В сухом остатке: у Мамина получился неплохой фильм, который, вопреки прогнозам тогдашних критиков, не ушел в забытье, став неактуальным. Кстати, где-то я слышала словечко 'югенд', стоящее рядом с именем одного известного политического деятеля. Что бы это значило, а?..

Может ли А. С. Пушкин стать символом тоталитаризма? Казалось бы вопрос глупый, как поэт написавший «Во глубине сибирских руд храните гордое терпение…» может стать олицетворением несвободы? А ответ не так однозначен, при желании и соответствующем подходе можно и из любого поэта сделать символ несвободы и авторитарной власти. И уже вопрос не в том Пушкин А. С. это, Лермонтов М. Ю., а может Маяковский В. В., главное, в какое русло направить их творчество, на несение в массы доброго, вечного или сделать орудием личной власти и строками поэта прикрыть амбиции. Режиссер Юрий Мамин снял гротесковую комедию на тоталитарное общество, все недостатки или достоинства выглядят гипертрофированно, где изначально свободу олицетворяла разнузданная «Капелла», а ретрограды были представлены туповатыми «Бивнями», а дальше показано как серой массой можно управлять, приложив идею и мозги. И тогда город вздрагивает от поступи «Клуба любителей Александра Сергеевича Пушкина», и власть санкционирующая создание клуба пушкинистов уже не может остановить «фюрера» литературоведов сметающего «мцырей» как конкурентов и политических противников, и шантажирующего саму власть. А люди, которых на фоне происходящего опрашивают журналисты, уже и не знают что лучше «Капелла» с сексуальными шествиями или диктующий волю «фюрер» Витя. Очень тонко Мамин подметил такие общественные аспекты как недовольство неизвестной свободой, и приветствие светлой идеи Пушкина, и первоначальную эйфорию от наведения «порядка» твердой рукой, и отрезвление от эйфории, когда приходит понимание сути происходящего. Актеры, занятые в фильме сыграли выше всяких похвал, Виктор Сухоруков («фюрер» Витя) задолго до «Брата» раскрыл свою харизматичность характерного актера, а Александр Лыков явил образ Штыря приспособленца идущего в кильватере силы, покинувший страну и снимающийся во Франции Александр Медведев в роли идеалиста показал тот электорат, который веря в чистоту идеалов, ведет к вершине, таких как Виктор, и нельзя не отметить Анатолия Журавлева в роли грубой физической силы поддерживающего таких «фюреров». После первого просмотра этого фильма прошло достаточно много времени и с годами, когда я его пересматриваю, понимаю – ни методы, ни суть политических приемов не меняется, можно ходить с барабанным боем под любыми флагами и идеями, вопрос только в градусе объявленного властью террора, можно мягко с учетом демократических свобод, а можно методом 37 года, когда жернова перемалывают людей, невзирая на социальное положение, пол, возраст. Юрий Мамин снял не столько гротеск, сколько показал, куда могут завести самые лучшие побуждения, и не только «Майн Кампф» может стать символом мракобесия, но и великий русский поэт А. С. Пушкин. Жутко. 10 из 10

Ночь длинных тростей, или Кодекс Пушкина Сюжетная основа фильма такова: двое молодых людей, два носителя Идеи – почитания гения Александра Сергеевича Пушкина, два столичных пропагандиста приезжают в провинциальный город за свежими последователями. Путем тонких манипуляций пушкинистам удалось собрать все неформальные объединения в свой мощный идеологический кулак. «Отряд не заметил потери бойца» - отряд не заметил, как из любителей изящной словесности вырос в военизированную и бакенбардированную шайку. Финал картины венчает шествие пушкинцев, разжалованных до маяковцев, и фраза – «Все только начинается». Первое впечатление о фильме самое обманчивое. Я посмотрела его дважды: очень хороший, убедительный, логичный, в то же время фантастичный, красочный и сумасшедший фильм. Кому придет в голову снять такой ужасный памфлет на человека? Юрий Борисович Мамин сказал: я-де вам открою вашу сущность, сущность глупую, зависимую, ничтожную в своей ограниченности. Покажу, что вас можно и должно пасти как неразумное стадо, потворствуя первейшим вашим желаниям и порочным прихотям. Действительно, для смены одного убеждения другим пастухам стоило лишь кнутом преподать «Бивням» искусство палки, а «Капелле» – искусство нового массового юродства, катания на велосипеде в сюртуках. Неужели человек настолько слаб, что не в состоянии бороться с громадами сладкой, пусть и убедительной, лжи? Он потерялся в море этих сфер влияния, его носят из стороны в сторону прохладные информационные потоки. В фильме есть множество приманок, PR-приемов, на которые ведутся действующие лица: яркие выступления идеологов; выделяющая, красивая и нехитрая атрибутика; акты массовой демонстрации своей индивидуальности – парады, игры с дубинками, художественная самодеятельность на основную тему; паломничество к «святым местам»; обустройство собственной штаб-квартиры с моделью идола. Довольно грубо выглядит процесс вырождения PR в наглядную и незатейливую пропаганду. В романтическом прошлом остались декламативные ямбы и хореи. На смену им пришли скучная однозначность лозунгов, густая пена у ртов идеологов, жесткая система тотального подчинения. Мне кажется, что природа любой социальной группы предполагает наличие идеи. Самые концентрированные мы называем религиями, и иногда, крайне неохотно, используем выражение «национальная идея». Декабристы топтали Сенатскую площадь за идеал новой, свободной России, народовольцы охотились за «Освободителем» во имя социализма, русские матросы потопили «Варяга» в Желтом море, защищая свое Отечество. Наш век отличается тем, что не ставит свой последний луидор на zero, но по указке жадных выскочек жертвует прорве всю сумму медленно, отсчитывая каждый франк. В наш век невозможна социалистическая революция, однако процесс последовательной продажи всего, нами непосильно нажитого в прошлом, налицо. Мне кажется, что в России могут иметь влияние группы, подвязанные на национальные и религиозные идеи превосходства. Где я в этой структуре? Пока на ведомой стороне.

