Утомленные солнцем 2: Предстояние

Выход на экраны первой части «Утомленных солнцем 2» стал для Михалкова, быть может, самым серьезным испытанием за всю его режиссерскую карьеру: сколько вылилось на него ненависти, или как говорят сейчас, «хейта», в итоге фильм оказался снят не для кого и фактически до сих пор так и не нашел своего зрителя. Либералы злобствовали, коммунисты возненавидели, православные патриоты, к их стыду, молчали. Однако, «Предстояние», если судить объективно, чрезвычайно мощный фильм в плане и зрелищности, и общего посыла, и конечного результата. Это наши «Прокляты и убиты» от кино о том, что народ победил в войне не благодаря, а вопреки власти. В «Предстоянии» постановщик с чрезвычайной художественной убедительностью демонстрирует хаос начала Великой Отечественной войны, абсурд военных приказов, которые часто сталкивались между собой и взаимно противоречили друг другу, палачество особистов и СМЕРШевцев, упорство простых солдат в достижении победы. Да, безусловно, «Предстояние» лишено целостности, распадается на серию плохо связанных эпизодов, представляя собой скорее мозаику, чем единую, композиционно выдержанную драматургию. Однако, можно ли требовать иного от изображения не просто войны, но самой страшной в истории человечества? «Предстояние» трудно смотреть без надрыва сердца, без слез, без сочувствия персонажам: переправа черед мост, сожжение деревни, ожесточенная защита рубежей штрафбатальоном, злоключения комдива Котова и его дочери и спорный финал – все это остается в памяти, если смотреть фильм непредвзято, без идеологических шор. Кроме того «Предстояние» - еще и о поисках Бога на войне, ведь в одном из самых сильных эпизодов Надю крестит смертельно раненый священник, да еще и посреди воздушного налета. «Утомленные солнцем 2» - кинопроизведение исключительной силы, даже трехчасовой метраж не вредит «Предстоянию», поэтому, на мой взгляд, первый фильм второй части лучше удался Михалкову, чем первая часть, снятая за пятнадцать лет до этого. Здесь не только есть сюжет (да и какой!), но еще и блестящее исполнение, это то случай, когда форма и содержание гармонично сочетаются и дополняют друг друга. К сожалению, пропустил кинопрокат, а когда его демонстрировали по ТВ, также был невнимателен и лишь раз досмотрел его до конца, но и сейчас, когда пересмотрел «Предстояние» полностью, он впечатлил меня не меньше, чем «Апокалипсис сегодня» Копполы. Это действительно великий фильм о великой войне. Когда пересматриваешь второй фильм «Утомленных солнцем 2», а первый раз я смотрел их году в 2012 сразу залпом оба, ибо никак не мог остановиться, режиссер становится тебе настолько родным человеком, что воспринимаешь «Цитадель», как и «Предстояние», в качестве притчи о несокрушимой силе духа русского народа, а отчасти и как притчу почти автобиографическую о том, какие духовные страдания пришлось перенести Никите Сергеевичу в жизни, когда у тебя столько завистников и врагов, жаждущих тебе зла. «Цитадель» стройнее в сюжетном плане, чем «Предстояние», логических неувязок в ней меньше, но едва ли не больше душераздирающих моментов. Как бы мне лично хотелось, чтобы зрители смотрели этот двухчастный эпос о Великой Отечественной без предубеждения, предрассудков и идеологических схем. Это воистину народное кино о чуде Победы, дарованной нам самим Богом, при нашем участии, конечно, но в целом именно Чуде, о чем Михалков не забывает ни разу, ни в одном эпизоде своего почти шестичасового двухчастного шедевра.

