Однажды в… Голливуде

Этот фильм стал моим самым любимым у Тарантино, и в принципе одним из самых любимых. Фильм с харизматичной атмосферой закулисья Голливуда, с киношным бризом эпохи 60-х, с тонко разыгранными ситуациями, мастерски переданными эмоциями, ну и жесткачом на всю катушку, - как без этого у Тарантино, - но, слава богу, очень дозированным. Кульминацией фильма является расправа над преступниками-хиппи, которые в реальной жизни расправились с беременной женой Романа Полански. А окончанием – дальнейшая счастливая жизнь голливудской блондинки. О чем фильм? Фабрика грёз способна повернуть вспять реальные события в сознании людей. Миллионы зрителей увидят то, что стало сказочным счастливым концом, а не ужасающую явь из прошлого. Голливуд не даёт насущного хлеба, но может предложить невиданных зрелищ. Может формировать восприятие событий, и, как следствие, даже знание незнающих. В реальности придать казни перед публикой отвратительных убийц задним числом невозможно, но в Голливуде это делается легко. По едва заметному сигналу дрессированный злобный пёс вцепиться в пах преступника мертвой хваткой и будет тянуть за него бесконечно долго. Конвейер киноиндустрии потребляет новых звёзд и выплёвывает старых. И Тарантино показывает, как это происходит, с помощью одного из самых удачливых актёров современности, ДиКаприо, в роли отчаявшегося неудачника на закате карьеры. Другой герой, успешный в своё время режиссер, доживает в слепоте свои дни среди хиппи, которые и попытались стать убийцами нового в киноиндустрии, в лице актрисы, жены Романа Полански. В фильме много моментов, где продемонстрированы голливудские клише, которым кинематограф наследовал и которые развивал на протяжении многих эпох. Но Голливуд может сам же развенчивать свои мифы. Например, о великом Брюсе Ли. Руками авторитетного Брэда Питта, который загубил немало злодеев в других фильмах, мастер кунфу впечатан в седан. На смену старому мифу этот фильм установил новый миф. И вскоре мы увидим продолжение в фильме «Приключения Клиффа Бута». Голливуд не может воскресить жену Романа Полански, но может создать с помощью Марго Робби иллюзорную блондику-милашечку, которая продолжит жить счастливо в нашем сознании. Режиссер иронично посмеялся над нею, грациозно лежащей и нелепо храпящей, говоря нам, что все это картинка и не ведитесь на её идеальный образ! Тарантино говорит: не верь всем нам, мы обманщики! Но ведь так сладко пускаться в след за этими прекрасными образами…

На постере фильма нам в глаза сразу бросается стиль 70-х. «Лакричная пицца» (Пол Томас Андерсон, 2021) и «Американское граффити» (Джордж Лукас, 1973) так же показывают времена молодости своих создателей. Можно сделать вывод, что в кино часто просачивается чувство ностальгии режиссёров по прошлому. Сама кинокартина Квентина безупречна во всех проявлениях. Конечно, многие скажут, что не узнают здесь своего кровавого Тарантино. Но он всегда снимал для себя, и нельзя сказать, что эта картина не в его стиле. Очень приятно ощущать дух этой картины. Голливуд, 70-е. Как же красиво показан этот период времени. Заметим, что Квентин вновь обращается к жанру альтернативной истории, как и в «Бесславных ублюдках». Здесь к событиям реальной жизни он добавил двух вымышленных героев и влил их в историю, при этом изменив её конец. Леонардо ДиКаприо и Брэд Питт в ролях Рика Далтона и Клиффа Бута. Их дуэт замечателен. Чувствуется химия и настоящая дружба как между актёрами, так и их персонажами. Герои переносят нас в то время своими ярким образами: Рик в коричневой кожаной куртке и жёлтом свитере, Клифф в яркой гавайской рубахе и стильных солнечных очках. Пока один снимается в вестернах, другой разъезжает на стильной тачке по Лос-Анджелесу, не поддаваясь на провокации всяких хиппи. В этой кинокартине много отсылок. Я прочитал книгу «Киноспекуляции» от Тарантино, где он рассказывал о лучших фильмах его юности. Некоторые намёки на кинокартины он изобразил в «Однажды в... Голливуде». Там появляются образы его любимого актёра Стива Маккуина, режиссёра сериалов Сэма Уонамейкера, Романа Полански. Он «собрал» их всех в фильме, ведь они имели важное место в его жизни. Но конечно, присутствовали только их образы: этих личностей играли другие актёры, так как многих из них нет в живых. Сюжетная линия Шэрон Тейт в исполнении Марго Робби существует отдельно и продвигается параллельно другим героям. До самого конца эти линии не пересекаются. Тарантино показывает нам жизнь красотки хиппи Шэрон. Если бы финал совпадал с реальностью, это был бы максимально печальный исход. Отдельно стоит сказать о музыке 60-70-х. Безупречный хит Deep Purple — Hush, под который Полански (Рафаль Заверуха) и Тейт (Марго Робби) едут в своей машине, оказывается гармонично вписан в эстетику фильма. Их волосы развеваются по ветру, камера закреплена статично на заднем сидении, и все вместе это выглядит круто. Вообще операторская работа заслуживает внимания. Здесь много длинных кадров без прерываний. Роберт Ричардсон мастер своего дела. Очень интересно наблюдать за процессом съёмок внутри съёмок, как Рик Далтон играет роль в вестерне и репетирует в реальном времени. В заключение хотелось бы сказать, что это не Тарантино не нашёл идей и снял пустой фильм, а так всё и задумывалось. С этим кино он пронёсся по своей карьере, вспомнил икон детства и погрузился в прошлое. Это некий эпилог всей его режиссерской деятельности.