<i>Третий фильм Юрия Мамина. В отличие от первых двух картин режиссёра, сценаристом выступил не Владимир Вардунас, а, дебютировавший на этом поприще, Вячеслав Лейкин. Какой же получился дебют!</i> <b>Шманегин с Членским!</b> Уездный городок Заборск. Мирное сонное существование простых советских граждан нарушается с завидным постоянством. Нарушителей несколько. Первый из них - неформальная молодежная группировка 'Капелла'. Они яркие, оригинальные и брутальные. Они феерят, не уважая ни власть, ни простых людей. Они хоронят невинность, имитируют массовые расстрелы, устраивают вульгарные шоу посреди улицы и нарушают покой честной милиции прямо из камеры предварительного заключения. Самое обидное - с точки зрения закона это простое хулиганство и ничего поделать с этим нельзя. Вторые - качки из группировки 'Бивни'. Интеллектом они не обременены, поэтому всё свободное время качают мускулы, бьют 'Капеллу' и всячески норовят угодить за решётку. Так бы продолжалось ещё долго, если бы... ... Если бы в родной город не вернулся молодой Александр и его новый друг Виктор. Они носят бакенбарды, костюмы, шейные банты, белые перчатки и трости с тяжёлым набалдашником. Трость - не просто часть имиджа. Трость делает маленького человека великим. Они цитируют Пушкина и хотят изменить мир. Заборск - подходящее место для начала 'окультуривания' населения. Но может ли культура выйти за рамки? Юрий Мамин вместе с Вячеславом Лейкиным попробуют ответить на этот вопрос. <b>Жить нужно идеалами!</b> Идеалы, как и Пушкин, - наше всё! Но что будет, если произойдёт их подмена? Что станет, если Пушкина представить как заядлого дуэлянта, бабника и умелого фехтовальщика тростью? Что будет, если эти идеалы привить нескольким десяткам людей с помощью трости или цитаты. Что получится, если к власти придёт Фюрер с бакенбардами. Получится, как вариант, остросоциальная трагикомедия, которая будет актуальна во все времена. Ведь культура и бескультурье вечны и их постоянное столкновение просто неизбежно. Иногда и культуре полезно оголить кулаки. Забавная получилась кинофантазия на тему Пушкина. Фанатичный Виктор Иванович уже окончательно запутался. Любое действие он трактует своим собственным 'кодексом Пушкина', порой приписывая А. С. у самые фантастические действия. Не всегда понятно: действительно ли он во всё это верит или это просто инструмент манипулирования, который, на примере собственной фанатичности, становится очень заразным для окружающих. Виктор Иванович - собирательный образ типичного маленького человека, которому удаётся получить в свои руки власть. На его примере нам показывают, что ничем хорошим, кроме сумасшествия этого самого маленького человека, такие истории не заканчиваются. В этом свой символизм, ведь в те годы было более, чем достаточно, подобных 'маленьких людей'. <b>Никто, ничто и звать никак, а шляпу надел и личность.</b> Отдельных аплодисментов заслуживает идея реализации восхождения на трон. Метод 'пушкинского окультуривания' - это, во-первых, смело. Не каждый педант оценит иронию над великим русским поэтом, что автоматически записывает каждого второго педанта в недоброжелателя фильма. Во-вторых. Это очень оригинально. Посмотрите сценку встречи клуба 'АСП' и 'Мцыри'. По-моему, это просто гениально! В-третьих, это символично для своего времени, когда происходил наплыв чужеродных субкультур (яркий тому пример 'Капелла' и 'Бивни'). 'АСП' - намёк на то, что у нас есть и кое-что своё, родное, историческое, о чём не стоит забывать и от чего не стоит отказываться. Ведь в противном случае можно получить и по башке. Да-да, Александр Сергеевич так делал постоянно! В наше время тоже происходит наплыв культур, пусть и других, но значения это не имеет и фильм настолько же актуален более двадцати лет спустя. Кроме смысловой нагрузки фильм просто приятно смотреть. Очень ярко и нестандартно для своего времени в частности и для советского кинематографа в целом реализованы выступления 'Капеллы. Это действительно яркие и неординарные шоу. Также на высшем уровне сделаны редкие музыкальные номера. Это целые пятиминутные шоу, не хуже современных дорогих видеоклипов. Видно, что Мамин подошёл к процессу с душой. А чего только стоят костюмы! Что может быть лучше, чем лицезреть колону в ногу шагающих 'пушкиных'? Смотрел бы и смотрел. А лучше бы и сам прошёлся вместе с ними. <i>Казалось бы, что можно ждать от фильма с названием 'Бакенбарды'? Многие сразу заподозрят, что перед ними настоящий шедевр? Я заподозрил и рад, что подозрения оправдались. Не забудьте посмотреть этот гениальный фильм. Виктор Иванович и его трость строго рекомендуют!</i> А на барабане у нас субъективные 10 из 10