Признаюсь, я садился за просмотр «Предстояния» с изрядной долей скепсиса. За плечами был опыт знакомства с оскароносным оригиналом, оставившим, мягко говоря, сугубо отрицательные впечатления. Впереди была репутация сиквела, как «одного из главных провалов отечественного кинематографа». Вопрос стоял ребром: «Как можно было снять что-то хуже?». Оказалось, что никак. Продолжение вышло произведением несравнимо более сложным, глубоким и смелым, чем его обласканный критиками предшественник. Сразу оговорюсь: это не традиционное кино о Великой Отечественной. Михалков говорит со зрителем на языке авторского кинематографа, и язык этот, полный натурализма и гротеска, напоминает антивоенные полотна западных мастеров — Кубрика, Оливера Стоуна и Копполы. Но цель здесь совершенно иная. Это не пацифистская рефлексия о бессмысленности бойни как таковой. Это попытка показать, через какой именно ад пришлось пройти советскому народу, чтобы оттолкнуться от края бездны и начать путь к Победе. Этот фильм не о подвиге, а о его цене; не о славе, а о той кровавой почве, из которой она проросла. Визуально «Предстояние» — это монументальная фреска, написанная с эпическим размахом. Оператор создает потрясающий контраст между почти левитановскими пейзажами русской земли и грубым, механистическим вторжением войны. Танки с развевающимися как пиратские флаги знаменами вспарывают эту гармонию; самолеты хищными птицами кружат над беззащитными людьми. Режиссер намеренно сталкивает вечную красоту природы с сиюминутным уродством человеческой жестокости, и от этого столкновения рождается ощущение подлинной, вселенской катастрофы. Картина сознательно лишена единой сюжетной линии, распадаясь на череду жестоких, сюрреалистичных и трагических эпизодов. Это мозаика судеб, калейдоскоп лиц, опаленных войной. Не плакатных героев, а простых людей, с их слабостями и силой, трусостью и отвагой. Комдив Котов, лишенный званий, власти и иллюзий, превращается в архетипичного русского мужика. Это уже не сталинский сокол, а упрямый, живучий человек, ведомый базовыми инстинктами: выжить, найти дочь, отомстить. Его одиссея — не путь героя в привычном понимании, а скорее стихийного явления, пробивающегося сквозь ад на одной лишь воле к жизни. Помимо Котова, перед нами проходит целая галерея ярчайших эпизодических персонажей: циничный и отчаявшийся командир штрафбата в гениальном исполнении Евгения Миронова; раненый сержант-священник в исполнении Гармаша; оказавшиеся в топке войны кремлевские курсанты. Каждый из этих осколков складывается в огромное, страшное и величественное полотно народного горя и народного сопротивления. Это не привычное и комфортное кино о войне. Это пугающий разговор о том, какой ценой далось выживание. Но сквозь весь этот мрак и ужас красной нитью проходит тема надежды, неслучайно воплощенной в имени дочери главного героя. Смогло ли продолжение в лице «Утомлённые солнцем 2: Цитадель» развить эту тему и стать ещё лучше — это вопрос для другой рецензии. 6 из 10

В одном из интервью Михалков сказал «вы не поняли, это притча». И стало мне любопытно, что за притчу рассказал Михалков? Пока фильм смотрела — ни разу не было у меня ощущения, что притчу смотрю. Нет. Жизнь смотрю. И жизнь эта про Бога и человека. Про человека в Боге и Бога в человеке. В фильме много отсылок к этому: и необыкновенное везение некоторых персонажей и такая же необыкновенная обреченность других, и слова молитвы «Господи, сделай так, чтобы воля моя не перебила твою» (о них отдельно напишу), и карикатурные персонажи в виде какающего из самолета немца или телки с люстрами на пароходе, или когда всю деревню сжигают вместе с маленькой цыганской девочкой, которая минуту назад чудом выжила. Об этом обо всем можно бесконечно говорить, раскладывая каждую сцену на составляющие — где здесь Бог, а где здесь человек. И самое сложное, будет для меня сейчас передать смысл словами, потому что каждое сказанное слово опошляет и приземляет, искажает и не способно передать чувствование, ощущение Бога и жизни. Начну с конца - с последней сцены. Начало сцены — это горящая икона Божьей матери, постепенно уходящая во тьму. Потом появляется Надя, ищет раненных. Находит полу сгоревшего танкиста, которому перевязывает раны и пытается его ободрить. Он просит перед смертью «покажи титьки, никогда не видел, я умираю» и она показывает. А теперь пошли в глубь. Танкист, мальчишка 19 лет, про таких говорят «сосунок, молоко на губах не обсохло», он пухленький, круглолицый с нежной детской кожей на уцелевшей от ожогов половине лица. Вторая половина лица — изуродована, сожжена. Он умирает. Он это знает, он чувствует это, он чувствует присутствие Бога, он уже почти в раю. И тут появляется женщина, верующая, та кто знает, что с ним происходит, что он на пороге соединения с Богом, и та которая зная путь укажет его. И женщина здесь несет огромный пласт смыслов. Женщина — она не человек, она Богоматерь. Та, кто дает жизнь Богочеловеку и та, кто, родив его, обрекает на смерть. Каждый человек родившись — обречен умереть. И началом этого и концом этого является женщина, замыкая и содержа в себе всю человеческую жизнь от начала до конца. И солдат прося Надю обнажить грудь — просит о последнем прикосновении к матери, к жизни. И здесь мы вспоминаем икону Богоматери в начале сцены. Надя не просто задирает свою солдатскую робу. Она обнажается, распускает волосы. Вся красота мира, вся любовь мира божественная и человеческая, сострадание и милосердие, сфокусированы сейчас в Надежде. Посреди хаоса, разрухи и тьмы мы видим белую спину девушки — надежду на Царствие Небесное, на Свет. И как Богоматерь родила Иисуса — Божьего сына, человека, — и провожала его в Царствие небесное к Отцу, когда тот весел на кресте, так и Надя