Пожалуй, если бы он ушел из профессии с этим фильмом, это было бы красиво. Пожалуй, это самая зрелая его работа, выдержанная совсем в ином ключе, нежели всё его остальное творчество. Да, тут снова восторженный видеопрокатчик, который смотрит на мир сквозь просмотренные им когда-то фильмы, только теперь это уже постаревший фанат, который, как и водится в таком возрасте, стал сентиментальным и вспоминает былое, грустит об уходящих годах и стремительно меняющимся мире и пытается представить реальность чуть иначе, чем тот кошмар, что случился с Шэрон Тейт на самом деле. Актёрский состав прекрасный (а когда у него было иначе). По сути, это признание в любви к кино, грустное, лиричное, и в тоже время хулиганское, местами. И пожалуй из всех современных потуг про «кино про кино» у Квентина получилось лучше всего, ибо работы Шазелла и Мендеса лучше вообще не вспоминать. Другой вопрос, что это кино снятое для себя, как мне кажется. Переживания, воспоминания, прошлое и фантазии о том, что было бы если бы. Не скажу, что это фильм меня глубоко тронул. Не скажу, что это какой-то шедевр кинематографа для меня (хотя на фоне остальных поделий современной фабрики грёз это однозначно недостижимый пантеон). Но одно ясно и однозначно — это определённо талантливая и отменно сделанная работа с отличным сценарием, подачей, идеей и реализациями и музыкой. Ну и, конечно, тоннами отсылок и репродукций, которые так любит Квентин. Хорошее кино, стильное и местами душевное. Посмотрел с удовольствием, но возвращаться к нему вряд ли буду. 8 из 10

'Однажды в Голливуде' мог быть вторым фильмом Тарантино со словом 'Однажды'. Первый фильм - 'Бесславные Ублюдки'. Его первоначальное название - 'Однажды, в оккупированной нацистами Франции'. Сказки как правило начинаются именно с этого слова. То, что делает Тарантино - это сказка как она есть. Ведь его исход альтернативной истории по-другому и не трактуется. Итак в 9 фильме Тарантино - три главных героя: Рик Далтон, Клифф Бут и Шэрон Тейт. А так же рассказчик - Рэнди, в исполнении Курта Рассела. Он периодически комментирует события фильма, вставляет свои ремарки и является героям нескольких сцен. Весь фильм это история, рассказанная Рэнди. А ещё он - ненадёжный рассказчик. Мы знаем как все было реально в жизни, а все что рассказывает Рэнди это сказка. И так, что за жанр? Это альтернативная история, это тусовочная комедия, на протяжении всего фильма здесь нет 'тарантиновской' крови. Фильм кидает вас в 'библиотеку' всяких отсылок. Самое интересное, что это любовное письмо Голливуду и самый 'нежный' фильм Тарантино. И это прекрасно. Квентин в очередной раз ушел от ожиданий фанатов. Вспомните, что аудитория вечно ждет Криминальное Чтиво v2.0. Вместо этого он дает нам очередной шедевр. Что мне реально нравится в фильме - это дуализм. Начинаем с простого. Клифф Бут - дублирует Рика в опасных ситуациях. По иронии, даже в финале, он все сделал сам, а Рику только завершить и забрать лавры. В фильме две реальности. Реальная жизнь и жизнь внутри сериала вестерна, где персонаж ДиКаприо злодей. В фильме мы наблюдает жизнь богемы Голливуда и жизни аутсайдеров хиппи. В конечно итоге, у Рика явное биполярное расстройство (это подтверждено в книге). Мы проходим с ним депрессивные моменты и нервные срывы, а в конце - эйфория. Причудливо это говорить, но 'Однажды в Голливуде' - самый семейный фильм Тарантино. Здесь есть дочь Умы Турман, она играет одну из хиппи. А ещё здесь есть экранная дочь Умы Турман. Девочка, что играла дочь Биатрис Киддо из 'Убить Билла' - играет здесь маленькую роль хиппи, что продает Клиффу ту-самую-сигарету. А ещё приятно видеть, что Квентин создал приличную роль для маленького ребенка, наделив её уморительными репликами. Я говорю про Труди Фрейзер, маленькое дарование. Я с большой уверенностью хочу сказать, что Леонардо ДиКаприо сыграл свою лучшую роль на данный момент именно в этом в фильме. Представляю как сложно было сыграть актера, который плохо играет, а потом через кризис берет волю в кулак и выдает настоящий перфоманс. У ряда режиссеров есть личные фильмы про детство. Альфонсо Куарон и 'Рома'. Стивен Спилберг и 'Фабельманы'. Кеннет Брана и 'Белфаст'. 'Однажды в Голливуде' - это личный фильм Тарантино. Только за его 'детство' отвечает сам город и кино референсы. В завершении скажу, что для меня эта картина Тарантино на несколько голов выше Криминального Чтива.

