Небесные жёны луговых мари

Неожиданную актуальность обрела тема малых народностей, поднятая в киноискусстве еще задолго до наступления эпохи валидации и инклюзивности. Сегодня, когда мир уже успел изобрести эти и массу других терминов, призванных манифестировать важность и нужность каждого человека, каждой социальной, национальной группы; Когда отклонение от могущественного большинства больше не препятствие для нормальной жизни, а термин “меньшинство” перестает быть ругательством. Именно сегодня пришло время открыть для себя магический маленький мир, почти похороненный под толстым слоем коммерции и массовой культуры. Фильм Алексея Федорченко “Небесные жены луговых мари”, снятый по повести Дениса Осокина – это экранное воплощение не столько самого народа, (так как в документальной точности авторов заподозрить трудно); скорее это взгляд со стороны, образ незнакомого мира в глазах, впервые обращенных к нему, впервые увидевших его уходящую красоту. Фильм построен как череда новелл, каждая из которых называется именем героини, начинающимся непременно на “О”; всего таких новелл 22. В центре повествования находится женский персонаж – девочка, девушка, женщина, старушка. Автор схематично изображает ее жизненный путь, или же детально представляет один яркий эпизод, обрамляя его пестрыми и нередко пугающими современного городского жителя традиционными обрядами. Фильм заявлен как произведение в жанре “этносказка”, в одном из таких жанров, которые, бывает, придумываются авторами под конкретное произведение, чтобы объединить его основные черты. Создатели фильма обращаются к фольклорной традиции народа мари, выискивают наиболее зрелищные, кинематографичные ее стороны, выставляют напоказ и художественно приукрашивают некоторые сакральные обряды. При этом они характеризуют жанр, в котором творят, словом “сказка”, вероятно, чтобы подчеркнуть условность происходящего на экране. Этот момент чрезвычайно важен для восприятия фильма, так как привнесенные в него элементы народной культуры и языческих верований как фильтр наложены авторами на вполне современную картинку. Все герои фильма живут в наши дни, и переплетение реалий сегодняшнего мира с лесными чудовищами, упырями, древесными божествами, заговорами и прочим создает обескураживающее впечатление. Однако принимай зритель все это за чистую монету и рассчитывай он на документальное повествование о жизни современных марийцев, его неизбежно постигло бы разочарование. Несмотря на некоторые критические замечания от представителей мари о недостоверности показанного в фильме, это произведение, безусловно, создано с великой любовью к народу, его душе, его непримиримой натуральности. Фильм полностью снят на марийском языке. Русскоговорящие актеры, привлеченные для съемок, были обязаны играть свои роли на языке персонажей, для русскоязычных зрителей предусмотрен дубляж – монотонный перевод, наложенный поверх голосов актеров. Автор перевода и, собственно, обладатель закадрового голоса – Денис Осокин, написавший сценарий для фильма. Его речь завораживает зрителя настолько сильно, насколько и раздражает своей безыскусностью, отсутствием оттенков, некоторыми особенностями дикции. Однако в сочетании с яркими, порой дикими образами на экране звуковая дорожка обретает новые краски. Нельзя оставить без внимания и визуальное оформление фильма. Общей зрелищности способствует обилие элементов традиционной культуры: пестрые этнические наряды, детальное и даже гротескное воплощение “нечисти”, свойственное скорее действительно фильмам-сказкам, чем документальной фольклористике. Постановка кадра в сценах своеобразного “единения с природой”, в разных формах отраженного в новеллах. Создается