проводила младенца-солдата, указав ему путь к Богу — «потом поймешь». «Потом» — это когда встретишься. Про Богочеловека. Каждый из персонажей фильма (да и жизни в целом), и Котов и срущий фриц — все они Богочеловеки. И слова молитвы «Господи, сделай так, чтобы воля моя не перебила Твою» — это о том, что в каждом человеке есть две воли — воля человека и воля Бога. И воля человека — она для Бога священна. Как ты скажешь, так и будет — «по вере вашей, дано будет вам», «ищите и обрящите». И в молитве человек просит, чтобы воля Бога, божественный свет в нем возымели силу и власть над эго, страхом и пороками человеческими. Чтобы не терять это маяк внутри и быть Богочеловеком — милосердным, любящим, сострадающим, а не одним из персонажей игры под названием жизнь. И эпизод с фашистом, расстреливающим цыган – это об этом, когда «воля моя, перебила волю Твою». Человек поддавшись страху – убил других людей – испачкался в грехе, отошел от Бога внутри себя, и испачкавшись пошел творить и умножать грехи свои – изнасилование девушки – из самобичевания, из вины и еще большего страха осознать, что натворил. Из невозможности смотреть в свет и осознавать свое грехопадение – человек отворачивается от Света, уходя в еще большую тьму. И вот уже руками «мертвого» немца сжигают всю деревню. Совершив грех и не покаявшись, не осознав свое грехопадение – человек множит грехи и страдание на Земле. Доводя ужас их до такого состояния, когда уже не замечать невозможно, когда внутренние страдания человека становятся такой силы, что весь мир вздрагивает и кричит «Остановись! Осознай! Посмотри в Свет!». И так можно разобрать каждый эпизод. Обычно сценарий предполагает последовательность повествования, главных героев, их антагонистов. И здесь тоже все это есть. Но обычно это ищется зрителем в развитии сюжета и героях. Но здесь сюжет не привычен нам, он находится в другом измерении и привычному, обыденному измерению не подлежит. Главный герой здесь один – Бог. И в качестве антагониста – человек. И человек, и Бог они не разделимы – это суть одно. И в то же время противопоставляются друг другу как добро и зло. И это и есть сюжетная линия – как и где эти две составляющие - человек и Бог – сходятся, а где расходятся. И поэтому все в фильме гипертрофированно, метафорично, символично. Потому что это не обыденность. Это другое измерение – божественное. Оно не может быть показано натурально, «все как в жизни», иначе зритель не увидит и не почувствует замысел режиссера, он сочтет, что это фильм «о великой отечественной войне», а это фильм о борьбе света и тьмы внутри человека, о том, что Бог он всегда рядом. В контексте «Бог всегда рядом» очень понравилась сцена с умирающим солдатом-курсантом после танкового боя, в исполнении Артема Михалкова. Тело отдельно, ноги отдельно, боль и страдание должны быть невыносимыми. Но он лежит на земле, чистый и аккуратный, спокойный, расслабленный, его тело на земле лежит на боку, как в удобной кровати, глаза медленно моргают – засыпающий человек. Тишина и умиротворение на его лице. Сверху падает снег, укрывая его как одеялом и медленно погружая в сон. И здесь речь о божественном милосердии и заботе о человеке – отделить сознание человека от земного проживания и погрузить его в энергии Бытия, облегчив страдания умирающего тела. Абсолютно в каждой сцене есть Бог. Также как и в жизни. Нужно только разглядеть.

Многие отождествляют данный фильм с личностью Михалкова. Мне кажется это не правильно, хотя возможно я не права. Это как с фильмом Роки: Сталоне считал до последнего, что Роки - это часть него, производное. Сейчас признал, что дух этого героя нечто большее, что это он часть этого духа, а не наоборот. Плохое сравнение, но именно Михалков часть Утомленных солнцем, а не наоборот. А тот кто, считает его центрально личностью, сильно заблуждаются. Фильм об огромной горечи и печали. Мы могли увидеть очень что то похожее в 'Цыгане' с Михаем Волонтиром и Кларой Лучко. Та же горечь войны. Но без аллегорий. Невероятным образом аллегорий отражена великое страдание народа России. Может быть Михалков хотел отразить не это, а великого себя, как утверждают некоторые, но получилось совсем не это. Униженные и оскорбленные Достоевского и то больше акцентируют внимание на Михалкове, чем этот фильм. Большой акцент в фильме ставится на силе духа русских людей (Гармаш, Миронов), на самопожертвовании. Где же здесь Михалков? Философская притча этого фильма очень отлично отражается в оценках этого фильма. 'Ибо нет пророка в своем отечестве' (Новый Завет, Евангелие от Матфея, гл. 13, ст. 57).

Сильная тяга к метафизическим построениям, которые реалистичные и страшные сцены снижают до звена в фатальной цепочке божественного возмездия и напрочь лишают их зрительского сочувствия. Герой -былинный персонаж, который не тонет, не горит, под танками не погибает и т.д. Харизму никуда не денешь. Пусть. Как актёр Никита Сергеевич убедителен и симпатичен. Как 'вечный дед' ('Сибириада'), 'отец солдата' универсальный солдат и т.д., и т.п. Актёры все в хорошей форме, с белыми фарфоровыми зубами, солярий налицо, накаченные торсы (в гулаге-то!). Крови много, убитых, страданий вроде бы, но почему-то не трогает, даже стыдно как-то - ну не трогает, отгадываешь, что за цитата, ежишься от клюквы развесистой, от безвкусицы с голыми задами, обмочившимися и т.п. Один эпизод, одна новелла в фильме, которая тронула. Штрафбат и рота кремлёвских курсантов. Миронов превосходен. И рота юнкеров, перекочевавших из 'Сибирского цирюльника', цвет нации, элита, как призраки из тех еще времен. Они когда-то остались на поле битвы. Останутся и здесь. Условность с их ранцами за спинами, с их дворянским почти обликом, этакие 'пети ростовы'. Их принимаешь и их жалеешь, сочувствуешь.

