Спрингстин. Избавь меня от небытия

Освещается период работы над «Небраской» — шестым альбомом тридцатилетнего тогда Спрингстина (Джереми Аллен Уайт). Менеджер музыканта Джон Ландау (тоже Джереми, Стронг), прослушав демо альбома, записанное Спрингстином на кассету в спальне его дома в Колтс-Нек, штат Нью-Джерси, с использованием портативной аппаратуры, произнёс: «Я ожидал несколько иного. Он транслирует нечто глубоко личное. И, я бы сказал, тёмное. Эти песни будто поёт человек, который обречён. Меня пугает, что я не знаю, как ему помочь. Не знаю, что мне с этим делать (с песнями). От нас ждут хитов. Дождусь, как это зазвучит в студийной обработке». Надо сказать, депрессия, вообще чувство отчуждения (в «Сны поездов» недавнем было, мол, не чувствует связи с миром) у Спрингстина прогрессировали, приступ панической атаки ближе к финалу наблюдаем. Это уже потом он займётся терапией и физическими тренировками, но кто сказал, что это в лучшую сторону на творчестве сказывается? Большинство скажет, знаю, но мы же к нему не относимся, верно? Как размышлял Марио Варгас Льоса: «Я не знаю более наглой лжи, чем максима, которую с детства вбивают нам в голову: «В здоровом теле — здоровый дух». Кто сказал, что здоровый дух — это идеал, к которому все должны стремиться? «Здоровый» в данном случае означает пустой, посредственный, лишённый воображения, набитый глупыми стереотипами». Как надо с Брюсом было. Альбом писался под влиянием рассказов Флэннери О'Коннор про детство, и в байопике Джон успокаивает отказавшегося от подружки (та называет его трусом) и перебирающегося в Лос-Анджелес Брюса знаковой цитатой писательницы: «То, что было, прошло. Места, куда ты стремился, нет и не было. Вне тебя, за пределами — там тебе места нет. Лишь в себе самом ты найдёшь свой дом». Очень близко. По словам Буковски, чтобы стать оригинальным, надо запереться от общения. «И единственный способ сделать это — иметь жестоких родителей, пролежать под землёй полгода или что-то ещё ужасное в таком духе». Вот ужаснулся бы от возникновения интернета, неуёмного сетевого общения, усугубившего проблему на порядок. И отец-деспот (аналогичного родителя Джонни Кэша в «Переступить черту» вспомнить будет кстати) у Спрингстина был, и всё детство, а мальчика прекрасно подобрали, будущий великий действительно был словно оглушённый, в себе, в своих мыслях, в полном одиночестве. Нужны всё же какие-то ограничения, дисциплина, страдания для обогащения души, без чего настоящее, глубокое творчество невозможно в принципе. Прошлое и тяготило, и притягивало Спрингстина: герой Уайта часто останавливается на своём мустанге у уже заколоченного дома. Внезапно выяснилось, что заглавная песня, давшая название альбому, навеяна просмотром «Пустошей» Малика. Тема знакомая. Малик кончился для меня, когда перешёл от беспристрастного подхода как раз в дебютных «Пустоши» (1973) и «Дни жатвы» (1978) к претенциозному визионёрству, начиная с обласканной большинством «Тонкой красной линии». Так что и этим ещё биографический фильм приятен. В повествовательных, доступных для понимания песнях — мрачные истории об отчаявшихся преступниках, уличном насилии, о тяготах рабочих, которые тщетно пытаются найти своё место под солнцем, о детстве музыканта (так называемая «тёмная духовность» зародилась в нём при воспитании в католических традициях). Некий Билл Си пишет, что Спрингстин, почитывая литературу и наблюдая вокруг, задумывался, «почему некоторые люди теряют связь с собой, своими семьями, своим сообществом, своим правительством». Итогом студийной записи альбома с группой Спрингстина «E Street Band» верный «оруженосец» Ландау был удовлетворён, да все были удовлетворены — разочарованным остался сам Брюс. Он справедливо посчитал, что при мастеринге его домашней акустической версии утеряно ностальгическое эхо, искренность несовершенного, не выхолощенного звучания, т.