впечатление, что большая часть эпизодов разворачивается на фоне мрачного пасмурного неба. Общая “осенняя” затуманенность сохраняется до последнего кадра, но тем ярче выступают эпизоды, пронизанные слепящим солнечным светом, тем красочнее выглядят летние лужайки и разноцветные ленты на костюмах. Тем зеленее хвойные ветви, положенные по традиции в белый гроб, подле безвременно ушедшей молодой невесты. В фильме красота никогда не остается сама по себе, зрителю не суждено беспрепятственно восхититься природой, романтической историей. Появляющиеся в кадре съедобные предметы не пробуждают вкусовых рецепторов, так как аппетит зрителя все равно каждый раз бывает испорчен внезапным обращением к телесности. Каждый эпизод фильма отвечает на запрос о диком, первоначальном. Исследование человеческого тела, наслаждение жизнью, уважение к смерти. Разные проявления жизни и разные формы принятия смерти– это то, о чем громче всего заявляет фильм. Отдельные эпизоды могут заставить зрителя почувствовать себя неловко, в них много чувственности, сексуальности, но нет идеализации, к которой привык потребитель массовой культуры. В “Небесных женах…” сексуальность – это просто часть повседневности, человек – это его тело, первое, что было ему дано и с чем он всю жизнь борется и что всегда его побеждает. Герои фильма не бегут от телесности под кров морали, для них признание своего естества не противоречит духовным ценностям. Проблемы тела освещаются в фильме в контексте супружеской жизни, взросления, переживания смерти близкого. Женщина называет свое дородное тело “красотой” и хочет передать красоту своей племяннице, мужчина идет в лес в лапы чудища, чтобы излечить супругу от неизвестной интимной болезни, девочка трубит в рог, возвещая о первой “крови” и многое другое. Иносказательность и метафоричность перемешивается с прямолинейностью повествования. Зритель с головой оказывается погруженным в сказочный ненастоящий мир и вдруг выталкивает себя оттуда, с недоумением обнаруживая его чрезмерную для сказки естественность. Не лишен фильм и некоторой карикатурности: один из эпизодов, например, пародирует распространенный сюжет о провинциальной певице, стремящейся покорить столицу. Авторы пользуются вполне традиционными механизмами, изображая жизнь посредственной артистки в опустившемся и полном корыстных людей мире “шоу-бизнеса”, при этом сохраняются фольклорные персонажи и общая стилистика этносказки. Несоответствие режет глаз, оставляет зрителя с ощущением дискомфорта...возможно, таким же, какое возникает при столкновении двух миров – старого и нового, сказки и реальности. В эту самую реальность зрителя возвращает эпизод в библиотеке, где сам автор сценария выступает в небольшой роли и читает стихотворение, посвященное его любимой. Это единственный эпизод на русском языке и в котором сама героиня так и не появляется на экране. Но речь автора звучит как самостоятельное высказывание, как раз демонстрируя этот взгляд со стороны. Автор не пытается войти в описываемый им мир, он остается в стороне, наблюдает и воспевает его. Фильм рекомендован к просмотру зрителям, достигшим совершеннолетия, однако не все из них будут удовлетворены увиденным на экране. Рекомендовать этот фильм следует тем, кто интересуется традицией, обрядовыми практиками, тем, кому небезразличны проблемы живого человека, оставшегося один на один с собой и своей природой, тем, кто и в современном мире и в совершеннолетнем возрасте не утратил способности видеть разные миры, непохожие на тот, в котором ему довелось родиться и жить. Для тех, кто не боится, что придуманный мир окажется не совсем волшебной сказкой, этот фильм будет полезен, а может быть и приятен.