Сразу скажу, я считаю Михалкова великим и значимым для страны творцом. Его главный фильм, Утомлённые солнцем, выиграл Оскар за лучший фильм на иностранном языке, что вполне заслуженно, а остальные его работы считаются лучшими и в советском, и в российском кинематографе. И вот Утомлённые солнцем 2 его самый масштабный и амбициозный проект, который должен был стать венцом творения этого режиссёра. Но то, что должно было стать Великим фильмом о Великой войне (серьёзно, так писали на постерах к фильму ещё во время выхода) стало Великим плевком в лицо ветеранов. Примечательно, что сразу после выхода и после огромнейшего числа разгромных рецензий, Михалков сразу же поменял своё позиционирование и фильм про войну превратился в фильм-аллегорию, которую просто никто не понял. И какие же «аллегории» зритель не понял? В первую очередь, это то, что немцы, оказывается, никого и не хотели захватывать, просто так получилось. А настоящим виновником гибели 27 миллионов человек стал Сталин, который просто отправил всех заключённых на убой. И я не шучу! При этом Сталина показали не дальновидным политиком, пусть и тираном, а полным идиотом, который не пойми как стал во главе страны. Это ещё не всё. Ещё одна «мудрая аллегория» гласит «Просто молись и твой противник ляжет». Правильно, ни умения на войне, ни владение оружием, ни что-либо другое. Именно молитва и сшибает вражеские самолёты (вы не поверите, точно так и было в фильме!) Отдельные как бы «гениальные моменты» просто не вызывают ничего, кроме истерического смеха. Сталин, которого окунают в торт, задница из самолёта крупным планом (причём с пукающими звуками!!!), фраза «Спасибо, мина, что спасла меня» (в контексте фильма это звучало ещё нелепее, поверьте) и прочими моментами, которые я бы принял в Бесславных ублюдках Тарантино, но не в фильме, который должен был правдиво освятить тот период по так называемым «секретным документам». Добивает же этот недошедевр просто ужасная актёрская игра, которая ни в какое сравнение с первыми Утомлёнными солнцем, непойми куда потраченный бюджет в 50 миллионов долларов (самый дорогой российский фильм!) и просто невероятно убогая постановка для режиссёра такого уровня. На самом деле, этот фильм воистину ценный экземпляр – все сцены в нём или убогие, или трэшовые, или унылые. Поверьте, в фильме и близко нет никакой аллегории – только обман и издевательство над героями нашей страны. Просто забудьте это недоразумение как можно скорее.

Разумеется о «Предстоянии» написаны уже километры статей и отзывов. И <i>Никита свет Сергеевич</i>, уже не раз обыкался, сталкиваясь с очередным разгромным мнением. Но… таким людям, уверен, мнения снизу глубоко по барабану. Не царское это дело, мнения черни слушать. Ибо князь сия Российского кино снизошёл на нас, выпустил супердорогой продукт, а мы почему-то не радуемся. Годы идут, а мы все по-прежнему не визжим от восторга. И заклятый рейтинг картины на <i>'кинопоиске'</i> так и завис на злополучных <i>3,8</i> балла, не дотянув даже до пресловутой «четвёрки». Хотя здесь наш зритель всё-таки перегнул палку. Ибо есть в прокате и в эфире самая, что ни на есть, низкопробная шваль, которая на том же <i>«кинопоиске»</i> имеет существенно более высокий рейтинг. А <i>Никиту свет Сергеевича,</i> словно нарочно втаптывают в грязь, нарочито доказывая, что его новое творение не способно конкурировать даже с комедиклабовской дрянью и рвотными опусами Жоры Крыжовникова. <b>Видимо утомил господин Михалков зрителя своей личиной.</b> Утомил до того, что в массы прочно вошло мнение: <b>что Михалков не снимет – уже плохо.</b> Хотя, конечно, так жёстко судить об одном из достойных, я не побоюсь этого слова, мастеров отечественного кинематографа, это перебор. Да, я очень ценю ранние работы Никиты Михалкова. Как, например: <i>«Родня», «Неоконченная пьеса для механического пианино»</i> и другие. Это очень достойные картины, которые можно пересматривать бесконечно. И благодаря хотя бы им, я современные творения Михалкова так жестоко бы не пинал. Для меня <b>самый главный минус в «Предстоянии» и последующей «Цитадели» в том, что Никита Сергеевич решил воскресить убиенных им же героев.</b> Всё-таки «Утомлённые солнцем» имели очень достойный, хотя и сложный, финал. И даже начальные кадры лежащего в ванне Мити со вскрытыми венами – в этом уже сильнейший задел для истории, и в этом её же финал. Но скажите мне, какого рожна Митя этот оказался внезапно двухжильным? А ответ прост: только лишь потому, что создатель этого героя так захотел. Ну и комдива товарища Котова с его семейством, автоматически постигла та же участь. А <b>по факту получилась эксплуатация отработанных образов.