Фильм, который вызвал у публики недоумение. Одни ждали очередной кровавой бани в стиле «Бесславных ублюдков», другие — бодрого криминального боевика. А получили — неторопливую, меланхоличную, почти что производственную драму про двух стареющих мужиков и закат целой эпохи. И вот тут-то многие и поплыли. Дескать, скучно, затянуто, ничего не происходит. Так вот, если вам было скучно, значит, вы смотрели не туда. Это — самое взрослое, самое личное и, возможно, самое глубокое кино Тарантино. Для начала надо понять главное: это не фильм-событие. Это — фильм-атмосфера. Тарантино здесь не рассказывает историю, он в неё погружает. Он с маниакальной, почти что фанатичной дотошностью воссоздаёт Лос-Анджелес 1969 года. Не тот глянцевый Голливуд, который показывают в туристических буклетах, а настоящий. С его тачками, музыкой, неоновыми вывесками, хиппарями на тротуарах и запахом марихуаны в воздухе. Это — машина времени. И если ты готов отбросить свои ожидания и просто сесть в неё, то получишь два с половиной часа чистого, незамутнённого кайфа. Пункт первый: Не герои, а уходящая натура. В центре истории — не крутые парни. В центре — два лузера. Два динозавра, которым в новом, меняющемся мире уже нет места. Рик Далтон (Леонардо Ди Каприо). Когда-то — звезда телевестернов. А теперь — спивающийся, рефлексирующий актёр, которого зовут играть только злодеев в дешёвых сериалах. Он — ходячий невроз. Он боится, что он — «выдохся». Он плачет в гримёрке, забывает текст, страдает от неуверенности в себе. Ди Каприо здесь играет гениально. Он показывает не крутого ковбоя, а жалкого, испуганного человека, который отчаянно цепляется за остатки былой славы. Его сцена с маленькой девочкой на съёмочной площадке — это вершина. В этот момент мы видим не актёра, а просто человека, который получил секундную передышку в своей борьбе с самим собой. Клифф Бут (Брэд Питт). Его дублёр, каскадёр, водитель и, по сути, единственный друг. На первый взгляд — полная противоположность Рику. Спокойный, уверенный в себе, пофигист. Он живёт в трейлере с собакой и, кажется, ему на всё насрать. Но это — только на первый взгляд. За этой маской невозмутимости скрывается человек с тёмным прошлым. Слухи о том, что он убил свою жену, — это не просто деталь. Это — ключ к его персонажу. Он — опасный зверь, который научился держать себя в узде. Он — человек старой закалки, человек чести (в своём, конечно, понимании), который в новом мире хиппи и «свободной любви» выглядит как ископаемое. Его поездка на ранчо Спэна — это не просто эпизод. Это — столкновение двух миров. Мира старого, понятного порядка, где мужик отвечает за свои слова, и мира нового, мутного, где под маской «любви и мира» скрывается сектантский мрак и угроза. Эти двое — это не просто друзья. Это — две стороны одной медали. Они — символы уходящего Голливуда. Голливуда, где были настоящие мужики, а не смазливые мальчики. Пункт второй: Шэрон Тейт — Бесполезный ангел. А вот тут — главная, на мой взгляд, проблема фильма. Персонаж Шэрон Тейт в исполнении Марго Робби. Она — «красивая», она — солнечная, она — «само очарование». Она ходит по вечеринкам, танцует, смотрит в кинотеатре фильм со своим участием и радуется, как ребёнок. И… всё. Она — не персонаж. Она — символ. Символ того самого «лета любви», той беззаботной, солнечной эпохи, которая вот-вот закончится. И Тарантино настолько любуется этим символом, что забывает сделать из него живого человека. Мы проводим с ней кучу времени, но так ничего о ней и не узнаём. Её линия — это просто набор красивых, но пустых виньеток. Да, я понимаю замысел. Её