Мне в целом очень нравится писатель Денис Осокин, и это тот случай, когда экранизация совпадает с книгой. Могло быть и лучше, наверное, и тем, у кого нет достаточной начитанности российской прозы и прозы малочисленных народов, эта кинокартина может показаться полной дичью. А я попробую в этой рецензии сказать, почему Федорченко сделал всё, как надо. 1) <b>Сохранение мифологической основы</b>. У нашего кинематографа очень редко получается не скатиться в лубок или в чернушную российскую хтонь. В книжке Осокина хтони намного больше, да такой, которая вряд ли поддаётся визуализации. Марийские народы очень изобретательны в своих культах и обрядах: женские трансовые пляски голышом, чтобы привлечь жениха, встреча покойника с кладбища (который приходит в дом прямо так, ножками), любовная магия, столкновение с духами леса - и это лишь малый перечень, который вошёл в цикл коротеньких эпизодов, из которых состоит этот фильм. И это очень интересно мне, как филологу и фольклористу. 2) <b>Сновидческий язык</b>. Столько существует разных 'языков кино', но манеру Федорченко в 'Небесных жёнах' я назвала бы сновидческой. <b>Пространство фильма организуется таким образом, что в какие-то моменты логика повествования совсем утрачивается. Возможно, это минус, поскольку режиссёру не удаётся сохранить логические связи мифа, некоторые детали просто не считываются простым зрителем и кажутся странными, а иногда и дикими</b>. Но лично мне, как читавшей множество книжек по фольклористике, всё понятно. Более того, за счёт именно такой утраты логики, и воссоздаётся, как говорится, колорит местности. 3) <b>Сохранение и передача особенностей говора</b>. Один из самых больших плюсов в этой работе, поскольку очень важно было передать особенности речи марийцев. Во многих коротких историях даётся чисто марийская речь, где-то - характерный говор, похожий на говор жителей народов севера. И это стопроцентное попадание в жизнеподобие. 4) <b>Магия и мистика</b>. Видно, что проведена большая работа по изучению специфики ритуала у малочисленных народов России. Бабушка, шепчущая на нитки и т.п. Я тоже поездила по деревням и видела, как это происходит. И передано всё в этом кино с такой достоверностью, что лучше и не сделать. 5) <b>Полупрофессиональные актёры</b>. В данном случае выглядело бы странно и нелепо, если бы в таком кино играли профессиональные актёры, уже примелькавшиеся в российском кино. Из проф. актёров: Яна Троянова, Александр Ивашкевич, марийский актёр Василий Домрачёв и ещё несколько незаезженных лиц. Троянова тогда была ещё малоизвестна, к тому же она - из Свердловской области, и вжиться в роль Орики ей, должно быть, труда не составило. <b>Из минусов:</b> 1) <b>Иногда режиссёр, действительно, скатывается в дичь</b>, которой нет у Осокина или которая сглаживается в книжке особым поэтизмом повествования. Эта дичь, в основном, касается телесности. Почему-то телесность очень смакуется, превращая картину в 'лубок про лобок', то есть, режиссёр попросту скатывается в пошлость. У меня создалось впечатление, что для экранизации вообще намеренно взяты те части текста, которые касаются телесности героев. 2) <b>Плохая операторская работа</b>. Просто из рук вон плохая: есть места, где она напоминает съёмки на телефон: камера дрожит, фокусируется не на том, что нужно, стоит, где нужно двигаться и всё такое. 3) <b>Звук</b>. Уж не знаю, я смотрела этот фильм на своём компьютере, на экране телевизора, в разных версиях... и так и не нашла ни одной версии, где звук был бы нормальным. Ну, очень тихо. Возможно, просто я не нашла нормального качества, но закрадывается ощущение, что со звуком там, действительно, беда, и виновата не моя техника. 4) <b>Размазанность повествования</b>. Можно было сделать компактнее и от этого картина не потеряла бы своей прелести. Издержки 'сновидческого языка'? Не знаю. Но мне иногда было тяжело смотреть 'в пустоту'. Чисто вкусовщина, конечно, но всё же. В целом, кино атмосферное, как бы сказали. Можно воспринимать его как русский артхаус, интересный не всякому. Но я вот ценитель таких вещей. 6 из 10

Про такие фильмы сложно писать что либо связное. Потому как они насквозь метафоричны и завораживают прежде всего не сюжетной линией, а особой атмосферой. Здесь либо проникаешься, либо нет. Я прониклась! Очень! Если все же постараться описать о чем было кино, то это 23 новеллы показывающие разные суеверия и ритуалы народности Мари. Каждая история названа именем женщины. Но если глубже, то это о традициях и глубокой связи людей с природой. Почитание жизненных циклов, женской силы, бытовая магия. Все это предстает для цивилизованного человека театром абсурда, лишенным привычных причинно-следственных связей. Но есть такие уголки на Земле, где полицейский, увидев подозрительного человека достает не пистолет, а оберег, где нельзя заниматься любовью рядом с березой и где оформившаяся девушка трубит в рог на высоком холме сообщая с гордостью о своей наступившей зрелости. Для тех, кто увлекается традиционными культурами, мифологией, этнографией смотреть обязательно. Я не знаю насколько точно авторы фильма собрали верования мари, но я прямо верю!!!