</b> И это уже минус для дальнейшего повествования. <b>«Утомленные солнцем» завершены сценой избиения комдива в машине. А всё, что нам пытаются втюхать после, очень здорово смахивает на подделку с нанизанными на неё оригинальными ярлыками.</b> Для меня после просмотра Котов в <i>«Предстоянии»</i> и Котов в <i>«Утомлённых солнцем»</i> так и не связались воедино. Равно как и Надя Котова <i>(она же Надя Михалкова)</i>. Тоже никакой взаимосвязи и сколько-нибудь мотивирующей истории, которая разделяет два временных промежутка в этих фильмах. Отрыв ещё сильнее подтверждается сменой актрисы, играющей Марусю. <b>Вместо Ингеборги Дапкунайте перед нами предстаёт Виктория Толстоганова, на которую возложена непосильная задача: убедить зрителя, что перед нами всё та же Маруся.</b> А вот, не та же! Совсем иной персонаж у неё получился. Понимая это Никита Сергеевич минимализировал её роль в продолжении. Но всё равно, господа, это фиаско: никто другой не может заменить Марусю, чей образ был великолепно воссоздан Ингеборгой Дапкунайте. Вот, собственно и всё… а дальше получается своя история про иных героев, которые лишь однофамильцы с персонажами <i>«Утомлённых солнцем».</i> Хорошо! Тогда дайте зрителю полёт для фантазии. Пусть он осмысливает представленных героев по своему. <b>На кой хрен в мозг ему забивать гвозди, регулярно разбавляя сюжет «Предстояния» культовыми кадрами из «Утомлённых солнцем».</b> Это именно навязывание персонажей, которое Никита Сергеевич умышленно допускает, чтобы зритель не слишком абстрагировался в своём представлении обновлённого Котова и других членов его семьи. И дело в том, что Михалков прекрасно понимает, что включать в продолжение кадры из основной истории – это слабость режиссуры. Вот только чем он руководствовался, распуская своё главное оскароносное произведение на нитки? То ли тем, о чём я написал чуть выше: целенаправленно склеивая в сознании зрителя двух Котовых этими связками. Либо он искренне полагает, что его талант и значимость выше прописных истин кинематографии. И что для других – крах, для Михалкова, укус комарика, и не более. А в итоге сюжет поехал по швам и в первом фильме, и во втором. Ну а теперь обратимся к ужасам войны, которыми Никита Сергеевич посмаковал на всю катушку. Здесь есть всё: и животный страх, и отвращение, и голая правда, и абсурд, и тупой юмор. И весь этот котёл сдобрен очень сильной операторской работой <i>Владислава Опельянца.</i> Тут спора нет: <b>оператор сработал великолепно.</b> Некоторые кадры пробирают до костей и способны войти, как постулат в учебники по операторскому мастерству. И тем ужаснее, что сильнейшие сцены в фильме сняты столь же сильно, как и полнейшая галиматья, которая лезет из всех щелей то там, то здесь на протяжении всего фильма. Взять хотя бы голую жопу свисающую из самолёта. Но зачем ей уделять столько внимания? Фильм о немецкой жопе, или о человеческой трагедии? Или о трагедии, возникающей посредством голой жопы? Перебор жуткий получился. Я бы даже сказал – патологический. Ну раз есть «достойное» начало, то должно быть и не менее «достойное» продолжение. Оно не заставило себя долго ждать, ибо <b>фраза «Покажи сиськи» красным росчерком перечеркнула всю историю «Предстояния».</b> И надо отдать должное Владиславу Опельянцу, он постарался и здесь сделать роскошный кадр: обнажённого тела на фоне трупов и пепелища. Оператору – респект. Режиссёру – фига с маслом. Зачем так издеваться над зрителем, который уже без малого три часа наблюдает за ужасами войны? <b>Кому эти сиськи сделали лучше? Если только самолюбию Михалкова. Не иначе.</b> Да и в целом, не смотря на всю масштабность сцен, на всю глубину показанной трагедии, история в «<i>Предстоянии»</i> воедино не связывается. Она смотрится, как раздельные новеллы, в которых, вроде бы сверкают одни и те же персонажи. Но они очень здорово теряются на фоне боковых сюжетных линий, которых вплетено в сюжет великое множество. Усиливают это ощущение постоянные броски по времени. Уж, казалось бы: начали логично показывать лето, а потом перешли в зиму, так на кой хрен потребовалось потом опять скатываться в лето? Хронология, таким образом, бьётся на куски собрать воедино которые, впоследствии, очень непросто. Тем не менее интерес изучить дальнейшее развитие этой истории <i>«Цитадель»</i> - появилось. Возможно там будет получен ответ на большинство вопросов, которые в <i>«Предстоянии»</i> провисли, не найдя сколь-нибудь лаконичных ответов. <i>….искренне надеюсь, что повторной демонстрации сисек в «Цитадели» больше не будет.</i>