присутствие — это как тиканье бомбы. Мы-то, зрители, знаем, что должно случиться. И это знание создаёт напряжение. Но, кино — это не игра в «угадайку». Персонаж должен работать на историю, а не просто красиво ходить в кадре, чтобы в финале её спасли. Все эти драгоценные минуты можно было потратить на то, чтобы глубже раскрыть Рика и Клиффа. Показать нам флешбэк с той самой лодкой и женой Клиффа. Дать больше экранного времени Аль Пачино, который тут появляется на пять минут и крадёт каждую секунду. Или развить линию с той самой гениальной девочкой-актрисой на съёмках. Шэрон Тейт здесь — это предлог. Красивый, но бесполезный предлог для финальной развязки. И это, на мой взгляд, главный просчёт фильма. Пункт третий: Финал — кровавая сказка. А вот финал… Финал — это чистый, незамутнённый гений. Это — то, ради чего, собственно, всё и затевалось. Почти два с половиной часа Тарантино нас мариновал. Он убаюкивал нас неторопливым ритмом, разговорами, атмосферой. И когда ты уже расслабился, когда ты уже думаешь, что так всё и закончится, он наносит удар. Вместо того чтобы идти убивать беременную Шэрон Тейт, ублюдки из «семьи» Мэнсона по ошибке забредают в дом Рика Далтона. И тут-то и начинается тот самый Тарантино, которого все ждали. То, что происходит дальше, — это не просто насилие. Это — акт исторической справедливости. Это — фантазия, в которой зло получает по заслугам. Жёстко, кроваво и с особым цинизмом. Клифф Бут, обдолбанный кислотой, и Рик Далтон с огнемётом из своего старого фильма — это не просто герои. Это — ангелы-мстители. Это — старый, злой Голливуд, который даёт отпор новому, бессмысленному злу. Клифф, который с собакой разрывает этих хиппарей на куски, — это не просто экшен. Это — метафора. Это — старый мир, который отказывается умирать. А Рик, сжигающий ублюдка в бассейне из огнемёта, — это актёр, который наконец-то сыграл свою главную, героическую роль. Не в кино, а в жизни. Тарантино здесь переписывает историю. Он говорит: «А что, если бы всё было не так? Что, если бы в тот вечер зло получило по зубам?» И он дарит нам эту сказку. Кровавую, жестокую, но, чёрт возьми, справедливую. Это — его личный реквием по Шэрон Тейт и по всей той эпохе. И за один этот финал фильму можно простить всё. Итог «Однажды в… Голливуде» — это кино сложное. Это — не фастфуд. Это — блюдо для гурманов. Оно требует от зрителя терпения, внимания и, что самое главное, любви. Любви к тому старому кино, к той ушедшей эпохе. Да, фильм не без недостатков. Это — не лучший фильм Тарантино. Но это, безусловно, его самый взрослый, самый личный и самый трогательный фильм. 8,5 из 10

Кинорежиссер Квентин Тарантино в своём девятом фильме снимает не просто историю, а личный миф о Голливуде. Картина, разворачивающаяся в 1969 году, кажется одновременно меланхоличной кино ретроспективой и светлой авторской фантазией. В центре — актёр Рик Далтон (Леонардо ДиКаприо), когда-то звезда телесериалов, теперь задыхающийся в изменившейся индустрии, и его дублёр Клифф Бут (Брэд Питт) — человек, живущий в тени кинозвезды, но сохраняющий достоинство, верность другу. Их дружба — это костяк истории, а вокруг них оживает целый мир конца шестидесятых: киностудии, улицы Лос-Анджелеса, уличная реклама, кинотеатры, рестораны. Тарантино воспевает эпоху с любовью к каждой детали: старым автомобилям, телешоу, рекламе сигарет. Но за этой сладкой картинкой скрывается тревога: мы зрители знаем, что впереди — убийство актрисы Шэрон Тейт и кровавая ночь, ставшая символом конца невинности Голливуда и шоком для всего мира. Однако режиссёр поступает как сказочник: он переписывает трагедию, дарит героине жизнь, а зрителю — катарсис. В его версии культ Мэнсона бесславно гибнет в абсурдно-кровавой сцене, а кино оказывается сильнее реальности. «Однажды в… Голливуде» — это фильм о ностальгии и страхе старения кинозвезд, о том, как мир меняется, даже если ты к этому не готов, и о том, что искусство способно победить смерть. Для одних зрителей это будет затянутая