е. всё живое, настоящее, личное, что он вкладывал. «Они (эти песни) для меня как почва под ногами, единственное, во что я ещё верю». Сделайте на пластинке звучание магнитофона — Спрингстин стоял насмерть. И этот геморрой казался звукорежиссёру неразрешимым: при несостыковке уровней аппаратуры выходило искажение. Пришлось на старом станке регулировать глубину и расстояние между бороздками пластинки вручную, по старинке, и глубину делать минимальную, чтобы игла не зарывалась слишком в винил. В результате мы сейчас имеем такое практически уникальное звучание альбома. Материал состоял из семнадцати песен, семь из которых было решено приберечь для следующего альбома «Born in the U.S.A.», принёсшего громкую славу музыканту, в том числе мои любимые, очень лиричные «Downbound Train» и «I'm on Fire». Но делались-то они тогда, в глуши Колтс-Нека, когда Брюс жил в своём мире, в том состоянии раздрая, движимый одной жаждой, если угодно, одержимостью — творить, готовый ради этого пожертвовать всем, в том числе совместным бытием с женщиной. И это созвучно моим ощущениям как поэта. «Небраска» вышел 30 сентября 1982 г. и занял 3-е место в чарте (без фотографии Спрингстина на обложке, синглов, тура и освещения в прессе — настоял автор, нарочно наплевав на коммерцию). «Спрингстин. Избавь меня от небытия» без, в общем-то, голливудской показухи, т.е. честно показывает сладкие муки творческого процесса, всю рутину выпуска песен, перемежая концертными выступлениями. В то же время есть необходимые лирические паузы, воздух, моменты созерцания, особенно ближе к концу. Хорошо, что взят молодой, романтический период, когда Спрингстин ещё не полез в политику, обрастая какими-то наносными, лишними, пагубными вещами, несовместимыми, по мне, с художником. Примечательно, что фильм снят по мотивам книги Уоррена Зейнса «Избавь меня от небытия», что, конечно, заметно облегчило Скотту Куперу задачу. Да, кино не поражает воображение затейливыми художествами, эстетскими тонкостями, но было бы ли это уместно? Вопрос ведь. В тон как будто простых, как уже отметил, песен мэтра. Во всяком случае, откровенно коряво сработанных моментов недавнего фильма про Дилана здесь нет. Ну и нельзя, естественно, не сказать про Джереми Аллена Уайта, исполнителя главной роли. Честно сказать, будучи знаком с актёром по сериалу «Бесстыжие», при сходной со Спрингстином антропометрии, несколько сомневался, потянет ли драматически такой масштаб, ответственность. Гибкости, разнообразия, казалось, не достаёт, харизмы вообще. Но выразить Уайт состояния сумел замечательно, вырос. Очень пригодилось вот это уже тогда подмеченное выражение глаз проживания чего-то сложного в себе, не распознаваемого со стороны, будто человек где-то не здесь, не с тобой. О чём он думает — совершенно непонятно и очень интересно, притягательно. Крайне важно, что Джереми пел сам. И сделал это очень похоже, убедительно (сам Спрингстин, говорят, оценил). Да, с ним много работали для этого, но без дарования ничего бы не получилось. 8 из 10

На первый взгляд, этот фильм кажется довольно сдержанным, однобоким и даже неказистым. Ты смотришь его десять минут, потом полчаса, затем уже час с лишним, но подозрения о том, а действительно ли перед тобой биографическое кино об одной из рок-икон Америки Соединенных штатов, лишь усиливаются. Кроме нескольких довольно обычных выступлений здесь практически нет привычных атрибутов жанра: сюжет не повествует о восхождении к славе, главный герой не выпивает литрами алкоголь, не употребляет килограммами наркотики и не пускается в беспорядочное сексуальное приключения с разными женщинами. В сценарии отсутствуют шокирующие сцены и эпатажные кадры. Всё тихо, интимно и приземлённо. Перед вами предстанет не раздолбай, хулиган, альфа-мачо-казанова из мира