Никита Сергеевич Михалков (режиссёр 12, Сибирского цирюльника и многих советских шедевров) меня разочаровал после этого фильма. В 1994 году вышел 'Утомленные солнцем'. И он был красочным, разговорным и интересным. Актеры играли просто от души. Не верится, что этот фильм взял Оскар. 'Утомленные солнцем 2' я глянул еще два года назад. Сам Михалков позиционировал фильм, как 'масштабное полотно о войне, связанное с первой частью'. Он еще заявлял, что это наш ответ 'Спасти рядового Райана'. Изучал секретные документы, письма от участников войны. Съёмки проводились 5 лет. МЧС и Министерства обороны поддерживали фильм. Большой по российским меркам бюджет. Все об этом говорилось только одно - будет масштабное кино о войне. И что мы в итоге увидели? Фильм отвратительный, лживый и ужасный. Это был большой плевок в душу ветеранам Великой Отечественной войны. Актеры играют плохо, режиссура ужасна, да и сам фильм не связан с реальными событиями. Михалков превратил кровавую и жестокую войну в клоунаду (чего стоят сцена со срущим немецким летчиком, сцена где кремлёвский курсант бежит к немецким танкам, перепутав с нашими и сцена где раненый советский солдат просит перед смертью Наде показать сиськи). Наших солдат представляют там тупыми дегенератами. Ведь это очень плохо. Образ Сталина испоганили. Котов с Митей воскресли неизвестно каким образом. Присутствовала еще в фильме море клюквы. Графика просто ужасна. Зато у этого фильма 2 плюса - это игра Евгения Миронова и экшн. По итогу могу сказать, что это убогий фильм о войне, после которого хочется поставить фейспалм. Про 'Цитадель' я вообще промолчу. Хотя спасибо, что Михалков реабилитировался после выхода 'Солнечного удара'. Лучше посмотрите 'Спасти рядового Райана' Стивена Спилберга и 'Флаги наших отцов' Клинта Иствуда. Они вот правдивые, масштабные и драматичны. 3 из 10

Не буду писать о данной картине слишком много. Отрицательных отзывов о ней и без того не оставил только ленивый человек за эти почти что 8 лет с момента выхода. Однако меня немного поразило то, что люди, писавшие многие рецензии, всерьез верили, что сам Никита Сергеевич Михалков воспринимал этот фильм как истинно реалистичный шедевр, открывающий Подлинную историю о великой войне. На самом же деле после просмотра даже не всей картины, а лишь фрагментов можно кое-что заметить и прийти к очень интересному выводу: Михалков не стремился вовсе к никакой Тайной Правде, о которой нельзя было говорить, он лишь сделал то, чего в советское время было попросту невозможно, это грозило не только запретом на фильм и лишением работы, но и заключением, ссылкой или хуже. Кто-то писал, что в 'Утомленных солнцем 2' Михалков решился воплотить свою самую безумную идею, и в какой-то мере это и так. Но все же большая часть фильма является скорее кривым зеркалом на как раз таки ныне классические картины о войне. Это что-то вроде обратной стороны медали, причем до невозможности гротескной, полной противоположности кино времен СССР, где действовали определенные правила в сюжете и т.д. Сейчас, конечно, большинство людей все-таки понимает, что из десятков миллионов воевавших ну просто НИКАК не могли быть ВСЕ БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ героями, бесстрашно шедшими в бой, это невозможно. Это лишь красивая картинка, которую внушали всем детям в целях пропаганды. Понятно, что на войне были и трусы, и предатели, и дезертиры, взять хотя бы ту же Тоньку-пулеметчицу или жителей села, которые самолично выдали немцам Зою Космодемьянскую и перед казнью еще облили ее помоями. Было это, действительно было. И солдаты, бросавшие своих, лишь бы самим спастись, и прочее прочее прочее. И если бы Михалков <i>аккуратно</i> и правильно ввел в сюжет 1-2 таких героев, фильм получился бы в тысячу раз лучше и даже мог бы действительно претендовать на награды. Но увы, великий режиссер захотел всего и сразу и вогнал в гротеск в 'Утомленных солнцем 2' абсолютно всех и вся, в результате получился не грандиозное кино, а карикатурная эпопея, которая воспринимается как пасквиль на одно из самых страшных событий в истории. Теперь если кратко пройтись по некоторым самым в плохом смысле запомнившимся многим моментам, то можно сказать так. Многих возмутила сцена с баржей, где немец прямо из самолета пытается справить большую нужду на головы раненым. Помимо того, что это опять же очень мерзко так и просто физически невозможно. Но и сам Михалков, думаю, не настолько идиот, чтобы воспринимать этот эпизод всерьез и буквально. Никакой человек в здравом уме не станет такое делать даже врагам, своя жизнь дороже. Просто данная сцена показывает, что