прогулка по голливудским декорациям, для других — пронзительное прощание со слезами на глазах с ушедшей эпохой. Тарантино создает не фильм-боевик, а киносказку, в которой на место исторической правды встает надежда. Фильм порадовал блестяще воссозданной атмосферой конца 60-х годов прошлого века, вниманием к деталям ушедшего времени; актерским дуэтом ДиКаприо и Питта — одним из лучших, что я видел. Конечно можно к фильму придраться и раскопать недостатки. Они связаны с тем, что Линия Шэрон Тейт почти не взаимодействует с основным сюжетом. По сути, ее роль — символическая, а не полноценная драматическая линия. Это оставляет ощущение недосказанности. Тарантино так увлечен эпохой шестидесятых, что иногда впадает в музейный показ. Зритель, не разделяющий этой ностальгии, может чувствовать себя «чужим» на празднике. Катарсис в ленте идет, как обычно у Тарантино, через насилие. Фирменная «кровавая месть» Тарантино здесь работает не как трагедия, а как комедия и как освобождение, но вероятно есть зрители, которых такая развязка скорее оттолкнет. Финал может показаться чересчур карикатурным по сравнению с медитативным разгонам фильма. Фильм — не столько драма, сколько «атмосфера». Меня он не только согрел, но местами пробил до глубины души. Поэтому лично для меня, не смотря на недочеты, он однозначно - шедевр. 10 из 10

<i><b>«Знаешь, Джордж, я тут подумал, что это отличный момент для драматической паузы. Что скажешь? - И Кьюкор, та еще язва, говорит… - …мистер Далтон…я горячо верю, что до сей поры вся ваша карьера была одной долгой драматической паузой.»</b></i> На днях во второй раз посмотрела «Однажды…в Голливуде». Первый был в премьерный год, летом 2019, и тогда девятый фильм Квентина Тарантино произвел на меня сильнейшее впечатление, которое я не хотела развеивать повторным просмотром. Все эти долгие шесть лет я жила воспоминанием о том чувстве, которое смог вызвать во мне режиссер своей дерзкой концовкой. О том, как бы мне хотелось, чтобы это было правдой, потому что я очень люблю творчество Романа Полански и я безумно влюблена в ангельскую красоту Шэрон Тейт и их совместный фильм «Бесстрашные убийцы вампиров» мое самое первое воспоминание из детства, загипнотизировавшее меня на долгие годы вперед… То есть лично меня Квентин Тарантино обезоружил магией кинематографа, способной поворачивать время вспять и распределять роли по-своему. Не могу сказать, что я намеренно ставила блок – не пересматривать «Однажды…в Голливуде». Мне очень много раз хотелось это сделать, но вот совсем недавно подвернулся случай, связанный со съемками спин-оффа о приключениях Клиффа Бута. Я решила, что мне стоит прочитать книгу Тарантино, а затем – наконец-то решиться на пересмотр фильма. Какие выводы я сделала после прочтения книги: - режиссер Квентин Тарантино манипулятор; - режиссер Квентин Тарантино такой же спесивый сноб, как и его протеже Рик Далтон; - поскорей бы режиссер Квентин Тарантино снял свой десятый фильм, потому что писатель Квентин Тарантино мне нравится гораздо, гораздо больше. Но если серьезно, то фильм и книгу трудно отделить друг от друга. Читая книгу, ты держишь в голове концовку фильма, ты держишь в голове события в ночь на 9 августа 1969 года, и да, писатель Тарантино также манипулирует вниманием читателя, но куда более изобретательнее, чем Тарантино-режиссер, потому что концовка фильма в книге присутствует, но расположена совсем в другом месте, в одной из баек Рика Далтона о том, как он использовал киношный огнемет в домашних целях. И этим ловким трюком писатель Тарантино повторяет трюк из фильма Романа Полански «Ребенок Розмари», подробно описанный в книге, когда Полански и Шэрон Тейт, сидя на премьере фильма, наблюдают как весь зал, как единый организм, вытягивает шеи, чтобы разглядеть спрятанную глубоко в кадр Рут Гордон. У киномана Квентина Тарантино есть знания, при помощи которых он может нами, зрителями, управлять. И есть большая разница между кино-манипуляцией и той, что в тексте. В тексте это