Фильм снят по одноимённой книге Дениса Осокина, в которой 38 новелл, когда как в фильме их 23. Сценарий был написан к 2004 году, но работа над картиной началась в октябре 2010 года. Фильм состоит из 23 новелл, продолжительностью от одной до десяти минут. Главной героиней каждой из новелл является барышня от 14 до 45 лет, чьё имя начинается на букву О: Окай, Осылай, Одоча, Ошвика, Оразви, Орапти, Одарня, Офраси, Опи, Оняви, Окалче и др. По утверждению господина Осокина, в ленте показан быт, традиции, культура марийского народа с 1970-х годов до наших дней, однако, я наткнулся на статью, которая имела непосредственное касательство к данному фильму (сказать по правде, мне сложно назвать это совместное детище господ Федорченко и Осокина фильмом или иным словом, имеющим отношение к кино). Статью написала барышня, которая родилась и по сей день живет в Йошкар-Оле. Ее «лестные» отзывы в адрес сего «блистательного творения» кричат о том, что она до глубины души оскорблена тем, как здесь, с точки зрения этики, аморально выставлен ее народ. Безусловно, я не имею ни малейшего понятия о быте, традициях и в целом о жизни Марийского народа, однако, более чем уверен, что женщины там вполне адекватные, уравновешенные люди, а не озабоченные, думающие только о низменных инстинктах особи, какими их показал в своем «фильме» господин Алексей Федорченко при помощи так называемой книги своего товарища по разуму Дениса Осокина. Закончить рецензию хочу словами одного человека, который жил среди Марийского народа и относится к этим людям со всем почтением и глубоко уважает их: «Товарищ Осокин утверждает, что марийские женщины думают, хотят только секса, не важно с кем и как. А традиции служат лишь основой для извращенных интерпретаций сексуальных потребностей. Где же небесность этих жен? Мне правда жаль зрителя, который посмотрев этот фильм решил, что именно так обстоят дела».

Фильм-сказка для взрослых. Есть ощущение, которое можно описать 'чувством увиденного с другой планеты': не покидает в течение всего фильма. Достойное авторское кино. Если Вы посмотрели фильм, но не прочли <b>книгу Дениса Осокина</b>, по которой и сняли одноимённый фильм, тогда отправляю Вас это делать в обязательном порядке даже если фильм 'совсем фу'. Этому есть несколько причин. <b>Причина первая</b>. Кинематограф никогда не заменит образа, формирующегося лишь при одном канале восприятия, где воображение читателя вольно создавать уникальнее (в сравнении с кинематографом, который, как верно подметил Сокуров, 'навязывает' и 'определяет восприятие') образы. <b>Причина вторая</b>. Сценарию 'тесновато' в фильме. Моё субъективное впечатление: кинематограф не позволил прочувствовать основного важного элемента идеи - женского образа и его антипода в 'том мире', отлично изображённых в книге. Приведу самое начало книги здесь. 'И другие вещи тоже важны: здесь не поймешь, где поэзия, а где проза, где сказка, а где быль, что происходит в антимире, а что в мире повседневном, хотя и он не вполне знаком нам и обычен. Денис Осокин рисует странные картины, и на картинах этих живое и мертвое оживает новым непостижимым образом, потому что ничего мертвого нет ни на этом свете ни на том.' Взгляните: 'где сказка, а где быль' - фильм не даёт (а) - достаточной полноты каждого образа, (б) - границы миров всё же прощупываются при просмотре, более того, фантастический мир вклинивается в наше восприятие. А ещё нужно сказать, что у автора - очень насыщенный слог. Я бы назвала его 'образно-парцеллированным'. И наконец, <b>третья причина</b>. Пунктом выше я говорила о тусклости образов кино в сравнении с книжными. Так-то оно так, только нужно оговорить дополнительный и очень важный момент. Создатели оказались