рок-музыки, а сложный и заблудившийся в собственных мыслях Брюс Спрингстин, которого действительно нужно было избавить от жуткого небытия. Начало 80-х, уроженец штата Нью-Джерси уже звезда после выхода альбомов «Born to Run» и «The River», всегда рядом добрый, услужливый и чуткий менеджер Джон Ландау. Родители в здравии, хотя отец страдает от какой-то болезни, жены и детей нет, обрушившейся славы сторонится. В общем, 30-летний мужчина будто и не рок-звезда даже. На него глянешь, с виду весь такой угловатый, скрюченный. Когда сидит за столом с кем-то, то голова падает в сторону, в глаза человеку в лишний раз то ли боится, то ли не хочет смотреть. И вот этот человек на пороге записи самого личного альбома, который в будущем получит название «Nebraska». Словно бруталист, он решает изменить подход к записи песен: материал должен звучать так, как изначально задумывался, сырой звук, использование эха, отказ от грубой аранжировки в студии с навороченной техникой. Конечно, что менеджер, что лейбл в шоке. Вдобавок Спрингстин не желает прессы, тура и своего лица на обложке. Как говорится, он гений, ему так виднее. Но дело в том, что как раз в этот период музыкант всё больше погружается вглубь себя, он вспоминает своё детство, которое больше запомнилось не счастливыми моментами, а пугающими чёрно-белыми кадрами c участием отца-пьяницы. Ещё в этот хаос вклиниваются разные литературные, музыкальные и кинематографические произведения, которые доводят Брюса Спрингстина до такого состояния, что зритель, который вообще ничего не знает про его карьеру и жизнь, поневоле задумается о том, что всё идёт к внезапному суициду. Мы как раз из таких зрителей, ранее кроме песни «Streets of Philadelphia» и не знали больше ничего о певце. Как же теперь рады, что не поленились и сходили на утренний сеанс в кинотеатре, чтобы увидеть фильм об авторе культового альбома 1982 года. Это не просто байопик, а ошеломляющее кино именно о депрессии, которая потихоньку сжирает изнутри, просвета нет. Да, вам не показалось, «Спрингстин: Избавь меня от небытия» затрагивает складно эту болезненную тему. Мужчина в расцвете сил действительно настолько сильно погружается в чёрную дыру, что ещё чуть-чуть, и уже не выдержит. В начале фильма мы подумали, что больно быстро появился у главного героя любовный интерес в лице девушки Фэй, матери-одиночки, работающей официанткой в забегаловке. Затем эта линия временами появлялась в сюжете, мы не могли понять, а с какой целью-то. Но ближе к концу, наконец, раскроется замысел, когда они вместе сядут поговорить откровенно, и то откровенной будет как раз женщина, которая словами обнажит страхи запутавшегося мужчины. Брюс Спрингстин - бегущий человек, ему проще бежать от всего, но потом не легче. Сам того не осознавая, он стремительно катится ко дну из неизвестности и темноты. Как итог, самой душераздирающей сценой становится визит к психологу, и вежливый старик... Просит поделиться причинами посещения его кабинета, неважно, в общих чертах или куда детальнее. В этот момент камера направлена исключительно на лицо Джереми Аллена Уайта, средний план, тишина. Вместо каких-либо слов он выдает такую реакцию на просьбу психолога, что там никак не сдержаться. Благо, никто не видел наших слёз, ещё один зритель сидел намного выше. Здесь наступает живой катарсис для героя, без лишних слов и эмоций, и это так заразительно, что не выдерживает сам зритель. Каково ещё было узнать потом во время финальных титров, что Брюс Спрингстин и дальше продолжал бороться с депрессией, но утешало, что не один. Явно не самый лучший, захватывающий и типичный байопик об известном музыканте, но эмоционально фильм бьёт в точку, что выворачивает наизнанку и опустошает после себя. Одно из редких современных произведений, которое рекомендуем к просмотру. Эмоциональная буря обеспечена.