больше фокус, прием, потому что в книге помимо шарлатанства есть глубокий анализ произошедшего и поэтому писатель Тарантино ближе мне, чем режиссер, потому что в фильме, в котором нет аналитического мышления, есть только манипуляции, причем довольно позерские и даже высокомерные. Смотря фильм во второй раз, после чтения книги, у меня сложилось впечатление, что Тарантино встал на путь осуждения – он рисует на альтернативную реальность, а будто бы доказывает тот факт, что трагедию можно было бы предотвратить, ну хотя бы благодаря тому, каких мужчин предпочитает Шэрон Тейт. Смотрится это немного наивно, а местами постановочно, когда знаешь к чему клонит режиссер, повторный просмотр утрачивает магию неизведанного, трепет первого знакомства. Но не все так безнадежно. (Отдельное спасибо за желтый цвет, видимо, как признание в любви к фильму «Я любопытна – фильм в желтом».) Благодаря книге, финал которой можно назвать закольцованным, я обращаю внимание на то, что и в фильме присутствует перекличка финала с началом истории и теперь мое внимание направлено не на реально существовавшую Шэрон Тейт, а на выдуманных персонажей – Клиффа Бута и Рика Далтона. В книге финал символизировал перерождение Рика Далтона как человека и как актера. Если в начале он предстает перед нами как спесивый сноб, который винит всех окружающих в своем ретроградстве, то в финале он – мудрец, благодарящий судьбу за шанс стать частью кинематографического процесса, благодарящий за то, что имеет, делая, в принципе, не самую пыльную в мире работу – притворяется другим человеком. В фильме, пусть и не на словах, возможно, больше, как комментарий самого режиссера, также присутствует благодарность Рика Далтона за то, что у него, в отличие от простых смертных, есть каскадер – его ангел-хранитель – Клифф Бут. В начале фильма, когда у парней берут интервью, Рик ведет себя довольно снисходительно, он принимает существование Клиффа как данность. Тарантино не создает между этими персонажами конфликта, никто не в обиде друг на друга из-за своего положения, все взрослые мужчины. Благодарность за существование Клиффа Бута в жизни Рика Далтона читается между строк, на фоне трагедии Шэрон Тейт. Наверное, в этом и заключается отличие первого просмотра от второго, если раньше «Однажды…в Голливуде» лично для меня был фильмом о Шэрон Тейт, о сломе эпох, то теперь это фильм о выдуманных героях, безупречно сыгранные Леонардо ДиКаприо и Брэдом Питтом. Но вернусь к книге, к тому, чем она меня покорила. Поняла я это не сразу. Вначале это был такой кросс по истории кинематографа, с заглядыванием в интернет, поэтому первое впечатление от книги, сформированное в процессе чтения - это сборник тарантиновских баек. После, когда я замечаю, что концовки книги и фильма отличаются, я понимаю, что Тарантино-писатель с достоинством принял обрушившуюся на него критику по поводу сказочного финала фильма и написал вроде бы всё ту же историю, которая звучит уже по-другому. В книге нет оценки, Тарантино-писатель умело держит авторскую дистанцию. Его взгляд на происходящее в далеком 1969 лишен кинематографической субъективности. С одной стороны, Тарантино-рассказчик раскрепощен силой слова (в кино мы никогда не увидим героиню Маргарет Куолли такой как в книге), а с другой – он одаривает книгу идеей – размышлениями о природе манипуляций, насколько она противоречива. И заключена эта идея в трех персонажах – Чарльзе Мэнсоне, который творил преступления с помощью других; Романе Полански, который манипулирует людьми при помощи кинематографа (случай на премьере «Ребенка Розмари») и в Труди Фрейзер, восьмилетней девчонке, умной не по годам, которая так же умеет манипулировать («тебе слабо?») раскисшими амбициями Рика Далтона. Как настоящий писатель, Тарантино не мыслит категориями, не проводит черту между плюсом и минусом манипулятивного общения, а оставляет для читателей пространство для размышлений о том, насколько легко нами управлять, учитывая то, что не особо мы и сопротивляемся.