не глупы и не стали допускать распространённой ошибки, пытаясь перерисовать книгу на свой лад. Верно подметил один из критиков работы Осокина, что <i>фильм п о я с н я е т</i> и <i>д о п о л н я е т</i> непонятные моменты в книге. Это важно. Визуальное и слуховое восприятие позволяют более явно передать привязку именно к этногруппе мари, а не какой-то другой; показать видеорядом то, что разрушило бы стилистику текста. Книга и фильм создают нечто целое, как если бы две разные части одного творения. Как либретто к опере. Книга задаёт костяк, без которого фильм воспринимается, но многое не понимается. 7 из 10

Этот сборник новелл вообще не пытается стать экскурсом в этнические глубины, он слишком откровенно развлекает зрителя своей некой, возможно мнимой, оригинальностью. Порою делает очевидный крён в арт-хаус, дабы казаться интеллектуально нагруженным, но всё равно, каждая такая попытка сводится к балаганному юмору. Также усугубляет общее положение тот факт, что режиссёр совсем уж подзабыл раскрыть главную интригу - вымысел это, или действительно голая традиционность, с налётом местного фольклора. Моё здоровое любопытство не было удовлетворено, а чисто кинематографический кайф легко ускользнул. Но главная беда в том, что ни одна историйка не пробуждает ни грамма интереса. Есть парочка из них, которые вполне могут похвастаться приличным хронометражем, от того даже сюжетной целостностью, но их не более двух, поэтому легко теряются в общей массе. Удивило наличие совсем уж коротеньких зарисовок, на первый взгляд, как и на все последующие, лишённые какого-либо смыслового посыла, но откровенно говоря, с этим туго и по совокупности. Фильм не буду рекомендовать, значит эстет из меня никакой, но это реально какая-то фантасмагория, наделённая топорной фантазией, а мнимо культурный налёт делает данное зрелище ещё более несмотрибельным. Не тратьте своё время!!!

От фильма, основанного на совершенно неизвестной широкому зрителю мифологии народа мари, можно было ожидать многого. Хотелось хтони, хотелось мрачной фантасмагории, при просмотре которой действительно ощущаешь гнилостный, загадочный запах болот. Увы, не случилось. Лет двадцать пять назад этот фильм, несомненно, стал бы оглушительной сенсацией, но, к сожалению для создателей картины, интерес к исследованию мифологии российской глубинки давно иссяк, а эротике такого пошиба место в видеосалоне, где-то рядом с «Маленькой Верой». В наше же время это кино исключительно для локального кинофестиваля, для галочки по разделу «кино на марийском языке» (которое, разумеется, тоже должно быть). Местами фильм смотреть любопытно, фольклорная основа иногда спасает, но не более того. Посыл автора совершенно неясен, интересная композиция из 23 историй марийских женщин подчинена цели, которая так и осталась загадкой. Это и не публицистика, и не исследование мифологии, и не психологическая драма. Фильм, казалось бы, о людях и о природе, но недосказанность остаётся об обеих темах, и складывается впечатление, что причиной тому- не осознанный художественный приём, а отсутствие внятной концепции у автора. Вероятно, это объясняется именно скудностью познаний в области марийской мифологии и обычаев, и я вполне могу допустить, что знаток фольклорного материала мог бы усмотреть скрытый смысл повествования. Но таких знатоков у нас, за пределами Марий Эл, вряд ли наберётся сто человек. Остальные же воспримут фильм, скорее, как коллекцию этнографических редкостей. Как салфетку с национальной вышивкой: красиво, любопытно, но вряд ли останется в памяти. Берусь поспорить с критиками, усмотревшими в «Небесных жёнах…» воспевание родной природы и родного народа. Некоторые сцены (например, танцы в киселе или постельная