советские люди были крайне уязвимы в то время и их запросто могли унизить немцы, надеявшиеся закончить войну за пару недель. Но так как смысл был подан через такое, то конечно получилось ужасно и с полным отсутствием вкуса мастера. То же происходит и в эпизоде с курсантами, которые оказываются полностью непригодными к службе. Режиссер хотел показать неготовность русских к войне - а показал, что по его версии они все были полными идиотами и кретинами, не умеющими отличить вражеский танк от своего, а немцы напротив гуманные и добрые, дарящие шоколадки. Кстати танки с парусами - тоже метафора, это показатель могущество фашистской армии, и они отсылают именно к первой, действительно хорошей части фильма 1994 года где над полем поднимается гигантский плакат Сталина. И наконец сцена с умирающим танкистом - это тоже полный переворот принятых в военных фильмах штампов. Ведь все привыкли, что умирающий солдат будет просить что-то передать своим близким, семье или боевым товарищам, так правильно и иначе и быть не может. А Михалков снова вставил запретную тему: пускай мальчик перед смертью успеет насмотреться на обнаженную женскую грудь - такого в кино о войне ведь еще не было! Кстати сам кадр спины Нади на фоне разрухи весьма удачен, но конечно на фоне всеобщего мракобесия он не спасет положения. Что же насчет остального в фильме: про актеров ничего плохого сказать не могу, с таким сценарием кто угодно не смог бы играть лучше: дурной гротеск только и получится показывать как в плохом театре с наигрышем. Однако что касается все той же Нади... Очень жаль, что милая и непосредственная девочка, какой она нам предстает в фильме 1994 г. превратилась в истеричную слезливую бабищу, отчаянно строившую из себя девочку-подростка. Тогда, в детстве ее игре верили, а теперь... Таланта нет совершенно, увы. В заключении можно сказать, что в данной картине, которую Михалков так превозносил он лишь пытался посмеяться над всеми устоями СССР, доказав что для него нет ничего святого, смачно плюнув в лицо даже Великой Отечественной войне, что конечно, совершенно недопустимо. Тем самым мэтр кино лишь хвастался перед коллегами, показывая свою полную вседозволенность и безнаказанность, ведь, несмотря на отзывы критиков и низкие сборы, он все равно остается на вершине нашего кино. К сожалению. И сцена с маканием Сталина в торт тоже красноречива: диктатор мертв, ничего уже не скажет в ответ, можно издеваться над ним как вздумается! А ведь в первой картине все же к этой личности было хоть какое-то уважение... 2 из 10

Развитие интернета показало, что масштабы такого явления как инцест еще не в полной мере, оценены обществом. Благодаря анонимности тематических форумов и методу статистической экстраполяции бельгийские ученые пришли к плачевным выводам о том, что, как минимум 12% населения Земли, так или иначе были вовлечены в ту или иную форму инцеста. Лично у меня был загадочный любовный эпизод с двоюродной сестрой, когда нечеловеческие поцелуи перешли грань разумного. Довольно волнительное переживание, скажу я вам. Так вот, по данным бельгийских ученых, самой распространенной формой инцеста является любовь отца и дочери. Я было не поверил, однако фильм Никиты Михалкова “Утомленные Солнцем 2. Предстояние” убедил меня в этом бесповоротно. Не думаю, более того, я уверен, что между Надей и НСМ ничего не было и быть не могло в грубом, физическом смысле этого слова. Тем не менее, для меня очевидно, что “УС-2” – густо замешан на греховном эротическом чувстве. В первую очередь, это - фильм о любви отца и дочери. Как хотите это, так и понимайте. Многие маститые киноведы лишь вскользь, со смешком касаются этой подоплеки. Видимо, стыдно и думать. Михалков – все-таки гуру. Он лишь дразнится, скользит на грани табу, ни разу не позволяя, себе преступить грань греховного недозволения. Тонкая работа. А это и нужно. Вспомним старика Фройда, вспомним теорию сублимации, вспомним Адлера, Юнга. Бла-бла-бла, и все станет на свои места. “Великая Война” как виньетка ложной сути лишь ожерелит запретное чувство. Доведенный до абсурда набор штампов, поэтому вызывал у меня не столько отторжение, сколько добродушную ухмылку. Кажется, что нет такой банальности, которую Михалков не притащил из советского кинематографа к себе в фильм. Тут и киноэпопея Озерова “Освобождение”, и тут “Отец солдата”, и “Аты-Быты шли солдаты”, и “Иди и смотри”, и “Горячий снег”, и “Торпедоносцы” и куча трешака 90-х про НКВД и растерявшийся советский народ 1941 года. Никакого участия, чувства сопереживания – здесь нет и быть не может. И не должно быть, я добавлю. Любовная тема заключена