Я уселся смотреть это кино, будучи не вполне стерильным в смысле знания подоплёки, ибо как раз, заинтересовавшись творчеством режиссёра Полански, прознал о трагедии, случившейся с ним и его возлюбленной в 69-м и о том, что фильм 'Однажды в Голливуде' как раз об этом. Поэтому в процессе просмотра фильма, любуясь удивительной красоты, непосредственности и жаждой жизни героиней, 'предвкушал' страшную развязку. И тут была двойственность. С одной стороны, Тарантино же делает из всех этих сцен насилия нечто иронично-вычурное, как бы издеваясь как над самим насилием, так и над героями-насильниками (правда, целиком посмотрел у него только 'Криминальное чтиво' и 'Джанго'), а с другой: как же ему удастся показать в финале, к которому он так томительно подводит, эту свою иронию, ибо описывать-то он взялся события реально-документальные... И вот - развязка! Вышло, что эта моя двойственность в совокупности угодила как раз в золотую середину. И ирония на месте (все эти обезумевшие женщины с пистолетами, которых сначала закусывают собаками, а потом ещё и сжигают в бассейне крутые парни вестерн-актёры), и документальность перевернули с ног на голову вполне изящно, дабы подчеркнуть победу 'добра' (вот этих, как раз, парней из вестернов, которые и в жизни так же круты, как на экране) над злом всяких там Мэнсонов и иже с ними. Но здесь со стороны Тарантино просквозила и некая детская сентиментальность. Победа киношно-мультяшного 'доброго' насилия над реальным злым насилием? Это ведь наивно, разве нет? Под некоторым углом это даже смотрится, как издёвка. Ибо насилие реальное действительно РЕАЛЬНО, жену Полански не вернуть со всей этой её красотой и жизнерадостностью. И хотя мэнсоновские отморозки рассуждают, конечно же, отмороженно, но ведь некая суровая правда в их рассуждениях есть: 'ведь нас с детства приучают к убийствам все эти киношники'. Что касается фильма в целом, то, если бы я не знал изначально подоплёки (а ведь гражданину России вполне извинительно не знать о 'семье' Мэнсона, о злодеяниях которой в курсе, похоже, вся соединённоштатнутая Америка), то мне, пожалуй, было бы скучно и непонятно: смотреть кино два с половиной часа просто ради того, чтобы в очередной раз полюбоваться Питом и Дикаприо? А если посмотреть на задумку режиссёра вот так. Некое сожаление и некая надежда: если бы рядом с несчастной женой Полански вовремя оказались такие крутые (хоть и простые) ребята, то не случилось бы и трагедии. Так что давайте все будем просто-крутыми или круто-простыми, и тогда всё будет в жизни хорошо. Снова наивняк. Как не крути. Ну да ладно. Синематограф же, как и любое прочее искусство, призван прежде всего побуждать задумываться. Задумались. Вспомнили гадскую мэнсоновскую компанию, почтили память невинных жертв и возложили упование на ковбойскую силу, благосклонность судьбы и добрые намерения простых смертных. Религиозного человека всё это мало утешает, нерелигиозного, наверное, тоже. Но фильм своё сделал, и сделал качественно и красиво. Смотреть, в целом, кино было приятно несмотря на очевидную затянутость. Но я ловил себя на мысли: если бы, опять же, я не знал, что это фильм великого Тарантино, я ведь, возможно, по другому ту же самую неоправданную затянутость воспринимал. К примеру, помню, услышал я на музыкальной сборке впервые песню Маккартни Hope Of Deliverance, не зная, что это Маккартни, и думаю: та-ак, проходнячок. А спустя время выясняю, что это Маккартни (а я ж битломан) и сразу: о-о-о, какая песенка-то хоро-ошая! Но, однако, в фильме, много рок-н-ролла; думаю, хорошо показана эпоха, все эти хиппи, незвёздность Брюса Ли, синематографическая 'бытовуха' и прочее. Близким друзьям посоветую.