сцена с карликом Геной) вызывают оторопь, если не отвращение. Быт людей отражён, мягко скажем, своеобразно. Не хочу обидеть сограждан-марийцев (которые, я уверен, являются замечательными людьми с интересной, самобытной культурой и уж точно не повинны в недостатках фильма), но картина вряд ли вызовет желание навестить замечательную республику. Скорее, поспособствует тому, что Марий Эл попадёт в список последних мест, которые человек хотел бы посетить. Единственное, из-за чего не поднимается рука дать негативную рецензию- это то, что одну из главных целей фильм, всё-таки, достигает: интерес к мифологии мари неизбежно появится, и возможно для кого-то фильм и станет дверью в магический мир верований этого народа. Я, например, уже обогатился некоторыми сведениями о марийском пантеоне и знаю, кто такая Овда (кстати, сцена с Овдой - не комбинированная съёмка, рост актёра действительно 2,16 метра!). Однозначно рекомендовать или не рекомендовать к просмотру не могу. Или, точнее, так: к просмотру рекомендую, но при этом не следует забывать, что «Небесные жёны луговых мари»- исключительно авторский взгляд на жизнь марийцев, не дающий полной картины жизни и верований одного из многих народов нашей России.

Давно уже посмотрел этот фильм, много раз пересматривал и с превеликим удовольствием смотрю снова и снова. И это не сиюминутная восторженность, или 'попадание под настроение'. Это - устоявшееся мнение: для меня 'Небесные жены' однозначно один из лучших фильмов российского(постсоветского) кинематографа. Я не из Мари-Эл. Я вырос в Башкирии, но с удовольствием увидел эти чудесные пейзажи среднего Поволжья, белоснежные снега, зачарованные рощи, удивительные холмы. Авторы фильма поют эту природу, эту землю, воспевают неповторимую красоту этого края. Я еще ни слова не написал о женщинах, но по-моему фильм и не о женщинах вовсе. Фильм о красоте в ее первозданном виде, о естественной неповторимой, языческой красоте природы и людях, живущих с ней единым целым. Легенды марийской земли, коими пропитан этот фильм, это легенды о прекрасном в первозданном виде. Фильм свежий, ни на что не похожий, сделанный нежно, с теплым юмором и огромной любовью. Сказочные истории, обряды, заговоры, гадания, положенные на современную жизнь поволжской национальной деревни создают неповторимую атмосферу. А окончание фильма просто восхитительно. Пока еще ни одному фильму я не ставил такую оценку: 10 из 10

В финале фильма 'Небесные жёны луговых мари' появляются три мужских архетипа: крестьянин, ремесленник и воин. Именно взрослые возмужавшие парни услышали зов девичьей трубы. И умилились. Традиция живёт. И в 21 столетии. Денис Осокин и Алексей Федорченко продолжили мистическое постижение современной России. В 'Овсянках' авторы обратились к несуществующему ныне историческому народу меря. Зритель вместе с героями совершил воображаемое погребальное путешествие к той стране, куда отправляются души умерших. В 'Небесных жёнах луговых мари' авторы обращаются к существующему ныне историческому народу, узнаваемым по историческим хроникам как 'черемисы', в современной же истории известным под своим самоназванием 'мари'. 'Мари' в переводе с марийского значит 'мужчина', 'человек'. Именно про них, людей и про их языческие представления, поведали миру Денис Осокин и Алексей Федорченко. Как замечают филологи относительно фольклорного наследия, чем история более абсурдна, нелогична, непонятна, тем она более древняя. То же самое, пожалуй, можно заметить про народные традиции. Мари - единственный в Европе народ, который в таком объеме сохранил свои языческие традиции. Многие мари утверждают, что язычество - это их исконная вера, и при этом могут быть православными. Или атеистами. Вот