здесь в гран-гиньоль, а также в некое подобие игры “DOOM-41”. В этом смысле фильм - туп до степени позора, но этим он и дивен. Михалков - мастер мизансценирования, кадрирования, темпоритма, панорамирования, шумов и не важно, кто там копошиться под гусеницами танка: русские, поляки, папуасы или марсиане. Для хорошего фарша пойдет и свинина, и человечина. Кинодейство работает на нижний спектр восприятия, на животную сущность зрителя и держит его внимание до конца. Вчера никто из зала не выбегал, разве что в туалет и быренько обратно. Как всегда могуч актерский ансамбль, где выделяются Женя Миронов, Сергей Маковецкий, Валерий Золотухин. Надя Михалкова играть не умеет, а и не надо, и не надо! Она просто прелестна в своем неумении, являя сама собой уникальный бриллиант, забытый в наше время женский типаж. У нее есть самое главное, та забытая моторика движений, тот взгляд, который был у кинодевушек где-то до середины 60-х. А потом исчез как дым. Может лишь Евгении Симоновой и Татьяны Самойловой он сохранялся долгое время, но и они его растеряли. Поэтому так диссонируют женские образы, созданные техничными, но остервенелыми актрисами современности в фильмах о войне. А Надя Михалкова здесь попала в самую точку. Структурно картина похожа на компьютерную стрелялку. Она состоит 6-7 уровней-новелл. “Концлагерь”, “Мост”, “Баржа”, “Церковь”, “Кремлевцы”, “Деревня”, что там еще, ретроспективно соединенных новеллой “В поисках комдива Котова”. Каждый раз беспечный быт русского людей нарушают немецкие танки или самолеты, которые налегают как саранча из тумана, крошат русский народ в салат-оливье, готовят из него макароны по-флотски или жаркое и улетают за линию горизонта. Под конец фильма поймал себя на странной мысли. Хочется, чтобы такая война никогда не кончалась. “Война – единственное наше спасение” - говорит Михалков Дюжеву в начале фильма. О, yes! Мохнатый шмель творит самодостаточный, внеисторический мир, где средь желтых нив, средь снежный полей лихая война шумит, дышит и льется в заоблачный плес. Странным образом, несмотря на козни НКВД, в фильме рождается бескрайняя русская вольница, где пионервожатые ночуют в траве-мураве, штрафники обнимаются с немцами под синим небом, а мины забрасывают героев на пустынные пляжи. Этакие “Похождения двух горемык”! Горемыки как в сказке – неуязвимы и заговорены. Пули и снаряды от них отлетают, штык не режет, а мина бережет. Сколько надо собрать аптечек, сколько жизней осталось, чем будут стрелять монстры на следующем уровне “Цитадель”? The game is not over. Но это мелочь все. Лично для меня в этом кино главное – Надя Михалкова. Уж не знаю отчего, но обе дочки Императора Русскаго Кино оказывает на меня магическое воздействие. Такие трогательные, такие забавные, добрые медвежата. Редкий на экране сейчас типаж, подкупающий противоположный пол милой “глупизной” и незатейливым добротолюбием. Может это и хитрый расчет. Женские штучки. Не знаю, факт – налицо. Я буквально таю. Сейчас я влюблен в обеих Михалковских дочек по уши. Алиса не любит гостей. Алиса одна вечерами. Алиса сидит на тахте с коробкой конфет и с мечтами. А-А-А-Алиса и дня не может прожить без ирисок. Алиса - она же - дитя. Но лучше всех а-а-Алиса!!! В общем, мне фильм понравился только благодаря неожиданному эротическому подтексту, который я в нем узрел. Отрицательное восприятие фильма большинством кинокритиков – волне тоже можно понять и предсказать еще за 25 лет до выхода фильма на экраны поименно. Понять критиков можно. Да, да. Во-первых, фильм с привычного ракурса, в евклидовой геометрии – посредственность. Во-вторых, у многих наших соотечественников “эта страна” воспитала за 1145 лет идиосинкразию. И это еще больше опускает фильм в их глазах. Уверяю вас - поменяйте русских на американцев, на итальянцев или даже на румын, кашу на хот-дог, песню “Валенки” на “My Bonny is over the Ocean”, сразу отношение к фильму чуть потеплеет. Я понимаю это чувство и не осуждаю никого. Поэтому “Спасение рядового Рейна”, “Тонкая красная линия”, “Бесславные ублюдки”, которые совместно делят с “УС-2” огромные эстетические пространства, - драгоценная заграничная жувачка, а УС-2 – конфета “Мишка на севере” для лохов. Одно и то же решение, то объявляться художественной находкой, то – пошлостью в зависимости от лейбла. В этом смысле обсуждение фильма Михалкова не выходит за привычные рамки привычного в интернатах дискурса “Православные Державники” против “Либерастов-Западников” в блоке с “Леваками-Совками”. “Предстояние” в этом смысле является всего лишь своеобразной лакмусовой бумажкой, тестом на политическую беременность. 8 из 10