Каждый новый фильм Квентина Тарантино ожидаешь в предвосхищении маленького кровавого шедевра. Пистолеты, кровь, ножи, тревожащие до мурашек злодеи и не менее колоритные антигерои, с толикой тонкого юмора и длительные диалоги – все это является запоминающимся почерком маэстро жанра. Но время идет, возраст берет потихоньку свое, и уже хочется чего-то более спокойного, осмысленного, с погружением в прошлое, по мотивам реальных событий, - и вот он, «Однажды… в Голливуде». «Однажды… в Голливуде» основан на печально известных событиях, произошедших в Голливуде в 1969 году, в виде будней нескольких героев. Постепенно уходящий в тень актер Рик Далтон с пристрастием к алкоголю и сигаретам цепляется за отведенные роли; его дублер – Клиф Бут – и одновременно водитель, лучший друг, охранник с неприятным прошлым за спиной; Роман Полански и Шерон Тейт где-то на заднем плане посещают веселые вечеринки; а не так далеко на ранчо обосновалась коммуна хиппи. Фильм напоминает атмосферную, неторопливую прогулку по Голливуду 1960-х. Видно, что режиссер с огромной любовью подошел к съемкам и прекрасно передал эту атмосферу - погружение в детали эпохи, отсылки к старым фильмам и телешоу, рекламе, много сцен с поездками в машинах, подготовки Далтона к съемкам, сцены с Бутом в трейлере. Он настолько прекрасно передал эту атмосферу, что временами попросту туманил развитие сюжета. Насыщенные диалоги и насилие, являющиеся фирменной карточкой Тарантино, отходят на второй план, уступая место неторопливости и размеренности будней главных героев. Если бы не несколько длинных сцен с женскими ступнями, и вовсе показалось бы, что фильм снимал не Тарантино. Не оставляет мысль об отсутствии взаимосвязанности двух сюжетных линий в фильме, за исключением финала, который оставил полярные впечатления. С одной стороны, контраст оказался слишком сильным между ностальгической атмосферой фильма и кровавым и гротескным финалом. С другой стороны, Тарантино сыграл на дьявольском рояле личную месть за произошедшую трагедию, и сыграл зрелищно и очень по-мастерски. Однако, к превеликому сожалению, ожидаемое развитие линии с Чарли Мэнсоном прошло стороной, как и развитие самой Шерон Тейт. В данном фильме она исполняет роль скорее как символ уходящей эпохи – красиво ходит в кино, танцует на вечеринках, водит Порше. При всем при этом от атмосферы фильма действительно можно словить удовольствие, как и от божественной актерской игры ди Каприо и Питта, но любовь режиссера к эпохе и ее поп-культуре (автомобили, музыка, телевидение, реклама) иногда ставится во главу угла, отодвигая развитие персонажей и сюжета на второй план. Это точно не «классический» Тарантино, но что-то интересное увидеть точно можно.

«Однажды в… Голливуде» — это не просто ностальгия по старым временам. Это фильм про время, которое уходит, даже если ты его обожаешь. Про людей, чья слава выцветает медленнее, чем кожа на руках. Про эпоху, которая умирает не с криком, а с затяжным выдохом под музыку The Mamas & the Papas. Тарантино здесь снимает как человек, который не просто любит кино — он его боится потерять. И потому «Однажды…» становится не сюжетом, а состоянием. Длинные сцены, будто затянутые, нужны не для растягивания хронометража, а чтобы зритель прочувствовал: Голливуд 1969 года — это уже почти миф, почти сказка. Он живёт на последнем дыхании перед тем, как изменится навсегда. В центре истории — актёр на спаде и его дублёр. ДиКаприо играет с хрупкостью и самоиронией, показывая, как легко может сломаться тот, кто привык быть на экране сильным. Питт же — это воздух фильма. Его каскадёр — человек без амбиций, без шума, без крика. Он просто есть. И именно его спокойствие становится опорой в мире, где всё рушится. Визуально фильм безупречен: операторская работа Роберта Ричардсона рисует город, как декорацию из воспоминаний. Это не реализм — это глянец, за которым прячется трещина. Музыка — не просто фон, а часть ритма, как будто радио из машины подсказывает зрителю, в каком настроении сцена. А монтаж — расслабленный, словно сам фильм не торопится заканчивать время, в которое влюблён. Но настоящий нерв — в подмене. В том, как Тарантино меняет реальную трагедию на альтернативную развязку, потому что в его Голливуде зло не побеждает. И это не побег от реальности. Это акт любви — к мечте, к кино, к тем, кто в нём жил и сгорал. Он не исправляет историю. Он говорит: «А что, если мы могли бы…?» Именно этот вопрос делает «Однажды…» таким важным. Он не учит и не развлекает. Он предлагает вспомнить. И пока ты смотришь — тебе почти верится, что можно было всё повернуть иначе. А потом фильм заканчивается. И приходит осознание: это уже было. Но хорошо, что оно было так. Стоит ли смотреть? Безусловно. Но не ради экшена, не ради звёзд, не ради финала. А чтобы почувствовать — что делает кино, когда оно действительно любит людей, которых показывает. Даже если они — вымышленные. 7 из 10