так вот и живут мари в мире, где древнее язычество переплетается с историческим православием и современным цивилизационным мышлением. В этот удивительный мир и приглашают зрителя авторы фильма 'Небесные жёны луговых мари'. В преображённом авторским видением мифологическом пространстве живут современники, для которых миф и повседневная реальность тесно переплетены. Истории из фильма неправдоподобны и маловероятны в будничной повседневной жизни. Однако правдивы и узнаваемы как раз из этой повседневной жизни. Вот такой вот парадокс. И как у любого 'природного'(или экологического, как сейчас бы сказали) народа, телесное, тесно связанное с выживанием и продлением жизни вышло на передний план. Интонации у этого телесного в историях только разные: комичные, страшные, лиричные, жутковатые, романтичные, ироничные, серьёзные, эпичные, добрые. Много интонаций. Нет только злых. Потому что в основе - удивление и интерес. Интерес к уникальной жизни языческой традиции в православной культуре современного цивилизованного мира. Фильм мне понравился и оказался близок. Может быть ещё и потому, что во мне течёт марийская кровь и всю свою жизнь я прожил на марийской земле. Оценка - хорошо. 7 из 10

Из собственного опыта - марийцев в большинстве областей не знают как отдельный народ, а если встречаются лицом к лицу, всегда принимают за русских, что и не удивительно, классическая марийка - девушка с большой грудью, светловолосая, голубоглазая вдобавок и статная - русская как есть. Ну само собой Марийскую республику нет нет, да вспомнит кто либо, как место, где много тюрем. Такой уж сложился стереотип - тюрьмы да комары. Ещё туристы из соседних областей прекрасно ведают, что нет ничего уютнее марийских сосновых боров, липовых рощ с одуряющим запахом медовым. Но марийцы есть. Странноватый, дивный лесной народ. Причём лесной до мозга, это наши российские друиды между прочим. Для них ещё в 19 веке, срубить дерево - либо трагедия, либо крайне нужна жертва, за которую они просили у богов леса, ветра и озёр. Все же окрестные народы, чуваши, мордвины, татары, удмурты - говорят, что марийцы знаются с духами. И говорят люди об этом всерьёз. Даже самая сильная татарская ведьма, пасует перед ведьмой марийской. Так говорят. И верят. Верят что самая сильная магия дана марийкам в плане дел любовных - если уж сделает ведьма приворот, всё, кого захотела, привяжет к себе или к кому либо накрепко. Не сорвать эти чары. Поэтому и в новеллах, коих 23 представлено - основная линия это любовь, страсть, привороты. И просто чистая нежность. И всё по разному сделано. Есть игривые, есть с уклоном на мистицизм, а есть простые-бытовые, где даже секс то показан нарочито примитивно, что бы вызвать смех. А есть пронзительный, жгучий момент, когда девочку положат в гроб, а на ручках будут варежечки, с таким родным нам, красным, русским орнаментом. И проводят девочку в вечный путь и попросят духов за неё, что бы покой её хранили. И поймёт смотревший, что любовь и смерть увы рядом ходят. Вот сейчас игрались люди, улыбались и тут же - может трагедия случится. Жизнь. И станет ясно, насколько мы близки всё таки, как переплетены наши народы, история, обычаи. Православие, слившееся с искренним народным верованием в других, не менее справедливых существ. Они не конфликтуют с главным богом, не мешают ему и друг другу, они ему помогают. И снова режиссёр, будто пожалев, а может и на самом деле пожалев нас, даёт интересные сюжеты, но уже легче, когда дышать можно спокойно. На открывается странноватый мир женственности, почти первозданной. Но не дикой, нет. Именно первозданной - друидической, когда вера в иномирье не кажется смешной, а одновременно задорно и лирично вплетена в жизнь людей. 10 из 10